скачать книгу бесплатно
Иной бы и опечалился, но Вова с данным контингентом уже дело имел. В бытность ещё студентом, ему не раз приходилось видеть, как проходящие лечение в ЛТП что-то грузили в институте, собирали столы и стулья в учебных комнатах, монтировали оборудование. Работа выполнялась без больших огрехов, а иногда и просто хорошо. Мужики в основном были рукастые.
– Кто старший? – не зная кому передать привезённых обратился к Володе и Михаилу Моисеевичу водитель автобуса. Сопровождающего проходящим лечение не выделили, и он временно нёс за них ответственность.
– Позвольте представиться, Владимир Ильич, начальник ЦМН – 678, – как мог официальнее обозначил своё положение Володя. Лицо суровое сделал и плечи расправил для солидности.
– Десять человек Вам выделено. Вот список. Вечером еду им привезу, – буркнул водитель автобуса и сунул Владимиру бумажку. Больше ни слова, ни пол слова. Видно куда-то он сильно спешил, опоздать боялся.
Чудо отечественного автопрома покинуло школьный двор. Перед Володей остались стоять десять взрослых потёртых жизнью мужиков.
– Добрый день. Много говорить не буду, ситуацию нашу сегодняшнюю вы сами хорошо знаете. Сюда будут свозить потерявших сознание после вакцинации жителей нашего с вами города. Предстоящая задача на сегодня – освободить классы от парт. На их места, возможно уже и завтра, будем устанавливать кровати. Позднее сюда прибудет медицинский персонал. – дал вводную Володя.
– Не прибудет, начальник. Мы и присланы тебе в помощь. До самого конца Беды, – неторопливо проговорил один из привезённых. Последнее слово так он выговорил, что оно с большой буквы прозвучало.
– Не понял. Вы, что – из медицинских работников? – несколько удивился Володя. Знал он, что коллеги попивают, но уж не до такой же степени. До ЛТП редко кто скатывается. Тут же целую команду ему на помощь прислали.
– Нет. Мы – специалисты широкого профиля, – с лёгкой улыбочкой отозвался опять тот же самый из прибывших ЛТПэшников.
Во удружили многомудрые начальники. Вова даже немного растерялся.
– Ну что, мужики, повезло опять нам. Небо вон как затянуло, дождь скоро будет, а мы под крышей сегодня работаем, – обратился уже говоривший с Володей к своим товарищам по принудительному лечению.
– Погода шепчет… – начал было один из них.
– Я сейчас тебе пошепчу, болезный, – прервал его словоизлияния тот же пока Вове не знакомый ЛТПэшик. Который про широкий профиль прибывших упоминал.
– Шучу, шучу… – пошёл на попятный не понятый на сей раз трудовым коллективом.
Только успели в школу зайти, так и дождик начался. Забарабанило по крышам, пропыленным тополям, асфальту. Сильный он был, но быстро прекратился. Капельки умостились на травинках и стали нежно питать их зелень. Как летом и бывает. Воздух после дождя посвежел, даже немного прохладней стало. Это не хуже – работать будет легче. Её же, работы этой, было вагон и маленькая тележка. Делать не переделать, а успевать надо…
Глава 11 Ваня Афанасьевич
Пермь, конец июня 1987 года
Ваня родился в самой лучшей стране на свете.
Граждане этой страны варили сталь, летали в космос, искали нефть, добывали алмазы, на многие тысячи километров прокладывали железные дороги…
Ваня об этом не сразу узнал. В яслях об этом не рассказывали.
Следующей ступенькой в его жизни был детский сад. Здесь кроме полезного и вкусного питания, дневного сна и прогулок на свежем воздухе воспитатель вслух читала книжки. Дедка, бабка, внучка, Жучка, кошка и мышка тянули репку. Совместно выполняли производственный план по сбору урожая. Помогая друг-другу они сделали то, чего не могли сделать по одиночке. Отложилось и запомнилось. Без осознания – мал ещё.
Дальше – в школу пошёл. Папа на смене – не подмениться, поэтому с букетом и мамой в правой и левой руке, с ранцем за плечами перешагнул дверь класса. С первого дня здесь стали к дисциплине приучать – по звонку отдыхать и работать. Не, когда сам захотел, а как большие люди решили.
