скачать книгу бесплатно
Я увидела свое отражение. Нет, уродиной я не считалась никогда. Высокие скулы, умный лоб, миндалевидные глаза и маленький, аккуратный нос выдавали во мне восточные корни. Широкие бедра, тонкая талия и неплохой формы грудь – любовь к спорту. Но сейчас… я выглядела почти идеально. Несовершенства кожи исчезли, морщинки разгладились, волосы стали раза в два гуще. Малейшие признаки целлюлита исчезли бесследно. На меня смотрела почти кукла Барби, только созданная по моему, собственному образу и подобию. То есть с человеческой талией и глазами намного меньше блюдец.
Тишина в ванной разряжалась только мерным журчанием воды, что утекала из душевой в канализацию. Я протерла глаза и посмотрела на себя еще раз. Нет, так и есть. Кто-то незаметно меня улучшил. Может тот самый блондин? Хозяин острова? Но зачем?
С минуту я оглядывалась, суматошно прикидывая, как найти провожатую, чтобы учинить ей допрос с пристрастием. Но затем вдруг осенило. Я вскинула на лампу такой взгляд, словно собиралась испепелить ее и развеять по ветру.
Прибор ойкнул высоким женским голосом и пояснил даже без всяких вопросов:
– Пробуждение магии делает попаданок немного… хм… другими. Некоторые становятся красивей, другие – умней, третьи – талантливей. В общем, вы, наверное, Василиса Прекрасная, – теперь ее голос сочился патокой, и мне срочно захотелось запить комплимент мятным чаем.
– Спасибо на добром слове. Но если надеетесь, что я недостаточно премудрая, чтобы сообразить по поводу ставок, то вынуждена вас разочаровать. Я все поняла, заметила, уяснила, – в моем голосе прозвучала скрытая угроза.
Ванна что-то пробормотала про нездоровую реакцию русских женщин на похвалу. Дескать, некоторые за вполне невинный намек на улучшение внешности готовы растерзать со словами: «Ах, так! Значит, раньше я плохо выглядела? Была страшной и неухоженной?»
Я перевела на ванну испепеляющий взгляд и лампа вздохнула с облегчением.
– Да! Вот такая у нас таинственная русская душа! – произнесла с вызовом, глядя в дырку слива. Ну а куда нужно смотреть, беседуя с ванной? Нет, я понимала, что глаза у нее должны располагаться где-то в другом месте. И по физиологии, если подумать, то слив это… в общем слив… но все-таки?
– Везде ищем двойной смысл. Даже в комплиментах! Поэтому я бы на вашем месте вела себя осторожней на поворотах.
Ванна промолчала, наверное, из чувства самосохранения. Лампа что-то пробормотала о том, что вообще-то именно она «осветила вопрос моей новой внешности». Вот так вот, даже с двойным значением слова. Я неторопливо накинула халат, открыла дверь, обернулась и бросила через плечо:
– И попрошу в следующий раз про неожиданности с моей внешностью рассказывать лично мне! Не зависимо от того, будет ли это комплимент или беспокойство о здоровье! Вы поняли намек?
Я свирепо воззрилась в металлический кружок слива, а затем в светящийся «глазок» лампы. Прибор не вынес накала страстей – во всех смыслах слова – дважды мигнул. Наверное, пережил нервный тик. Ванной деваться было решительно некуда, внутри нее что-то зажурчало и стихло.
Я хмыкнула и удовлетворенной вышла наружу. На долю секунды опять почудилось чье-то присутствие. Причем такое, мимолетное, словно существо пряталось, изо всех сил старалось остаться незамеченным. И еще появилось стойкое ощущение такой удивленной симпатии, будто кто-то сам не верил, что так ко мне привязался. Я принялась суматошно оглядываться. Черт побери! Не одинокая квартира, а какой-то проходной двор для магов с неясными намерениями. Слетелись как мухи на мед, высматривают, что-то там себе думают! Нет бы показаться, как порядочные! Дать хорошенько себя изучить, представиться, наконец! Может, я еще и сама на них без страха смотреть не смогу! Или взгляну со страхом и решу, что никогда, ни за что не свяжусь с такой образиной…
В комнате раздался тихий смешок. Я повернулась вокруг своей оси, внимательно разглядывая каждый угол. Демонстративно проверила в гардеробе – он появился тут, пока я мылась, в ящике письменного стола, за дверью. Спокойно и планомерно заглянула в: холодильник, кухонные шкафчики и даже под стол. Последним штрихом открыла каждую металлическую банку с чаем – они выстроились в ряд и пахли травами, ягодами, летом… Меня окутал малиново-клубничный аромат.
