Дерзкий ангел для Босса

– Ангел, я сам взял заказ, тебе нужно только обслужить гостей.

– Меня зовут не ангел, а Ангелина. И я не буду их обслуживать.

– Будэшь. Никуда не денешься. – Гарик угрожающе сдвинул брови и шумно запыхтел, – собрались уважаемые люди, и ты должна вести себя хорошо. Поняла? И Влад сказал, что хочет, чтобы его заказ принесла именно ты. Ты, и никто другой!

Кто бы сомневался! Когда непонятно почему взволнованный Гарик ушел, на кухню зашел Мирон и утащил меня в подсобку покурить. Я просто встала на выходе и с тоской наблюдаю, как идет дождь.

– Ты же сказал, он только в пятницу приходит! – не сдержавшись, шиплю сквозь зубы, и смотрю, как в темноте блестят глаза Мирона, – и что же я вижу? Он приперся опять!

– А я тебе что, экстрасенс? – Мирон выпускает изо рта кружок из дыма и закатывает глаза к потолку, – обычно только по пятницам собирались. Гарик сказал, чтобы я заказ не трогал. Ты, похоже, Владу очень понравилась. Не зря же он тут трется второй день.

– Что еще скажешь? – все-таки не выдерживаю, и чувствую, что меня несет, – и это, по-твоему, понравилась?! Когда мужчине нравится женщина, он себя ведет совсем по-другому! Ясно? Он не будет распускать руки и вести себя развязно, еще и подло насмехаться при этом. Да кто такой этот ваш Влад?! Думаете, я его боюсь? Да я вообще сейчас просто уйду, и все! Я не обязана тут прислуживать!

– Ангелина! Заказ готов! Ты куда делась? Геля! Мать ее налево!

До ушей доносится приглушенный голос поварихи, я замолкаю и, опустив плечи, подавленно плетусь на кухню.

***

Выкладывая тарелки с запеченным картофелем на стол перед гостями, я едва не смахиваю с подноса стакан с колой на пол – кубики льда жалобно звякнули о стенки и зашипели. А все потому, что я буквально чувствую, как меня «прожигают» взглядом. Мой персональный враг разместился за крайним столиком у стены и, не отрываясь, смотрит на меня. И сидит он, между прочим, очень нахально – раздвинув ноги, словно он, если и не царь всея Руси, то точно полноправный хозяин в этом заведении.

– Девушка, с вами все в порядке? – подает голос кареглазый Артем, – у вас руки дрожат.

– Все хорошо. Приятного аппетита. – Бормочу я в ответ и несмело поднимаю глаза.

Словно нет ничего лучше, чем наблюдать за мной, Влад подмигивает и показывает пальцем на запястье, на место, где должны быть наручные часы. Ждет, гад, когда я к нему подойду. Кареглазый мужчина заметил его жест, едва заметно нахмурился, но ничего не сказал. И его легко понять – мало ли, сколько раз на дню пристают к незнакомой официантке?

И все же, я зря волновалась – не зря говорят, что у страха глаза велики: когда пришла с подносом к дальнему столику, то Влад не сделал ничего ужасного. Просто загадочно улыбался и наблюдал, как я раскладываю приборы и еду. Даже его хамоватые товарищи притихли и терпеливо ждали, когда я закончу свое дело и скроюсь в подсобке.

Все идет своим чередом – я немного расслабилась, потому что на этот раз не чувствую никакой опасности. Атмосфера в ресторане спокойная, даже какая-то релаксирующая. Кто знает, может, рабочий день пройдет без приключений.

Я была в этом уверена вплоть до того момента, пока Мирон не зашел на кухню и не подозвал меня к себе кивком головы.

– Ну, что опять стряслось? – подхожу неохотно и смотрю на него с подозрением, – чего тебе на своем месте не сидится?

– Скучно одному за стойкой торчать. – Вздыхает Мирон и сбавляет тон до заговорщицкого шепота, – но я хочу показать тебе кое-что интересное. Ты ведь хотела узнать, почему Влад сегодня пришел? Так вот, теперь я знаю ответ.

– Ну, и почему же? – Мирон смотрит на меня так хитро, что мне на самом деле становится интересно, – что заставило его притащить сюда свой зад?

– А ты посмотри внимательно. Ничего не замечаешь?

