Водопад желаний. 3

глава 10

Эльза сидела на троне, задумчиво слушая обсуждение. Её отец и муж продолжали строить планы о возможном союзе с ледяными драконами, но внутри неё росло чувство, что всё это идёт не так, как должно. Наконец, она поднялась с места, её голос пронзил тишину зала:

— Нет.

Её отец удивлённо повернулся к ней, его густые брови сдвинулись.

— Что ты имеешь в виду, дочь?

— Один он туда не пойдёт, — сказала она твёрдо, пристально глядя на мужа.

Тот поднял взгляд, его лицо осталось непроницаемым, хотя в глазах мелькнуло лёгкое удивление.

— Ты хочешь сказать, что...

— Я пойду с ним, — прервала его Эльза. — И больше никто.

В тронном зале повисла напряжённая тишина.

— Эльза, — начал её отец, пытаясь понять, что она задумала. — Это опасное путешествие. Почему ты хочешь идти сама?

Она подняла подбородок, глядя на него с вызовом.

— Потому что я не доверяю никому, кроме себя. Если союз с ледяными драконами действительно имеет значение, я должна убедиться, что всё пойдёт по плану.

Её отец нахмурился, но не стал спорить. Он знал упрямство своей дочери слишком хорошо.

— Очень хорошо, — наконец проговорил он. — Но ты должна понимать, что это опасно.

— Я понимаю, — коротко ответила она. Затем повернулась к одному из слуг. — Скажи моему мужу, чтобы он немедленно пришёл ко мне в комнату.

Слуга поклонился и быстро удалился. Эльза бросила последний взгляд на отца и уверенной походкой направилась к себе.

В комнате Эльзы

Её муж постучал в дверь и вошёл, когда она разрешила. Эльза стояла у окна, наблюдая за садом, залитым лунным светом. Услышав его шаги, она обернулась.

— Ты хотел говорить со мной, Ваше Величество? — спросил он, слегка поклонившись.

— Да, — ответила она, жестом указав на стул у камина. — Садись.

Он сел, стараясь скрыть свою настороженность. Эльза, не теряя времени, подошла ближе, её взгляд был холоден и сосредоточен.

— Я решила, что пойду с тобой в земли ледяных драконов, — заявила она.

Он на мгновение замер, но затем кивнул.

— Это ваше право, Ваше Величество.

— Не перебивай, — резко сказала она, продолжая. — У меня есть план. Ледяные драконы могут быть сильны, но их можно склонить на нашу сторону. Они гордые существа, но если мы сможем показать, что они смогут выиграть, оставаясь в стороне от войны, они послушают.

— Вы хотите предложить им независимость? — догадался он.

— Именно. Мы скажем им, что, поддержав нас, они смогут остаться изолированными. Мы не будем вмешиваться в их дела, и они не будут подчиняться королю драконов. Взамен мы потребуем лишь их поддержку в нашем восстании.

Он кивнул, обдумывая её слова.

— Это разумный подход. Но как вы думаете, они согласятся?

Эльза усмехнулась, её улыбка была острой, как лезвие кинжала.

— Они согласятся, если мы сыграем правильно. Теперь иди и готовься к путешествию. Завтра на рассвете мы выезжаем.

Её муж поднялся, поклонился и направился к двери. Прежде чем выйти, он обернулся.

— Благодарю вас за доверие, Ваше Величество.

Эльза ничего не ответила, только повернулась обратно к окну, глядя на темнеющий горизонт. Она знала, что их путь будет опасным, но для неё это было частью игры. В этот раз она всё сделает по-своему.

глава 11

Время текло, стирая боль и тревоги, оставляя их в прошлом, словно старую, затертую картину. Жизнь в замке Аластора постепенно налаживалась, наполняясь теплом, светом и новыми радостями. Прошлые волнения остались далеко позади, уступив место спокойным и счастливым дням.

Аделия и Ержан, обретя гармонию в браке, встретили свое главное счастье — рождение сына. Мальчик был здоровым, крепким и энергичным, как его отец. Они назвали его Айвеном — именем, означающим силу и стойкость. С первых дней Айвен покорил сердца всех вокруг своей жизнерадостностью и звонким смехом, который разносился по коридорам замка, наполняя их жизнью.

