скачать книгу бесплатно
– Видимо, остальные попаданки с острова оставили менее яркие впечатления? – хмыкнула я, Ульритта усмехнулась.
– Менее… Хотя надолго запомнились. Одна постоянно за все извинялась. Зачем это делала, меня не спрашивайте. Прикажет слугам убираться в комнате и давай просить у них прощения. Бедные остановятся и не знают, что делать. То ли приказ поступил неправильный, то ли натворили не то, что требовалось… То ли девушка слегка не в себе… Тоже, знаете, приятного мало. Бросится, еще покусает кого-нибудь… Одна, по-моему, Вячеслава Астаховна… ужасно любила со всеми скандалить. Как утром проснется, глаза приоткроет, давай разряжать в нас свое негодование. Почему небо над замком не фиолетовое? Почему вредные слуги в ноги не кланяются? Почему на завтрак тостов не подали? Ах, подали? Значит, не успели вовремя. В общем, ее хлебом не корми, не ублажай – дай только права покачать без повода… Говорила, ей скандалов в интернете не хватает. Там негатив на окружающих сбрасывала и целый день чувствовала себя распрекрасно. А тут ни интернета, ни анонимных аккаунтов, ни возможности насолить, ближнему, как следует … Девушка извелась вся, даже похудела… Слуги начали от нее прятаться…
– Это вам землянки попадались специфические, – усмехнулась я искренним жалобам Ульритты.
– Да что уж говорить. Мы вообще везучие. Король даже клуб организовал междумирный. Так и назвал «женихи со стажем». Собираются раз в неделю, на попаданок жалуются. Только теперь без вампирского герцога… Или короля, я точно не помню. Его Аннушка не пускает на мужские посиделки. Боится, что сбежит куда-нибудь безвозвратно… Я бы такую тоже не выдержала.
– Да уж, повеселились вы с попаданками, – произнесла я с искренним сочувствием к местным.
– Ладно, не будем о грустном-печальном. Вроде я вам почти все поведала. Сегодня отдыхайте, пользуйтесь слугами. Бал все равно раньше завтра не назначат. А если хотите, проведу экскурсию, прогуляемся по замку и его окрестностям. У нас тут интересно… бывает временами. Вы же магию некромантов еще не видели?
– Это когда трупы из могил поднимаются? – произнесла я не без содрогания в голосе. Как-то не тянуло на подобное развлечение. Сразу вспоминались земные ужастики, со всякими там зомби, мертвецами ходячими и прочей не слишком приятной живностью…
Руки, что из земли внезапно выстреливают, наполовину разложившиеся, наверняка вонючие… Покойники, что средь бела дня разгуливают, словно в аду очутилась неожиданно. Нет уж, спасибо, перебьюсь как-нибудь…
Ульритта ощутила мое настроение, пожала плечами и расстроенно добавила:
– Вот зря вы так. Магия у нас необычная. А давайте тогда вам алхимию продемонстрируем?
Мне захотелось провалиться под землю или переместиться на остров преждевременно. А, может, здешний мир услышит, обидится? За непонимание местной магии и отправит назад, к духовке-приятельнице? Я так размечталась, что сразу не заметила яркие вспышки в воздухе комнаты.
Ульритта негромко и потрясенно вскрикивала. Даже немного шарахалась в стороны. Я, наконец-то, опять сфокусировалась и… потрясенно захлопала глазами. Язык одеревенел от удивления, сказать что-то внятное не получалось. Ульритта тоже не особенно помогала – мычала, ойкала, сдавленно похихикивала.
А вспышки продолжались, изменяя помещение – не так, чтобы совсем, до неузнаваемости. Но многие местные упали бы в обморок. По крайней мере, уж точно слегка опешили бы. Я и сама поражалась окружению.
Обстановка и стены меняли цвет. Внезапно и резко окрашивались в красный, затем в зеленый, потом в фиолетовый, в лиловый, оранжевый, синий, абрикосовый…
Мы с Ульриттой в едином порыве бросились к гардеробной, открыли и обомлели. Все платья, юбки, блузки, сапожки словно раскрасили веселые живописцы. Они не просто стали гораздо ярче, по тканям заструились изящные узоры, пестрые аппликации проявились на платьях.
Я посмотрела на служанку и вздрогнула, она тоже разглядывала себя с удивлением. Черный, как уголь, наряд служанки стал бирюзовым, как южное небо. По подолу, манжетам и декольте протянулись тонкие полоски дорогих кружев. Раньше я их просто не замечала – шутка ли увидеть черное на черном. Теперь же изящные белые кружева бросались в глаза, придавали наряду немного кокетливости, изящества, праздничности.