Глава 4

Смотрю в окошко на Влада: все той же развязной походкой, он подходит к столику гостей и протягивает руку кареглазому Артему. Тот привстает и миролюбиво отвечает на рукопожатие. Тут же подтянулись остальные братки – с удивлением наблюдаю, как они соединили столы и уселись рядом, словно закадычные друзья. Но что может быть общего у гопоты и деловых интеллигентов?

– Знаешь, что это значит? – шепчет Мирон, – это значит, что сейчас начнется игра.

– Какая еще игра?

– Влад узнал, что сегодня у нас будут пировать жирные рыбешки, и решил их обчистить.

– Это как это, обчистить?! – едва не кричу я, и тут же перехожу на шепот, – у вас тут что, еще и клиентов обворовывают?

– Обычное дело. – Мирон скрещивает руки с таким видом, словно в его словах нет ничего ужасного, – ты что, с луны свалилась, не знаешь, что такие схемы частенько проворачивают? Гарик сам сообщает про «выгодных» клиентов, и подтягивается братва. Знакомятся, общаются, выпивают. Когда клиент расслабляется и теряет бдительность, ему в стакан подсыпают снотворное и вытягивают под шумок на улицу. В это время второй подельник обчищает карманы и забирает все ценное. Потом пирушка быстро заканчивается – кто-нибудь вызывает такси, и попробуй, докажи, что это не таксист карманы вывернул. Пока здесь работаю, еще ни разу ментов не вызывали.

– И ты покрываешь воров?! Да как…

– Да не ори ты. Мне что, проблемы нужны? Это вообще не мое дело. Мое дело – работать и помалкивать. Тебе советую делать то же самое, если планируешь здесь задержаться и бабла заработать.

– Я еще не совсем спятила, чтобы здесь оставаться. А теперь и подавно. При первой же возможности уйду!

– Ну, это сама решай. Но я предупредил, если увидишь что-то необычное, держи рот на замке. А то вдруг орать начнешь как сумасшедшая. Тогда Влад с тебя точно три шкуры спустит. Не отвертишься.

Влад. Снова этот Влад! Все над ним трясутся и, похоже, даже дышать рядом с ним боятся. Самое отвратительное, что и я – такая же! С напряжением слежу за столиком – теперь не так скучно стоять перед дверью и ждать указаний: слежу за каждым движением этого отморозка, стараюсь не упустить ни одной, даже самой маленькой детали.

Влад подсел вплотную к кареглазому мужчине, даже приобнял его за плечи и о чем-то увлеченно рассказывает. Уверена, тут ему ничего не светит, потому что выбрал он не ту «рыбешку» – от стакана колы сильно не окосеешь.

Я даже победоносно улыбаюсь, правда – недолго. Вижу, как Влад достает что-то из кармана и быстрым движением руки добавляет в стакан. Он все просчитал заранее, даже то, что кола будет стоять возле него в момент, когда он будет пододвигать к себе закуску.

Прислоняюсь к двери спиной и закрываю глаза. Сердце колотится как бешенное, и я не могу разобрать ни слова из того, что говорит Мирон. Он с такой легкостью «ушел» от опасной темы, что я окончательно убеждаюсь, что попала в притон отвязных лжецов и преступников.

Вместо того чтобы что-то предпринять, он с увлечением рассказывает о смешивании коктейлей! А повариха даже не смотрит в нашу сторону – месит тесто на столе и что-то напевает под нос. Впрочем, вряд ли она что-то сделает – я уже прекрасно поняла, что к главарю этой шайки она относится с большим почтением…

Но что делать мне? Я не могу просто наблюдать за тем, как обманывают людей! Я не могу сделать вид, что ничего не происходит!

– Эй, ты куда?! – вскрикивает Мирон, увидев, что я хватаю пустой поднос и подрываюсь с места, – остановись, чокнутая!

Но – куда там: я уже выскочила за дверь и на всех парах несусь к столу. Меня заметили сразу: Влад вальяжно откинулся на стуле и растянул губы в улыбке. Холодные, голубые глаза жадно скользят по моей фигуре, взгляд останавливается на вырезе блузки. Чтоб ты подавился сыром, проходимец!

– Извините, но мне нужно немного убраться. Вы не против?

Нагло протискиваюсь к столу и грубо отодвигаю в сторону растопыренные колени наглеца. Он лишь многозначительно хмыкает, когда начинаю торопливо складывать на поднос грязные салфетки, зубочистки и пустые тарелки из-под салатов. Замираю возле кареглазого и чувствую, как начинают дрожать пальцы – он услужливо приподнимает стакан с колой и, похоже, собирается поднести его ко рту.

