АКТ

Он снова включил компьютер. На этот раз не для того, чтобы подать запрос. Он открыл старый чат с коллегой, который уволился через месяц после Активации. Общие знакомые говорили, что он связался с какими-то людьми. Вроде бы те называли себя голосом разума.

Сэл написал:

«Мне нужна твоя помощь. Можем поговорить?»

Следом набрал ещё одно сообщение, где описал всю ситуацию в деталях. Отправив второе сообщение, он сразу же закрыл чат. За окном была уже ночь. Город спал — холодный, безмолвный, послушный. Везде по всему миру в эту же минуту миллионы людей сидели в темноте, глядя в потолок, и думали о том, как им жить дальше. Кто-то из них уже нашёл ответы. Кто-то ещё искал. Сэл же только что выбрал свой путь.

Глава 3. Один из нас

Телефон на тумбочке резко завибрировал, разбудив Сэла. Он потянулся к экрану, и прищурился от яркого света. Одно сообщение. Без подписи. Без приветствия.

«Завтра 17:00. Станция "Прибрежная". Возьми с собой ноутбук. Жди у четвёртой платформы. Не опаздывай. Хард»

Они работали вместе в одной компании несколько лет. После Активации Хард продержался на работе ещё месяц, а потом уволился. Сэл тогда не придал этому значения — мало ли кто увольняется, когда мир летит к чертям. Они не созванивались, не писали друг другу. Хард просто исчез из жизни Сэла, как и многие другие.

И вот теперь — ответ. Короткий, сухой, без лишних слов. Так он писал всегда: коротко, и по делу.

Сэл хотел спросить: «Что за спешка? Куда мы идём?», но передумал. Если Хард не написал лишнего — значит, так надо. Он убрал телефон в сторону и уставился в потолок.

За окном было темно. Город пугал своей новой тишиной — без шума машин, без звуков ночной жизни. Только где-то вдалеке гудел одинокий дрон, патрулирующий окраины.

Сэл поднялся рано. На улице уже начинало светать. Он заварил кофе, сел за стол, открыл ноутбук. Снова зашёл в систему. Снова ввёл данные сестры. Снова увидел эту чёртову строчку:

«Текущий рейтинг: 68 %. Статус: жёлтая зона. Основание: недостаточная социальная полезность»

Сэл сжал челюсть, но сдержал себя. Он открыл форму запроса на пересмотр и начал писать — медленно, чётко, как будто обращался к живому человеку, а не к программе. Он объяснил, что Ника готовится к экзаменам, что её учебные материалы требуют времени за экраном, что она не нарушала правила сознательно. Он приложил справки, скриншоты, даже пару рекомендательных писем от её преподавателей. Всё, что мог.

Нажал «Отправить».

Через минуту пришёл ответ. Те же слова.

«Запрос отклонён. Основание: недостаточная социальная полезность. Рекомендуем принять меры для повышения рейтинга в течение 29 дней»

Сэл просто закрыл ноутбук, отодвинул кружку с кофе и посмотрел в окно. За стеклом просыпался серый, тихий, покорный мир, к которому он уже начал привыкать. Он медленно выдохнул и подумал, что нужно бы написать начальнику, и отпроситься на сегодня.

Он взял телефон, набрал короткое сообщение:

«Не смогу сегодня выйти. Появились срочные дела»

Отправил. Начальник не ответил — в последнее время он отвечал только на официальные запросы, а на личные сообщения просто не обращал внимания. Сэл положил телефон в карман и понял, что теперь у него есть почти целый день. И он не знал, чем его занять.

Сэл вышел из дома и просто пошёл по улице. Без цели. Он не хотел сидеть в квартире, где стены давили, и где тишина становилась громче с каждой минутой.

Город встретил его тишиной. Люди шли по своим делам, но никто не разговаривал. Голова у каждого была опущена — они смотрели в телефоны, проверяли рейтинги, не поднимали глаз. Сэл прошёл мимо старого кафе, где когда-то сидел с коллегами после работы. Теперь оно было закрыто — на двери висел красный значок: «Доступ ограничен». Внутри было темно и пусто.

Он зашёл в небольшой сквер, сел на скамейку и уставился на пустой фонтан. Вода в нём не текла уже несколько месяцев — систему перекрыли, чтобы экономить ресурсы. Скамейка была холодной, воздух — сырым, и Сэл сидел неподвижно, глядя на серое небо.

Он прокручивал в голове всё, что случилось за последние дни. Активация. Зоны. Рейтинг сестры. Сообщение Харду. Ответ. Он не знал, что его ждёт на станции. Он не знал, сможет ли помочь сестре.

Просидев так почти час, Сэл встал и пошёл дальше. Он несколько раз доставал телефон, проверяя, не пришло ли сообщение с отменой или уточнением. Телефон молчал.