Октябрёнком стал, красная звёздочка на курточке появилась. Не всем такие получить удалось – Шура Торопков много двоек имел и во внучата Ильича не попал. Ваня же – на четвёрки и пятёрки учится, а ещё он и санпост. Звёздочку с маленьким Володей Ульяновым получил одним из первых в классе. В дополнение к повязке с красным крестом. Кстати – повязка та власть над одноклассниками давала. Выявил у кого грязные руки или черноту под ногтями – можешь данную личность отправить приводить себя в порядок. Шли как миленькие. Куда им деваться.
Галстук повязали. Пионер – значит первый. Во всём. Но это – в идеале. Лучше всех во всём все не могут быть. Кто-то всё равно должен быть хуже. В любой иерархии точка отсчёта должна иметься, кто-то обязан как самый маленький в конце шеренги последним стоять. Ваня средним пионером оказался – не в передовиках, но и в хвосте не плёлся.
Время подошло – в комсомол заявление подал. Всем классом в один день писали. В двух вариантах. Бойкая девица из райкома мелом на одной половине доски первый вариант набросала, на оставшейся – второй. Наманикюренным пальчиком указала кому какой на розданных листочках изобразить. Через неделю на вопросы по уставу всесоюзной организации ответили и в ряды влились. Выполнял разовые поручения, спортом занимался. Боксом. КМСа даже сделал.
Всё шло своим чередом, но на танцах подрался. Не тому морду начистил. Сам он виноват был, но родители обиженного вмешались, на рычаги нужные нажали, куда надо и сколько надо занесли. Родители дачу и машину продали, не посадили, но из секции попёрли, и характеристика по окончании школы была соответствующая. Дорога к высшему образованию была закрыта.
Знакомые устроили в пункт приема стеклотары. Пусть и в синем халате, но деньги получалось поднимать нормальные. Стал попивать, но втянуться не успел – Родина в ряды непобедимой и легендарной позвала. Два года катал квадратное и возводил нужное. Автомат на присяге подержал.
После армии опять бутылки и банки принимать от населения пошёл. За нарушение общественного порядка в состоянии алкогольного опьянения по решению суда на полгода в лечебно-трудовой профилакторий загремел. На биографии то пятнышки уже имелись.
Вот и лечился сейчас трудом Афанасьевич. Ваней его, как в пункте приема стеклотары работать начал, уже не звали. Местная синь его так уважительно величала, а потом оно и прилипло. Афанасьевич да Афанасьевич, хотя и молод он ещё для Афанасьевича был. Тридцатник Ивану ещё не стукнул.
Хрень потом эта в мире началась. Прививать всех стали. Когда ЛТП вакцинировали, они бригадой на выезде были. Потом всё хуже завертелось-закрутилось, не до алкашей большим начальникам стало. Так и остался Афанасьевич с соратниками без профилактической медицинской процедуры. Жизнь показала, что повезло им.
После завтрака в автобус загрузили, в ЦМН какой-то повезли. Там, дескать работать сегодня и в последующем будете. До самой победы. Лтпэшника ведь не спрашивают, где он трудотерапию проходить желает, дают задание и вперёд с песней к трудовым победам и свершениям.
Во дворе школы, куда их привезли, к автобусу подошли старичок интеллигентного вида и амбал культурист.
– Кто старший? – Федя-водитель к ним обратился. Сегодня он назначен ответственным за проходящих лечение и усваивающих правила социалистического общежития в условиях принудительной изоляции.
Как ни странно, парнишка молодой тут начальником оказался. Ему нас с рук на руки по бумажке и сдали. Пайку вечером Федя обещал привести, значит опять без обеда работать придётся. Ну, не в первый раз.
Работа предстояла сегодня не сложная – парты из классов убрать. Парень-начальник сказал, что разрешено их даже просто из окон выбросить. Чудило. Когда это всё кончится, ребятишкам сидя на полу надо будет учиться? Никто никуда ничего в окно кидать не будет. Составим парты и столы аккуратно в коридоре вдоль стеночки и никому они не помешают. Потом и на место вернём. Парнишка то думал, что мы тут на день-два. Нет, мы тут до победного. До самого конца Беды.
Глава 12 Разговор в пути
Пермь, конец июня 1987 года
– Ну как тебе, Володя, жертвы советской карательной психиатрии? – вывел из состояния задумчивости Сергей Володю. Взбодрил его даже несколько.