Не помня себя от ужаса, я бью его по запястью – от неожиданности, кареглазый разжимает пальцы, и стакан с колой падает ему на колени. Холодная жидкость мгновенно впитывается в дорогие брюки.

– Ты что, ошалела? – потрясенно выдыхает он и подскакивает на ноги, – ты мне брюки испортила!

– Простите, пожалуйста, умоляю! Я случайно, честное слово, – заламываю руки и несу всякую ахинею, – хотите, я их застираю? Если сразу же замочить в воде, то ни пятнышка не останется, меня так еще бабушка учила. А моя бабушка никогда плохого не посоветует! Не верите? Так давайте проверим!

Я даже тянусь к штанам, но кареглазый отскакивает в сторону и смотрит на меня как на больную.

– Спасибо, но как-нибудь обойдусь без советов вашей бабушки. – Цедит он сквозь зубы, – я хочу видеть хозяина этого ресторана. Прямо сейчас. Вы ведь можете его позвать?

– Но… – я вижу, что ему с трудом удается сохранять спокойный тон и чувствую, что начинаю нервничать еще сильнее, – я, правда, не хотела ничего плохого. Вы просто не знаете… вам нельзя было пить эту колу. Понимаете?

– Нет, не понимаю. – Кареглазый уже не скрывает своего раздражения, – я не понимаю, почему я не должен пить колу, если сам же ее у вас и заказал! А еще я не понимаю, почему в обслуживающий персонал берут неадекватных людей. Сегодня вы выбили из рук стакан, а завтра что? Ударите по голове подносом или опрокинете на человека тарелку горячего супа? Вы вообще в курсе, что опасны для людей?!

– П-простите, пожалуйста. – Я отступаю на несколько шагов и опускаю глаза, – я сейчас все уберу и вытру пол.

– Вы это сделаете только после того, как я поговорю с вашим начальством!

Я пытаюсь придумать хоть что-то приличное для ответа, но не успеваю – меня грубо хватают за локоть и тащат к выходу.

– Да ладно тебе, не кипятись, мы сейчас разберемся с девчонкой и все уладим без лишнего шума.

Голос Влада врезается мне в уши, и я хватаюсь рукой за вешалку – она первая попалась на пути и тут же грохнулась на пол. Да что ж это такое, а?!

Пытаюсь вырваться из цепких пальцев, но ничего не выходит: от страха накатывает паника, и я начинаю кричать:

– Вы не понимаете! Вас же обмануть хотели! Эта шайка бандитов и хозяин ресторана, они заодно! Вы не понимаете?! Посмотрите записи с камер, и все поймете! Вы…

Больше я ничего не успеваю сказать – Влад грубо выталкивает меня на улицу, и я тут же начинаю дрожать от холода: дождь стоит стеной и ничего не видать на расстоянии вытянутой руки.

– Тебе что, жить надоело? Ты что мелешь, а? – Влад надвигается на меня, хищно сузив глаза, – с какого… ты вообще открыла свой рот и лезешь, куда не просят?! Ты себе смертный приговор подписала, поняла? С завтрашнего дня будешь обслуживать клиентов в борделе, и вылизывать пальцы у них на ногах, тварь!

От его слов резко становится плохо и плывет перед глазами. Я не могу поверить в реальность происходящего – я что, правда, это слышу? Бордель? Этот подлец на полном серьезе что-то сказал про бордель?!

– Я тебе устрою сладкую жизнь. В ногах у меня будешь валяться. – Влад шумно выдохнул и ощерился в хищном оскале, – но перед этим, ты встанешь на колени, и как следует отплатишь за свой проступок.

Последние слова приводят меня в чувство: уже не думая о последствиях, я резво перепрыгиваю через деревянные перила веранды и падаю на четвереньки в траву. Адреналин ударил в голову так, что я не чувствую ни боли ни капель дождя – я просто бегу куда глаза глядят, лишь бы подальше от этого гиблого места.

Глава 5

– Э, друг, я прекрасно тебя понимаю. Но послушай, я эту девчонку сам не знаю, она первый день работает. И знаэшь, она очень проблемная, разбила мне такую лампу, такую лампу! Я б ее выгнал, но кто ущерб будет платить, а? Ты будешь платить? Нэт. И я – нэт. Я вэдь и сумку ее забрал в залог с паспортом, а она вон что сделала! Но ты не волнуйся, я с нее все вычту, все вытрясу. А тэбе за ужин платить не надо, договорились? Все мирно решим и разойдемся как хорошие люди. Ты ее не слушай, она ерунду говорит, баба же глупая, да?