Где-то в районе обеда он зашёл в небольшой магазин, купил перекусить. Домой он не хотел возвращаться до вечера — он не умел сидеть на месте, когда нужно было ждать.

К четырём часам он оказался на набережной, где раньше гуляли толпы людей, а теперь сидели редкие прохожие. Вода была серой, небо — серым, вся картина тоже выглядела серой. Как будто город выцвел за эти полгода. Сэл стоял у перил и смотрел на воду, на отражения облаков, на птиц.

«Интересно, — подумал он, — что бы сказала Ника, если бы знала, что я хочу сделать?»

Он не знал, будет ли она гордиться им или испугается. Но он знал, что она не должна остаться в жёлтой зоне. Это было единственное, что имело значение.

Он посмотрел на часы. 16:27. Пора было выдвигаться.

Сэл развернулся и пошёл к нужной станции.

На станции было шумно и людно — зелёная зона есть зелёная зона. Свет горел ярко, табло работали, людей было много. Но у всех — одинаковые лица: уставшие, испуганные и безразличные одновременно. Никто не смотрел друг на друга.

Сэл стоял у четвёртой платформы — в самом конце, где народу почти не было. Рюкзак на одном плече, рука в кармане куртки, взгляд по сторонам. 17:00. 17:02. 17:03.

— Сто лет тебя не видел, — раздался голос за спиной.

Сэл обернулся. Перед ним стоял Хард — высокий, худой, и как всегда в старом кожаном пиджаке. Щетина, мешки под глазами, но взгляд острый, живой. Он смотрел на Сэла с лёгкой усмешкой, но в глазах читалось напряжение.

— Ты выглядишь... так, будто не спал неделю, — сказал Сэл.

— Привыкай, теперь мы все так выглядим, — усмехнулся Хард. — Идём. Не задавай вопросов. Пока не задавай вопросов, просто делай, что говорю.

Он развернулся и пошёл вдоль платформы. Сэл последовал за ним.

Хард уверенно лавировал между пассажирами, обходил колонны, не оборачиваясь. Сэл едва успевал за ним. Через минуту они оказались у служебной двери с табличкой «Только для сотрудников». Хард толкнул её и шагнул внутрь. Сэл — следом.

За дверью начался спуск. Узкая лестница вниз, тусклые лампы, ржавые перила. Запах старого бетона, машинного масла и ещё чего-то влажного, как в старых подвалах. Глаза понемногу начинали привыкать к темноте.

— Куда мы идём? — спросил Сэл.

— Увидишь, — коротко ответил Хард.

Они прошли по тоннелю ещё несколько минут. Где-то далеко шумел поезд, но здесь, в этой части метро, было тихо — только шаги и падающие капли из ржавых труб.

Хард остановился перед массивной металлической дверью, почти незаметной в стене. Рядом — старый щиток с выцветшей краской.

— Сэл, смотри, — сказал Хард и откинул нижнюю крышку щитка. Сэл наклонился и увидел сенсорный экран, встроенный в ящик. Хард приложил ладонь. Через секунду дверь щёлкнула, дрогнула, и стала медленно открываться внутрь.

— Какого хрена? — спросил Сэл, глядя на дверь. — Это ты сделал?

— Потом расскажу, — сказал Хард и шагнул внутрь. — Идём. И не задавай вопросов, пока не увидишь, куда я тебя веду.

За дверью оказалось небольшое помещение, переделанное из технического блока. Стены из серого бетона, гудящие лампы, ящики, мониторы, груды проводов. Воздух был странным — пахло кофе и потом.

Сразу у входа Сэл заметил, что внутри было неспокойно. У одного из мониторов стояли трое. Парень в толстовке — невысокий, щуплый, с взлохмаченными тёмными волосами, которые торчали из-под капюшона, как будто он не причёсывался уже несколько дней. Ему было около двадцати пяти. Он постоянно дёргал рукав толстовки, оголяя пальцы, и тыкал ими в экран, как будто надеялся, что от прикосновения что-то изменится. Звали его Крис.

Мужчина с сединой стоял чуть поодаль, скрестив руки на груди. Он выглядел старше остальных — за сорок, с короткой стрижкой, где седина уже уверенно вытесняла тёмные волосы. Лицо его было изрезано морщинами, но не от возраста — от постоянного напряжения. Он смотрел на экран спокойно, почти без эмоций, но его пальцы нетерпеливо постукивали по локтю. На нём была старая фланелевая рубашка, закатанная по локоть, и из-под неё виднелся край старой татуировки — что-то геометрическое, почти стёртое временем.

А между ними, за монитором, сидела девушка.