Кира и Аластор тоже наслаждались семейным счастьем, и судьба улыбнулась им особенно щедро — у них родилась двойня. Мальчика назвали Эйданом, в честь древнего героя, чей дух напоминал дракона своей силой и отвагой. Девочке дали имя Алина, что означало свет и чистоту, отражая ее нежный и спокойный нрав.

С самого рождения дети были неразлучны. Айвен, Эйдан и Алина проводили время вместе, исследуя замок и его окрестности. Их смех звучал в саду, среди высоких башен и уютных залов, где они играли в прятки или слушали сказки, которые рассказывала Кира перед сном. Несмотря на разницу в возрасте, дети быстро стали лучшими друзьями.

Айвен, будучи старше, охотно брал на себя роль защитника и лидера. Эйдан же, в свои младенческие годы, проявлял удивительную смекалку и упорство, в чем уже угадывались черты его отца. Алина была тихой и наблюдательной, но ее любопытные глаза говорили о богатом внутреннем мире. Вместе они были словно солнечные лучи, озаряющие замок своей беззаботной радостью.

Счастье Аластора стало не только личным благословением, но и символом новой эры для всего королевства. Проклятие, которое веками угнетало род драконов, наконец было снято, и все знали, что этому они обязаны Кире, его жене. Ее душа, чистая и сильная, сумела разорвать злую магию, которая долгое время тяготила потомков древних драконов.

Самым ярким доказательством снятия проклятия были их дети — двойня, появление которых стало событием, о котором говорили на всем Аэлионе. Особенно потрясла всех новость о рождение девочки-дракона, что не происходило на протяжении тысячелетий. Алина стала воплощением надежды для рода драконов. Ее появление говорило о том, что род сможет не только выжить, но и процветать в грядущие века.

Кира, чья сила и самоотверженность стали ключом к спасению древнего рода, была благословлена всеми жителями Аэлиона. Люди и магические существа приходили в замок с подарками, благодарили ее и молились за ее благополучие. Она стала символом мира и надежды, соединяя сердца всех народов.

Жизнь в замке продолжала радовать новостями. Через год после рождения Эйдана и Алины друг Аластора, Кайрос, оборотень и верный соратник, женился на простой девушке из ближайшей деревни. Ее звали Лира, и хотя она не обладала магией или высоким происхождением, ее доброта и смелость завоевали сердце Кайроса. Их свадьба стала событием, объединившим жителей замка и деревни, укрепив связь между разными слоями общества.

Через некоторое время у Кайроса и Лиры родился сын, которого они назвали Рейнар. Мальчик с первых дней показал, что унаследовал лучшие качества обоих родителей. От Кайроса ему досталась сила и внутренняя энергия, а от Лиры — доброта и искренняя улыбка, способная растопить любое сердце.

Рейнар быстро стал любимцем всей округи. Люди говорили, что в будущем он станет великим лидером, соединяя в себе черты двух миров — людей и оборотней. Его рождение стало еще одним доказательством того, что новая эпоха — это время, когда союзы, раньше казавшиеся невозможными, могут приносить плоды мира и счастья.

Счастье и гармония, царящие в замке, казались вечными. Но даже среди таких радостных событий Аластор и его близкие знали: мир, однажды обретенный, требует усилий, чтобы его сохранить.

Вечерняя тишина укутала замок, и только редкий треск дров в камине напоминал о жизни за его стенами. В одной из уютных спален, освещённой мягким светом волшебных светильников, стояли Кира и Аластор. Они смотрели на своих детей, которые сладко спали в двух соседних кроватках.

Маленькая девочка, завернувшись в одеяло, держала в руках игрушечного дракона. Её брат, устроившись рядом, обнимал деревянный меч. Их лица светились невинностью, и ни один сон не тревожил их покой.

Кира тихо улыбалась, наблюдая за ними. Её пальцы нежно скользили по деревянному бортику кроватки. В глубине души она чувствовала облегчение, что всё наконец-то успокоилось. Но её мысли были куда глубже.

"Желания... Какая удивительная и страшная сила. Всё, что я хотела, сбылось, но какой ценой?"* — размышляла она, вспоминая свои первые дни в этом мире, полный неожиданностей, страха и волшебства. Она взглянула на мужа, который, казалось, был погружён в свои мысли.

Аластор стоял чуть поодаль, облокотившись на столик. Его золотисто-зелёные глаза внимательно следили за каждым движением детей. В них читалась любовь и гордость, но в глубине этих глаз пряталась тень тревоги.