Ульритта поддернула руками юбку и посмотрела на меня повнимательней.
– А что у вас за магия такая, говорите? – спросила нерешительно, теребя платье.
Я только растерянно пожала плечами.
Тем временем безумие набирало обороты. В замке слышались крики и визжание, вопли и стоны – не расстроенные, радостные.
Мы осторожно подошли к двери и приоткрыли, выглянув в коридор.
Темные стены, потолок и пол окрасились в бежевый и молочный – не совсем белый, чуть желтоватый. Белесые прожилки превратились в золотистые. Лампы из алых стали лазурными и свет разливали тоже голубоватый.
В коридорах начали проявляться слуги. Одетые не в пестрое, но и не в черное. Они ошарашенно себя оглядывали и смотрели так, словно это я некромантка. И только что воскресила десятки усопших. Скелетики принялись прогуливаться по замку, небрежно роняя остатки плоти и плотоядно косясь на живых.
Лично я именно так бы и выглядела, если бы попала на подобное представление.
– Эм… А это надолго? Или только временно? – спросила меня одна из служанок – высокая, ладно сложенная девушка, с белокурыми локонами, собранными в хвостик. На ней как влитое сидело платье – алое, шелковое, очень нарядное.
Я только растерянно пожала плечами.
«Вот видишь, как тут весело. Просто обхохочешься! На пестрые цвета местные реагируют как ты на нашествие сотен Франкеншнейнов. Нечаянно увидят в небе радугу и забьются куда-нибудь в подвал или в погреб. Прямо не мир, а само очарование! Только бешеных зомби и не хватает».
Некто опять язвил мне на ухо, но не появился и не представился. Мда… Дурдом на выезде, да и только.
Черное резко стало цветным, даже пестрые узоры кое-где появились. Кто-то постоянно на аборигенов науськивает, тонко намекает, что мне здесь не место. А где же тогда? На острове, что ли? Дак он меня, вроде бы, и не приглашает. Напротив, избавился и, видимо, радуется. Сплавил некромантам и мысленно празднует.
«Остров просто тебя тестирует. Должен же он окончательно удостовериться, что ты легко в мирах приживаешься…»
Выдал некто почти без язвительности. Зато мои мысли искрили иронией.
Ну да, остров должен… Удостовериться… Что я выживаю среди мертвецов. Додумался же сунуть в мир к некромантам! Где еще и магию посмотреть уговаривают… Чтобы уж наверняка довести до истерики…
Вспомнился фильм «Мумия», сиквелы-приквелы, всяческие сериалы про ходячие трупики…
На душе почему-то совсем не полегчало. Но в эту минуту послышался крик подозрительно знакомым голосом Мальтиса. Слуги с топотом понеслись по коридору, который продолжал раскрашиваться радугой. Тонкие, ветвистые зеленоватые узоры заструились возле потолка и пола, будто подчеркивали отсутствие плинтусов. Такие же стремительно расчерчивали потолок.
Слуги скрылись из вида мгновенно, словно опять стали невидимыми.
И в коридоре появился… король некромантов.
Я вдохнула, выдохнула, задержала дыхание, попыталась переключиться на нечто грустное. Вспомнить, что здесь прогулка по кладбищу, наверняка, считается светским раутом… А нежно-романтичное свидание с некромантом вполне может случиться у свежей могилки…
Но все-таки сложилась пополам и расхохоталась. Ульритта спряталась за шкаф и хихикала. Мальтис приближался к нам решительно, на ходу снимая синий камзол, богато расшитый серебряными нитями. Бархатная тряпица осталась на полу. Жилетка обрадовала меня несказанно. Ярко-бирюзовая, как утреннее небо, она отлично сочеталась с рубашкой – конечно же, не черной – белой как снег. Но брюки побили все рекорды.
Не знаю – чья больная фантазия так преобразила штаны некроманта, но я начинала за себя побаиваться. Мало ли… Все-таки маг, алхимик.
Некогда черные брюки Мальтиса теперь сильно напоминали ковбойские. На фоне темно-синей тонкой кожи выделялись голубые заплатки-аппликации. Там, где и положено у порядочного ковбоя: между ног, на коленях и, конечно же, на ягодицах.