Я слушаю коротышку в пол-уха, а сам наблюдаю, как «отчаливают» наши новые знакомые. Один из них, как я уже догадался – Влад, самый главный. Подозрительный тип. Не знаю, куда делась девчонка, но он вернулся в зал мрачнее тучи, и сразу же сказал всем собираться. Какие-то срочные дела.

Я смотрю на коричневую лужу из-под колы и не понимаю, почему сам все еще здесь. Вечер испорчен, мои компаньоны уже разошлись по машинам, и только я один продолжаю слушать энергичную болтовню хитрого таджика. Краем глаза замечаю, как мелькнула тень в круглом окне – кто-то явно за нами наблюдает из кухонной зоны.

– Я вэдь даже ресторан сегодня для всех закрыл, только для вас оставил. Выручки совсем нет, все испортила эта гадина! А я для вас старался, знал, что с центра приедете, хотел угодить как маме родной! А может, ты выпить хочешь? – коротышка догадливо подмигивает, – так у меня в кабинете знаешь, какой стол накрыт? М-м-м, пальчики оближешь от закуски!

– Нет, мне ничего не надо. Ты лучше записи с камер мне покажи. – Сам не знаю, почему, но слова девчонки не выходят из головы. – Хочу убедиться, что все в порядке.

– А что может быть не в порядке? – таджик округляет глаза, – в моем ресторане всегда все в порядке, друг! Ты что из-за слов какой-то сумасшедшей сомневаешься или у тебя что-то украли? Я Влада давно знаю, он культурный человек, никогда чужого не возьмет, понимаешь? Он как братан мне, свой в доску.

– Да я-то понимаю. – Усмехаюсь, потому что ощущаю, как затылок покрывается мурашками. А так всегда бывает, когда чувствую подвох, – но ты все равно покажи. Тебе ведь нечего скрывать, а значит, и переживать не о чем.

Таджик поджал губы и нахмурился. Несколько секунд мы смотрим друг на друга, затем он растягивает рот в улыбке и оглядывается на камеру, которая висит над барной стойкой:

– Так камера у меня не рабочая. Для вида висит. У мэня хароший ресторан, мнэ нет нужды за посетителями следить, понял, да? А ту девку я завтра же выгоню, чтобы не наговаривала на порядочных людей! Мамой клянусь!

– Да ладно тебе клясться. Пошли.

– Куда пошли? Эй, ты чего задумал, друг? А если я на тревожную кнопку нажму, а? Так дела не делаются, понимаэшь?

Я решительно хватаю озирающегося в поисках подмоги таджика за шкирку и тащу к неприметной двери справа – уверен, что именно там находится его кабинет. От окошка кухонной двери отпрянуло чье-то лицо, но я не успел разобрать, кто это был – женщина или мужчина. Хозяин ресторана особо не сопротивлялся и явно не собирался нажимать на тревожную кнопку – а это уже говорит о многом.

Внутри кабинета темно и захламлено – низкий стол завален бумагами, сбоку мерцает экраном компьютер, а по центру стоит выпивка и тарелка с щедрой закуской. На стене висит плазменный телевизор, а в углу напротив приютился шкаф и старый принтер на тумбе.

– Давай лучше выпьем, друг! У меня всегда есть чем гостя порадовать. Уверяю, будешь доволен. – Подал голос таджик и сразу же подавленно примолк под моим взглядом.

– Давай, включай. И без импровизаций.

Отпускаю, и по инерции гостеприимный хозяин заведения делает несколько шагов и падает в потертое кожаное кресло. Смотрит, на этот раз волком и молчит.

– Не покажешь, сделаю так, что твой ресторан закроют через неделю. – Говорю максимально доходчиво и тихо, – и все последующие тоже. Твой бизнес после нашей встречи завершится, а сам ты будешь давать показания в участке. Если увижу запись – закрою на все глаза и просто уеду. У тебя минута на решение. Время пошло.

Ждать долго не пришлось – таджик подорвался к компьютеру и схватился дрожащими пальцами за мышку. Он что-то бормочет сквозь стиснутые зубы на своем языке, но меня это мало волнует – я низко склонился над столом и смотрю в открывшийся файл.