"Я победил врагов, я создал семью, но хватит ли мне сил защитить её?" — думал он, ощущая горечь поражения в поисках Эльзы. Она исчезла так неожиданно, оставив за собой лишь шлейф хаоса. Никто в королевстве не знал, где она скрывается, но Аластор чувствовал: она не остановится.

— Они такие мирные... Как будто этот мир не способен им навредить.Он повернулся к Кире и, обняв её за плечи, тихо сказал:

— Они счастливы, потому что знают, что мы рядом.Кира кивнула, не отрывая взгляда от их детей.

— И именно это пугает меня, — признался Аластор, его голос стал чуть громче. — Мы не нашли её, Кира. Она скрывается где-то там, затаилась. Эльзы не остановить.

— Ты всегда защищал нас. И мы с детьми в безопасности, пока мы вместе.Кира обернулась к нему, её взгляд стал серьёзным. Она положила руку ему на грудь.

— Я видел, на что способны те, кто затаил обиду. Эльфы, лишённые своих привилегий, злы. Их взгляды, их шёпоты... Я знаю, что они считают нас виноватыми.Но Аластор лишь покачал головой.

Кира попыталась найти слова, чтобы его успокоить, но и в её сердце росли сомнения. Она чувствовала, что спокойствие, которым они наслаждались последние годы, было лишь затишьем перед бурей.

— Мы справимся, Аластор, — наконец сказала она, стараясь придать голосу твёрдость. — Как справлялись всегда.

Он обнял её крепче, словно пытаясь защитить не только её, но и свои мысли. Они стояли так, наблюдая за своими детьми, которые мирно спали, не подозревая, что за пределами их уютной комнаты притаились страхи и тени прошлого.

В тот момент Кира пообещала себе одно: если буря действительно придёт, она сделает всё, чтобы её семья осталась целой. А в глазах Аластора зажглась решимость. Он не даст страху поглотить себя.

Так начался новый виток их истории — с тревожных мыслей, обострившегося предчувствия и решимости бороться за счастье своей семьи, какой бы ценой это ни далось.

глава 12

Солнечные лучи, пробиваясь сквозь цветные витражи окон, мягко освещали просторные коридоры замка. Снаружи доносился мелодичный птичий щебет, смешанный с далеким шумом замковой стражи, приступившей к своим утренним обязанностям. Но внутри замка царила совсем другая атмосфера — наполненная детским смехом, топотом маленьких ножек и криками нянек, пытающихся усмирить разыгравшихся детей.

— Алина, вернись! — кричал Айвен, сын Ержана, пытаясь догнать светловолосую девочку, которая, хихикая, уже успела скрыться за массивной дверью столовой.

— Ты её никогда не поймаешь, Айвен! Она быстрее тебя!Эйдан, её брат-близнец, только засмеялся, наблюдая за происходящим из-за колонны.

— Зато я умнее! — выкрикнул Айвен, хитро улыбаясь и, вместо того чтобы бежать за Алиной, свернул в другой коридор, надеясь перехватить её.

— Дети, вернитесь сюда! — взывала одна из них, едва удерживая равновесие, когда мимо неё с громким смехом пронёсся Эйдан, решивший помочь сестре.Тем временем няньки, обессиленно поднимаясь по ступеням, отчаянно пытались догнать эту троицу.

— Простите, няня Люс, — коротко бросил он через плечо, но, судя по его довольному лицу, извиняться он совсем не собирался.

Игры близнецов и Айвена наполнили замок шумом. Они носились по залам, играли в догонялки и прятки, а иногда устраивали импровизированные сражения, используя найденные палки или игрушечное оружие. Для них это было просто веселье, но для бедных нянек каждое утро превращалось в испытание на выносливость.

— Эти дети словно вихрь, — подтвердила её коллега, отмахиваясь платком от пота. — А ведь это только начало дня!— Я больше так не могу! — пожаловалась одна из служанок другой, хватаясь за коленки после очередного забега по длинному коридору.

Тем временем Алина, прячась за огромным креслом в зале для приёмов, с трудом сдерживала смех. Её золотистые кудри выглядывали из-за спинки кресла, а голубые глаза горели от восторга.