Мальтис остановился, негромко всхлипнул, зеленые глаза его смотрели с неистовством. Я даже начала за себя побаиваться. С одной стороны, было во всем утешение. Я у некромантов, где смерть не окончание жизненного пути, а скорее начало. Меня обязательно поднимут из трупиков и воскресят, чтобы свершить наказание.
Мальтис сглотнул, издал рычание и рявкнул, почти без угрозы в голосе. Так, с легким намеком на летальный исход.
– Вы можете объяснить мне, что это такое? – некромант оглядел себя с головы до ног, внезапно сосредоточился на кончиках сапог – золотистых, блестящих, на синем фоне…
– Эм… Одежда? – я скроила самую невинную мину. Так я не смотрела даже на преподавателя, в тот единственный раз за учебу в вузе, когда почти не выучила предмет к экзамену.
Мальтиса проняло, он двинулся навстречу, несколько раз обошел вокруг. Так акула в океане кружит возле добычи, выбирая место, где мясо повкуснее.
И я даже не знаю, что со мной случилось бы, если бы не верная служанка Ульритта. Она не нарочно, я это понимала. Зато очень вовремя, прямо тютелька в тютельку. Служанка заливисто за шкафом захихикала, видимо, не в силах дальше сдерживаться. Мальтис остановился, неспешно оглянулся, резко крутанулся на золотистых пятках и решительно направился к источнику звука.
Мне даже жалко стало девушку. Остановиться, перестать смеяться, успокоиться, мне и самой не особенно удавалось. Король понимал, но прощать не планировал. По крайней мере, так нам с Ульриттой почудилось.
Я вдохнула, выдохнула и отправилась на помощь.
Король уже высился напротив Ульритты. Та вжалась в угол, но хихикать не прекратила. Служанка даже пробовала плотно сомкнуть губы, но принималась так задорно похрюкивать, что выходило еще менее уважительно.
– Ваше величество… Мальтис. Простите, пожалуйста, – я постаралась придать смеху звучание кашля. Поначалу казалось, некромант не заметил моего обращения, даже присутствия, весь сосредоточился на бедной служанке и ее, по всей видимости, непристойном поведении. Хохоте в здании, где обязаны плакать, на худой конец – сохранять полную невозмутимость. Не говоря уже о смехе над своим королем… И его новым, нарядным туалетом…
Но спустя пару секунд некромант оглянулся, полоснул по мне недовольным зеленым взглядом – так смотрит на жертву Медуза Горгона, прежде чем обратить ее в мраморную статую.
– Что? – дружелюбием от вопроса и не пахло.
– Видите ли, Ульритта просто подверглась воздействию моей магии, и остальные тоже. Если откровенно, я сама с трудом сдерживаюсь, – я усмехнулась, когда Мальтис мазнул взглядом по заплаткам на своих ягодицах.
– Кажется, у меня особенный дар… Открылся, а как закрыть не ведаю…
– Превращать любую одежду в клоунское облачение? А любое приличное здание в цирк? – Мальтис заломил густую бровь.
Он, что, пошутил, даже сыронизировал? Я пораженно сглотнула, сморгнула и даже ненадолго перестала смеяться. Ульритта тоже затихла у шкафа. Видимо, впервые за годы работы услышала, как король язвит от души.
Мальтис сообразил не сразу, но быстро. Захлопал глазами и медленно крутанулся, сделал пару шагов в мою сторону.
– Так! Признавайтесь! Что еще нахимичили? Надеюсь, мои подданные не отплясывают на кладбище, таким образом, совершая некромантские ритуалы и ненароком распугивая случайных покойников? Не собираются устроить близким представление. Петь серенады и баллады под луной на крыше любимых фамильных склепов?
Мальтис замолчал, смекнул, что разразился ироничной репликой, почти не задумываясь. По комнате поплыла потрясенная тишина.
Я даже слышала, как поскрипывает шкаф, с которым пыталась слиться Ульритта.
Я силилась понять по лицу короля – он так счастлив, горюет или все еще планирует расправиться со мной и служанкой в придачу. Воскресить и расправиться еще несколько раз. Так, для ума и четкого понимания, что радужная магия здесь не приветствуется. Не говоря уже о превращении короля в пародиста.
Мда… Чувствую, что займу в летописях Юстинии место где-то рядом со знаменитой Аннушкой. Вопрос лишь один: перед ней или после. А главное, как мне исправить содеянное, если Мальтис примется на этом настаивать. Я ведь не имела ни малейшего представления – как все получилась, колдовать не приучена. И уж тем более совершенно не представляла, как вернуть замку прежний вид – обтесанной под форму здания головешки. А королю – полное отсутствие чувства юмора и прежнее безмятежное расположение духа.
