banner banner banner
Убийство в «Звезде сафари
Убийство в «Звезде сафари
Оценить:
Рейтинг: 0

Полная версия:

Убийство в «Звезде сафари

скачать книгу бесплатно

Зверёк спрыгнул с плеча своего юного хозяина и замер на подлокотнике дивана.

– Приятно познакомиться, Уинстон, – привстал дядя Нэт, чинно пожимая мальчику руку. – Значит, у тебя действительно есть мангуст? Какой красавец. И что, он совсем ручной?

– Ну, – замялся Уинстон, – ну почти. Я, конечно, его дрессирую, но он больше любит делать то, что ему нравится. Знаете…

Тут Уинстону пришлось посторониться, потому что к дяде Нэту подошли взрослые.

– Извини, Нэт, – обратился к нему бывший полицейский, – ты уже знаком с Поршей Рамабоа?

Дядя Нэт быстро встал и представился. Все трое разговорились и отошли. Уинстон сел на диван рядом с Холом.

– Видишь его? – шепнул Уинстон, показывая глазами на Лютера Аккермана, который что-то говорил мисс Браш. – Мне надо тебе кое-что сказать.

– Про него? – тоже шёпотом спросил Хол.

– Но не здесь. Иди за мной.

Уинстон посадил зверька себе на плечо и пошёл на выход. В этот момент раздался паровозный свисток, и вагон дёрнулся. Платформа и здание вокзала медленно поехали назад. Путешествие начиналось.

Глава 6

Еда из пауков

Покинув обзорный вагон, ребята быстро пошли по коридорам из вагона в вагон, перескакивая из тамбура в тамбур, где колёса внизу стучали особенно громко.

– Куда мы идём? – спросил Хол.

– Увидишь.

– А ты слышал, что мистер Кросби хочет убить носорога?

– А то! – возмутился Уинстон. – И я таких типов видел. Это охотники за трофеями. Они убивают из спортивного интереса. Причём не сами выслеживают животное, а их к нему подводят, а они лишь стреляют. А потом фотографируются на фоне мёртвой туши. И ещё берут от неё только голову или шкуру, а дома хвастаются, какие они герои. Ненавижу таких людей!

– Я тоже, – твёрдо сказал Хол.

– Я бы понимал, если бы вопрос шёл о жизни и смерти. Или о выживании. А то ведь они убивают лишь ради того, чтобы убить. Это не охота. Вот взять бы ружьё мистера Кросби да и положить рядом с прайдом львов, а потом посмотреть, как он бы его забрал. Насколько он смелый. – Уинстон усмехнулся.

Они дошли до вагона-салона, который находился ближе к концу состава. Этот вагон исполнял роль комнаты отдыха. В нём были широкие светлые окна, на полу лежал зелёный ковёр, расшитый золотыми цветами, а под потолком беззвучно помахивали лопастями два больших вентилятора. В одном углу стояло пианино, и там же находился бар с напитками. Чуть слышно позвякивали стаканы.

Чипо прыгнул на стойку бара и быстро пробежался по ней, изучая. Мелодично прозвучала соната для трёх бокалов.

Ничего удивительного, что салон был пуст, потому что все взрослые в это время находились в обзорном вагоне, и Хол тут же забрался на высокий барный стул. Он уселся на нём, как петух на насесте, гордо озираясь вокруг. Судя по количеству других стульев, этот вагон когда-то был очень популярен. Хол так и сказал.

– Да, – согласился Уинстон, – но пока ещё не сезон. Вернее, не самый пик сезона. А потом, мама говорила, что компания Аккермана сейчас переживает не лучшие времена.

Уинстон не стал забираться на барный стул. Он намеревался идти дальше. Хол спрыгнул на пол.

– Не знаю, а мне кажется, что поезд в нормальном состоянии, – сказал он и тут же увидел, что обивка на одном из стульев лопнула и наружу выполз наполнитель.

Уинстон проследил за его взглядом:

– Вот видишь. А богачи хотят, чтобы поезд был не в нормальном, а в идеальном состоянии.

Хол всё равно был впечатлён. Особенно когда увидел книжный шкаф, а на одной из полок нашёл книгу Натаниэля Брэдшоу о путешествиях.

– Видишь, даже мой дядя есть! – потряс он книжкой.

Уинстон же всё равно настаивал, что дела в компании плохи.

– А мама боится, что будет ещё хуже. Хотя мне-то что. Мне даже лучше. Потому что, будь здесь полно пассажиров, меня бы просто не взяли.

– Может, всё ещё наладится, – предположил Хол. – Не зря же мистер Аккерман пригласил моего дядю, чтобы он написал о «Звезде сафари».

