Инсулинорезистентность: Как остановить старение и вернуть энергию после 50. Почему анализы в норме, а вы чувствуете себя плохо

hs-CRP — высокочувствительный С-реактивный белок.

Обычный СРБ — грубый маркер. Он растёт при инфекции, при травме, при явном воспалении. При хроническом воспалении низкой интенсивности — том самом, которое годами разрушает сосуды, суставы и нейроны — он может оставаться в норме.

hs-CRP улавливает тихое воспаление. Оптимум — ниже 1,0 мг/л. При значении 3,0 и выше риск инфаркта вдвое выше — независимо от уровня холестерина. Это доказано в крупных исследованиях. И это почти никогда не включают в стандартный чек-ап.

Гомоцистеин.

Аминокислота, которая при избытке буквально царапает внутреннюю поверхность сосудов. Повреждает их изнутри. Создаёт места, к которым прилипает холестерин. Повышенный гомоцистеин — независимый фактор риска инфаркта, инсульта и деменции. Снижается просто: витамины B6, B12 и фолиевая кислота. Но сначала нужно знать, что он повышен.

Оптимум — ниже 8 мкмоль/л. Многие лаборатории пишут «норма» до 15. При 12 — уже повышен, уже работает по стенкам сосудов. Но бланк зелёный.

Три из пяти маркеров — уже достаточно, чтобы увидеть общую картину. Ещё два дополняют её важными деталями.

Витамин D.

Не совсем витамин — скорее гормон. Участвует в работе иммунной системы, регулирует воспаление, влияет на инсулиновую чувствительность, на синтез серотонина, на прочность костей и работу мышц. При его дефиците всё перечисленное работает хуже.

У восьмидесяти процентов жителей средних широт — дефицит. Лаборатория напишет «норма» при значении выше 20 нг/мл. Оптимум функциональной медицины — 50–70 нг/мл. Разница — в три-четыре раза. Между «нет рахита» и «иммунитет, мозг и кости работают хорошо» на мой взгляд пропасть.

Ферритин.

Формально — маркер запасов железа. Но при воспалении ферритин растёт независимо от железа — как сопутствующий воспалительный белок. Высокий ферритин при нормальном гемоглобине — это не «много железа». Это сигнал воспаления в тканях, чаще всего в печени.

У мужчин оптимум — до 150 мкг/л. У женщин — до 100. Лаборатории пишут верхнюю границу нормы 300–400. При ферритине 280 бланк — зелёный. Воспаление — уже есть.

Пять показателей. Один анализ на каждый. Всё доступно в любой приличной лаборатории. И ни один — не присутствует в стандартном бланке диспансеризации.

* * *

Почему врач этого не назначает — и почему он не виноват

Здесь мне важно сказать кое-что, что легко понять неправильно.

Не критикую врачей. Я сам врач уже почти пятьдесят лет. Поэтому знаю эту работу изнутри. Работал на скорой, в хирургическом отделении, травматологическом отделении, психиатрической клинике, в госпитале и медицинских центрах.

Участковый терапевт на диспансеризации имеет пятнадцать минут на приём. За это время он должен: проверить жалобы, измерить давление, просмотреть анализы, при необходимости выписать направление и рецепт. Пятнадцать минут.

За эти пятнадцать минут невозможно провести функциональную диагностику метаболического здоровья. Невозможно выявить инсулинорезистентность, которая ещё не стала диабетом. Нет возможности отследить хроническое воспаление низкой интенсивности. И конечно невозможно собрать историю жизни за последние десять лет и найти связи.

Система построена на принципе «исключить болезнь». Это разумно: первоочередная задача медицины — не пропустить опасное. Рак. Инфаркт. Инсульт. Сепсис.

Но огромное пространство между «опасным» и «хорошим» — то самое пространство хронической усталости, лишнего веса, тумана в голове, нарушенного сна, тяги к сладкому, раздражительности и «всё в норме, но мне плохо» — в эту систему не вписывается.

Именно для этого пространства существует другой подход. Не вместо обычной медицины — рядом с ней.

Ваш кардиолог должен контролировать сердце. Ваш эндокринолог — железы. Это их работа, и они делают её хорошо или как позволяет система.