Всегда подозревала, что хохочут лишь те, кто слушает незабываемые шутки юмористов, а те, кто язвят, не особенно радуются.
Мальтис позволил нам со служанкой вдоволь насладиться безвыходностью положения. Ульритта всерьез поглядывала на окно. Наверное, начинала судорожно прикидывать – получится ли допрыгнуть до ближайшего дерева, а там, как белка-летяга до земли.
Я тоже оценивала наши шансы – трезво, хотя и не без прежней иронии.
Если немедленно не вырастить крылья, скорее всего, станешь той редкой птицей, что долетит лишь до середины расстояния от подоконника до ближайшего черного дерева.
Вот куда подевался мой советчик-шутник? Надеюсь, уже готовит план к отступлению?
Мальтис отмер, взглянул на служанку, на меня, в окно и съязвил снова:
– Допрыгнуть вы, конечно же, не допрыгнете. Но в моей мастерской есть множество ниток, специально чтобы собирать залетные трупики. Чтобы после воскрешения не бродили без конечностей. Не эстетично и не слишком практично. Слуги не смогут выполнять обязанности, прыгая на одной ноге как птицы или имея в арсенале только одну руку. А уж без головы… им вообще будет сложно. Как я объясню – что надо делать? Как они увидят – куда направиться? Начнут на лету сталкиваться со стенами. Потом еще собирай по мелким кусочкам. Так никаких ниток не напасешься.
Добрый, черненький юмор некроманта видимо компенсировал «перекрашивание» обстановки.
Мда, что-то черное в замке осталось… Местная магия, не иначе…
Мальтис позволил нам потомиться в ожидании: распнут нас, расстреляют или просто колесуют и наконец-то сменил гнев на милость.
– Значит так, – деловито произнес некромант. – Для начала нужно выяснить, что у тебя за магия. Это вообще надолго или навсегда? Неплохо бы оценить масштабы катастрофы… э-э-э… дизайна одежды и декора помещений. Только дворец пострадал или все государство…
И вот на этой чудесной ноте Мальтиса прервали, вернее озадачили. Ответ даже не пришел – влетел в замок. Не камнем в окно – и на том спасибо.
На подоконник приземлился… голубой ворон. Некромант пораженно посмотрел на птицу, и та покосилась… изумрудным глазом. Я думала, Мальтис так и сядет, прямо на паркет, мимо дивана. Такой ошарашенный вид был у некроманта. Еще недавно, казалось – он бледнее некуда… Но вот теперь становилось ясно – раньше Мальтис выглядел даже румяным.
Он сделал несколько глубоких вдохов-выдохов, словно всерьез собирался медитировать и как-то сразу заметно успокоился. Собственно, этого я и ожидала. Все-таки некромант пережил Аннушку и ее фееричные забавы-выкрутасы. Да что там выкрутасы – сексуальные марафоны, которые даже король вампиров не выдержал.
Мальтис вытянул дрожащую руку, и ворон послушно на ней разместился. Ненадолго птица и некромант замерли, словно разукрашенные детьми статуи. Ульритта осторожно подошла ко мне и пояснила одними губами:
– Переговорный ворон, доставил послание. Только что-то он какой-то не черный. Даже не очень-то похож на ворона… Скорее уж на вашего волнистого попугайчика.
Служанка не сдержалась, задорно хихикнула, я тоже, и Мальтис с вороном отмерли.
– Насколько я понял, пострадало все королевство, – почти без прежней угрозы в голосе произнес некромант и хитро прищурился. – Ниней, наш главный маг-алхимик, и по совместительству моя правая рука, скоро прибудет, чтобы изучить твою магию. А пока придворные готовятся к балу в честь очередной русской попаданки. Пытаются раскопать в собственном гардеробе хоть одну вещь, которая подошла бы не только Арлекину или Коломбине. Я встречу Нинея и вернусь через часик. А вы пока тут… э-э-э постарайтесь не превратить фамильные склепы в ярмарочные балаганчики. И не забудьте, что трава зеленая, небо синее, а земля коричневая. Ну это я так, на всякий пожарный, как выражалась одна попаданка…
Мальтис слегка приподнял брови, отмечая, что острый приступ иронии так и не прошел, набирал обороты, и торопливо покинул помещение.