– Всё зависит от того, про что он напишет.

Хол задумался. Действительно, ещё неизвестно, о чём дядя Нэт напишет.

– Понимаешь, – продолжил Уинстон, когда они вышли из вагона-салона и снова двинулись дальше по коридорам, – если бы билеты на поезд покупали приличные люди, мистер Аккерман никогда бы не пригласил такого ужасного типа, как этот Мервин Кросби.

– А он в самом деле способен убить носорога? – задумался Хол. – Как ты думаешь?

Уинстон покачал головой:

– Ему повезёт, если он просто его увидит. Их сейчас совсем мало.

– Они хорошо охраняются?

– Ну это сложный вопрос. Есть заповедники, где охота на них разрешена, правда, лицензия стоит очень больших денег. Они нужны для того, чтобы сохранять другие виды животных. Но есть ещё браконьеры. Они проникают в заповедники и убивают носорогов только с одной целью – им нужен их рог.

– Рог?

– Рог носорога ценится на вес золота. Для браконьеров это самая желанная добыча.

Хол никогда об этом не слышал.

– А почему так дорого?

– На Востоке считают, что этот рог обладает какими-то невероятными целебными свойствами. Его превращают в порошок и используют потом как лекарство.

– И что, помогает?

– Мама не верит. Она говорит, что носорожий рог – это лишь плотно склеенные шерстинки. С таким же успехом можно просто мелко нарубить шерсть, а потом её есть.

Уинстон рассмеялся. Хол тоже усмехнулся, но очень сдержанно, поскольку представил, чем это может быть на вкус.

– Но с браконьерами хотя бы всё понятно, – снова посерьёзнел Уинстон. – А вот такие люди, как мистер Кросби, ещё хуже. Они убивают просто ради развлечения. Это гадко.

– Мерзкий тип, – согласился Хол.

– Бабуин во фраке.

Хол рассмеялся:

– С галстуком-бабочкой!

– И голой задницей.

Теперь оба хохотали.

Так они дошли до того вагона, половину которого предоставили Холу и его дяде.

– Это наше купе, – показал Хол на дверь.

– Неплохо устроились, – сказал Уинстон. – Вагон люкс.

– Да. А мы идём дальше?

– Да.

Далее они прошли через вагон-ресторан и попали в тот вагон, где находилась кухня. Здесь было очень шумно, звукоизоляция плохая, да ещё гремела посуда. Сам вагон выглядел очень старым, он был изначально отделан дешёвыми материалами, которые уже давно отслужили свой век. Стены обшарпаны, краска облупилась, а линолеум на полу местами весь вспучился и порвался.

– А мы живём в следующем вагоне, – сказал Уинстон и повёл Хола дальше.

Следующий вагон был тоже служебным и самым первым, если считать от головы поезда. Купе Уинстона и его мамы было совсем маленьким, там было только две койки, прикреплённые к стене одна над другой, и крошечный столик под окном. Внутри было очень душно. Уинстон тут же полез опускать окно, и внутрь ворвался свежий воздух, внося густой аромат сухих трав и деревьев. Дышать стало легче. Чипо прыгнул на нижнюю койку и встал столбиком. Точно как сурикат. Хол осторожно присел рядом.

– Чего это он?

– Голодный, – ответил Уинстон. – Его надо покормить.

– Мы за этим сюда и пришли?

– Не только. Но сначала обед.

Уинстон снял с верхней койки свой школьный рюкзак и вытащил из его бокового кармашка небольшой пластиковый контейнер.

– Признайся сразу, ты боишься пауков? – спросил он Хола, прежде чем открыть крышку. – Хотя это и не важно. Они всё равно мёртвые. Чипо, лови!

Он вытащил из контейнера довольно большой мохнатый клубок чего-то с виду жутковатого, с поджатыми под живот ножками, и кинул его Чипо.

Хол с ужасом смотрел, как мангуст это ел. Ел он довольно смачно, откусывая от паука, видимо, самые лакомые кусочки и широко открывая рот с очень острыми, но мелкими зубками, и при этом, надо честно сказать, довольно умильно чавкая.

– Т-ты… – заикаясь, произнёс Хол, не отрывая взгляда от обедающего зверька, – г-где это взял?

– Да там же, – спокойно ответил Уинстон. – Ты думаешь, что я делал, когда мы с тобой познакомились? То и делал, что собирал пауков.