Некто уже не просто смеялся – ухохатывался от души. Но по-прежнему оставался невидимкой. Я застыла, со шваброй в руке, в позе разгневанной школьной технички. Ноги на ширине плеч, спина ссутулена, руки расставлены, словно для крепких объятий. Швабра, нацеленная вперед, как меч, откровенно сообщает, что обнимать никто никого не планирует, скорее совсем наоборот.
Некто расхохотался еще сильнее и резко смолк, а ощущение присутствия исчезло.
– Не надо так пугать мужика! – внезапно подала голос духовка. – Он, можно сказать, только жить начинает. Разменял лишь третье тысячелетие. И вообще нервный тик блондинам не к лицу. Брюнетам, рыжим – еще куда ни шло. Мало ли что подумают другие девушки. Решат, что наш красавчик с ними заигрывает. Метнутся на шею. Он к такому обхождению не привык и может вдобавок к нервному тику заработать еще и заикание. Тогда вообще страх и ужас! Как заклятья-то произносить? Отправит вас вместо другого мира в открытый космос верхом на комете… Хотя-я-я… Это же почти как ведьма на метле…
Я вернулась на кухню и заинтересованно посмотрела на духовку. Та хмыкнула в своей любимой манере.
– На ванную и лампу не обращай внимания. Гастарбайтеры, что с них возьмешь, – неожиданно сообщила духовка. – Оталл их из какого-то мира притащил. Техномагического, если не путаю. В общем, сами мы не местные… – духовка мастерски подражала земным пародистам, даже про восточный акцент не забыла. – Короче! Мужчина никак на тебя не налюбуется. Никак уйти не может от твоей неземной красоты, а ты его шваброй! Ну зачем же так сразу? Начни хотя бы с вилки. А?
Я хохотнула, выпила остатки чая и присела к столу. Так-с. Пока у меня остались силы, сумерки лишь подернули лес сероватой дымкой, стоит узнать о местных побольше. Кто гастарбайтер, кто абориген, а кто и вовсе – блондин хоть куда. И главное – чего он ко мне прицепился? Не за кем наблюдать ему, что ли? И удивился ни с того, ни с сего. Словно я не должна была его обнаружить. Причем ни разу за оба случая.
– Да-да! – быстро подтвердила духовка, будто читала в моих мыслях как в книге. – Не должна была ты его увидеть ни разу. Но видно эмоции мужичка подвели. Симпатия, говорят, рождает связь – на уровне энергетики и магии тоже. Так что держись! Не сдавайся заморским принцам. Не может наш красавчик не отправить тебя на постой. Правила острова. Иначе никак. В противном случае, нарушится местная магия. Вот и приходится бедному мужичку делиться обществом прекрасной дамы. И, видимо, ее ударами шваброй тоже. Кстати! Этот прием используй на женихах-иномирцах! Очень хороший способ от них отделаться! Причем, сразу и навсегда. А потом, глядишь, и остров тебя примет. Ему присмотреться надо, понаблюдать. Он у нас тоже с характером, с придурью. Тот еще выпендрежник! То девушек на спящий вулкан затащит, то в заросли красных ягод заманит … Потом попаданки горланят пьяные песни, устраивают дикие пляски на берегу… Ягоды, того, с побочным эффектом, а вулканические испарения – и подавно. Действуют почти как легкий наркотик… В общем, шутник, затейник, но с претензиями. Любую и каждую у себя не оставит. Татьяна вон, два года здесь оттрубила. Почти как в колонии для опасных преступников. И только недавно принята на службу. Теперь она у нас экскурсовод на содержании. Вводит в суть дела, успокаивает нервических. Слишком агрессивных моментально изолирует. Они тоже весьма полезны в хозяйстве. Один злобный вампирский клан месяц к Оталлу на поклон ходил. Умолял забрать нашу Аннушку. Деньги предлагал, магию, кровь… Девушка так кровососов достала, так замучила грубостями и придирками… А мир-то Аннушку принял, как родную. Видать и ему вампиры осточертели. Теперь кровососы ходят по стенке. В буквальном смысле – по стенам замка ползут в родную обитель. Иначе никак, встретишься с Аннушкой. Она их главного, графа соблазнила. И стала соблазнять чуть ли не ежечасно. Страстная землянка попалась, ненасытная, всем кровососам на зависть и удивление. Даже вампирской неутомимости не хватило. Граф начал прикидываться больным, немощным. Даром, что кровососы ничем не болеют. Слава богу, Аннушка ничего не пронюхала. С умом у нее не так хорошо, как с либидо… Тут на девушке природа отдохнула – замучилась любвеобильностью награждать непомерной. Граф даже думал прикинуться мертвым. Замок завещать возлюбленной и сбежать куда крылья несут. Но вовремя вспомнил, что вампиры и так умертвия. Не повезло, мужику. Кругом засада…
Я тряхнула головой, в надежде, что мысли улягутся в правильном порядке, и понимание возникнет само собой. Нет, не сработало. Придется расспрашивать духовку.
