Танец племени драконов

— Ага, из вас такие же законопослушные, как из меня феечка.

— Пошли уже, — сказал я ей.

Мы подошли к нашему костру. Гном, Эльф и Сяо вопросительно смотрели на нас.

— Давай возьмём её с собой? — предложил я, присев у костра.

— Зачем она нам? — ворчал Гном. — У нас так уже скоро будет целое стадо из членов королевских семей.

— Её в темницу посадят, или чего ещё хуже с ней сделают, если она вернётся. В своём королевстве она теперь мятежница, — сказал я Гному.

— А может, всё-таки сжалятся над тобой твои родители? — с надеждой спросил Эльф. — Подумаешь, треснула своему братцу по башке, с кем не бывает.

— Не сжалятся, — встрял в разговор Сяо. — Королям не просто: простишь один раз, а потом не успеешь оглянуться, как уже и тебя сметут мятежом.

Воцарилось длительное молчание, пока его не прервал Сяо:

— Что ж, она тоже под своим именем путешествовать не может. Предлагаю назвать её как-нибудь на деревенский манер, чтоб внимание лишнее не привлекать. Например, Муха-навозница — за её назойливость. А кратко — просто Муха, или просто Навозница.

Чой от таких слов аж перекосило, а я подумал, что, похоже, Сяо хотел так всем Сунь отомстить за то, что они отвергли его.

— Я тебе горло перережу, если ты меня так хоть раз назовёшь, — зашипела Чой Сунь на Сяо.

— Мы не можем к вам обращаться по имени, по которому вас сразу же найдут, — ответил ей Сяо.

— Называйте меня Коброй.

— Почему это тебя Коброй? — возмутился было Сяо.

— Потому что я уже давно привыкла к этому прозвищу.

— Это аргумент, — согласился с ней Гном. — Хорошо, будешь Коброй. Но свои дворцовые замашки придётся забыть, по крайней мере на то время, которое ты будешь с нами.

— А у меня, может, тоже есть прозвище, к которому я привык, — возмутился Сяо.

— Это какое же? — поинтересовался Гном.

Сяо замялся, покраснел, а потом сказал:

— Неважно. Дубс так Дубс.

— Кобра, так Кобра. Но прихватила ли ты, Кобра, какие-нибудь средства для собственного проживания? — спросил меркантильный Эльф.

— Я прихватила двух самых лучших скакунов империи, — гордо заявила принцесса. — Стоимость каждого не менее пятисот кю. Один из них под Сторном, а второй подо мной.

Эльф принялся внимательно осматривать лошадей.

— Ну, допустим, пятьсот кю — это только на торгах между королями, — заявил он. — А на обычном рынке за них вряд ли дадут и пятьдесят. Но всё-таки хоть что-то, а то некоторые, сбегая, даже и этого не прихватили.

— Да я их во дворце Северного королевства легко продам в десять раз дороже! — возмутилась Чой.

— И в качестве кого ты туда явишься, девочка? В качестве Кобры тебя ко дворцу и близко не подпустят.

Чой поджала губы, злобно глянув на Эльфа, но промолчала. Сяо также злобно глядел на Эльфа, но тоже промолчал.

Вскоре мы въехали в Северное королевство. Ночи стали холоднее, и мы вынуждены были искать места в тавернах для ночёвок. На период игр Академии магов в этом королевстве хозяева таверн нещадно завышали цены. Эльф с Гномом, расплачиваясь, ругались и ворчали. Но делать было нечего — приходилось платить, так как ночевать под открытым небом стало холодно, а хозяева гостиничных заведений были настоящими барыгами и снижать цены не соглашались.

Наконец мы достигли столицы Северного королевства — Нордлина — и после долгих поисков сняли номера в таверне на окраине города. До арены было, конечно, далеко, но зато у каждого из нас была отдельная комната.

Вечером, когда мы ужинали на кухне в таверне, туда завалился невысокий коренастый мужчина. Оглядев помещение, он направился к нам.

— Если я не ошибаюсь, то вы, господин, лейр Сторн? — обратился он ко мне.

— Да, он самый. Чем могу быть полезен? — спросил я настороженно.

— Лейр Сторн, могу я переговорить с вами наедине? У меня есть для вас интересное предложение, — сказал крепыш.

— Предложение?! — тут же оживился Эльф. — Хочу заметить, что я законный представитель лейра Сторна, и все предложения рассматриваю сначала я.

