4. Сергей Давыдов. Смотрящие в ночь

      Вот и заброшенное кладбище в лесу. Кешка вытер взмокший лоб рукавом рубашки и огляделся.

– Котька-а-а-а! – отчаянным голосом позвал он братишку.

– Помогите! – донёс до Кешки ветер отчаянный Котькин крик. – Помогите!

– Котька!! – заорал дурным голосом Кешка и опрометью бросился на крик.

      Мальчик в два прыжка перелез старую ржавую ограду, порвал штанину и поцарапал ногу, продрался сквозь вымахавшую выше головы кладбищенскую крапиву и бросился бежать на крик. Всюду были замшелые каменные надгробные плиты, перекошенные кресты и тёмные склепы.

– Кешка! – раздался в тишине Котькин крик. – Она меня схватила! Кешка, напомощь, она меня тянет! Не хочу… Отцепись!!

      Раздался замогильный вой и визгливый рык.

      Кешкино сердце замерло от страха. Он уже знал, что это было. Про это кладбище рассказывали очень много плохого.

– А-а-а-а! – отчаянно завизжал Котька.

– Котька-а-а!! – заорал Кешка, перепрыгнул надгробие и увидел брата.

      Одна из могил была разрыта. Котька пытался выбраться из ямы, а к нему лезла, схватив за ногу бледная тётка с когтями на длинных костлявых пальцах, с заострёнными ушами, седыми волосами и каким-то звериным лицом.

– Бу-а-а-а! – выла она, таща Котьку в могилу. – Мо-о-ой! Иди ко мне, мой маленьки-и-ий! Злесь тихо и мягкая земля!

– Отпусти его, гадина! – закричал Кешка и трахнул могильную тётку коленкой по голове с такой силой, что раздался треск.

– А-а-а-х! – зашипела тётка, отпустила Котьку и схватила Кешку за руку, которая чуть не онемела от холода. – Иди ко мне, я тебя поцелу-ую!

      И раскрыла зубастую пасть. Длинный язык потянулся к Кешке. Мальчик закричал от ужаса и толкнул младшего брата:

– Беги! Беги отсюда!

– Кешка!! Отпусти его, ты, Баба-Яга!

– А-а-ау!!! – завыла кладбищенская тётка. Она схватила Кешку за горло.

      Раздалось шипение и она отдёрнула руку. Серебряная цепочка крестика до костей прожгла ей кожу! Тварь тут же отпустила мальчика и со стоном боли и досады скрылась в чёрной и холодной глубине сырой могилы…

                                    5

      Котька был напуган. Он ещё плохо знал, что такое смерть, но то существо, которое пыталось утащить его в могилу напугало его до слёз.

      Кладбищенская тётка уползла в могилу, испугавшись освящённого серебра, а мальчики бросились с кладбища со всех ног. Только во дворах, которые снова заливало солнце мальчики почувствовали себя в безопасности.

– А вдруг она к нам сегодня придёт? – всё ещё вздрагивал от страха Котя.

– Не бойся, не придёт она, – успокаивал младшего брата Кешка.

– Кешка, не давай ей меня обидть! – разревелся во дворе Котька.

– Не бойся, она тебя не тронет, – успокаивал Котьку Кеша.

      Котька ревел, он даже описался от страха.

– Ну всё, не реви, – ласково сказал братишке Кешка, усадил его на колодезный люк и осматривал. – Она тебя кусала?

– Нет… Только за ногу тянула…

      Кешка засучил штанину на Котькиной ноге, за которую ухватилась мёртвая тётка. На коже остался синяк, но к счастью тварь его не укусила. Если бы она почувствовала кровь, она бы потом пришла к ним домой…

      "И пила бы кровь, – со страхом подумал Кешка, – пока бы в Котьке не осталось и капли крови. А потом он уже не был бы Котькой…"

      Котька немного успокоился.

– Не говори маме, – попросил его Кешка.

– Почему? – шмыгнул носом Котька.

– Она нам не поверит, – мрачно ответил Кешка, – а нам потом влетит.

