Война кланов

Также вампир спал крепко, оказавшись под непрямыми солнечными лучами.

Сон под светом помогал восстанавливать утекавшие силы и использовать скрытые резервы. Пусть мы были немертвыми, но наши сердца бились, а тела казались холодными и твердыми лишь по сравнению с человеческими.

С возрастом потребность во сне уменьшалась также, как и чувствительность к солнцу. Но большинство продолжали спать днем, отчасти из-за привычки и извечной скуки, отчасти ради той же экономии сил, и для того, чтобы в моменты опасности иметь возможность не спать. Ведь жизнь вампира не всегда можно было назвать тихой и спокойной.

Упыри же постоянно спали днем, причем сон этот больше походил на кому. Тела их, такие же холодные как наши, с восходом солнца застывали в абсолютной неподвижности, похожие на трупы. Встать до заката они могли исключительно в случае смертельной опасности.

Возможно, от этого и пошли все подобные догадки про вампиров в фильмах и книгах, вроде классического «графа Дракулы».

Ну а то, что самого Дракулу заменил граф, обративший Ольгу, мне рассказал Эш. Они втроем некоторое время жили в Валахии, где граф увлеченно изображал из себя воеводу, пугая суеверных крестьян, наполняя округу упырями и рождая слухи, положившие основу образа великого стригоя Влада.

Брэм Стокер, довольно точно описавший упырей, мнил себя охотником на немертвых. И не подозревал, что эти самые немертвые зачастую ради развлечения создавали упырей, чтобы после делать ставки, кто победит на этот раз.

Когда Эш рассказывал мне это, я посчитала, будто и все слухи об охотниках на вампиров – это лишь слухи об охотниках на упырей, но после вчерашнего разговора выяснилось, что все обстоит иначе.

И хотя многие действительно охотились лишь на упырей, считая их вампирами, но и мне было, чего опасаться. Особенно когда я так молода и уязвима.

Выходит, Ольга не единственная проблема, однако пока Эш рядом – я в безопасности. Уверена, он сможет защитить меня, ведь я успела убедиться в его силе. Наверно, он и сам сталкивался с настоящими охотниками, не зря же говорил о них с таким выражением лица.

Эш пришел ко мне в комнату ровно на закате, и я открыла глаза, едва почувствовав его запах.

– Доброе утро, зефирка, – он улыбнулся, выдвинув клыки. – Как спалось?

– Без снов, – фыркнула в ответ я.

Это правда. Вампирам не снились сны. Никогда.

Перед их глазами была лишь вечная тьма.

– Сегодня будем тренироваться. Ольга вот-вот пожалует в гости, и когда узнает, что я оставил тебя в живых… – Эш говорил небрежно, но я чувствовала напряжение в его голосе.

– Мы справимся, – ответила, вовсе не уверенная в своих словах.

Силы Ольги слишком велики, с ней бы я не совладала. Но нельзя было терять надежду, даже не попробовав. Если Ольга выберет войну – мы попытаемся ей ответить. Она и так принесла в мир слишком много зла.

Тренировки Эш решил проводить во внутреннем дворике замка, рядом с фонтаном.

– Пожалуй, начнем с холодного оружия. Убить оно не убьет, но если приложить достаточную силу и хитрость, то можно выиграть немного времени, – протянул он, повертев в руках тяжелый двуручный меч. – Лови.

И с молниеносной скоростью Эш бросил его мне.

Наши силы различались, и вместо того, чтобы красиво поймать лезвие клинка в сантиметре от груди, как это бывало в фильмах, я едва уловила сам момент броска. А после холодная сталь острия вонзилась мне чуть ниже левой ключицы и вышла со стороны спины, где-то вблизи позвоночника.

Это было больно.

Не так ужасающе невыносимо, как агония смерти, когда секунды растягиваются на века и все, о чем ты мечтаешь – скорее прекратить этот ад, положив ему конец. И не так всепроникающе, как жажда, что пробирает до самых костей, и ты чувствуешь ее каждой клеточкой тела.

Но все же, больно и неприятно.

Так же больно мне было, когда еще в младшей школе, я умудрилась заполучить себе трещину в лопатке, неудачно упав с качелей.