– Так это хозяин острова за мной наблюдал?
Духовка хмыкнула так, словно застукала меня нагишом, на ветке дерева и с кокосом в руках.
– Естественно! Кто ж еще тут может проникнуть в чужое жилище?
– Стоп! Получается, что попаданки совсем не общаются между собой? – поразилась я. – Скучно же!
– Ну, во-первых, они тут так, ненадолго, между экскурсиями по мирам прохлаждаются. Только выдохнут, как их – хрясть – опять к потенциальным женихам на смотрины. Все надеются пристроить, избавиться и отпраздновать… Наивный Оталл… Во-вторых, после того как миры тобой поплевались, общаться не хочется, рассказывать – и подавно. По крайней мере, некоторое время после возвращения. Как раз до следующей недолгой эмиграции. В-третьих, междусобойчик можно устроить на берегу моря. Тут такое иногда случается. Редко, но метко, как говорят на Земле.
– А как попаданки о междусобойчике договариваются? Если зайти друг к другу не могут? – не уставала я поражаться местным порядкам.
Духовка хмыкнула дважды, будто намекала на важность информации.
– Ничего особенного – все банально и просто. Если у попаданок возникает родство интересов, душ и энергий, они начинают общаться энергопосланиями.
– Телепатией, что ли? – понадеялась я на косноязычность духовки. Зря! Русским языком железно-пластиковая собеседница владела в совершенстве, получше некоторых моих бывших сограждан. Хорошо, если еще и мат не изучила.
– Это ты хватила – сразу телепатией, – усмехнулась духовка вдобавок к хмыканью. – Нет, конечно! У нас же тут не пси-корпус из старого Земного космического сериала. Там телепатов по-доброму, как психов… Создаешь нечто вроде мысленного письма, как на диктофон тексты начитываешь. И посылаешь. Посылать русские умеют, тут им нет равных. Кто перехватит – у того сродство с автором и, значит, может возникнуть нормальный контакт.
– Мда. Забавное общение на острове попаданок. Как бутылку с запиской в море кидать, – в задумчивости рассудила я.
– А что? Похоже, – согласилась духовка. – Хочешь, анекдот расскажу для разрядки? Русский, без пошлости, пьянства и мата. У вас таких мало. Я долго искала. Почти уже даже надеяться перестала… Там мат на звездочки заменили.
– Пожалуй, вначале попробую с посланием. Мало ли, когда меня завтра выдернут? Может, какому-то миру оборотни наскучили. Решил устроить им экстремальное развлечение – русская попаданка и ее дикие выходки!
– Давай-давай, – от души подбодрила духовка.
Я попыталась мысленно надиктовать письмо: «Дорогие соседки, милые девушки. Кому наскучило общаться только с иномирными принцами, предлагаю задушевную встречу с коллегами. Ну или с подругами по несчастью. В общем, шабаш, со всеми вытекающими… С песнями, байками, хорошей выпивкой, если найдем тут нормальный алкоголь. Наутро ка-ак дыхнем на новый мир и потенциального жениха перегаром… Там сразу поймут – если не оставят у себя, отравим другие невинные планеты. Возможно даже пожалеют несчастных соседей… В общем, пишите. Я полностью открыта: для предложений, знакомств и общения. Записаться можно у моего секретаря, по совместительству – духовки и живой энциклопедии».