Файл открылся с того момента, как мы с коллегами усаживаемся за стол, и к столику, едва волоча ноги, словно на заклание подходит та самая официантка. И почему я сразу не обратил внимания на то, что девушка явно чувствует себя не в своей тарелке и с трудом заставила себя записать заказ? Точно, вспомнил. У нее ведь и руки дрожали. И, кажется, был страх в глазах, когда она посмотрела на местного «авторитета» разместившегося за дальним столом.

– Вот видишь, ничего ужасного не происходит. – Ворчит таджик с оскорбленным видом, – я ужэ сто раз пожалел, что взял эту девку на работу! А вэдь произвела хорошее впечатление! И смотри что вышло? Ввела всех в заблуждение. А как же моя репутация, а? Что с ней теперь делать?

– А ты не спеши. Мы еще не досмотрели.

Выхватываю мышку из пальцев таджика и проматываю немного вперед. Как раз на момент, когда к нам подсели новые знакомые. Кожей ощущаю, как напрягся таджик, но ничего не сказал. Только дышит тяжело и шумно. Когда вижу, как Влад достает из кармана какой-то пакетик и высыпает содержимое в мой стакан с колой, бросаю взгляд на коротышку: он испуганно вжался в кресло и не знает, куда деть глаза.

– Слюшай, я ничего не знал! – затараторил быстро, – чэстное слово! Я и не думал, что Влад такое дэлает! Да я его своими руками… слюшай, да ты же мнэ глаза раскрыл, показал, какой у меня друг, понимаешь, да? Да я его большэ никогда в свой ресторан не пущу, дорога ему сюда закрыта!

– Понимаю, конечно, не пустишь. Хорошие у вас тут порядочки.

Со вздохом разгибаю спину и осматриваю помещение. Выходит, девчонка не врала, а я еще и наорал на нее. Интересно, куда она делась?

– Не вэришь мне, да? – забеспокоился таджик и даже немного привстал с места, – да я отвечаю, не знал ничего! Урою, гниду, собственными руками, урою!

– Да ладно тебе, не кипятись. Я сделаю вид, что ничего сейчас не видел. Хорошо?

– Вот это правильно, друг, это по-нашему! – от радости таджик даже на месте стал приплясывать. – Мы жэ мужики, да? Зачем на лишние проблемы? Сейчас выпьем, закусим за знакомство и все будэт хорошо…

– Только ты мне сумочку той официантки отдай. – Я скрещиваю руки на груди и смотрю на него в упор, – только в этом случае, мы мирно разойдемся. Понимаешь, или по-другому объяснить?

Хозяин заведения напрягся и смерил меня недобрым взглядом. Значит, я оказался прав: не знаю, что натворила эта девчонка, но ее здесь нехило прессуют.

Глава 6

Нет уж, я в эту «Ложку» больше ни ногой. Пойду в полицию и напишу заявление об утере паспорта, и проблема исчезнет сама собой. И чего я сразу об этом не подумала? Перепугалась так, что даже мозг отключился. А эти братки, они ничего не смогут сделать, потому, что все их действия – незаконны. Им же будет хуже, если ко мне полезут!

Можно, конечно, попросить Мирона выкрасть сумку из кабинета, но, вряд ли он будет это делать. Ему там еще работать как-то надо, да и вообще, этот Мирон – такой же мутный, как и вся эта шайка-лейка…

Все, что мне нужно – получить новый паспорт и уехать домой. Хватит с меня приключений в городе. Ну, провалилась, подумаешь! Приеду в следующем году и поступлю заново. И вообще, ко всему нужно относиться проще. Так мне всегда бабушка говорила, пока была жива. Вот только следовать ее советам, получается не очень – когда вышла с утра из дома, было еще более менее спокойно, но сейчас, от тревоги, не знаю куда деться: все время кажется, что за мной кто-то следит.

Злата с Глебом с утра пораньше ушли в торговый центр – Глебушке приспичило купить игровую приставку, естественно, в кредит. Надеюсь, подруга будет умнее, и не оформит долг на себя. Носится со своей «любовью», как курица с яйцом, и даже не видит, что ее открыто используют. Впрочем, у Златки своя голова на плечах есть, пусть потом не жалуется…

Мой вчерашний побег из «Золотой ложки» вызвал у влюбленной парочки бурный восторг. Злата авторитетно заявила, что мне бояться совершенно нечего, потому что, если бы меня хотели прибить, то давно бы это сделали. Только кому надо со мной возиться? Подумаешь, лампу разбила, – ничего, не обнищают. А что касается бизнесмена, которого хотели обчистить, то это еще доказать надо. Может, я все нафантазировала!