Эш вложил в бросок чудовищную силу, и потому меч смог вспороть мою твердую кожу. Удивительно, что он просто не отскочил от меня, погнувшись, как это было с обычным ножом, когда один раз я решила испытать свои новые силы. Из чего его сделали, из адамантия?

Из раны закапала кровь, и я потрогала теплую струйку, с недоумением оглядев пальцы, окрасившиеся в алый.

Конечно, однажды я видела, как Эш проделал примерно то же самое с Рудольфом, но все равно… После того, как я бегала по лесу, прыгая с высоких обрывов и купалась в озере – это было странно чувствовать себя такой… уязвимой.

Как простой человек, хотя человек вряд ли бы выжил, если его насквозь проткнули бы мечом.

Боль, поначалу не столь сильная, стала вдруг быстро расползаться по телу, заполняя кровь неприятным жаром. Рану вокруг лезвия и вовсе зажгло огнем, будто вместо меча Эш ткнул в меня пылающей головешкой.

Резко почувствовав слабость, я рухнула на колени, не в силах больше стоять прямо.

– А вот так действует рута, про которую я рассказывал вчера, – скучающе заметил Эш. – Конечно, охотник не сможет загнать меч тебе в грудь, но вот другой, достаточно хитрый вампир – вполне.

– Ты просто невыносим, – прохрипела, глядя, как Эш подходит ко мне.

– Но ведь за это ты меня и любишь, – усмехнувшись, он резким рывком выдернул меч, заставив меня вскрикнуть от новой боли, а после добавил, уже серьезно: – Прости, зефирка, но это был самый действенный способ показать тебе, что расслабляться нам совсем не стоит.

Бросив заляпанный кровью меч, он присел на траву рядом со мной и аккуратно стянул с меня рубашку, оставив в простой майке без рукавов.

– Рута не дает действовать твоей регенерации, и рана заживает куда медленнее, чем могла бы, – остатками рубашки он бережно вытер с меня кровь. – Ты должна быть готова к такому, ведь любая заминка, недоумение или растерянность приведут к проигрышу. Вампиры наделены большой силой, но сражаться они могут не только ей одной. И об этом всегда следует помнить.

Пульсирующая боль почти ушла, рана уже начала затягиваться, а Эш был так нестерпимо близко, что я… схватила меч и попыталась вогнать острие ему в ногу, но у меня ничего не вышло.

– Неплохо. Ты быстро учишься, – усмехнулся вампир, легко отбивая удар. – Но для полного восстановления после руты тебе нужна кровь. Сейчас ты действуешь не на пределе своих возможностей.

– Развлекаетесь? – приятный голос прозвенел у меня почти над самым ухом.

Тщетно пытаясь победить Эша, я не заметила, как к нам присоединился еще один вампир. Впрочем, ворота замка были не заперты и даже не закрыты, так что у него имелись все шансы зайти тихо.

– Привет, Майки, – наигранно-весело крикнул Эш, даже не оборачиваясь. – Я учу Хоуп реальности.

Уж он-то не прозевал появление гостя.

То, что он назвал меня по имени, остро резануло слух – за время в замке я привыкла быть «зефиркой».

– И как всегда твои методы слишком… хм… реалистичны, – осуждающе покачал головой Майки.

Он оказался совсем еще молодым на вид, с темно-медными кудрями и обаятельной улыбкой, безупречно красивый, как и любой вампир. Я видела его на балу у Виктория – он чудесно танцевал и отлично шутил.

Значит, клан уже начал прибывать в замок.

– Ну, к сожалению, наша жизнь полна таких реальностей, – небрежно пожал плечами Эш.

– Ты в порядке, Хоуп? – Майки наклонился, протянув мне руку, чтобы помочь подняться.

– Почти в полном, спасибо, – кивнула, принимая помощь.

– Думаю, по правилам гостеприимства мне стоит показать тебе дом, – заметил Эш, ревниво сверкнув глазами, отчего я улыбнулась. – Но правила уже давно меня не интересуют, поэтому просто выбери любую удобную для себя комнату на первом этаже. Кровь ты найдешь на кухне, в холодильнике, а слуг я отпустил сразу после обращения Хоуп.

– Ничего, я справлюсь без слуг, – махнул головой Майки. – И, Хоуп, из тебя вышел прекрасный вампир.

– Благодарю.