      Через час, выкупав Котьку и постирав испачканную одежду, Кешка вышел на улицу. Котька боялся оставаться один и побежал за братом. На улице они встретили Алика и Егора и рассказали о том, что случилось на кладбище…

– Это был вурдалак, – уверенно заявил Алик. – Страшный и противный кладбищенский призрак. Упыри пьют кровь у живых, а вурдалак ест покойников. Да-да! Разрывает когтями могилу и лопает их. От того на каждом кладбище есть привидение, которое защищает его от таких злых духов. Зовут его Кладбищенским сторожом. Ночью это фигура в балахоне, днём это большущий чёрный кот… Только он не всегда уследит за этой дрянью.

– А эти, которые к нам в дверь ломились? – с содроганием спросил Кешка.

– Так это обычные упыри были, – значительно ответил Алик. – Они бы просто так не пришли, если б их не пригласили. Без приглащения ни один упырь или вампир в дом не войдёт! А уж если сам впустишь его-тогда кранты! Так и будет к тебе летать, пока не высосет из тебя всю кровь. А голос у вампира такой, что ты как околдованный сам его впустишь!

– А потом, когда крови не останется? – с содроганием спросил Котька.

– А когда он выпьет всю кровь, – зловещим голосом произнёс Алик, – ты умрёшь, а за тем восстанешь из гроба в полночь в облике упыря иди вампира. Если вампир хочет создать слуг, он даст тебе немного своей крови и ты станешь упырём, но мертвец может стать и вампиром. Это ещё страшнее! Когда он восстанет, он сразу идёт пить кровь у родных, а если не найдёт их, то набросится ночью на первого встречного! А если вампир не сможет высосать у кого-нибудь кровь за две недели, то он начинает гнить, как обычный покойник!

– А как от них спастись?

– Чеснок нужен, иди распятие, как в старых легендах! – наставительно ответил Алик. – Серебра они не выносят. Его вся нечисть боится! Колом осиновым их проткнуть можно… Только в самое сердце надо. И ещё что-нибудь освящённое. Святая вода и другие штуки… Вот их вампиры ни за что не перенесут! Для них это, как огонь! А если попадут под свет солнечный, тогда они вообще сгорят и в пепел превратятся!

      Мальчики зашагали по сырой и промозглой темнеющей улице.

– Меня спасла цепочка от крестика… – с содроганием признался Кешка. – Она, как её коснулась, так сразу отпустила и уползла в могилу…

– Ещё бы! – весомо подхватил за другом Егор. – Освящённое серебро для них, хуже огня! Пока у тебя на шее крестик, то все эти упыри, вурдалаки и вампиры только зубами будут щёлкать, но не тронут!

– А ещё говорят, за каждым кладбищем приглядываают ведьмаки, – вспомнил народное поверие Алик. – Ну это колдуны, которые не дают нечисти выбраться за кладбищенскую ограду. И сколько бы упырей не было, ведьмак всегда одерживает над ними победу и так защищает живых.

– Если у кладбища ведьмак есть, – недоверчиво насупился Кешка, – чё ж упыри тогда у нас по городу шастают?

– Может потому, что кладбище старое… Не знаю, что творится с ним, но скоро будет Вальпургиева ночь, вот тогда их уже ничто не сдержит…

– Что ещё за Вальпургиева ночь?

– А ты не знаешь? – искренне удивился Алик. – Это ночь ведьминого шабаша! Все существа ночи, вся нечисть выходят веселиться до самого утра. В эту ночь нужно быть особенно осторожнным, потому, что они будут всюду шастать! В эту ночь их ничем не пронять. Никакой молитвой. Разве что колом осиновым, святой водой, да чесноком…

      Вдруг со стены белой восьмиэтажки скакнул блик и Кешка увидел мальчика, который был очень похож на того, который был фонтаном в заброшенном бассейне. Мальчишка казался знакомым. Это был Край! Кешка знал его и тайно от ребят, всегда называл Краем этого мальчишку с фонтана.

      А со старого кладбища ветер донёс не то тяжкий стон, не то вой…

                                    Глава III

                         Байки из склепа

                                    1

      Солнце висело между двумя двенадцатиэтажными домами. Что бы не таилось на старом кладбище, пока светило солнце, оно не решалось выползти и достать ребят, и могло выйти из своего убежища лишь в темноте. Мальчики прислушались, но жуткий, кладбищенский вой не повторялся, только где-то забренчала гитара и послышались голоса, поющие песню.

– Котька! – звали Котю малыши. – Айда с нами, мы в крепость играем!

