Девушка-кошка

Я встретила его взгляд, не мигая. В моих глазах, я знала, он сейчас видел нечто, от чего обычные люди начинают нервничать. Вертикальные зрачки, как у хищника, сужались до тонкой щели. Отблеск лунного света, попадая на радужку, создавал эффект свечения. Это была моя маленькая демонстрация силы, мой способ показать, что я не та, кем кажусь на первый взгляд.

Маркус, к его чести, даже не отшатнулся. Но я видела, как дёрнулся кадык на его шее. Вера — вера в то, что «такие, как я» не существуют, — пошатнулась, но не рухнула. Он был слишком упрям, чтобы признать очевидное. Его разум отказывался принимать то, что видели глаза, искал рациональное объяснение, цеплялся за привычные схемы.

— Я не подчиняюсь вам, капитан, — произнесла я с расстановкой, не отводя взгляда. — Я не ваша сотрудница. И не ваш домашний питомец.

Я медленно, демонстративно, разжала пальцы. Бумажник, который я всё ещё держала, упал на черепицу между нами, шлёпнув по камню, как пощёчина. Звук был негромким, но в тишине ночи он прозвучал как выстрел. Как объявление войны.

— Заберите свои доказательства, — бросила я. — И передайте своим коллегам, что в следующий раз, когда они будут «вести» мелкого карманника три недели, пусть хотя бы научатся прятать свои жучки.

С этими словами я развернулась и, подойдя к краю крыши, посмотрела вниз. Ветер подхватил полы моего плаща, развевая их за спиной. Я знала, что выгляжу эффектно в этот момент — тёмный силуэт на фоне луны, волосы развеваются, поза, полная достоинства и вызова.

— Стой! — рявкнул Маркус. — Я тебя не отпускал!

— А я и не спрашиваю разрешения, — ответила я, не оборачиваясь.

И прыгнула.

Полёт был коротким. Я приземлилась на карниз соседнего здания, на два этажа ниже, гася инерцию мягким кувырком. Сзади раздались ругательства, но я уже бежала, перепрыгивая с крыши на крышу, становясь тенью среди теней, размытым пятном в бурой тьме ночного города. Его голос ещё некоторое время преследовал меня, но постепенно затих, растворился в шуме ветра и далёких сирен.

Злость клокотала во мне, смешиваясь с азартом погони, которая только что закончилась. Этот старый ворон, Маркус, был прав в одном: такие, как я, опасны. Но его представление об опасности было однобоким. Он видел во мне угрозу порядку, который сам же и не мог поддерживать. А я видела себя тем, кто делает за них их работу. Только лучше. Чище. Эффективнее.

Я остановилась на крыше высотки и посмотрела на раскинувшийся внизу город. Море огней, реки машин, лабиринты улиц. Этот город был моим охотничьим угодьем, моей игровой площадкой, моим домом. Я знала каждый его уголок, каждую крышу, каждый тёмный переулок. Я чувствовала его ритм, его дыхание, его пульс. И он, в свою очередь, знал меня. Принимал меня такой, какая я есть, не задавая лишних вопросов.

Где-то там, внизу, Маркус всё ещё стоял на крыше, глядя мне вслед. Я чувствовала его взгляд почти физически — жгучий, сверлящий затылок. Он будет меня искать. Он заведёт дело, поднимет старые архивы, будет собирать слухи. Это лишь вопрос времени, когда наши пути снова пересекутся. Но я не боялась. Я никогда не боялась людей. Даже таких упрямых, как он.

Я присела на край и свесила ноги вниз, наслаждаясь высотой и тишиной. В кармане завибрировал телефон. Я достала его и взглянула на экран. Сообщение от Марты, моей квартирной хозяйки и, по совместительству, единственной, кто знал мой секрет.

«Ну что, кошка, нагулялась? Внизу тебя ждёт какой-то мрачный тип. Говорит, что от Маркуса. Говорит, у него к тебе дело».

Я нахмурилась. Как быстро он меня нашёл. Или, вернее, как быстро он вычислил, где я живу. Это настораживало. Если у него хватило ума наведаться по моему адресу, значит, моя конспирация не так хороша, как я думала. Или у него есть свои источники информации, о которых я не подозревала.

«Какой у него вид?» — напечатала я в ответ.

Ответ пришёл мгновенно.

«Вид как у бульдога, который неделю не жрал. И у него значок».