– Таким посланием точно только близких по духу и привлечешь к общению. Остальные поостерегутся даже здороваться, – «секретарь-духовка» словно опять читала мои мысли. Я вскинула бровь и воззрилась на устройство – не столько вопросительно, сколько пытливо. Духовка хмыкнула в своей привычной, по-своему очаровательной и незабываемой манере. А как тут забудешь, если кухонная утварь разговаривает по-русски, да еще и звуки всякие человеческие издает?
– Я энергопослания читаю, как близкая тебе по духу подруга. Да-да! И не протестуй! Это факт!
Я пожала плечами, потому что протестовать и не собиралась. Собеседница из духовки получилась занятная, время я с ней скрашивала вполне сносно. Информацию получала самую нужную. Просто прелесть, а не обычная кухонная утварь! Еще бы могла со мной почаевничать, поговорить по душам глаза в глаза… Тогда никакой подруги не надо… Э-эх… Ладно, что-то я размечталась. Духовка поняла мою задумчивость по-своему.
– Даже не переживай! В спальне мебель немая. Обычная, деревянная… Во всех смыслах слова. И в умственном в том числе, – добавила в утешение.
Я усмехнулась и отправила энергопослание в лес.
Глава 2
В спальне со мной, действительно, никто не пытался общаться. Не комментировал преображение владелицы, не делал ставки и не сыпал ценными сведениями. Деревянная кровать гостеприимно приняла в мягкие объятия матраса, одеяло согрело, и глаза сами собой закрылись.
Мне снился обильный «звездопад» попаданок – ну а что, каждая из нас звезда! И буйство плясок на берегу как на свадьбе. Вина мы, якобы, так и не раздобыли. Наелись красных ягод, надышались у вулкана – так никакого кальяна не надо.
Вампиры, что испуганно карабкались по замку, усиленно спасаясь от страстной Аннушки. А белокурая бестия, в крошечных стрингах и кружевном лифе догоняла несчастных, используя профессиональное альпинистское снаряжение. И приговаривала: «Хорошие ж любовнички! Могут часами и предохраняться не надо! Главное вовремя догнать и обезвредить. То есть уложить на обе лопатки».
Потом я летала над облаками, разглядывая диковинный остров попаданок.
Леса, где выстроились стройными шеренгами: разлапистые пальмы, пушистые хвойные, крепкие дубы и тонкие березки. Финиковые рощи с тяжелыми ветками, что гнутся к земле бордовыми гроздьями. Коронованные высокими горами равнины и громадные хищные птицы в небе, похожие на орлов или ястребов. Другие пернатые, вроде жар-птиц, что важно разгуливали по густым рощицам. Цитрусовые деревья, с яркими фруктами, похожие на диковинные рождественские елки…
Лоскутные одеяла цветочных полей и небо – почти нереально голубое, как громадный кусок чистейшей бирюзы.
И обязательно, время от времени, где-то да мелькал хозяин острова – Оталл, как его называла духовка. Красиво выточенные крупные черты, квадратный, тяжелый, мужской подбородок, вишневый взгляд – пронзительный, пытливый и белые, словно снег, волосы. Жилистое тело, едва прикрытое тонкой рубашкой из светлого шелка, которая то и дело распахивалась полностью, открывая взгляду идеальные мышцы. Кубики пресса – мечта многих женщин, грудные мышцы бодибилдерам на зависть. Когда же мужчина неспешно удалялся, я могла оценить и шикарные ягодицы – округлые, крепкие, такие как надо. Кожаные брюки не скрывали очертаний, скорее уж наоборот – отлично подчеркивали.
Пару раз Оталл оказывался рядом – приближался до неприличия чувственно, интимно, как выражалась одна моя знакомая. Я ощущала горячее дыхание на шее, щеке или даже губах. Мужчина не касался ничем кроме взгляда, но волновал, наблюдал и часто появлялся. С завидным упорством не оставлял в покое.
Мда… Если это такие ухаживания во сне… Скажу, что идея совсем не впечатлила. В царстве Морфея хочется покоя, а не навязчивого внимания незнакомого мужчины. Когда эта мысль промелькнула в голове, я вдруг осознала, что совершенно проснулась.