      Котька полез в песочницу, а мальчишки двинулись по двору, выпросили у играющих в ножички ребят мяч и устроили игру в вышибалы. А через несколько минут в вышибалы играли уже все дворовые ребята.

– Кеша! – послышался голос вернувшейся из поликлиники мамы.

– Ма-ам! – обрадовался Кешка и помчался к дому.

– Кеша, кто поцарапал дверь? – с нажимом спросила Кешку мама. – Что вы опять натворили?

– Мама, это не мы, – ответил Кешка и похолодел. Признаться, что поцарапали дверь выходцы с того света у мальчика не хватило духу.

      Мама просто не поверит. Мама ведь врач ухо-горло-нос, а врачи не верят в потусторонние силы, в привидений и упырей.

– Кто же это тогда хулиганил? – задумалась мама, подозрительно глянув на играющих в ножички ребят. – Ладно, мне хотелось бы знать, что ты вчера устроил на уроке. Почему на тебя учительница жаловалась?

– А чего? – замялся Кешка, нерешительно переступив с ноги на ногу.

– Я иду домой, а тут твоя учительница по арифметике, – сдержанно сказала мама и в это время из песочницы вылез Котька. – Сказала, что ты про неё гадости рисуешь. И это уже не первый раз!

– А чё, не я же первый написал, – обиженно засопел Кешка. – И вообще это не про неё написали, а про биолога!

– Значит про биолога можно писать… – рассердилась мама. – Совсем распустился! И нечего сопеть, сам виноват! Ничего, завтра вы, балбесы получите по первое число. Ваш учитель по математике выздоровел!

– Вурдалак чтоль? – обалдело ахнул Кешка и мальчика бросило в жар.

      Четыре дня назад заболел математик. Его, по слухам, здорово покусала собака, но ребята были только рады, что он заболел. Математик готовил им такую контрошку, с которой не сравнится вчерашняя проверочная!

      И вот он вызлоровел!

      "Значит контрошки теперь не избежать! – уныло подумал Кешка. – А я даже не учил! Всё, он мне вкатает единицу!"

– Какой вурдалак? – растерялась мама. – Ты что несёшь?

– Ну… так его все ребята зовут… – пробормотал расстроенный Кешка. – Потому, что вредный, двойки и единицы ставит!

– Вот значит, как вы своих учителей зовёте! – с осуждением заметила мама. – А я всё удивлялась, что Юлия Тимофеевна про тебя говорила! Химик у вас "Шкалик", учителя по физике, вы, говорят зовёте "Франкенштейном", учительница по музыке "Кикимора", а математика в нечисть записали!

– Кешка, айда в киношку! – позвали Кешку мальчишки.

– Сейчас! – откликнулся Кешка.

– Завтра вы узнаете, как лодырничать! – едко обещала мама. – Котя домой!

      Котька побежал за мамой. Кешка остался во дворе.

– Кешка, ты чего? – подошёл к другу Егор. – Мамка не отпускает?

– Вурдалак из больницы выписался, – упавшим голосом отозвался Кешка.

– Чё-о-о-орт! – уныло протянул Егор, сразу догадавшись, что завтра их ждёт в школе. Он тоже не учил арифметику. И Алик тоже, потому, что все те дни, когда математик болел, они после школы до ночи играли во дворе.

– Пацаны, айда на вечерний сеанс! – свистнул Кешке и Егору Алик.

      Мальчики добежали до остановки, влетели в аэробус и помчались по шумному проспекту, на котором уже зажегались вечерние огни…

                                    2

      Назад они возвращались, когда солнце скрылось за домами и лишь полоска заката, свет от фонарей и витрин расплескался на мокром асфальте. Но ещё держалось золото солнечных лучей на верхушках домов.

      Мальчики влезли в запоздалый аэробус и долетели до своей улицы.

      Завтра начиналась школа, но друзья не спешили расходиться по домам.

– Может притворимся заболевшими? – неуверенно предложил Алик.

– Узнает, – мрачно ответил Егор. – Ты чё, Вурдалака не знаешь чтоль?

– А если панатри заболеть? – подал идею Кешка. – Налопаемся мороженного, простудим горло, утром дохать будем, как бармаглоты!

– Ну да, достанешь ты сейчас мороженного! – с сарказмом фыркнул Егор.