Значит, прислал кого-то из своих. Хочет поговорить. Или арестовать. Пытаться арестовать меня в моём собственном доме — плохая идея. Но, видимо, капитан Маркус полон плохих идей. Или он просто хочет показать, что не намерен оставлять меня в покое.

Я поднялась и отряхнула плащ. Ночь только начиналась, и становиться в позу оскорблённой невинности не входило в мои планы. Но и прятаться в тени, как загнанный зверь, я не собиралась. Если этот бульдог с бляхой хочет поговорить, я дам ему возможность. На моих условиях. И если ему не понравится мой тон, он сможет высказать все претензии моему адвокату. Которого у меня, правда, не было, но это уже детали.

Я окинула взглядом панораму города, запоминая путь к дому. Нужно было спуститься по пожарной лестнице, пересечь два двора, обойти круглосуточный ларёк с шаурмой, где вечно отираются подозрительные личности, и нырнуть в арку старого доходного дома. Обычный маршрут. Сегодня он казался слишком рутинным, слишком предсказуемым.

Маркус мог установить наблюдение за домом. Марта — милая женщина, но у неё слишком длинный язык и слишком короткая память, чтобы не сболтнуть лишнего в разговоре с обаятельным полицейским. Чёрт. Нужно было быть осторожнее. Нужно было предупредить Марту, чтобы она не разговаривала с незнакомцами. Хотя кого я обманываю? Марта обожает разговаривать со всеми подряд. Это её главная слабость и, одновременно, главное достоинство.

Я встала на краю и глубоко вздохнула, наполняя лёгкие ночным воздухом. Пахло близким дождём, электричеством и чьими-то жареными каштанами с соседней улицы. Мои обострённые чувства улавливали малейшие колебания атмосферы, шорохи, звуки. Где-то вдалеке плакал ребёнок. Ему вторила кошка, запертая в чьей-то квартире. Звуки накладывались друг на друга, создавая симфонию ночного города — странную, дисгармоничную, но по-своему прекрасную.

План действий созрел мгновенно. Я не пойду домой. По крайней мере, не сразу. Пусть этот «мрачный тип» Маркуса подождёт, если ему так нужно. А я пока навещу одно местечко, где можно залечь на дно и обдумать сложившуюся ситуацию. Местечко, где меня точно не будут искать, потому что обычные люди туда не ходят. Клуб «Чердак», что на пересечении Пятой и Бродвей-авеню. Заведение с сомнительной репутацией, но хорошим кофе и абсолютной лояльностью к тем, кто предпочитает держаться подальше от глаз закона.

«Чердак» был особенным местом. Туда не пускали полицейских, журналистов и просто слишком любопытных. Там собирались те, кто жил на границе между мирами — между днём и ночью, между законом и беззаконием, между человеческим и сверхъестественным. Там можно было услышать истории, от которых у нормальных людей волосы вставали дыбом, встретить существ, которые в дневном свете казались бы галлюцинацией. И там варили лучший кофе во всём городе — крепкий, как удар в челюсть, и сладкий, как первый поцелуй.

Приняв решение, я снова улыбнулась. Ночь по-прежнему была в моём распоряжении, и какой-то там капитан не мог мне этого испортить. Что бы он там ни задумал, ему придётся играть по моим правилам. А правила эти были просты: я — кошка, которая гуляет сама по себе. И никто, даже самый упрямый капитан полиции, не сможет посадить меня на цепь.

Я отступила на шаг назад, разбежалась и прыгнула. Тело само выгнулось в воздухе, ловя потоки ветра. На секунду мне показалось, что я могу взлететь. Что гравитация отступит, и я поднимусь над городом, как птица, оставив внизу все проблемы, все страхи, все сомнения. Но земля снова позвала меня, и я мягко приземлилась на крышу соседней пристройки, снова переходя на бег.

Впереди была целая ночь. Ночь, полная загадок, опасностей и приключений. Ночь, которая могла изменить всё. Хотя я ещё не знала этого.

Алиса ещё не знала, что эта случайная встреча на крыше станет началом долгой и опасной игры, в которой ей придётся балансировать между миром людей и собственной тайной. Она не знала, что капитан Маркус, несмотря на свой скептицизм, сыграет в этой игре ключевую роль. И что очень скоро ей придётся выбирать между своей свободой и жизнями тех, кто ей дорог.

Но это было потом. А сейчас — только ночь, только ветер в волосах и только бесконечные крыши города, расстилающиеся перед ней, как тёмное море с огнями-волнами. Она бежала, и город бежал вместе с ней.