Вот сформулирует иногда Сергей вопрос как-то не по-нашему, не знаешь, что и правильно ответить. На текущую сегодняшнюю обыденность у него взгляд издалёка, со стороны. Что нам кажется нормальным так повернёт и вывернет…
– Хорошие вроде мужики. Не только сегодняшним днём живут, кое-кто уже и о будущем думает. Верят, что победим Беду, – на ходу ему отвечаю. Первое что в голову пришло. Часто это правильным и бывает.
С транспортом сегодня проблемы. Хуже даже, чем вчера наблюдались. Не горят зелёненькие огоньки такси, трамваи посреди лета, наверное, к рельсам где-то пристыли, автобусы и троллейбусы в спячку не в сезон впали. Транспортный коллапс, как Сергей выражается.
Хорошо ещё холодная вода подаётся. Вспомнил Вова общежитские времена и армию – как водой из горной речки умылся и прочие гигиенические процедуры совершил. Бодрит, конечно, но другого варианта всё равно нет.
Памятуя о том, как вчера до морфологического корпуса добирался, утром заранее в облздравотдел отправился. Идёт сейчас, на городские красоты любуется, с попаданцем своим беседует.
– Одно меня, Сергей, беспокоит – как я с этими жертвами нашей карательной психиатрии, по твоему выражению, за пациентами центра ухаживать буду? Как поддержку их жизнедеятельности обеспечу? Кому медицинскую процедуру какую может надо будет, массаж для предупреждения пролежней опять же нужен, парентеральное питание всем ещё необходимо… – опасениями с Сергеем делюсь. Много чего в медицинском отношении может потребоваться, а тут у меня такие помощники.
– Если я правильно лекции тобой слушанные помню, парентеральное питание – это способ введения питательных веществ в организм путём внутривенной инфузии в обход желудочно-кишечного такта? – многомудрый мой попаданец уточняет. Как по писанному чешет. Всё что мне в институте говорили, он тоже всей поверхностью своего попаданческого сознания впитывал.
– Как всегда, Вы профессор, правы, – немного подкалываю его. Могу же я уж со своим то попаданцем и немного пошутить.
– Наркоманы в процессе лечения сейчас в твоём подчинении имеются? – задает риторический вопрос Сергей. Вот такой он мастер слова. Вопрос-утверждение родил, лицо с гуманитарным образованием.
– Есть парочка, – остаётся подтвердить, другого выхода у меня нет.
– Любой среднестатистический наркоман со стажем в швейную нитку, не то что в вену вколется. Испереживался он, кто ему капельницы ставить будет, – даёт непоколебимо верную подсказку попаданец.
– Принимается. – берёт на память сказанное Сергеем Володя. Больше пол дороги уже прошли. Ещё немного осталось.
– Насчёт массажа. Кто массажем в большинстве своём во всем мире занимается? Врачи? Фельдшеры? Нет. Чаше лица без медицинского образования. И ты своих основным приемам научишь. Будут как миленькие поглаживать, растирать, разминать и ударные и вибрационные техники применять сначала под твоим руководством, а потом и сами. Тут главное – практики побольше после правильной теории, – снова обоснованно успокаивает Вову Сергей.
– Спасибо. Не дал в уныние впасть. Будешь моим незримым заместителем по медицинской части, – начинаю раздавать я должности. Руководитель я или нет. Хороший начальник окружает себя первоклассными исполнителями, делегирует им задания и контролирует процесс и результат исполнения. Сам хоть лопни – всё не сделаешь.
– Спасибо за доверие, – подозрительно серьёзно Сергей отвечает.
Проникся он ситуацией. Понимает, что легко не будет.
Попаданец мой мужик хороший. В беде не бросит. Вот и сейчас плечо готов подставить.
Так, а вот и к областному отделу здравоохранения подошли. За разговорами оно быстро и получилось. Время ещё есть. Сейчас перекурим и вперёд за инструкциями и методичками, что сегодня обещали выдать. Узнать ещё надо – когда кровати и медицинское оборудование ко мне в центр завозить будут.
Глава 13 Новости
Пермь, конец июня 1987 года
Дверь. Холл. Лестница. Коридор. Конференц-зал. Место встречи со вчерашнего дня не изменилось, а вот присутствующих стало меньше. Процентов на пятнадцать. Может даже и на больше. Будем надеяться, что причины отсутствия у них уважительные. Так представитель от областного отдела здравоохранения сказал. Вова к высказанному в мыслях присоединился – всегда надо надеяться на лучшее, не надо о людях плохо думать без повода.