Едва король скрылся за дверью, мы с Ульриттой выдохнули и посмотрели друг на друга, словно только что выбрались из пасти дракона.
– Что это за правая рука и маг? – немедленно уточнила я у служанки, не столько опускаясь, сколько падая в кресло.
– Сильнейший некромант и алхимик королевства. Но, думаю, дело все же не в этом, – Ульритта по моему усталому жесту уселась напротив и тоже расслабилась. Ну да, как выразился главный герой одного очень старого русского фильма: «Для сваренного рака все худшее позади». – Ниней хорошо различает магию разных существ – наших и иномирцев. Как-то по ауре колдунов ориентируется. Видимо, его позвали определить – сколько интересного ты еще натворишь.
– Я уже затмила знаменитую Аннушку? – приподняла я бровь и невольно хихикнула.
– Не-ет! – помотала головой Ульритта. – Над ней смеялись, даже хохотали. Но то был, к сожалению, смех сквозь слезы, а у тебя наоборот – смех до слез. Разница, как ты понимаешь, очень существенна. Ты скорее развеселила, подняла настроение. Думаю, его величество тоже это понял. Но должен же он сделать вид, что ужасно негодует.
– Зачем? – поразилась я, немного успокаиваясь.
– Ну вот представь себе, пофантазируй. Живешь ты в своем черном королевстве. Пытаешься привнести в него другие цвета, но магия государства и планеты противится. Все моментально становится стильным, то есть оттенка углей в костре. А тут появляется русская попаданка и, не спрашивая твоего высочайшего разрешения, раскрашивает всю страну сплошной радугой. С одной стороны – глазу приятно, радостно, с другой – он же король, должен принимать решения и лично давать добро на их воплощение…
Ульритта подмигнула и многозначительно прицокнула.
– Стоп! Ты хочешь сказать, что Мальтис рад изменениям, хотя и возмущался? – воскликнула я, не в силах поверить.
Служанка едва заметно кивнула, и дополнила негромко, почти вполголоса:
– На счет красок уверена, а вот на счет чувства юмора… Король никогда не любил анекдотов, шуток, язвительных высказываний и прочего. Даже местным бродящим комедиантам запретил останавливаться на дворцовой площади… А теперь сам… как те бродячие комедианты. Придворные удивятся, даже не поймут. Но это их проблемы и душевные терзания. Король, что умеет шутить над ситуацией, как по мне, гораздо лучше угрюмого циника, которого мы видели до сегодняшнего дня. И да, тут вы с Аннушкой сравняли счет. Его величество радовался ее исчезновению почти также, как новым краскам королевства. Плюс-минус парочка восторженных вздохов и головокружительных па в танце.
Глава 3
Комната перестала мигать и окрашиваться в самые разные оттенки палитры.
Стены остались нежно-голубыми, прямо как я всегда обожала. Потолки – белыми, а полы – синими. Вместо плинтусов и потолочных фресок заструились изящные восточные узоры – сложные, многоцветные, но стильные и не пестрые.
Кресла, кровать, диван и столик остались нежно-кофейного цвета и очень гармонировали с новой отделкой. Плафоны стали матово-прозрачными, будто присыпанными льдистым крошевом. Я просто залюбовалась на обстановку.
Ульритта оглядывалась тоже не без восхищения.
– Вот уж никогда бы в жизни не подумала, что земные узоры так нам подходят. Аннушка пыталась разрисовать стены в какие-то аляповатые кляксы, уверяя, что это шедевры экспрессионизма, то есть искусства выражать эмоции. Пока ее художества не почернели полностью, эмоции все выражали очень даже громко. Невидимые слуги тихо ужасались, Мальтис возмущался – громко и нецензурно. Придворные старались игнорировать рисунки. Никогда не подумала бы, что у обычной землянки может быть такой замечательный вкус. Да и фантазия… тоже нерядовая… И даже не в постельных утехах и забавах… Тут Аннушка тоже всех переплюнула. Трижды ломала его величеству пальцы, четырежды выбивала передние зубы, один раз даже нижнюю челюсть вывихнула, тренируя какие-то «потрясающие поцелуи». В общем, потрясла его величество полностью… Так, что он еще месяц при слове поцелуи судорожно искал – где бы спрятаться.
Ульритта подмигнула, и мы расхохотались…
Впрочем, приключения только начинались, как и обновленные краски окружения: замков, природы, животных и птиц…