– Нам надо продолжать тренировку, – Эш кинул мне пакетик с кровью, который достал из мини-холодильника.

А я еще удивлялась, зачем он взял его с собой.

– Тогда не стану вам мешать, – Майки ослепительно улыбнулся, раскланялся и ушел в замок.

Выпив крови, я действительно почувствовала себя гораздо лучше.

– Не нравится он мне, – фыркнул Эш, кивнув на двери, за которыми скрылся первый прибывший из клана Виктория.

– А мне кажется, Майки довольно милый парень, – возразила я.

– Тебе кажется. Нам действительно стоит продолжить тренировку, – стиснув зубы, ответил Эш, поднимая меч и протягивая его мне рукояткой вперед. – Теперь твоя очередь им махать. Тебе надо понять, сколько силы прикладывать, чтобы точно пробить кожу вампира.

Взяв железяку я с некоторой опаской попыталась ранить Эша. В этот раз он не стал уклоняться, но мой рубящий удар оказался недостаточной силы, и я лишь порвала ему рукав одежды, да слегка оцарапала руку, а сам меч просто соскользнул.

– Недостаточно, пряничек, – протянул Эш, небрежно вытирая кровь. – Если б на нем не оставалось немного руты, ты бы даже не задела меня. Надо действовать сильнее и наносить колющие удары. Конечно, это не шпага, но шпага сломалась бы, как зубочистка. Попробуй еще раз.

Однако хоть что-то получилось у меня лишь с пятого, когда я наконец сумела рассчитать необходимое количество усилий и загнала меч все еще не сопротивлявшемуся Эшу в плечо.

Лезвие вошло не слишком глубоко, и с толикой мстительной радости я наблюдала, как чертыхаясь, Эш достает его из себя.

От двери, ведущей в замок, раздались аплодисменты. Кажется, я опять не заметила появление Майки. Либо он был гораздо старше меня, либо слишком тихо ходил. Скорее всего, первое. Пускай на вид ему едва исполнилось двадцать, но возраст вампира никогда нельзя определить по одной только внешности.

– И почему из всего клана Виктория первым приехал именно ты? – проворчал Эш, зажимая кровоточащую рану рукой.

Видимо, на лезвии еще оставалось достаточно руты, чтобы помешать мгновенному заживлению.

– Потому что живу ближе всех, это же очевидно, – небрежно пожал плечами Майки. – Викторий переживает за тебя и Хоуп, и потому просил меня поспешить. Остальные будут прибывать постепенно, чтобы слишком много вампиров не толпилось в одном месте слишком долго. Я же, так сказать, авангард.

– Надеюсь, нам не придется терпеть тебя слишком долго. На мой взгляд, ты слишком наглый, – скривился Эш, передразнив Майки.

Я знала, что для него сложно было просить помощи – он привык к одиночеству и рассчитывал только на себя. И уж точно ему было сложно принять эту самую помощь. В клане графини все решала сила – там не существовало самого понятия простой человеческой поддержки, лишь один жестокий закон. Если ты не можешь справиться с проблемами сам – значит, ты слишком слаб для того, чтобы жить.

– Я тоже надеюсь на это. Никогда не был твоим поклонником, – фыркнул в ответ Майки. – Вам помочь с тренировкой? Два опытных вампира-наставника более эффективны, чем один.

Эш задумался, выбирая между пользой и неприязнью к Майки, но в конце неприязнь победила.

– Нет, мы пока справляемся. Лучшее, что ты можешь сделать – это скрыться вдалеке и не мешать нам. Ну, или хотя бы просто уйти в замок.

– Как хочешь, – Майки вновь пожал плечами. – Хоуп, если он будет тебя обижать, скажи мне.

И кинув на Эша хитрый взгляд, он ушел.

– А за что ты так взъелся на него? – спросила я, дождавшись, пока Майки отойдет достаточно далеко.

– Ты разве не видишь? – поджал губу Эш. – Он же клеится к тебе, пряничек, причем самым наглым образом.

– А ты что, ревнуешь? – сама мысль об этом была по-настоящему приятной для меня.

Еще бы, ведь любой девушке хочется быть важной для того, кого она любит. А ревность (в пределах разумного) – это одно из проявлений такой важности, наглядно ее доказывающее.