Поздоровался со знакомыми и просто с теми, кто руку навстречу протянул. На столе в углу зала стопки методичек и инструкций что-то не лежали. Его полированная поверхность оставалась девственно чиста.
Опять что ли ничего руководящего нам не приготовили? Как нам быть и что делать в разных ситуациях? А вот представим – рожать начала у меня какая-то дама в центре, что я должен делать? Пока совещание председательствующий не начал, решил задать данный вопрос рядом сидящему соседу. Если память не изменяет – он акушер-гинеколог. А может его присутствие на соседнем кресле и способствовало возникновению данного вопроса? Навело, так сказать, на подобную мысль?
Оказалось, что не глупые люди здравоохранением области руководили. Всё уже решено у них было организационно и в собственно медицинском отношении. Всех беременных, независимо от срока, будут концентрировать в отдельные центры медицинского наблюдения. На базе лечебно-профилактических учреждений они развернуты, так что не волнуйся Вова – с такими проблемами тебе сталкиваться не придётся. В твою переоборудованную школу пузатенькие тётеньки косяком не пойдут. Маршрутизация наблюдаемых данного профиля уже разработана.
Володя немного успокоился и больше глупых вопросов окружающим не задавал. Начинающим организатором здравоохранения он являлся, поэтому всякое разное в голове его и возникало. Новая ситуация всегда массу вопросов генерирует – как, когда, зачем… Перечень этот можно ещё долго продолжать. А вот лет десять бы он где-то чем-то поруководил – большинство проблем бы просто на автомате решал, так, походя их как орешки щёлкал… И ничего лишнего себе бы не напридумывал.
Всё не важное пока в сторону откладываем – в президиум кому положено поднялись. Послушаем, чем нас обрадуют.
Информация была – не знаю, как и правильно сформулировать. Сегодня ночью американцы сведениями поделились. Они то произведённую на территории их страны вакцину первыми применять начали, народ у них соответственно в коматозное состояние раньше, чем у нас впадать стал. Вот поэтому они и большей информацией о данном процессе располагали.
Оказывается, в течение трёх суток после потери сознания у человека в организме все процессы как бы замедлялись. Проявлялось это всё более редким дыханием и сердцебиением, бессознательное тело переставало из себя что-то выделять, не реагировало на раздражители. К шестому дню человек как бы консервировался, превращался в подобие чего-то типа резиновой куклы. Слово резина, пояснил выступающий, весьма условно. Применено просто для сравнения. Какое-то количество людей, на которых проводили испытание вакцины, такими манекенами лежат уже довольно долго, но каких-то явлений разложения у них не выявлено. Что с ними происходит – современная наука понять не может. Творятся просто чудеса – вакцина, опять же условно, будто ремонтирует тела. Исчезают доброкачественные и злокачественные опухоли, восстанавливаются пораженные кариесом зубы, вместо артритов и артрозов на рентгенограммах начинают наблюдаться здоровые суставы. Идёт омоложение организма. У детей эти явления выражены меньше. Они почти не меняются, но также представляют из себя своеобразные консервы.
Сидящие в зале переглядывались, хмыкали, пожимали плечами, кто-то даже пару матерков на волю отпустил… Услышанное удивляло, приводило в недоумение. Фантастика какая-то. Просто война и немцы…
Разработчики вакцины клянутся, что подобного воздействия на человеческий организм они не закладывали. Хотели сделать как лучше. У первых опытных партий препарата ничего подобного не наблюдалось. Начали массовое производство, продавали вакцину во все страны мира, те начали прививать население… Тут вышеописанный эффект и проявился. Поиски путей его устранения результата не имели.
– Что ж они раньше то об этом никому не сказали? – раздался голос из зала. Громко было сказано и возмущенно.
– Капиталисты, бля… Коммерция всё, деньги заработать хотели. За медный грош удавятся, – сорвался председательствующий. Налил из графина стакан воды и выпил. Вытер лоб не очень чистым носовым платком.
Зал загудел. Все стали бурно обсуждать услышанное. Присутствующих вроде это напрямую и не касалось – собраны здесь были по разным причинам не привитые, но что с миром то сотворили… У каждого из сидящих здесь вакцину получили члены семей, родственники, знакомые, коллеги…
– Товарищи, успокаиваемся. Продолжаем работу. – навёл порядок председательствующий.