— Хорошо, — спокойно сказал русоволосый крепыш и, придвинув к нашему столу стул, сел рядом с нами. — Меня зовут Рюмин Кованный. Можно просто Рюмин. Вы можете не представляться — я вас всех знаю. Итак, к делу. Лейр Сторн, у меня есть для вас небольшая работёнка в нашем королевстве.

— Мы во внимании, — заявил Эльф.

— Плачу двести кю, и работёнка всего на один день.

— А вот это уже интересно. Продолжайте, — воодушевился Эльф.

— В общем, работёнка, как я сказал, непыльная. Нужно всего-навсего взять товар в одном месте и доставить его в другое.

— Мне уже не нравится, как это звучит, — встрял я. — Все грязные и незаконные делишки именно так и предлагают.

— Ничего подобного, никакие это не грязные делишки, — запротестовал Рюмин. — Немного незаконные, согласен, но вполне себе чистые. Вам нужно всего-то взять свиток в лаборатории от храма друтов и принести мне. Ну и, конечно, обязательное условие — вы не должны открывать свиток.

— То есть выкрасть свиток, если называть вещи своими именами? — уточнил я.

— Да нет, что вы. Не выкрасть. Вам лаборант Галл сам его отдаст.

— А почему же тогда вы, Рюмин Кованный, сами его не заберёте? — поинтересовался Гном.

— Потому что вынести его непросто. Вокруг лаборатории три кольца охранной магии. Первое кольцо не пропускает свиток, и если удастся за него пройти, сработает сигнализация. Второе кольцо пропускает свиток, но сожжёт того, кто будет пытаться через него пройти. Ну и, наконец, третье кольцо должно сжечь свиток, если всё-таки удастся его туда дотащить.

— То есть всё-таки украсть, — вставил Гном.

— Нет. В какой-то мере это и мой свиток. Я прошу его вернуть.

— Любопытно, — произнёс Гном. — И почему же этот свиток друт, как вы его там назвали, сам нам его отдаст?

— Галл, его зовут Галл. Он всегда там работает на выдаче артефактов. Выдаст он вам этот свиток для изучения в рамках лаборатории. Дело в том, что император наконец-то сумел продавить друтов, чтобы они предоставили свои артефакты, представляющие ценность для Империи, для изучения имперскими учёными. На основании полученных знаний готовятся методические материалы для подготовки студентов в Магической академии. Друты, конечно, схитрили сперва и дали доступ к абсолютно никчёмным безделушкам в своей библиотеке. А всё, представляющее реальную ценность, они спрятали в лаборатории. Когда об этом стало известно императору, на друтов надавили, и они предоставили формальный доступ.

— И в чём тогда проблема? — спросил Гном. — Заходите, берите и изучайте.

— Я же говорю: дали формальный доступ. Первый пункт договора друтов с императором требует обеспечения сохранности артефактов. А друты утверждают, что маги обладают способностью навредить артефактам, и поэтому вполне законно их не пускают.

— Ну так пусть пойдут не маги и изучают себе, — сказал я.

— Как? — изумился Рюмин. — Что они там увидят? Для них это будут какие-то каракули. На свитке магические руны — их только маг сможет распознать. Причём очень хороший маг.

— И что же вы хотите спереть? — спросил Эльф.

— Не спереть, а доставить в лоно науки, — уточнил Рюмин. — Так вот, доставить мне нужно артефакт под названием «Сказка об одиноком путнике».

— Что? — поразился Гном. — Весь сыр-бор из-за какой-то сказки?

— Для науки она ценна.

— И почему же вы не хотите, чтобы мы заглянули в эту сказку?

— Это будет небезопасно для вас. Ну и, конечно же, я не хочу разглашения.

— Ну и как вы планируете контролировать, что мы не посмотрим в свиток? — поинтересовался Эльф.

— Я отправлю с вами своего человека.

— Вы готовы им рискнуть? — спросил Гном. — Он же должен сгореть на втором кольце.

— Он ничем не рискует. Второе кольцо активируется артефактом. Если у человека его нет, он безопасно пройдёт вовне.

— Триста кю, — заявил Эльф. — Плюс надо ещё посчитать накладные расходы.

— Да эта работа стоит не более ста пятидесяти кю даже у магов фиолетового уровня, — возмутился крепыш.

— Ну так и нанимайте их. Мы-то вам зачем? — спросил Эльф.

— Так в том-то и дело, что все более-менее серьёзные маги уже примелькались и всем известны. Нужен новый маг. А вас, Сторн, никто ещё в Северном королевстве не видел. Поэтому я и даю ещё пятьдесят кю сверху.