– Я? Ревную? – фыркнул Эш. – С чего бы это? Я же неотразим, забыла?

– А еще умен, силен и невероятно скромен, о чем не устаешь напоминать при каждом удобном случае, – покачав головой, ответила я. – Майки милый парень, но он же не ты.

– Продолжим тренировку, – Эш довольно улыбнулся и взял себе пакетик с кровью.

Тренировались мы почти до рассвета, но особых достижений я за собой так и не заметила.

После ухода Майки, мы тщательно вытерли меч от руты, и я пыталась ранить им Эша снова и снова, а он с каждым новым разом начинал уклоняться все быстрее и быстрее.

И если поначалу у меня еще выходило хоть как-то задеть его, то стоило ему немного показать свои силы, как все мои попытки сразу стали тщетными. Ну а без губительной для вампира травы причинить даже самый минимальный вред и вовсе оказалось нереальным – раны заживали почти мгновенно, а пробить кожу стало куда труднее.

Тем не менее, в конце Эш все равно похвалил меня.

– У тебя отлично выходит, зефирка, – бархатистым голосом проговорил он, когда мы сидели на траве, отдыхая. – Просто прирожденный вампир.

– Ты переоцениваешь мои достижения, – пожала плечами я. – К тому же предвзят.

Будь я человеком, то покраснела бы. Конечно, «прирожденный вампир» – комплимент довольно сомнительный, но то, каким тоном Эш сказал это…

– Я недооценил их, когда ты пыталась противиться жажде, но ты действительно осваиваешь все быстрее остальных новообращенных. Так что титул «вампир года» заслуженно твой.

Я неопределенно покачала головой. Меня мои успехи не сильно вдохновляли, а уж до силы, скорости и контроля Эша мне было и вовсе ой как далеко.

Но спорить с похвалой – это глупое занятие, и потому я просто молча последовала в замок.

Майки сидел в гостиной, вальяжно раскинувшись в кресле Эша. В руках у него был стакан, но не с привычным виски, который так любил мой жестокий вампир, а с чем-то прозрачным.

– Джин-тоник, – пояснил он, поймав мой взгляд, – Эш, надеюсь, ты не против маленького грабежа твоего бара?

– А если я скажу, что против, ты выплюнешь все обратно? – мягко протянул Эш. – Тогда я не против. Пей на здоровье, ведь это всего лишь «Nolet’s Reserve».

– Да, – кивнул Майки, ничуть не смутившись. – Я умею читать этикетки. Как прошла тренировка?

– Неплохо, – Эш опередил меня с ответом. – Хоуп быстро учится.

– Не сомневался в тебе, – Майки улыбнулся, и рывком поднялся из кресла. – Что-то я устал с дороги. Спокойного дня вам.

И он вышел из комнаты.

Эш проводил его легкой усмешкой. Если всего несколько часов назад, когда Майки лишь появился в замке, его неприязнь была явно заметна, то теперь лицо вампира казалось непроницаемо-насмешливым. И то, какие за ним скрываются эмоции, не смогла бы разглядеть даже я, успевшая изучить его до каждого взгляда.

– Викторий специально послал первым именно его, – тихо заметил Эш, все с той же усмешкой.

– Почему?

Я видела не так много вампиров, но людей в своей жизни знала достаточно, и Майки казался обычным веселым парнем. Встреть я его на улице, то решила бы, что он простой студент, член команды по футболу и душа вечеринок. Если, конечно, опустить неестественную бледность, сверхъестественную красоту и алые глаза.

– Давай совместим завтрашнюю тренировку с прогулкой, зефирка? – вместо ответа предложил Эш. – Будешь?

Он уже убрал с глаз бокал Майки, заменив его двумя стаканами с виски.

Я кивнула, отвечая сразу на оба вопроса, и приняв стакан, опустилась в кресло. Эш расселся на подлокотнике, прикончив залпом свою порцию.

Наверно, нам стоило переодеться – за время тренировки мы оба вывалялись в грязи и сейчас бессовестно пачкали мебель. Но этого не хотелось. Хотелось лишь выпить бокал виски перед сном, чтобы уже после принять горячий душ и забыться до следующего заката.

Кажется, тренировки забрали у меня гораздо больше сил, чем я думала.