      Повеяло холодом и вдруг раздался скрипучий, простуженный голос:

– Кому мороженного?

– Мороженное! – обрадовался Егор.

– Вон, мороженщица! – оживился Алик.

      Во дворе было ещё довольно светло и мальчики увидели мороженщицу, толкающую синюю, обшарпанную и какую-то ржавую тележку с мороженным.

– Тёть, подождите! – взволнованно закричали мальчишки. – Мы все хотим мороженного!

      Мороженщица дала им по эскимо и будто провалилась сквозь землю. А мальчики сели на краю песочницы, под грибком и стали лопать.

– Фу! – вдруг скривился Егор. – Оно воняет!

– А у меня червяки в мороженном! – брезгливо воскликнул Алик.

      Кешка, развернув своё в ужасе и с омерзением выронил его. Запах был такой, словно это мороженное целый год где-то кисло и тухло. В вонючей жиже извивались жирные белые червяки с красными головками.

      И вдруг в наступающей темноте раздался чей-то злой хохот, а из подъезда дома выпорхнула стая летучих мышей и взвилось в небо…

      Мальчики поспешили разойтись по домам. Кешка домчался на лифте до своего этажа и дома мама устроила ему головомойку за позднее возвращение.

– Если завтра опять получишь двойку, – раздражённо предупредила она, – я тебе такое кино и мороженное покажу, не обрадуешься!

      Утром все ребята дрожали от предчувствия близкой контрошки по арифметике. Вурдалак вошёл в класс, весь в чёрном, худой, как единица, с длинной шеей, с тараканьими усами и бледный, как смерть.

– Распустились, пока я болел, – проворчал он, недовольно оглядывая класс. – Опять небось не учили, лодыри, в кино шлялись, мороженное ели!

– Как он узнал? – в смятении толкнул Кешку под партой ногой Алик.

– А чё он такой бледный? – удивился Егор.

      Егор сидел сзади мрачнее тучи. Друзья всю ночь и всё утро отчаянно пытались заболеть. И окно открывали, и под холодный душ лезли, но когда настало время уроков, родители погнали их в школу.

– Не знаю… – растерянно шепнул другу Кешка. – Мамка говорила, что он поправился…

– Не шептаться! – услышал их математик. – Сейчас мы узнаем, кто из вас готовился к контрольной, а кто шастал по кладбищам и искал приключений!

      "Откуда он знает?! – опешил Кешка. – Он же в больнице лежал!"

      Дежурные кидали на парты тетради.

      Кешка бросил унылый взгляд в окно. За окном хмурились тучи, хотя, когда ребята встретились во дворе светило солнце.

      К концу урока лишь несколько отличниц и ябед сумели написать контрошку на пятёрки, ещё несколько счастливчиков получили четвёрки. Было немного трояков. Остальные схватили красных лебедей и единиц.

      Математик заявил, что не удивлён, ведь класс весь разболтанный, вожатые совсем не следят, по пионерской линии давно никто не прорабатывался. В общем ужас, а не дети!

      Прозвенел долгожданный звонок и математик ушёл. Кешка увидел странность: математик проплыл мимо зеркала и не отразился!

      И как только он исчез, из хмурых туч сразу показалось солнце. Игра света, или просто почудилось, но это было странным, даже зловещим знаком…

                                    3

      Занятия кончились, мальчики вышли из школы и зашагали по улице, размахивая портфелями и пуская в лужах пробки и бумажные кораблики.

      Кешка вынес мяч и мальчики побежали на детскую площадку. Но там сидели пятеро парней и резались в карты прямо на краю песочницы. Здешние ребята играли в стороне, но было видно, что дядьки им очень мешают.

– Пацаны, вы чего тут? – подошёл Кешка к местным ребятам.

– Эти нас прогнали… – обиженно шмыгнул носом маленький пацанёнок в синей куртке и шапке петушком, который держал за верёвочку грузовик.

– Они, как пришли с уборки на свалке, – недовольно пояснил другой мальчик на самокате, – так и сидят. А нам где играть?!

      Ребята возмущённо зашумели. Кешка с неприязнью посмотрел на взрослых, которые дулись в карты и шумели на весь двор.

      Вот так всегда! Одни трудятся, другие прогуливают, да ещё не дают детям играть! Одним радость, другим слёзы…

– Все трудятся, а эти играют! – с досадой заметил Кешка.