— Вообще-то эта работёнка незаконная, — встрял я.

— Вот именно, — сказал Эльф. — И поэтому триста пятьдесят кю.

— Что?! — возмущённо вскричал Рюмин, выпучив глаза. — Вы хотите двести кю сверху только за то, что ваша морда не примелькалась?!

— Вообще-то у меня не морда, а лицо, — вставил я.

— Вот именно, — сказал Эльф. — Поэтому четыреста кю и не меньше.

Рюмин какое-то время сидел молча, размышляя. Мы терпеливо ждали. Наконец он сказал:

— Хорошо, пусть будет по-вашему. Триста кю — и по рукам!

— Нет, — не соглашался Эльф. — Четыреста кю, и ни монетой меньше.

— Ладно, — раздражённо сказал Рюмин, — пусть будет триста пятьдесят, как вы и предлагали с учётом незаконности.

— Нет, — опять не согласился Эльф. — Мы предлагали четыреста.

— А четыреста-то почему?!

— Потому что у лейра Сторна крайне благородное лицо и высокое положение. И хорошо, так уж и быть, накладные расходы мы не будем включать в счёт.

— Хорошо, — наконец согласился Рюмин, поняв, что больше ничего не выторгует, а наоборот, может ещё потерять. — Четыреста кю.

— Тогда по рукам, — сказал Эльф, протягивая руку.

— С вами невозможно иметь дело, — сказал Рюмин, принимая рукопожатие.

Он указал нам адрес, по которому следует явиться перед заданием, после чего ушёл.

— Ты зачем согласился? — спросил я Эльфа, когда Рюмин ушёл.

— Четыреста кю, знаешь ли, на дороге не валяются.

— А как ты планируешь пролезть через три магических кольца? — Гном озвучил вопрос, который уже крутился у меня в голове.

— С помощью амулета, конечно. Мы ж с амулетом Сторна теперь можем не только захудалую лабораторию друтов обчистить, но и самого императора, — заявил Эльф.

— Какого амулета? — не понял я.

— С помощью которого ты с Маяка драконов перенёсся.

— А ничего, что он уже использован и больше не работает? — поинтересовался я.

— Как не работает? Совсем не работает? Он одноразовый, что ли? — стал расспрашивать растерянный Эльф.

— Да. Он рассчитан только на одну команду.

— А может, его можно как-то подзарядить? — не сдавался Эльф.

— Нет. Камни драконов не надо заряжать. В них нужно вложить команду, которую они потом выполняют, — разъяснил я.

— А как вложить эту команду? Ты можешь это сделать?

— Нет, не могу. Это только друты в старину умели, а сейчас, наверное, и они уже не умеют. А меня сам Маяк, как его хозяина, перенёс с помощью этого кристалла, — сказал я, доставая из кармана камень дракона. — Сейчас он не работает.

Про амулет Смарагд я промолчал, так как она просила никому о нём не говорить. Да и не лучшая идея — переноситься к ней в логово драконов, особенно если она будет в драконьем обличье.

— Эльф, может, надо было сначала с нами всё обсудить, прежде чем договариваться? — недовольно прорычал Гном.

— Ну, выкрутимся как-нибудь, — неуверенно пробубнил Эльф.

— Как?! — спросили мы с Гномом в один голос.

— Например, не будем с ним связываться. Кто он такой? Я про него не слышал раньше, вот и пусть идёт лесом со своими свитками.

Глава двадцать пятая.

Но утром мы всё-таки решили исследовать окрестности лаборатории — вдруг удастся что-нибудь придумать. Четыреста кю, как сказал Эльф, на дороге не валяются, да и плохо приобретать репутацию безответственного мага.

— Пробившись в Северное королевство, ты теперь входишь в сотню сильнейших магов империи, — сказал Сяо. — Теперь заказы могут политься рекой, и с очень хорошими гонорарами, если не будет испорчена репутация.

Для Эльфа это был серьёзный аргумент. Поэтому мы с ним, одевшись как простолюдины, чтобы не привлекать внимания, отправились провести рекогносцировку местности.

— Лабораторию будем называть «Объект номер один», — предложил Эльф для пущей маскировки.

— Хорошо, — согласился я.

Лаборатория располагалась где-то на другом краю Нордлина. Добравшись до места, мы оказались на оживлённой и многолюдной площади.

— «Объект номер один» справа, а слева — рынок амулетов, — сказал Эльф. — Пошли на рынок. Пошатаемся там, пообщаемся с местными. Может, кто-нибудь из них поведает нам что-нибудь полезное о лаборатории.