— Тебя нашли! — громко объявил Айвен, неожиданно появившись с другой стороны.

— Не нашёл! — вскрикнула она, выскакивая из своего укрытия и бросаясь бежать к двери.

— А ну-ка, стоять! — произнёс Ержан, крепким голосом начальника охраны.Айвен побежал за ней, но внезапно остановился, услышав строгий голос позади.

Дети замерли на месте, обернувшись. Ержан стоял с руками на бедрах, внимательно наблюдая за ними. Его взгляд был строгим, но уголки губ слегка дрогнули, выдавая, что он еле сдерживается, чтобы не улыбнуться.

— Ну что за утро без шумных игр? — подал он голос, оглядев их всех. — Айвен, ты подаёшь плохой пример.

— Но папа, это всё Алина и Эйдан, они начали! — тут же оправдался Айвен, указывая на близнецов.

— Конечно, начали, — протянул Ержан, приподняв бровь. — А ты, как всегда, невиновен.

— Ладно, игры — это хорошо, но замку нужен покой. Отправляйтесь во двор и играйте там. Слугам нужен отдых после вашего утреннего марафона.Близнецы тихонько захихикали, переглядываясь. Но когда Ержан строго взглянул на них, они притихли.

— Идите, отдохните. Я присмотрю за ними.Дети радостно согласились, выбежав из зала, словно вихрь. Ержан только покачал головой, глядя им вслед, и, повернувшись к няням, сказал:

Няньки благодарно кивнули и, тяжело вздыхая, направились в сторону кухни.

В это утро замок ожил по-новому. Игры детей напоминали всем о том, что даже в величественных стенах дворца остаётся место для радости, беззаботности и смеха. А для взрослых это был новый день, полный забот, но и гордости за подрастающее поколение.

Кира сидела перед зеркалом в своей просторной комнате. Мягкий свет утреннего солнца проникал через резные ставни, освещая её лицо и отбрасывая золотистые блики на длинные каштановые волосы. Она медленно проводила расческой по своим прядям, но мысли её были далеко. Вечерний разговор с Аластором никак не выходил из головы.

Её взгляд задержался на отражении, но она словно не видела себя. Перед её внутренним взором всплывали картины из прошлого: день их свадьбы, наполненный светом и счастьем, и тот мрачный момент, когда Эльза, охваченная злобой и завистью, пыталась уничтожить их с Аделией. Тогда всё могло закончиться иначе, если бы не Эрвин.

Кира закрыла глаза, и горечь снова нахлынула. Эрвин... Её друг, её защитник, который в тот день пожертвовал своей жизнью ради них. Она никогда не хотела признаваться даже самой себе, но любила его — не так, как любила Аластора. Аластор был её всем: её солнцем, её воздухом, её жизнью. Но Эрвин... Его место в её сердце было особенным. Его смерть до сих пор причиняла ей боль, словно открытая рана, которая не заживает, сколько бы времени ни прошло.

Аластор вчера вечером сказал ей, что Эльза так и не была найдена. Эти слова только усилили её тревогу. Не за себя — она могла справиться с любой опасностью. Но за их детей. Она не могла представить, чтобы что-то угрожало её близнецам.

Погружённая в свои мысли, Кира не сразу услышала тихий стук в дверь. Не дождавшись ответа, дверь приоткрылась, и в комнату вошла Аделия. Её подруга, а теперь почти сестра, не нуждалась в формальностях.

— Доброе утро, дорогая, — произнесла Аделия мягким голосом, входя в комнату.

— Доброе утро, — ответила она, вставая и направляясь навстречу гостье.Кира подняла взгляд и улыбнулась.

Аделия держала руку на округлившемся животе, и её лицо светилось особым, материнским счастьем.

— С тобой всё в порядке? — с лёгким беспокойством спросила Кира, заметив, как Аделия слегка морщится.

— Да, всё хорошо, — заверила её та, улыбнувшись. — Просто малыш сегодня особенно активен. Пинается, как настоящий воин! — добавила она, засмеявшись.

Кира тоже улыбнулась, но в её глазах мелькнула тень грусти.

— Ержан, наверное, счастлив? — спросила она, пытаясь отвлечься от своих мыслей.

— Это даже не слово! — Аделия рассмеялась. — Он буквально на седьмом небе. Иногда мне кажется, что он больше ждёт этого ребёнка, чем я сама.