– Ничего, – коварно улыбнулся Егор, – сейчас они получат трудодень!

– Как? – невесело вздохнул Алик. – Видишь они какие здоровые?

– Не трусь, – ободрил друга Егор. – Смотри туда!

      Егор показывал на трубу с вентилем, из которой капала вода. Это был гидрант для полива улицы.

– Сейчас мы их искупаем! – озорно захихикал Егор.

      Мальчики тихо прокрались к трубе. Играющие ничего не заметили. По трубе журчала и гудела, вода. Кешка взялся за вентиль…

      Что тут началось!

      Струя холодной воды оказалась такой мощной, что смела играющих лодырей с места и те с испуганными воплями бросились наутёк. А ребята захохотали и побежали рядом, осыпая их дразнилками.

– Давай, перекрывай! – возбуждённо крикнул Алик.

      Мальчики взялись за вентиль и все вместе закрутили его. Напор воды ослаб, а за тем и вновь превратился в редкую капель.

      Лодыри уныло плавали в луже на краю детской площадки. Собравшиеся ребята смеялись и дразнили их. Кешка с друзьями подошли к ним.

– Эй, водоплавающие, водичка тёплая? – насмешливо спросил Кешка лодырей, которые отплёвывались из воды.

– Что? Кто? Это вы что ли?! – промямлил один, пытаясь выбраться из лужи, где барахтались его приятели.

– И что? – запальчиво и совершенно невоспитанно хмыкнул Кешка. – Вы, лодыри играете, а все кругом трудятся.

– У нас три трудодня! – обижено икнул другой парень.

– А у нас десять! – с вызовом заявил Кешка. – Мы каждый день на улице убираемся. Из-за вас работа стоит, а ребятам играть негде!

– Ах вы сопляки… – негодующе зарычал третий лодырь.

      Кешка среагировал быстро и ногой снова вдавил его в лужу.

– Только суньтесь! – жёстко предупредил их Егор. – У нас чёрный пояс по ушу. Окунём с головой! Плывите отсюда, пока не вделали!

      Мокрые и злые парни нехотя вылезли из лужи, бранясь и сетуя, какие нынче стали невыносимыми и дерзкими дети. Никакого уважения к старшим!

– А его не будет! – дерзко крикнул Кешка, под одобрительные возгласы собравшихся вокруг ребят. – Прогульщиков и лодырей никто не уважает!

      Друзья убрали детскую площадку после потопа, погоняли мяч, попав им в оконную раму и размахивая портфелями убежали смотреть мультики.

                                    4

      Мультики кончились и во дворе началась войнушка. Мальчишки бегали по улице, вокруг длинного девятиэтажного дома и перестреливались из автоматов с трещоткой и на батарейках, которые грохотали, как настоящие. Но вскоре игра кончилась сама собой из-за спора, кто убит, а кто нет.

– Да ну эти тарахтелки! – с презрением сказал Егор. – Убил, не убил! Тут нифига не поймёшь с ними.

– А что ты предлагаешь? – недовольно спросил Алик.

– Давайте пульковые вынесем? – предложил Егор, завязывяа шнурок. – А играть не здесь будем?

– А где? – оживился Кешка. – На свалке?

– Ну у школы можно.

– Сурел?! Там же учителя.

– Какие учителя?! – ехидно усмехнулся Алик. – У них сегодня собрание!

– Ну пошли, – помедлив, согласился Кешка. – Встречаемся здесь, у будки.

      С пульковыми пестиками и автоматами играть было интереснее и опаснее, ведь однажды Алик и Егор разбили лампочку на уличном фонаре и ребят потом здорово ругали, а тётки, которые сидят у подъездов ещё и наврали, что они не в первый раз так лампочки бьют.

– Кешка айда погоняем! – выбежал Егор и вынес мяч.

      Про войнушку забыли и началась игра в вышибалы. Кешка разбежался и вделал ногой по мячу. Мяч просвистел над Алькиной головой, перелетел весь двор и попал в тётю, которая вешала бельё.

– Ох! – вскрикнула тётя, схватилась за верёвку и вместе с развешенным бельём упала в пыль. Но Кешкин удар был такой сильный, что мяч отскочил и разбил двум пьяницам бутылку и покатился по двору.

      Мальчики замерли. Такого они не ожидали.