Теплые лучи коснулись лица, невесомо погладили щеку и лоб. Легкое дуновение ветерка из окна лизнуло щеку приятной прохладой. Я приоткрыла глаза, и почудилось – Оталл прямо тут, в моей, собственной спальне. Захотелось немедленно схватить подушку, раз уж нет ничего тяжелее под рукой – и что есть сил запустить в хозяина острова.
Это еще что за нахальное вторжение? Я не какая-нибудь там пубертатная девочка, вроде Беллы из вампирского сериала «Сумерки». Это Белле казалось ужасно романтичным, что парень забирается по ночам в окно, часами следит за ней во сне.
Нет уж! Увольте! Хочу отдыхать, мыться и даже иногда принимать пищу без всяких там любопытных блондинчиков. И мне неважно – испытывают ли они симпатию или просто любят подглядывать за женщинами. В конце концов, есть же рамки приличий! Кажется, я не приглашала Оталла на театральное представление под кодовым названием: «Утро попаданки на чужом острове»…
Я, что, высказала все это вслух?
Оталл нахмурился, поджал губы и… пропал в свойственной ему неповторимой манере – растворился в воздухе и был таков. Так-с… Вот это мне уже точно не приснилось!
Что ж! Будем надеяться, после нынешнего инцидента хозяин острова станет поскромнее и прекратит являться, когда заблагорассудится. Во сне, в ванне и во время переодеваний.
– Встала? Гостя расстроила и прогнала? Умывайся, одевайся! Тебя ждет завтрак!
Я даже не удивилась тому, что духовка вот так запросто приглашает хозяйку на трапезу. Не поразилась тому, что она уже в курсе про утреннее явление Оталла попаданке. Единственное, что меня, действительно, заинтриговало – как духовка умудрилась приготовить завтрак. Самостоятельно, без помощи подруги-хозяйки! Для этого же требуются, как минимум, руки, чтобы достать продукты из холодильника!
– А мы с твоим холодильником давние приятели! – ответила на невысказанный вопрос духовка. – Вместе тут оттрубили уже четыре года. Если не больше, я не уверена. Такого повидали! Еще расскажу. Вот иногда и перекидываемся продуктами, а заодно сплетнями, если развлечься захочется. Раньше такая нужда возникала потому, что первая здешняя постоялица вечно забывала еду в духовке. А мне испорченные, протухшие продукты уже совсем ни к селу, ни к городу. Вот мы и наладили с холодильником связь. Телепорт, портал, назови, как хочешь. Оталл помог, признаюсь и каюсь. Совсем немного – специями и солью. Они в шкафчике лежат, а тот деревянный, то есть абсолютно не коммуникабельный… Оталл же не знал, что ты его так… Просто беспредельно гостеприимно встретишь. Вставай, умывайся и готовься к бою. К обеду могут выдернуть в другое измерение. А там, может, едят лягушек, жуков, или вовсе – каких-нибудь жутких каракатиц. А то и сырым мясом не брезгуют. Мало ли к кому тебя остров забросит. Он выбирает место назначения. А он, как ты знаешь – со своим чувством юмора. Своеобразным и мало кому понятным. Пожалуй, понятным лишь самому острову. Сам шутит, сам смеется – полная самодостаточность. Автономность, как говорят умные земляне.
Я прониклась предупреждением, вылезла из кровати, накинула халат и поторопилась в уборную. Посмотрела в «глазок» слива так, что в ванне что-то загудело, забулькало, мазнула строгим взглядом по лампе – и та включилась сама собой.
Отлично! Дрессировка гастарбайтерской техники проходит на самом высоком уровне. Как, надеюсь, и дрессировка хозяина острова. Ишь, моду взял! Заваливается к девушке прямо во сны, во время пробуждения и пока она еще в постели – тепленькая, расслабленная. Видимо, все надеется, что я не замечу. Что-то там колдует, химичит, выдумывает. Дудки! Я везде отлично вижу его нахально-брутальный силуэт. И второе свойство совершенно не оправдывает первое.
Теплая вода, мыло с запахом цитрусовых отлично взбодрили и тонизировали. Я немного порылась в высоком гардеробе – молчаливом, деревянном и светло-розовом и выбрала черные кожаные легинсы, зеленую тунику и лакированные сапожки. Собрала волосы в демократичный пучок, не особо заморачиваясь его красотой и аккуратностью. Оталл меня и не такой видел, судя по его сегодняшнему явлению, а остальные даже войти не смогут.