Мы прошли на рынок. Кругом суетились покупатели, торговцы зазывали к себе в палатки. Эльф предложил разделиться и начать собирать информацию об «объекте». Я болтался по рынку, не зная, кого и о чём расспрашивать. Мне было понятно, что без источника магической энергии я никак не смогу выполнить задание Рюмина Кованного. Я задумался о том, где найти этот источник, и мои мысли переключились на воспоминания о Смарагд. От этого стало очень грустно, и, чтобы хоть как-то развеяться, я стал разглядывать разнообразные товары.

Бесцельно бродя по рядам, я оказался в торговом ряду, где все палатки торговали амулетами. Я остановился около одной из них и вдруг почувствовал покалывание по всему телу. Здесь откуда-то била чистая магическая энергия. Тут меня осенила идея: я могу получить энергию здесь, недалеко от лаборатории. Недолго думая, я впустил её в себя. Теперь надо проверить, насколько долго я смогу её удерживать, а также нужно найти место, где я смогу её выплеснуть. Нужно было выбираться с рынка.

— Ты что натворил? — закричал вдруг на меня продавец из этой палатки.

— Вы это мне? — опешил я от такой агрессии.

— Ну а кому же ещё?! Ты мне товар испортил!

— Ничего я не делал.

— Как это не делал?! Все амулеты сломаны! Плати за товар! — орал он, переходя на визг.

— Я даже не прикасался к ним.

— Я охрану сейчас вызову! — визжал торговец.

— Да вызывайте кого хотите. Я не трогал у вас ничего, а товар ваш, наверное, и раньше был испорчен.

— У меня свидетели есть! Плати! — орал он.

— Врёте вы! Не буду я ничего платить мошенникам, — сказал я и пошёл прочь. Энергия уже распирала меня, и надо было её куда-нибудь выпустить.

— Охрана! — раздались крики сзади.

Обернувшись, я увидел торговца, а рядом с ним шагали два широкоплечих шкафа с дубинками в руках. Я ускорил шаг. Мою руку уже жутко распирала чуждая мне энергия. На выходе с рынка меня кто-то схватил за плечо, резко разворачивая. От неожиданности я взмахнул рукой, на мгновение потеряв контроль над ощущениями в ней. Этого хватило, чтобы из неё вылетел сгусток энергии в форме верблюжьего плевка прямо в лицо мордоворота, который меня развернул. От удара плевок разлетелся брызгами вокруг. Мордоворота откинуло назад на пару метров, и он грохнулся на землю, поднимая облако пыли. Рядом с ним, разинув рты от неожиданности, стояли торговец и второй мордоворот.

Ситуация приняла крайне неприятный оборот, мне стало понятно, что пора сматываться. Пока эти двое стояли оторопев и не успели сообразить, что делать, я кинулся наутёк. Но, не зная местности, я вскоре попал в тупик — со всех сторон был забор, а сзади приближались всё те же мордовороты с торговцем, но к ним добавилось ещё несколько человек, пожелавших безнаказанно намять кому-нибудь бока. Этим кем-то на этот раз стал я. Деваться было некуда, и я перемахнул через забор.

За забором оказался небольшой сад с причудливыми кустарниками, за которым возвышались несколько каменных строений. Я кинулся к этим зданиям напролом через кустарник. Позади себя услышал, как стали тарабанить в ворота и кричать:

— Держите вора!

Я нырнул в дверь одного из строений в надежде, что меня не видели, и, закрыв за собой дверь, затаился в темноте помещения. Снаружи минут десять раздавались какие-то крики. Потом они поутихли, но тут дверь распахнулась. На пороге стоял высокий темноволосый мужчина в белой мантии.

— Ты что здесь делаешь? А ну-ка убирайся, — приказал он.

Я выглянул наружу. Там стояли несколько человек, многие с дубинами.

— Мне опасно выходить. Меня побьют, — сказал я.

— А мне какое дело?

— Подожди, Сардикс, — раздался голос из толпы.

Из-за спин здоровенных мужиков вышел старик в такой же белой мантии.

— Я хочу побеседовать лично с этим молодым человеком.

Старичок зашёл внутрь помещения и закрыл за собой дверь.

— Пойдём, молодой человек, пройдём в мой кабинет. Там намного уютнее, — сказал он, отпирая дверь одной из комнат. — Как тебя зовут, мальчик?

- Сторн.