– Ах вы шпана дворовая! – с негодованием завизжала тётка. – Я целый час бельё стирала, а вы его в пыль, значит?!

      Пьяницы тоже подняли крик. Один пнул мяч, но поскользнулся на разлитом по асфальту шампуне и шлёпнулся на мягкое место.

– Сматываемся! – крикнул Егор, хватая растерявшегося Кешку за руку.

      И подхватив мяч, ребята бросились наутёк, пока им не дали по шее…

                                    5

      Вечером во дворе мальчишки рассказывали разные страшные байки.

      Егор вспомнил старую легенду о том, что их район был построен на месте кладбища, и что кости находили в клумбах, на огородах и на детской площадке, а в квартирах по ночам происходило что-то жуткое. Алик увлечённо рассказывал о старой больнице, где, говорят призраки врачей принимают мёртвых больных, а потом вспомнил о старом школьним психологе, которая ушла из школы, но зато к ней являются психически нездоровые привидения.

      Кешка заговорил о заброшенном во время ядерной войны парке развлечений, который находился на другом конце проспекта и там пропадали люди. И как хулиганы из парка затыкали палкой одну девочку, а потом она стала привидением и затыкала палкой их…

      Не успели заговорить о привидениях, как вспомнили про упырей.

– Упырями становятся всякие злодеи, – убеждённо заявил Алик, который лучше всех ребят знал все легенды и байки, – самоубийцы, или те, чей гроб перескочила чёрная кошка, или испорченные нечистью, колдуны там всякие, или кто умер не своей смертью и не похоронен, как надо. Или если вампир на тебя нападёт и выпьет всю кровь. Тогда тоже восстанешь…

– А как отличить, упыря ты увидел, или вампира? – поинтересовался Кешка.

– Упыри страшные, – со знанием ответил Алик. – Это живой мертвец, который сосёт кровь. Я одного видел. Свиду старик, сгорбленный такой… Он оборачивается, а у него борода такая спутанная и усы встопорщенные, как у кота, уши заострённые, глаза горят, и что-то знаешь, животное в нём было… Ещё стригои есть. Свиду совсем как люди. Их узнаешь только по земле под ногтями. Они же из могил вылезают… А вампиры наоборот красивы, даже красивее живых людей. И часто выглядят, будто взаправду живые. Они могут так заворожить тебя, что ты не убежишь никуда…

      Мальчики сели на качели, оттолкнулись ногами и закачались.

– А вообще упыри это единственные мертвецы, которые ростут, – вспомнил старое поверие Алик. – Если у кого родится мёртвый ребёнок, он либо игошей становится, либо упырёнышем. И упырёшыш начнёт не молоко сосать у матери, а кровь! И всё больше взрослеет. Так он высосет и уморит всех, до кого доберётся. И всегда у упырей что-то звериное в облике. Потом, когда вырастает, он превращаеься в ужасного старика. Если его осиновым колом вовремя не прибить, он так и будет вставать каждую ночь и пить кровь…

– Александр! – высунулась из окна мама Алика. – Иди сейчас же есть!

– Ладно, ждите меня у фонтана, – с сожалением бросив взгляд на окно своей квартиры, вздохнул Алик. – Я через час туда прибегу.

– Ага, – кивнул Кешка и слез с качели.

      Алик ушёл домой, обещав выбежать во двор после мультиков…

                                    6

      Кешка остался во дворе один. Егор тоже убежал есть. Кешку встретила мама и велела бежать в детский садик за младшим братишкой. В детском саду шла вечерняя прогулка. Котю пришлось силой вытаскивать из песочницы. Уж он-то знал, что его ждёт дома. Опять мама заставит есть эту невкусную кашу и не даст смотреть мультки, пока не вылижишь тарелку!

      Сильвер сидел на подоконнике и дразнил ворону. Ворона каркала и попугай здорово её передразнивал, бормотал что-то и свистел. Короче хулиганил, действуя маме на нервы.

– Научили его всяким гадостям! – в сердцах сказала мама.

– Это не я, – хихикнул Кешка. – Это он у Котьки научился.

– А у кого научился Котька? – язвительно осведомилась мама.

– Не знаю, – с лукавой улыбкой пожал плечами Кешка. – У него много друзей во дворе и в детском саду…

      Кешка оставил попугая и сел смотреть мультики.