Десять секунд тишины

Ольга увидела его у перегородки и подошла сама.

— Ты с утра там был?

— Да.

— Я вчера тоже всё рассказала. Про вашу папку. Меня спросили.

— Правильно.

Она явно приготовилась к другому ответу. Тимур подумал, что ей можно просто пройти мимо, а ему придётся ещё какое-то время встречать в людях это выражение: будто он оценивает, достаточно ли хорошо за него сказали.

— Ты только не думай… — начала Ольга и не закончила.

— Что?

— Я не говорила, что ты его пугал. Просто вы спорили, а потом тебя вызвали. И кто-то уже написал, будто он назвал тебя перед смертью.

— Кто написал?

Она показала сообщение в студенческой беседе. Ни звука, ни ссылки — две уверенные строчки от человека, которого в Рядах вчера вообще не было. Внизу уже спорили о том, могли ли извлечь голос так быстро. Кто-то объяснял правила материала, кто-то уверял, что всё выяснится, а один из знакомых Тимура поставил знак вопроса.

Он отдал Ольге телефон и открыл беседу на своём. Набрал: «Это было учебное задание. Я всё объяснил». Стер последнее предложение. Написал, что Ракитин произнёс фразу днём и что он сам весь вечер был в центре. Он отправил ответ.

Сообщение прочли почти сразу. Ответа не пришло.

— Убрать? — спросила Ольга. — Я могу попросить.

— Пусть мой ответ тоже останется.

Он пожалел о резкости, но злость не проходила.

Кирилл появился со стороны общего зала с несколькими папками под мышкой. Эти были университетские, узнаваемые по зелёным корешкам. Он поставил их перед Ольгой, попросил передать группе и только потом спросил Тимура:

— Тебя тоже про чашку?

— Да. Я сказал, что ты убрал её в П-3.

— Ну да. Меня об этом ещё ночью спрашивали.

Кирилл выглядел невыспавшимся. Тимуру на секунду стало неловко, будто он донёс на него.

— Учебные записи у вас сохранились? — спросил он. — Субботние, не его личное.

— Часть здесь. Остальное у Зои на общем диске. Сейчас найду.

Кирилл не просил объяснить, зачем они нужны. Показал папку с планами занятий, нашёл дату, на которую Ракитин поставил разбор чашки. Чужая готовность сделать простое полезное дело оказалась почти невыносимой. Он поблагодарил слишком горячо.

— Да ладно, — ответил Кирилл. — Тут хоть понятно, что делать.

Ольга унесла папки. Тимур остался у закрытой двери рабочего крыла.

Вчера Кирилл оставил чашку в П-3. К ночи она оказалась возле Ракитина. Кто-то прошёл с ней по короткому знакомому коридору — и именно этот чужой путь Тимуру хотелось теперь понять.