Постепенно в зале наступила тишина, но мозги то у каждого кипели…
– Сказанное здесь на настоящий момент является государственной тайной. Распространяться об этом строго запрещается. При выходе из зала с вас возьмут соответствующим образом оформленную подписку, – перемежая просторечия и канцелярит продолжил председатель сегодняшней встречи.
У выхода из конференц-зала появились подтянутые граждане в строгих костюмах.
– Работа по организации центров медицинского наблюдения должна быть продолжена прежним порядком. Дальнейшие распоряжения до вас будут вскоре доведены, – закончил своё выступление представитель облздрава. Встал. Ещё раз наполнил стакан из графина. С видимым удовольствием его опустошил.
Собравшиеся в зале снова почти одновременно загомонили, застучали сиденья кресел, но вскоре помещение опустело. Только поблескивал потёртым замком кем-то забытый портфель.
Глава 14 Мобилизация
Белая Холуница, конец июня 1987 года
Армия Князя Мёртвых росла. За один день чуть не в два раза увеличилась – его верные последователи двух новобранцев привели. Встретили на улице пару деревенских парнишек-близнецов. В город они из колхоза пришли, что был в трёх километрах от райцентра расположен. Родители их сознание потеряли и сейчас дома недвижно лежат, фельдшер ФАП в отпуске, председателя давно уж не видели – вот и направились они в город за помощью. Саша и Коля их у больницы перехватили, буром на не местных наехали и в ряды сподвижников Князя Мёртвых мобилизовали.
Когда у них прививки делали, они на реке были. Родителям и односельчанам вакцина медицинским работником фельдшерско-акушерского пункта введена была согласно списку, а близнецов эта участь миновала. Нет, в отчёте фельдшера по прививкам они фигурировали и даже пара ампул им предназначенных в сейфе на ФАПе хранилась, но медработник сначала на учёбу в город на курсы повышения квалификации была направлена, а потом на море в отпуск укатила. Так и остались парни без прививок.
Князь Мёртвых разместил пополнение в лесном шалаше – такая база по летнему времени в его армии имелась. Саша и Коля несколько дней её строили из ворованных стройматериалов. Получилось не плохо – до самого снега можно в ней квартировать, а если ещё и печь в ней соорудить – хоть Новый Год празднуй.
Коле приказ вышел муштровать новобранцев и повышать их боевые характеристики. На вечер он запланировал стрельбы, но осуществить их не получилось. Дождь помешал. Не как из ведра лил, но и не моросил. Не желали поджиги под обильными осадками выполнять свою функцию. На этом фоне братья вспомнили, что и у их отца, да и у многих в деревне в домах ружья имелись. У некоторых даже и не по одному. Хранились они под замком, а не просто так на виду валялись. Поэтому, для того чтобы их добыть инструмент нужен.
Коля зайцем к Князю Мёртвых метнулся, обрисовал ситуацию, был похвален и сигареткой вознаграждён. Инструмент для добычи охотничьего гладкоствола у запасливого во всех отношениях Князя Мёртвых имелся. Солнышко ещё высоко на небе встать не успело, на траве роса не высохла, а пятеро воинов уже в сторону деревни двигались. Перемещались в том же направлении пила по железу, лом и прочий необходимый взломщику инструментарий. В колхозе это тоже можно найти, но надежнее своё иметь. Запас карман не тянет, тем более, что тяжести новобранцы тащили. Так им по статусу положено.
По дороге под влиянием идеологической накачки и после посвящения в грандиозные планы Князя Мёртвых братья вспомнили, что на реке в тот день вакцинации они ещё и других ребят видели. Может и они этого медицинского мероприятия избежали?
Вождь формирующейся орды принял решение обойти ближайшие сельские поселения и поставить под её знамёна всех найденных. Если взглянуть со стороны – мысль у него сформировалась дельная. Это в месте своего проживания он и Саша с Колей числились в дебилах и ушлёпках, в сельской местности они же являли собой крутых городских парней. Ещё и огнестрелом они сейчас разживутся в домах соседей близнецов. Проблема с провиантом в пути не стояла – огороды по летнему времени прокормят. Спички у курящих подростков имелись.