Сэл заметил её сразу, потому что она выбивалась из всей этой серости. Тёмные длинные волосы, свободно падали на плечи и спину — как будто она не заморачивалась с укладкой, но в этом была своя естественная привлекательность. Несколько прядей были выкрашены в яркие оттенки. Она сидела, чуть откинувшись на спинку стула, и казалось, что даже старый подвал с его бетонными стенами и тусклым светом не мог сделать её незаметной. Тонкие черты лица, острый подбородок и чуть вздёрнутый нос.

Она была стройной, но в её движениях чувствовалась лёгкая, нервная энергия: пальцы быстро скользили по клавиатуре, не останавливаясь ни на секунду. На правом запястье — тонкий серебряный браслет, почти незаметный, если бы только он не позвякивал, когда она печатала. В целом она выглядела как человек, который не пытается произвести впечатление — но именно поэтому он и не мог оторвать от неё взгляд.

— Я тебе говорю, он не принимает наш сертификат, — сказал парень в толстовке, тыкая пальцем в экран. — Мы подставляем тот же ключ, что и несколько дней назад, а он возвращает ошибку верификации.

— Может, они обновили корневые сертификаты? — предположила девушка.

— Возможно, — сказал седой. — Но тогда наша проблема была бы на этапе проверки, а мы всё-таки проходим первый этап и валимся на втором.

— А если они сменили алгоритм хеширования? — сказала девушка. — Тогда наш сертификат формально правильный, но система его не принимает, потому что проверяет его уже по-другому.

— Тогда бы мы вообще не дошли до этапа верификации, — возразил парень. — Но этот этап мы проходим. Значит, проблема не в сертификате, а в том, как мы его подаём.

— Или в том, с какого IP мы стучимся, — добавил седой. — Если нас забанили по адресу, система выдаёт 403 с формулировкой «доступ с этого адреса запрещён». Проверь.

Парень в толстовке открыл лог ошибок.

— Смотрю... «Код ошибки 403 — доступ запрещён». Он не говорит, почему конкретно нас блокируют. Просто запрещает. Без объяснений.

Девушка развернула монитор к себе и начала проверять конфигурацию.

— Может, у них время жестко синхронизировано? Если у нас расхождение больше пары секунд — система может автоматически сбросить сессию. Поэтому мы и получаем 403 без дополнительных деталей.

— У нас NTP настроен, — ответил седой. — Проверял утром.

— Ты не понял, — сказала она. — Я не про наш NTP. Я про их систему. Возможно, они сделали так, что запросы с нашего IP должны идти строго в определённое время. Выходим за это окно — и всё. Не проходим.

— Слушайте, — сказал парень, отрываясь от экрана. — Мы можем сидеть тут и спорить ещё долго, но эти данные нам нужны через час. Если мы не войдём сейчас — мы их уже не получим. Вообще.

Все замолчали. Смотрели на экран, на котором горела красная строка.

Хард подошёл к ним, и кивнул в сторону Сэла.

— Ребята, знакомьтесь. Это тот мой коллега, про которого я вам говорил. Сэл.

Все трое повернулись. Парень в толстовке окинул Сэла взглядом, девушка приподняла бровь.

— Ты серьёзно? — сказала она. — Он выглядит как парень, который даже не понимает, куда попал.

Сэл спокойно посмотрел на девушку, как будто её слова его даже не задели.

— Может, я немного и растерян, — сказал он. — Но и вы сейчас сами не замечаете своей ошибки.

Девушка прищурилась, но не успела ответить — Сэл уже шагнул к столу, поставил рюкзак, достал ноутбук, открыл крышку и, даже не садясь, коротко взглянул на экран.

— Вы говорите, что ошибка 403. Это код «доступ запрещён», — сказал он, не повышая голоса. — Но он появляется у вас только на втором этапе верификации. Значит, сертификат у вас правильный, просто система не принимает его в том виде, в каком вы его отправляете. Вы правы, это не проблема IP — вы бы не дошли до второго этапа, если бы вас забанили. Это проблема не сертификата, и не алгоритма хеширования.

Он замолчал на мгновение, просматривая логи.

— Проблема в том, как вы формируете запрос. Ваша система подписывает пакет, но делает это с устаревшим набором шифров. АКТ модернизировал свою систему — и теперь она ожидает более строгую последовательность. Она видит ваш сертификат, проверяет подпись, а на втором этапе понимает, что подпись не совпадает с новыми параметрами. Вы не обновляли клиентскую часть — вот и вся проблема.

Он взял провод, подключился к сети и начал быстро печатать. Строки команд мелькали на экране одна за другой.

— Сейчас я просто переключу протокол авторизации на тот, что ожидает система. Тридцать секунд, и мы внутри.

На экране замелькали строки. Через полминуты они увидели долгожданное: «Добро пожаловать».

— Готово, — сказал Сэл. — Можете копировать данные.

Все трое застыли. Парень в толстовке даже слегка приоткрыл рот. Девушка опустила взгляд, и по её лицу пробежала лёгкая тень смущения. Седой лишь покачал головой и усмехнулся.