– Доброе утро! – отрапортовала духовка, когда я показалась в дверях на кухню. Я огляделась и обомлела… Такую поляну подруги-приятельницы даже не на каждом дне рождении накрывали…
Бутерброды с икрой – икринка к икринке, на нежных, еще теплых ломтиках батона… Такие же, только с красной рыбой и с заманчиво-бордовыми кругляшками колбаски… Выпечка всех видов и форм. От истинно русских плюшек с маком до круассанов и сдобы с изюмом. Пышный омлет с луком и зеленью, вазочки с сухофруктами и орешками. Большие золотистые зерна миндаля, грецкие орехи, похожие на мозг, соленые зерна поджаренных фисташек… Дольки сушеных яблок и груш, крупные, ровненькие, блестящие финики, прозрачные ломтики папайи и ананаса…
Чайник источал на все помещение запах черного чая с малиной и земляникой. Желудок моментально сообщил духовке, насколько ему изобилие нравится, опередив хозяйку на несколько секунд.
– Спасибо. Завтрак выше всяких похвал! – я посмотрела на кнопки конфорок. Ну а где искать глаза у духовки? Кухонная приятельница привычно уже хмыкнула и почти официально представилась:
– Зови Василисой! Имя дал мне создатель. Духовки, которые мыслят, говорят и сами готовят по мере необходимости, в нашем мире выпускались штучно, эксклюзивно. И только под заказ иномирных магов. И каждой давалось собственное имя.
– Алеся, – представилась я, устраиваясь. Налила чай и откусила бутерброд с икрой.
– Это которая как птица в поднебесье? – продемонстрировала знание советской эстрады духовка. Да она настоящий полиглот, оказывается!
– Да нет, у той имя с буквы «О» начинается, – поправила я, проглотив кусок.
– «О», «А», какая принципиальная разница? – духовка прокашлялась и запела… голосом солиста белорусской группы «Сябры».
Я даже жевать ненадолго перестала. Духовка немедленно прервалась, уточнила:
– Что, непохоже? Вроде все правильно… Тембр, чистота голоса, опять же – интонации…
Я только помотала головой, улыбнулась. Техника умильно хмыкнула, прокашлялась и продолжила концерт без заявок радиослушателей.
Под фантастическое пение духовки – а репертуар у нее оказался широчайший: вся земная эстрада, российская и зарубежная – я с удовольствием отдала должное завтраку. Не знаю уж, какие специи добавил Оталл, но омлет просто таял на языке, оставляя чудесное пряное послевкусие. Про булочки уже и упоминать нечего.
Но не успела я разнежиться, полакомиться, как в голове словно раздался щелчок. Духовка ойкнула, пожелала удачи и… я очутилась в старинном замке.
Что ж… Придется отложить шабаш с попаданками… Возможно, лет на триста, тут уж как повезет. Вдруг здесь моя судьба, жених, новый дом?
Интерьер впечатлял масштабами и убранством.
Потолки метров двадцать, а может и выше, зал такой, что эхо можно слушать часами. Только вот выглядело помещение мрачновато. Каменные стены, цвета горького шоколада, испещренные извилистыми белесыми прожилками. Алые люстры – хрустальные капельки, собранные вместе в причудливые узоры. Казалось надо мной гигантская паутина, покрытая росой, окрашенной кровью.
Каменный пол холодным не ощущался, скорее подогретым, для удобства обитателей.
По стенам выстроились стройные колонны, прямо как в королевских дворцах родины. Между ними приткнулись пухлые диваны, обитые дорогим темно-синим бархатом. Изредка вместо них попадались кресла – сделанные в точно такой же манере. Трехногие столики из черного дерева поражали изысканностью и красотой. Ножки с тончайшими, кружевными узорами, круглые, идеально отполированные столешницы… На содержание замка денег не жалели…
Пока я озиралась, удивлялась, примеривалась, почудилось – кто-то меня саму рассматривает. Примерно также, как я помещение – пытливо исследует, делает выводы.
Я оглянулась. Ну если Оталл переместился за мной и сюда… Я не посмотрю, что он маг-кудесник, блондинистый красавец каких поискать… Познает весь гнев русской попаданки. После такого мужья нередко становились как шелковые, называли исключительно: «моя гадючка», «любимая стервочка», «фурункул души моей», «моя скалапендрочка». Это если материться дома не следовало – например, там много маленьких деток…
Мои размышления о хозяине острова прервались неожиданно, хотя и ожидаемо. Взгляд уткнулся в мужчину, что замер неподалеку – видимо, первого кандидата в женихи.