Вскоре и деревня братьев показалась. Результатом её обхода и криминального промысла явились пять стареньких ружей разных калибров, большое количество патронов из загашников запасливых сельских охотников и три новых малолетних бойца. Деревенские семьи в СССР часто многодетные и некоторые личности из подрастающего поколения по разнообразным причинам избежали введения в определённые части тела американского препарата. Они и пополнили армию Князя Мёртвых. А куда им деваться? Привычный мир рухнул, родители недвижимые лежат, помощи в обозримом пространстве не видно…
Переменившие хозяев ружья были безжалостно превращены в обрезы. Так круче будет – принял единолично решение Князь Мёртвых. Почему? А кто его знает. Тараканы в княжеской голове, наверное, такое нашептали.
Ночью за деревней жгли костёр, пили водку из подломленного сельповского магазина, ели конфеты из тех что подороже. Шоколадки тоже вниманием не обходили. Консервы разные ещё из банок ножами лениво выковыривали. Всё по-взрослому. Теперь они хозяева мира и его окрестностей.
По столбу, что провода к деревне нёс, из обрезов постреляли. Гораздо лучше, чем из поджиг получилось. Последними вооружили пополнение, а сама троица основателей военизированного формирования испорченными ружьями экипировалась. Князь Мёртвых аж три себе выделил. Своя рука – владыка. Ему всё самое хорошее и побольше теперь причитается. На самом верху иерархической пирамиды его место.
Утро выдалось хмурое. С неба опять подкапывало. Что и за лето такое выдалось – что ни день, то дождь. Болели головы. Прохладный ветерок неприятно студил тела, но вскоре пригрело солнышко, опохмел разлился по жилушкам, жизнь просветлела и покатила по своей колее. Без особого аппетита позавтракали, и армия Князя Мёртвых продолжила свой путь за живой силой и вооружением. Надо было обойти ещё три населённых пункта расположенных в пределах пешеходной доступности.
Через полчаса пути Князь Мёртвых остановился. Округа в полном смирении выслушала матерную тираду. Птицы даже на пару минут притихли. Саша и Коля – генералы организующейся армии получили по подзатыльнику. Не напомнили, козлы, что велосипеды надо было в деревне взять. Сейчас бы катили по родным просторам, не приходилось бы как последним лохам ноги пешком ломать. Генералы хлопали глазами – про велотранспорт они сейчас в первый раз только услышали. О том, что надо было что-то напомнить Князю Мёртвых они даже и не подозревали. Спорить не стали. Может под водку вчера ценные указания им были даны? А они, пустоголовые и забыли. Решили не возвращаться – велосипедов на пути ещё хватит.
Дорогу их не омрачали неожиданные встречи и прочие препятствия.
Глава 15 Лтпэшники
Пермь, конец июня 1987 года
До обеда из классов парты и стулья выносили. В коридорах у стен из них уже целые пирамиды возвышались, и они стали напоминать склад мебельной фабрики. ЛТП в отношении своих пациентов пайкой в очередной раз не озаботился. Хорошо, что парнишка, здесь за старшего назначенный, карманы вывернул и кое-какую наличку нам выделил на пропитание. Отдал сколько у него с собой было. Самых молодых с этими деньгами в магазин отрядили, на словах обозначили что купить. Червячка заморили всухомятку, но так можно и ноги протянуть, если и дальше подобная организация питания будет.
Отдохнули чуток и снова за освобождение учебных комнат принялись. Энтузиазм падал на глазах, перекуры всё длиннее становились. Так до вечера и доработали.
Ближе к закату, народ уже материться начал, лтпэшный автобус прибыл. Водила кое-что похавать подогнал, но маловато как-то. На утро не хватит. Спросили его, что хоть в родном медико-исправительном учреждении делается. Ответил – бардак полный. Администрация в неизвестном направлении испарилась, медсостава хорошо половина на своих рабочих местах находится, прочий персонал – практически отсутствует. Сам водитель автобуса тоже подумывает завтра на работу не выходить – несколько дней у него до потери сознания осталось. Гори оно всё синим пламенем. Не известно, будешь ли жив ещё после этой комы.
Начальник и сторож местный вечером до дома отправились, а мы съели привезённое, перекурили и о дальнейшей жизни задумались. Сидим кумекаем.
– Афанасьевич, как дальше быть думаешь? – Петро меня спрашивает. Мужик авторитетный среди нашего контингента. В годах. Пара ходок за плечами, но ровно себя всегда ведёт. Слова бранного от него не услышишь и руки не распускает.