Вот только все это кажется неубедительным, а перед глазами так и стоит перекошенное лицо Влада: налитые кровью глаза, вздувшиеся ноздри и стиснутые кулаки. Если бы я не сиганула, как сумасшедшая, через забор, он бы меня прикончил на месте. Раздавил бы, как букашку. Кошмар!

От внезапно накатившего страха, стискиваю пальцами ручку пакета и ускоряю шаг. Зря я в магазин пошла, сидела бы дома и смотрела свой любимый сериал. Но нет же – приспичило выйти за шоколадкой и малиновыми кексами!

Кожа на задней стороне шеи снова покрылась мурашками, и я с трудом сдерживаюсь, чтобы не поежиться. Бросаю быстрый взгляд через плечо, и все внутри обдает холодом, когда вижу, как на противоположной стороне улицы стоит незнакомый бритоголовый качок. Увидев, что я его заметила, он посылает мне приветственный жест рукой и широко улыбается. Его улыбка похожа на звериный оскал. И он идет за мной!

Ускоряю шаг и одновременно шарю рукой в сумочке, ищу телефон. Златка ответила на звонок не сразу: когда взяла трубку, я уже была в предобморочном состоянии:

– Злат, меня преследуют, прямо сейчас один из качков Влада дорогу переходит… – лепечу, почти задыхаясь. – Вызывай полицию, и скорее приезжайте домой!

– Не говори ерунды, Геля. – Подруга вздыхает в трубку, – ну, зачем им это надо! И что ты вообще делаешь на улице, неужели, решила в «Ложку» вернуться?

– Нет, ты что! Я просто пошла в магазин, а тут – он…

– Никто тебя не преследует. Тебе показалось. Иди домой и жди нас. Ну, что с тобой творится такое, что за паника на ровном месте! Геля, мне сейчас очень некогда, мы приставку выбираем. Иди домой, закройся на все замки и успокойся. Мы будем через час. Хорошо?

– Хорошо…

Я отключаю вызов и снова оглядываюсь. Никого. Но сердце колотится как бешеное – уверена, отморозок просто где-то затаился и ждет удобного момента, чтобы меня схватить. До подъезда совсем чуть-чуть – нужно только завернуть за угол и пройти через арку, но именно этого я и боюсь. Что, если возле дома меня тоже поджидают?

Осматриваюсь по сторонам: возле лавочки никого нет, на площадке тоже – пусто. Никаких незнакомых машин поблизости. Дрожащими руками набираю код подъездной двери и буквально просачиваюсь внутрь – еще немного, и я буду в безопасности.

Стоило об этом подумать, как кто-то перехватывает дверь, и грубо хватает меня за шкирку. Секунда, и мужчина утягивает меня в глубину лестничного пролета. Пакет падает из рук, я сдавленно ойкаю и вжимаю голову в плечи.

– Куда спешишь, малышка? Тебе от Влада привет. – Огромный, похожий на гору качок прижимает меня к стене и беззастенчиво лезет под футболку, – почему в «Ложку» не пришла?

– Я…не хочу там работать. Отпустите меня.

– Отпущу. Наверное. – Отморозок смотрит на меня холодными глазами, а его губы изгибаются в кривой усмешке, – но дело в том, что ты кое-что задолжала хозяину заведения, испортила репутацию ресторана и обидела Влада. И если ресторан еще как-то можно простить, то, что делать с Владом?

– Не знаю… – кажется, я начинаю заикаться от страха, – я не сделала ничего плохого. Честное слово!

– А Влад считает иначе. – Отморозок склонился к самому уху и прошептал, – ты унизила его своим поведением. Сечешь? Тебе нужно вернуться в «Ложку» сегодня вечером и поговорить с ним. Если не приедешь, то он сам к тебе придет, и разговор будет другой. Ты вообще, понимаешь, с кем связалась? Ты знаешь, кто такой Влад?

– Нет. Я сюда поступать приехала, и город совсем не знаю. И мне все равно, кто такой этот ваш Влад! – сама не понимаю, что на меня нашло, но внезапно чувствую раздражение и воинственно вздергиваю подбородок, – я пойду в полицию, и расскажу, что вы тут творите!

– Ты, похоже, совсем отбитая. – Отморозок удивленно приподнимает брови, – хочешь, чтобы тебя грохнули, иди в полицию. Но мой тебе совет: перестань дурить, приходи в «Ложку» к десяти вечера. Влад будет ждать. Не придешь, пеняй на себя, твоя жизнь превратится в настоящий ад.