Мда… Похоже, при выборе одежды вкус незнакомца отправился в отпуск – устал на ниве дизайна интерьера.
Высокий шатен с зелеными глазами, фигурой атлета и ростом баскетболиста, одевался во все черное, без исключения. И все бы ничего – может у мужчины траур по предыдущей, любимой невесте, безвременно депортированной обратно на остров. Так сказать, возвращенной колдуну-производителю как некачественный товар, с заводским браком. После которого брак с женихом невозможен никогда и в принципе… Мир категорически высказался против.
Только на мужчине сидел как влитой бархатный камзол с серебряными пуговицами. Между полами камзола выглядывала жилетка, кожаная и тоже узкая как чулок. А под ней рубашка – дорогущая, шелковая, с шикарными кружевами на манжетах и вороте! Кожаные брюки дополняли картину.
Казалось, вначале шатен планировал явиться на карнавал благородным пиратом, но потом передумал, решил, что принц в трауре гораздо сильнее впечатлит окружающих. Начал переодеваться – и отвлекся на попаданку. Впрочем, может именно так и случилось?
Попаданок лучше встречать, пока мы еще тепленькие. Мало ли что начудим, без присмотра да информации. Как в книгах: завоюем небольшую державу – площадью с соединенные штаты Америки. Научим аборигенов виртуозному мату, плевкам на дальность, игре на нервах. Или – не дай бог – соблазним всех мужчин, какие только в стране и водятся. Включая слепых и глухонемых монахов, которые жили себе спокойно отшельниками и сотни лет не вспоминали про женщин. Мужчины начнут виться вокруг, предлагать: богатства, магию, сердце и остальные органы в придачу. Что тогда бедному жениху остается? У него, может, сердца-то нет и не было. Ну мало ли к кому меня остров забросил?
Фантазии неслись как кони на скачках, да что там неслись – летели со свистом. Уж слишком мужчина выглядел странновато. Бледное лицо, острые скулы, глаза пронзительные, но похожи на стеклянные. Тонкие, жилистые пальцы незнакомца нервно теребили полы камзола. Видимо, попаданки сюда захаживали, чудили и развлекались, ни в чем себе не отказывая. Иначе жених так бы не нервничал…
И вот пока я размышляла, разглядывала, а суженный ряженный, рассматривал невесту с головы до ног и со всех сторон света откуда-то послышался ехидный шепоток.
«Мда… Вот уж жених так жених! Ночью увидишь – испугаешься до смерти. А представь его в темном коридоре замка? Идешь себе так по ночной нужде, почти до уборной уже дошагала… Встречаешь супруга неподалеку – и хрясть… нужда моментально отпадает…»
Я нервно хихикнула и не сдержалась от смеха. Никогда не любила грубоватый юмор, тем более, с намеком на туалетную тему, но тут почему-то пробрало и сильно.
«А какой у него вкус в одежде и обуви! Такой мужчина никогда не выберет костюм несочетаемых цветов и оттенков. Посмотри, как идеально, насколько удачно гармонируют между собой его черные брюки, черная рубашка и черная жилетка! А сапоги! Черные сапоги отлично подходят к остальному, тоже черному гардеробу. И это ты еще его улыбки не видела! Знаешь, как акула улыбается туристу, что беспомощно барахтается вдали от берега? Вот у Мальтиса улыбка примерно такая же – до ужаса приветливая и очаровательная… А привычки…»
Я огляделась заново, в надежде выяснить источник шуток. Все-таки жених вряд ли заказывал «Смехопанораму на хозяина дома», «Модный выговор с занесением в личное дело» и «Час суда над внешностью Мальтиса». Думаю, этот некто вещал саркастически по собственной инициативе и личному желанию.
Еще бы разведать – кто этот благодетель? Совершенно невидимый, но о-очень язвительный.
Мои мысли прервали внезапно, «по-доброму». Ощущения походили на ощущение человека, перед носом которого совершенно случайно и очень внезапно просвистело оружие. Ничего особенного – двуручник, всего-навсего. А следом за ним и без передышки: алебарда, кинжал и окованная палица.