Но кто-то должен смотреть на всю систему целиком. Находить причины до того, как они стали диагнозами.

Именно об этом — книга, которую вы держите в руках.

* * *

О., 62 года. История человека, который не собирался приходить

О. пришёл не потому, что плохо себя чувствовал.

Пришёл, потому что жена настояла. Она прочитала что-то в интернете, решила, что мужу нужна «метаболическая проверка», и он — с видом человека, которому проще согласиться, чем объяснять — пришёл. Такие бывают жены.

— Я чувствую себя нормально, — сказал он, садясь и при этом помог себе рукой. — Ну, устаю немного. Но в моём возрасте это нормально.

Шестьдесят два года. Строительный бизнес. Рост сто восемьдесят, вес восемьдесят шесть. Не толстый — плотный. Живот есть, но умеренный.

— Ваш отец — как умер?

Небольшая пауза.

— Инфаркт. В шестьдесят четыре года.

— Дед по отцу?

— Тоже сердце. В шестьдесят один.

О. смотрел на меня. Я молчал.

— Вы думаете, я следующий, — сказал он. Не вопрос — утверждение.

— Я думаю, что у вас есть информация, которую важно проверить, прежде чем делать такой вывод.

Мы сделали расширенный анализ. HOMA-IR — 3,8. hs-CRP — 2,9. LP(a) — липопротеин малый «а», генетический маркер сосудистого риска — 310 нмоль/л при норме до 75. Гомоцистеин — 13,1. Витамин D — 19.

LP(a) — это особая форма холестерина, которая передаётся по наследству. Её не снижают стандартные препараты от холестерина - статины, но её можно контролировать через снижение воспаления. Именно она объясняет инфаркты у людей с «нормальным холестерином».

Стандартный анализ? Холестерин — 5,1, норма. Глюкоза — 5,4, норма. Всё остальное — тоже норма.

Именно с таким бланком анализов его отец и дед ходили к врачу. Именно такой бланк их успокаивал.

— Вы не «следующий», — сказал я О. — У вас есть три-четыре года, чтобы изменить ситуацию. Это не мало. Это достаточно, если начать сейчас.

Он позвонил жене прямо с приёма.

— Ты была права, — сказал он в трубку. — Нам нужно поговорить.

Через два года его LP(a) снижен настолько, насколько это возможно генетически — дополнительными мерами, которые работают на этот маркер. hs-CRP — 0,7. HOMA-IR — 1,4. Гомоцистеин — 7,6. Он дожил до шестидесяти четырёх — возраста отца. Дожил, и мы оба это отметили. Он живет дальше.

* * *

Разница между «не болен» и «живу хорошо»

Я хочу предложить вам другой способ думать о здоровье. Не «есть болезнь — нет болезни». А шкала.

На одном конце — явная болезнь: диабет второго типа, гипертония, диагностированная ИБС. Это то, что видит конвенциальная медицина и с чем работает хорошо.

На другом конце — оптимальное здоровье: энергия, ясный ум, нормальный вес, хороший сон, стабильное настроение, хорошее восстановление после нагрузок. Это то, что люди называют «я чувствую себя как в тридцать» — и что достижимо в пятьдесят, шестьдесят, семьдесят.

Между ними — огромное серое пространство. Хроническая усталость, которая не болезнь. Лишние десять килограммов, которые «просто есть». Туман в голове, который «от работы». Плохой сон, который «возраст». Сладкое, которое «я люблю». Давление 135 на 85, которое «немного повышено, наблюдаем».

Большинство людей живут именно здесь. В сером пространстве. С «нормальными» анализами и ощущением, что жизненности немного — или сильно — меньше, чем должна быть.

Стандартная медицина это серое пространство не видит. Нет диагноза — нет лечения. «Возраст», «стресс», «следите за питанием».

Функциональная медицина работает именно в этом пространстве. Не ждёт, пока серое станет чёрным. Ищет: что создаёт это серое? Что его поддерживает? И что нужно изменить, чтобы сдвинуться в сторону оптимума?

Это не альтернативная медицина. Это медицина другого вопроса.

Не «есть ли болезнь?» — а «как работает система?»

* * *

Про мои собственные «нормальные» анализы

Мне сорок лет. Первый инфаркт.