— Очень приятно. Я Лардис, глава местного храма друтов. Сардикс, разожги, пожалуйста, камин, — обратился он к высокому мужчине. — Нам не помешает немного согреться. Сторн, не желаешь ли горячего чая?

— Не откажусь, — ответил я.

Лардис кивнул Сардиксу, тот быстро вышел из комнаты и вскоре вернулся с кувшином в руках. Лардис взял кувшин и налил горячую жидкость в две чашки. Одну протянул мне, из второй принялся пить сам. Какое-то время мы молча пили ароматный чай. На вкус он был слегка горьковатым. Я чувствовал, как приятное тепло разливается по телу.

— Скажи, мальчик, как ты выкачал всю энергию из амулетов? — наконец нарушил молчание Лардис.

— Я? — сначала удивился я, а затем, вспомнив про источник энергии на рынке, догадался, о чём он. — Я не хотел, — залепетал я.

— Я понимаю, — сказал старый друт. — Но как именно ты это сделал?

— Я не знаю. Оно само так вышло.

Друт изучающе уставился на меня и молча тёр в задумчивости подбородок.

— Очень интересный экземпляр, — наконец произнёс он. — Жаль, что у меня сейчас нет времени для изучения. Но, думаю, ему как раз место в нашей лаборатории.

— Вы хотите разместить его на хранение в нашей лаборатории? — спросил высокий друт.

— Да, Сардикс. Оформи его как положено. Это очень редкий экземпляр.

— Э, вы чего? Я вам не артефакт какой-то! — запротестовал я. — Меня нельзя хранить на полке.

— Это ты так думаешь. А на самом деле ты очень ценный артефакт, — заявил Лардис, глядя сквозь меня, отчего у меня по коже побежали мурашки. — Поэтому нам придётся тебя оставить здесь. Мне очень жаль. Хотя кого я обманываю? Я рад заполучить такой любопытный экземпляр.

Друт сухо засмеялся скрипучим и противным голосом. Я начал пятиться, но вдруг почувствовал, что мои ноги плохо слушаются — будто налились свинцом. Руки тоже стали тяжёлыми, я с трудом мог шевелить пальцами. Ко мне подошёл Сардикс и схватил меня.

— Что со мной? — еле выговорил я, так как язык тоже стал плохо подчиняться.

— Это трава столбнячная, — пояснил щуплый старичок-друт. — Я тебе её в чай добавил. Хорошая травка. Вызывает длительное парализующее действие — где-то от десяти до двадцати дней, в зависимости от концентрации. Но я достаточно подсыпал, так что могу с полной уверенностью сказать: в течение двадцати дней ты никуда не сдвинешься.

Ледяное онемение стремительно разрасталось по всему телу, и за считанные секунды я превратился в статую. Я не мог ничего выговорить, язык больше не подчинялся мне.

— Хороший экземпляр! — снова сказал старичок-друт, обходя меня вокруг. — Возможно, ты не просто так появился здесь. Возможно, небеса дают мне шанс стать главой, послав тебя. Надо только изучить твои свойства, и тогда, возможно, на следующих выборах главы победа наконец-то будет моей. Надо только изучить тебя.

Он похлопал меня по руке. Я не чувствовал этого, но видел и слышал.

— Отнеси его в хранилище секретных артефактов, — отдал распоряжение он второму друту. — Я займусь им позже, а пока мне надо ехать на совет Ордена. И никому ни слова про него, понял, Сардикс? Я хочу сам провести все эксперименты над ним, чтобы никто не мешал.

— Я понял вас, — ответил Сардикс, подхватывая и закидывая меня на плечо. — Сделаю всё, как вы сказали.

Друт потащил меня по коридору, спустился по лестнице в глубокий подвал и долго шёл по извилистым подвальным переходам. Наконец он остановился возле одной из дверей, поставил меня на пол, открыл дверь и волоком втащил внутрь. Всё это время я не мог пошевелить и пальцем, что пугало меня — я чувствовал себя абсолютно беззащитным. Друт поставил меня возле каких-то полок и вышел, захлопнув дверь.

Я очутился в абсолютной темноте и тишине. Не знаю, что чувствовал чешуйчатый принц и жив ли он до сих пор в своём коконе, но я испытывал страх и беспомощность. Меня сделали каким-то магическим предметом, лишив возможности проявлять волю. Сначала я лихорадочно пытался хоть как-то заставить своё тело двигаться — хотя бы одним пальцем. Но всё было тщетно. А потом я впал в прострацию. Вокруг ничего не было видно и слышно, тело я не чувствовал, и в конечном итоге потерял и чувство времени. Оцепенение внешнее стало приводить к оцепенению внутреннему, с которым я пытался бороться.