Он достал ещё одного паука и скормил его Чипо. Хол к тому времени уже начал относиться к этой трапезе поспокойнее, он лишь немного отсел. Внизу ритмически стучали колёса, в окошко задувал ветер да залетали солнечные зайчики, когда поезд проходил под сенью придорожных деревьев.

– Так что ты хотел мне сказать? – спросил наконец Хол.

– Что?

– Зачем ты меня сюда позвал?

– Ах да. Ты помнишь, когда мы расстались и я пошёл помогать носильщикам заносить багаж? Так вот, когда мы закончили, меня послали сказать мистеру Аккерману, что всё готово и можно отправляться. Я пошёл. И когда я постучал в дверь, он говорил по телефону. Он сказал, мол, я всё хорошо понимаю, мистер Леон, это очень важное дело. И я, мол, всё сделаю, как мы договорились. Пусть не волнуется, всё будет хорошо, я обещаю.

– А кто этот мистер Леон? – спросил Хол. Ему вдруг показалось, что это должен быть именно тот человек, которого он видел с Аккерманом, когда тот передавал деньги.

– Я не слышал такой фамилии, – ответил Уинстон. – Но я и не детектив. Детектив у нас ты, вот ты и разберись.

Хол задумался.

– Судя по разговору, они договорились о чём-то незаконном, и этот мистер Леон ждёт, что Аккерман что-то для него сделает.

Уинстон скормил своему любимцу ещё одного паука. Хол достал свой блокнот.

– Хочу нарисовать Чипо. Когда я рисую, мне обычно хорошо думается.

– Да ради бога. Тебе даже повезло, потому что он бывает спокоен, лишь когда ест.

Хол быстро набросал общие контуры, потом начал больше уделять внимания мордочке. Рисуя, он думал о том разговоре, который подслушал Уинстон. Интересно, о чём они договорились, мистер Аккерман и этот Леон? У них какая-то сделка? Хол посильнее зачернил углем носик и глазки Чипо, усилил треугольники ушек. Интересно, есть ли у кого-нибудь ещё в мире свой ручной мангуст? Он повторил это вслух.

– Думаю, что нет, – ответил Уинстон. – Чипо был ещё крошечным, когда появился у нас. На их семью напал орёл, мать защищала своих детёнышей, но орёл её унёс. Чипо вместе со своими братьями и сёстрами были обречены, но их нашла моя мама. Она принесла всех домой, но выжил только Чипо. Я помогал его выхаживать, кормил и всё прочее. Потом мы хотели выпустить его на волю, но он не захотел. Он всё время возвращался. Наверное, решил, что теперь его семья – мы. Правда, Чипо? – Уинстон почесал мангуста под подбородком. Тот блаженно зажмурился.

– Значит, ты умеешь обращаться с дикими животными, – сказал Хол.

– Конечно. Я же вырос в саванне, у дедушки и бабушки был свой частный заповедник. Дома у нас всегда было много животных, раненые и больные тоже.

– А почему ты там больше не живёшь?

– Бабушка и дедушка умерли, землю пришлось продать, и мы с родителями переехали в город. Теперь мы живём в городской квартире в Претории. Мама – ветеринар, да она ещё подрабатывает сафари-гидом, а папа – сантехник. Родители копят деньги, чтобы выкупить заповедник обратно и снова заселить животными. Когда вырасту, я тоже хочу стать ветеринаром, как моя мама. – Уинстон скормил зверьку ещё одного паука. – Смотри, какой этот жирненький, мня-мня, вкусняшка. Вообще, я животных люблю больше, чем людей.

– Я тебя понимаю, – вздохнул Хол и осторожно, одним пальцем, погладил мангуста между ушей. Вспомнил о своей собаке Бэйли.

Дверь в купе вдруг открылась, и вошла Лиана, мама Уинстона. Она посмотрела на Хола, потом на сына. Оба встали.

– Кажется, у тебя появился друг?

– Да, мама. Его зовут Хол.

– Здравствуй, Хол, – улыбнулась Лиана. – Частично мы уже знакомы. Я познакомилась с твоим дядей Натаниэлем. Мы с ним так и решили, что вы сейчас где-то вместе.

Лиана сняла с плеча ружьё и, заметив взгляд Хола, объяснила:

– Оружие не заряжено. Я взяла его только для напоминания о том, что дикая природа всегда остаётся дикой. Обычно это производит эффект, но, видимо, не сегодня.

Она присела и выдвинула из-под нижней койки длинный металлический ящик. Открыла его и положила ружьё внутрь. Потом проверила коробку с патронами, закрыла ящик, заперла на ключ и задвинула обратно.

– Ну вот. – Она встала и вновь улыбнулась Холу. – Ты что-то рисуешь?