— Ладно, — сказала девушка, и в голосе появилась новая нота — уже не насмешки, а уважения. — Я начинаю понимать, почему Хард тебя приволок.

Сэл пожал плечами и начал сворачивать ноутбук.

— Копируйте, пока доступ есть, — сказал он.

И когда он уже хотел отойти, девушка протянула руку:

— Меня зовут Кира, — сказала она. — Извини за то, что я сказала. Всё-таки из тебя будет толк.

Сэл пожал её руку и слегка улыбнулся:

— Сэл. Приятно познакомится.

Она улыбнулась в ответ, и на этом их знакомство закончилось. Кира сразу же вернулась к работе, но на её лице осталось выражение лёгкой заинтересованности, и немного удивления.

Когда суета стихла, Хард подошёл к Сэлу и тихо сказал:

— Ну ты даёшь. Я думал, они тебя съедят заживо, а ты их так ловко уложил. Сразу видно — ты не просто обычный системный администратор, ты инженер до мозга костей. И поверь, это именно то, что нам нужно. У нас таких нет — все по большей части теоретики или любители.

Сэл посмотрел на Харда:

— Ты не сказал, что здесь такая команда. Я думал, мы просто встретимся, ты дашь мне совет, и я уйду.

— А ты думал, я просто так тебя позвал? — Хард усмехнулся и похлопал его по плечу. — Сэл, ты нужен нам не на один раз. Мы не просто собираемся, чтобы говорить о том, как всё плохо. Мы пытаемся найти способ защитить людей от системы. И нам нужны люди, которые умеют работать мозгами. Ты как раз один из таких. Рано или поздно ты бы сам пришёл к этому, даже если бы я не позвал.

— Мне нужна была помощь для сестры, — сказал Сэл тихо. — А ты мне сейчас предлагаешь возможность сражаться с системой? Это не то, на что я рассчитывал.

— А разве, — сказал Хард, глядя ему прямо в глаза, — это не то, что спасёт твою сестру. Ты не сможешь просто попросить систему вернуть ей рейтинг. Единственный способ — научиться работать там, где система не видит. Мы даём тебе этот шанс. Остальное — твой выбор.

Сэл помолчал секунду, глядя на экран.

— Хорошо, я в деле, — сказал он коротко, но твердо. — Но когда наступит момент — я сам решу, что делать. Без твоих подсказок, Хард. Договорились?

Хард ухмыльнулся в ответ:

— Договорились.

Когда Сэл уже собрался уходить, Кира окликнула его:

— Сэл, подожди.

Она подошла ближе, и в руках у неё была тонкая папка.

— Ты сегодня нам очень помог. Мы этого не забудем. Если тебе что-то понадобится — обращайся. Мы здесь всё-таки не просто так сидим. — она протянула ему листок с цифрами. — Это мой личный канал. Если вдруг понадобится.

Сэл взял листок, сложил и убрал в карман.

— Зачем ты это делаешь? — спросил он.

Кира посмотрела на него внимательно.

— Я сейчас часто вижу людей, которые что-то теряют, и многие хотят это вернуть. Ты один из них. Такие люди встречаются всё чаще и чаще. А я просто не могу стоять в стороне. И если ты решишь идти дальше с нами — я буду этому рада.

Она развернулась, подошла к столу и взяла небольшое устройство, похожее на планшет.

— Дай свою руку, — сказала она.

Сэл замешкался, но Кира уже взяла его запястье и приложила ладонь к стеклянной панели. Раздался короткий звук, и на экране загорелась зелёная надпись: «Пользователь добавлен».

— Теперь ты сможешь попасть сюда сам, — сказала она, медленно отпуская его руку. — Если тебе это вдруг понадобится.

Сэл посмотрел на свою ладонь, потом на неё.

— Ты уверена, что мне можно доверять? — спросил он тихо.

Кира пожала плечами и улыбнулась.

— Я уверена в том, что я вижу. А остальное — время покажет. У тебя была возможность не приезжать сюда. Но ты приехал. Значит, ты уже сделал выбор. А я просто помогла тебе сделать следующий шаг.

Сэл хотел что-то ответить, но слова застряли в горле. Он просто кивнул и развернулся к выходу. Когда он подошёл к металлической двери, Хард крикнул ему вслед:

— Если что, мы здесь!

Сэл остановился на мгновение и обернулся. Его взгляд пробежал по помещению — ящики, мониторы, люди, которые, казалось, привыкли жить в этом подвальном мире. Хард стоял у стола, смотрел на него и, казалось, ждал слова. Но Сэл не знал, что сказать.

— Спасибо, — произнёс он коротко. — Всем.

Он шагнул в тоннель, и дверь за ним медленно закрылась, оставив его одного в темноте, с влажным воздухом и звуком капающей воды.