Перед этим — за несколько месяцев — я сдавал анализы. Плановые, хорошие. Холестерин — в норме. Давление — нормальное. Глюкоза — идеальная. Врачи были довольны.

Инсулин не проверял никто. hs-CRP высокочувствительный — не назначали. Гомоцистеин — не слышали тогда этого слова. Уровень токсической нагрузки — не существовало такого понятия в советской кардиологии.

Я был здоров по бланку анализов. По-настоящему — нет.

После второго инфаркта, в Mayo Clinic, впервые в жизни мне задали другой вопрос. Не «что сломалось?» — а «почему это происходит именно с вами?» Впервые измерили инсулин. Впервые проверили токсины. Впервые посмотрели на всю систему целиком.

И обнаружили то, что не видел ни один «нормальный» бланк анализов за сорок лет.

Я говорю это не для того, чтобы напугать. А потому что знаю: именно здесь, в промежутке между «нормальным бланком» и реальным самочувствием, живут многие читатели этой книги. И именно для них — не для тяжелобольных и не для спортсменов — написаны эти страницы.

Вам не нужно ждать инфаркта, чтобы начать задавать правильные вопросы.

У вас есть преимущество, которого у меня не было: вы читаете это сейчас.

* * *

Первый шаг: сделать другой анализ

Практических советов в этой книге будет много. Но первый — здесь, в первой главе — самый простой.

Возьмите последние анализы крови. Найдите пять строчек: инсулин натощак, hs-CRP, гомоцистеин, витамин D, ферритин. Если их нет — вы не одиноки. Их почти ни у кого нет в стандартном бланке.

Запланируйте посещение лаборатории. Сдайте именно эти пять. Натощак, утром. Запишите результаты — не просто «в норме или нет», а конкретные цифры рядом с оптимумами, которые я привёл выше.

Это займёт один визит в лабораторию. Это стоит дешевле одного ужина в ресторане.

И это даст вам карту. Не идеальную — но настоящую. Карту вашего метаболического здоровья, которой раньше не было.

С картой можно идти дальше.

Без карты — только ощупью. В темноте.

* * *

ВАШ СЛЕДУЮЩИЙ ШАГ — ГЛАВА 1

Эта глава — про разрыв между «нормой бланка анализов» и реальным самочувствием. Три действия, чтобы увидеть свою настоящую картину.

❶ Вопрос к себе:когда вы последний раз сдавали инсулин натощак — не глюкозу, а именно инсулин? Если никогда — это ваша точка отсчёта.

❷ Пять маркеров для сдачи:Инсулин натощак, hs-CRP, гомоцистеин, витамин D, ферритин. Натощак, утром, одним визитом.

Оптимумы (не лабораторная норма):

Инсулин натощак — до 5–8 мкЕд/мл

HOMA-IR — ниже 1,9

hs-CRP — ниже 1,0 мг/л

Гомоцистеин — ниже 8 мкмоль/л

Витамин D — 50–70 нг/мл

Ферритин — до 150 мкг/л — мужчины, до 100 — женщины

❸ Одно действие сегодня:Откройте последний бланк анализов. Найдите эти пять строчек. Если их нет — Запланируйте - запишите дату ближайшей сдачи анализа. Это первая карта.

Не нужно менять всё сразу. Нужно сначала увидеть, где вы находитесь.

Вернёмся к А. — к тому человеку с идеальным бланком и совершенно разбитой жизнью.

Через четыре месяца он пришёл снова. Принёс новые анализы. HOMA-IR — 1,8. hs-CRP — 0,6. Гомоцистеин — 8,1. Витамин D — 58.

— Я не помню, когда в последний раз так хорошо себя чувствовал, — сказал он.

Потом помолчал.

— Странно. Анализы также в норме. Но теперь это другая норма.

Да. Другая.

Это и есть оптимум.

Не отсутствие болезни.

Присутствие жизни.

Во второй главе — вы уже читали про инсулин. Про тихого дирижёра, который управляет метаболическим оркестром, — и про то, что происходит, когда он начинает работать против вас, а не на вас. Следующая глава расскажет какие есть два совсем разных воспаления и что они могут делать с нами

Глава 5

Хроническое воспаление — пожар, который не видно, пока не вспы