Не мое имя. Часть 2.

Потом стало тихо. Он отпустил дверь. Я слышала, как он отошёл. Как упал на кровать. Как затих.

Я сидела на полу в ванной. Держала дверь. И ждала. Не знаю, сколько. Минуту. Пять. Десять. Потом встала. Тихонько открыла дверь. Выглянула.

Он спал. На кровати. В одних трусах. Рядом - бутылка. В коридоре храпели его друзья. Я прошла мимо них. Взяла сумку. Взяла ключи. Вышла. Закрыла дверь. И побежала.

Вниз по лестнице. На улицу. В холод. Без куртки. Я не чувствовала холода. Просто бежала. До бабушки.

Бабушка открыла дверь. Посмотрела на меня. На моё лицо. На руки. На то, как я тряслась.

- Саша.

- Бабуль, - сказала я. - Я больше не могу.

Она обняла меня. Крепко. Как в детстве. И я заплакала. Впервые за всё это время. По-настоящему. Громко. Как ребёнок.

- Всё, - сказала бабушка. - Всё, девочка. Ты дома. Ты дома.

Я плакала. А она держала меня. И не отпускала. И я знала: это конец. Что бы ни было дальше. Это конец.

Глава 4.

Родители приехали в тот же день. Не через день - в тот же. Бабушка позвонила маме утром, сразу как я прибежала к ней. Сказала в трубку — быстро, сбивчиво, глотая слова. Мама слушала молча.

Я открыла дверь. Мама стояла на пороге. Бледная. С заплаканными глазами. Папа за ней - с сумкой, хмурый.

- Саша, - сказала мама. И обняла меня. Крепко. Так, что я почувствовала, как она дрожит.

- Мам. Всё нормально. Я в порядке.

- В порядке? - она отстранилась. Посмотрела на меня. На моё лицо. На руки. - Он тебя бил?

- Нет. Не успел.

- Не успел, - повторила она. - Значит, пытался.

Я не ответила. Папа прошёл в квартиру. Бабушка вышла из кухни. Они посмотрели друг на друга. Молча. Потом папа сказал:

- Где он?

- Не здесь, - сказала бабушка. - Слава богу.

- Я с ним поговорю.

Сядь, - сказала бабушка. - Поговоришь. Сначала выслушай.

Мы сели на кухне. Бабушка налила чай. Все молчали. Потом бабушка сказала:

- Рассказывай, Саша. Всё. С самого начала.

Я рассказала. Про то, как он пил. Как приходил поздно. Как стал холодным. Как я делала вид, что всё нормально. Как он вывихнул мне палец - тогда, когда мы еще жили с бабушкой. Как мы помирились. Как переехали. Как всё продолжалось. Как он ушёл в ту ночь. Как я пришла утром и увидела бутылки, окурки, резинки. Как он поднял руку. Как я бежала.

Мама плакала. Тихо. Вытирала слёзы рукой. Папа смотрел в стол. Сжимал чашку так, что костяшки белели.

- Почему ты не сказала? - спросил он. - Почему ты нам не сказала?

- Я не хотела вас беспокоить. У вас своя жизнь. Я думала, я справлюсь.

- Справлюсь, - повторил папа. - Саша. Ты не должна была справляться. Ты должна была сказать. Мы бы приехали. Сразу. В тот же день.

- Я знаю. - Я смотрела в чашку. - Я думала, всё наладится. Я думала, он изменится. Я думала, это из-за имени.

- Из-за имени? - мама подняла голову.

- Я думала, что Алеся - это неудача. Что когда я стану Александрой, всё будет по-другому. Что жизнь наладится. Что плохое останется в прошлом. - Я усмехнулась. - Глупо, да?

- Не глупо, - сказала бабушка. - Ты искала, за что зацепиться. Имя было проще, чем правда.

- А правда в том, - сказал папа, - что он тебя не любит. Не любит так, как должен. Не любит ни тебя, ни Вику. Он любит себя. И бутылку. А ты и Вика - просто... - он замолчал. Потому что не мог подобрать слово.

- Просто есть, - сказала я. - Пока есть. Пока удобно.

- Да. - Папа посмотрел на меня. - Саша. Ты моя дочь. Я тебя не осуждаю. Я тебя не ругаю. Но ты должна понять: это не любовь. Это не семья. Это... - он вздохнул. - Это клетка. Ты в ней сидела. И Вика сидела. Пора выходить.

Мама вытерла слёзы.

- Саша. Мы поможем. Чем сможем. Деньгами. Всем. Ты только скажи.

- Мам. Я не...

- Скажи, - перебила она. - Ты моя дочь. Ты не должна справляться одна. Никогда. Слышишь?

Я кивнула. И заплакала. Не так, как тогда, у бабушки в коридоре. Тихо. Просто слёзы текли, и я не вытирала их. Мама подошла. Обняла. Папа положил руку мне на плечо. Бабушка сидела и смотрела на нас. И в её глазах было что-то, чего я не видела раньше. Не жалость. Гордость. Как будто она ждала этого. Как будто знала, что я справлюсь.

—

На следующий день я решила. Хватит.

Я позвонила Кире. Сказала:

- Мне нужна помощь.

- Говори, - сказала она. Без вопросов. Без «а что случилось». Просто «говори».

- Мне надо забрать вещи. Пока его нет. Я не хочу с ним встречаться. Не хочу его видеть.

- Когда?

- Завтра. Он работает до шести. Я приду в три.

- Я с тобой. Бабушка?

- Бабушка тоже. Она не отпустит меня одну.

- Правильно. - Кира помолчала. - Саш. Ты как?

- Не знаю. Пока не знаю. Но я больше не могу. Я не вернусь.

- Хорошо, - сказала Кира. - Завтра в три. Я приду. И принесу коробки.

На следующий день мы пришли втроём. Я, Кира, бабушка. Открыли дверь своим ключом. Квартира была пустая. Он ушёл на работу. В квартире всё ещё пахло - сигаретами, алкоголем, чем-то кислым. Я не стала смотреть. Просто прошла в комнату. Достала коробки.

- Что забираем? - спросила Кира.

- Всё, что моё. Всё, что Викино.

Мы собирали быстро. Молча. Кира складывала вещи в коробки - аккуратно, как в магазине. Бабушка стояла у двери. Смотрела в коридор. На случай, если он вернётся. Я собирала фотографии. Викины рисунки. Её зайца. Свои книги. Одежду. Всё.

Потом я зашла на кухню. Взяла чашку - ту, которую он мне подарил на первую годовщину. Посмотрела на неё. И поставила обратно. Не моё.

- Саш, - сказала Кира. - Ты как?

- Нормально. - Я закрыла коробку. - Всё.

Бабушка подошла. Взяла меня за руку. Посмотрела на меня.

- Ты уверена?

- Да.

- Тогда идём.

Мы вынесли коробки. Я закрыла дверь. Ключ оставила на кухне, на столе. Пусть. Мне он больше не нужен. Я спускалась по лестнице и чувствовала, как что-то отпускает. Как будто я вышла из комнаты, в которой долго не было воздуха. Как будто вдохнула.