Некоторое время мы просто молчали – молчать рядом с Эшем было легко и комфортно. Я облокотилась о его бок, а он взлохматил мне волосы.

Когда я допила свой стакан, Эш, все так же молча, поставил его на стол и взамен протянул последний пакетик крови из мини-холодильника.

Жажда, таинственным образом примолкнувшая на эту ночь, вновь вспыхнула внутри, и я сделала большой глоток, стремясь поскорей утолить ее. Сейчас я бы не смогла с ней бороться – слишком уж нуждалась в крови.

Дождавшись, пока закончу, Эш двумя пальцами взял меня за подбородок, поднял лицо и пристально вгляделся в глаза.

– Сейчас я не знаю, о чем думает мой пряничек, – несколько разочарованно протянул он.

– Я никогда не знала, о чем думаешь ты, – ответила я.

Я знала, что теперь безупречно красива, что стала гораздо сильнее и ловчее обычного человека, а все мои чувства обострились до невозможности, но рядом с ним все равно ощущала себя той смертной Хоуп. Хоуп, что тонет в алых озерах, позабыв о том, что теперь и ее глаза цвета крови.

– О том, что бессмертие тебе к лицу. Пусть мне не хватает твоего запаха, но теперь я могу не бояться сломать тебя, – выдохнул Эш прямо в мои губы.

Мне было тяжело принять вечность, но я уже сделала выбор. Я решила забыть обо всем, отбросив обиды хотя бы на время, и не собиралась отступаться от собственного решения, пусть оно и было слишком поспешным.

И поэтому я потянулась к его губам.

Глава 5

Прошло не так много времени с момента моего обращения, но я даже не представляла, как успела соскучиться по его поцелуям и насколько мне не хватало этих крепких объятий.

Всего одно касание губ, а мое тело уже вспыхнуло, желая большего. По коже пробежали мурашки, кончики пальцев закололо.

Вампиры не умели краснеть, но очень даже умели заводиться.

– Я скучал по этому, мой пряничек, – будто откликаясь на мои мысли, прошептал Эш, обжигая своим дыханием. – Скучал по тебе, по твоим объятиям и вкусу губ, по твоему дыханию.

Одной рукой он облокотился о спинку кресла рядом с моей головой, а другой все также поддерживал мой подбородок, нависая сверху, не давая отвернуться или передумать.

Да я и не собиралась.

Наверное, спускать все так быстро было неправильно и нелогично с моей стороны.

Но какая речь может идти о логике, если чувства рвутся наружу?

Какая может идти речь о правильности, если это Эш – самый неправильный, самый невозможный и самый красивый вампир во всем мире?

– Нам надо закрыть дверь, – тяжело дыша, проговорила я в ответ, хотя именно сейчас говорить хотелось меньше всего.

– Чертов Майки! – с чувством выругался Эш, словно выплюнув неприятное ему имя, а после метнулся к двери.

Всего секунда – и вот он снова нависает сверху.

Я сделала глубокий вдох, втягивая в себя его запах – смесь металла, увядших цветов и крови, которой пропиталась наша одежда за время тренировок. Запах, который едва ощущала, будучи человеком, но который был так притягателен теперь, когда я стала вампиром.

Эш нежно провел большим пальцем по моим губам, обрисовал скулы и линию подбородка. В тусклом свете единственной лампочки, имитирующей свечу, я четко видела каждую черточку его лица и алые глаза, в которых читалось желание.

Не выдержав, я потянулась, чтобы снова поцеловать его, и он прижал меня к себе, одной рукой поглаживая чувствительное место позади шеи, а другой забравшись мне под майку.

Теперь, когда я сама стала вампиром, лед его губ ушел, оставив только невыносимый жар и почти неуловимый привкус крови.

Я провела рукой по его груди, спустившись вниз, сначала к животу, а после – к ширинке брюк, облегавших его бедра.

– Какая же ты все-таки красивая, зефирка, – покачав головой, прошептал Эш, оторвавшись от моих губ.

Вместо ответа я попыталась снять с него футболку, но совершенно не рассчитала силы. Ткань затрещала под пальцами, расползаясь на лоскуты, зато я достигла желаемого, и теперь беспрепятственно могла гладить его мраморный торс, любуясь кубиками пресса и тугими мышцами идеальных рук.