Не знаю, сколько так прошло времени — возможно, я даже заснул. Но в какой-то момент моя воля встрепенулась, рванулась, и я ощутил, что покидаю своё тело. Не могу сказать точно, что это было — сон или видение наяву, — но, вырвавшись из оцепеневшего тела, я пролетел сквозь стены здания и стремительно понёсся к морю, а затем к своему острову. Всё это время я ощущал странную пульсацию в бедре — как раз там, где в кармане штанов лежал камень дракона.

Влетев в свой замок, я вновь почувствовал, как моё сознание сливается с Маяком драконов. Оживившись, замок стал проводить ревизию своего состояния и состояния мира. В такие моменты я не понимал, где работает моё сознание, а где — Маяка. Я ощущал себя единым целым с замком.

Сначала мне показалось, что ничего в моём ощущении мира не изменилось. Казалось, всё было почти так же, как и в прошлый раз, когда я соединялся с Маяком. Но вскоре я ощутил какой-то лёгкий зловещий ветерок с запада. Одна из сторожевых башен, самая западная, пропускала чуждые этому миру эманации. Пока ещё едва заметные, но уже говорящие о готовящемся вторжении с той стороны. Нужно было срочно латать назревающую брешь.

Я стал внимательно изучать состояние каждой башни, но, к счастью, больше неисправностей не обнаружил. Однако что-то меня беспокоило ещё. Что-то смутное и неприятное. Ощутив всю мощь Маяка, я забыл про своё текущее положение, но назойливая мысль напоминала мне о нём. Я с трудом направил сознание на своё физическое тело и волевым усилием попытался привлечь силы замка для своего спасения.

«Пора уже выполнять свой долг», — раздалось у меня в голове.

«Какой ещё долг?» — не понял я.

«Стать моим сердцем и сознанием», — мгновенно возник мысленный ответ. Мне этот ответ не понравился.

«Я в опасности! Нельзя терять время!» — завопила часть моего разума.

«Я вижу источник этой опасности. Сейчас ты со мной вне времени, поэтому все твои страхи напрасны», — прозвучало в моём сознании.

«Мне нужна помощь!» — не сдавался я.

«Когда ты вернёшь свой долг?!» — оглушительным громом пронеслось в моей голове.

«Не сейчас. Позже. Я должен набраться сил», — простонал я мысленно и тут же почувствовал толчок, от которого рухнул на пол, и резкую боль в ноге.

В моё тело вернулась чувствительность. Камень дракона пульсировал жаром, обжигая ногу. Меня бросило в пот, вся одежда промокла. Вместе с потом выходила та отрава, которой напичкал меня старый друт. Тело было ватным и еле слушалось. Я сел, прислонившись спиной к стене, и долгое время оставался неподвижным, приходя в себя.

Наконец я почувствовал, что в голове прояснилось. Руки и ноги стали наполняться энергией. Моё тело, похоже, очистилось от той дряни, которой меня напоили. Я с трудом поднялся на ноги — голова слегка закружилась, — и какое-то время стоял, держась за стену, чтобы не упасть. Головокружение прошло. Я принялся шарить вокруг себя руками, наталкиваясь на полки и их содержимое. Что-то по неосторожности скидывал на пол. Я пошёл вдоль стены в поисках двери. Вскоре нащупал дверной проём и надавил рукой на дверь. На удивление, дверь тут же распахнулась. Похоже, безопасность здесь обеспечивалась только с помощью магии.

В коридоре было светло, и я постоял некоторое время, ожидая, пока глаза привыкнут к свету. Проход освещался факелами, вставленными в специальные ниши в стене. Похоже, факелы были магическими — от них совсем не поднимался дым, и я не ощущал запаха гари. Прежде чем бежать, я решил изучить помещение на предмет оружия. С моей стороны было бы легкомысленно кидаться в неизвестность безоружным. Даже обычная палка стала бы дополнительным преимуществом. Я выдернул из стены один факел и вернулся с ним в помещение с полками.

Первоначальный обыск не дал результатов. Всё помещение было заставлено шкафами и многоярусными стеллажами. Я стал заглядывать во все ящики и на все полки. Обнаруженные там свитки и футляры никак не подходили в качестве оружия. И тут, неожиданно, я наткнулся на футляр с надписью «Сказка об одиноком путнике». Это был тот самый артефакт, который меня наняли украсть.