Усмехнувшись этому порыву, Эш с легкостью проделал то же самое с моей майкой, а после провел пальцем по груди, вдоль краев чашечек бюстгальтера. Спустился вниз, обвел пупок, ногтем подцепил пуговку на джинсах. Подцепил, казалось, легко, но она отлетела прочь.

Я потянулась ему навстречу, желая вновь поцеловать, но он отстранился. Покачал головой, коварно и безумно сексуально усмехнулся, а после избавил меня от остатков одежды, совершенно не пытаясь оставить их в целости.

Кажется, если мы будем делать это постоянно, то вскоре у меня не останется ни одной нормальной вещи.

Я захотела снять с него брюки, чтобы сравнять положение, но Эш вновь покачал головой, перехватив мои руки.

– Не торопись, мой пряничек, – прошептал он хрипло, с откровенным желанием разглядывая мое тело. – Я хочу, чтобы ты навсегда запомнила свой первый вампирский раз.

Крепко стиснув мои бедра, Эш поднял меня из кресла и опустил на пол, устланный ковром.

Теперь я лежала полностью обнаженная, а Эш нависал сверху, одной рукой держа меня за запястья, а другой поглаживая мое тело.

– Наши чувства обострены до предела, и каждое приятное прикосновение кажется еще более приятным, – продолжил шептать Эш, легонько сжав вершинку моей груди, отчего я невольно всхлипнула.

Действительно, каждое его прикосновение ощущалось в сто раз острее, чем когда я была человеком, и Эш умело этим пользовался.

Склонившись, он обхватил вторую вершинку губами, продолжая удерживать мои запястья.

С закинутыми наверх руками и без одежды я чувствовала себя особенно уязвимой и беззащитной перед наполовину одетым вампиром. Но это лишь добавляло происходящему перчинки – мое тело сейчас целиком было во власти Эша, как и моя душа.

Лаская мою грудь губами, свободной рукой вампир скользнул ниже. Коснулся нежных складок, затем проник внутрь пальцем, заставив выгнуться ему навстречу.

Останься на мне трусики, они бы давно промокли насквозь, а внизу живота у меня горело, требуя, чтобы Эш не останавливался.

– Смерть тебе к лицу, зефирка, – прохрипел он.

Его грудь вздымалась и опускалась в такт частому дыханию.

Он раскинул мои ноги, отстранился, откровенно любуясь мной, и глаза его потемнели от желания, из алых став бордовыми.

Медленно он вынул палец, обвел им чувствительный бугорок. Его движения были плавными, словно Эш желал заставить меня до конца прочувствовать каждое из них.

Это было приятно, но одновременно мучительно, потому что мне хотелось большего, а он лишь поддразнивал меня, наслаждаясь своей властью.

– Эш… быстрее, – попросила я со стоном.

– Разве нам есть, куда торопиться? Впереди целый день… – усмехнулся Эш, поцеловав меня.

Я жадно обхватила его шею, но он лишь покачал головой, снова закинув мои руки наверх. Оторвался от губ, провел языком по шее точно так же, как делал это прежде, еще когда я была человеком.

Добрался губами до груди, слегка прикусил ее и только после этого большим пальцем надавил на чувствительный бугорок, а указательный погрузил в меня, принявшись двигать ими одновременно.

Жар внизу живота стал нестерпимым, и я бесстыдно застонала, позабыв обо всем.

– Вот так, зефирка, – довольно ухмыльнулся Эш.

Отпустил мои руки, сам опустился ниже, оставляя влажные следы поцелуев на животе, а после коснулся языком там, где только что ласкал меня руками.

Я застонала громче, чувствуя скорое приближение разрядки и пальцами царапая пол, но даже не замечая, что оставляю на нем глубокие борозды.

А Эш продолжал играть на моем теле, как опытный музыкант на музыкальном инструменте.

Мне нравилось все, что он делал со мной. Нравилось чувствовать его руки и губы на своей коже, нравилось ощущать его желание, нравилось ловить его тяжелое дыхание.

В его брюках уже давно было до треска тесно, но каждый раз, когда я пыталась обхватить его ногами и прижать к себе для большего, он шептал «Рано». А после продолжал сладкую пытку, показывая, что значит быть вампиром в этом смысле.