Лукавый рыцарь

— Но это хорошо, если есть кто-то, кто с полуслова поймет, что тебе нужна помощь? Кто знает чуть больше, чем все остальные и вовремя подхватит? — Тимур вежливо улыбался.

— Я не думала с этой точки зрения, — Аделии стало неловко за свои мысли. Она, должно быть, выглядела грубо в разговоре с Пелагеей.

Бочкин кивнул:

— Теперь думаешь, — он кивнул на сиденье. — Я был бы рад, если бы за моей семьей было, кому присмотреть, пока я мотаюсь черти где… Ну, сама понимаешь, работа у нас такая…

Аделия опустилась в кресло, подобрала ноги, позволив Тимуру захлопнуть за ней дверь. Бочкин обошел машину, сел на водительское место:

— Теперь-то, понятно, у меня совсем другая работа, но за Макса я рад. Честно! Кажется, у него действительно крутой шеф.

Аделия рассеянно наблюдала, как он выезжает с парковки на проезжую часть, как работают поворотники, а «дворники» размазывают грязь по стеклу.

Достав из сумочки мобильный, она нашла последний входящий номер и отправила короткое сообщение: «Пелагея Всеволодовна, простите, я, вероятно, показалась вам грубой. Ваше предложение меня застало врасплох. Мы с Настей с удовольствием познакомимся с вами и вашими девочками лично, не в ближайшие выходные, а может, в другой раз? Буду очень рада личному знакомству». Она отправила сообщение и улыбнулась: Тимур, стоило это признать, оказался прав — приятно осознавать, что где-то рядом есть люди, у которых такие же тревоги, как у тебя, и они готовы прийти на помощь. «Надо менять собственную тягу к затворничеству», — решила она для себя.

Бочкин болтал, она не слишком прислушивалась, о чем. Кажется, он рассказывал, где добыл сегодняшних клиентов и уверен, что из них в итоге никто не придет.

— Ну, моя клиентка-то наверняка появится, — отметила Аделия.

— И значит, день пройдет не впустую!

Он припарковал «Форд» вдоль дороги.

Аделия не стала дожидаться, пока он припаркует «Форд», вышла из автомобиля. Над знакомым крыльцом лаконично значилось «Тайны.нет», а через стеклянные двери приемной струился уютный золотистый свет — это до работы добралась Таисия. Наверняка в приемной уже пахнет крепким кофе и свежими булочками. Аделия улыбнулась.

Она так и зашла в приемную — улыбаясь мечтательно и умиротворенно, когда заметила табличку у своей двери.

«Аделия Мило, профайлер».

Улыбка медленно погасла на ее лице.

Она обернулась и встретилась взглядом Бочкиным.

— Круто вышло, да? — он подбоченился.

— Это что? — Аделия указала пальцем на табличку.

Бочкин прищурился:

— Это — ваше новое амплуа, Аделия Игоревна. Уверен, вам оно по плечу, хоть и чуточку посложнее, чем какая-тот там «потомственная ясновидящая»…

Она понимала, что он манипулирует ею. Понимала головой, но язык успел среагировать чуть раньше, чем успели сформулироваться мысли.

— Что значит «сложнее»?!

— То и значит, что профайлеры — это элита, это вам не магическими шарами поблескивать... Как думаете, справитесь? Образование вам вроде позволяет, я проверил. Опыта, конечно, маловато. Но я вас поднатаскаю!

Он стянул с плеч куртку, убрал ее в шкаф. А Аделия между тем чувствовала, как закипает. В голове шумело, боль тяжким обручем обхватила виски.

— Тимур Альбертович, я вам не позволяла вмешиваться в мою работу, — отрезала она, наконец.

Бочкин резко обернулся, посмотрел настороженно.

— Вернуть все, как было? — спросил он без обиняков.

Таисия тоже смотрела на начальницу, в руках секретаря тревожно позвякивали чашки: та, из которой по утрам обычно пила чай Аделия, и большая черная с крышкой, очевидно, принадлежавшая Тимуру Альбертовичу. Секретарь выглядела испуганной.

В приемной стало так тихо, что было слышно, как этажом выше в квартире плачет ребенок, а где-то справа кто-то настырно учит гамму Фа-мажор.

Аделия шумно выдохнула. Уперла руки в бока.

— Я очень прошу, Тимур Альбертович, не делай так больше…

И она ушла в свой кабинет. Бочкин переглянулся с Таисией.

— Так снимать табличку или оставлять?!

Таисия пожала плечами и вернулась к кофемашине.

Постояв посреди приемной, он решительно шагнул к кабинету Аделии. Постучал и, не дожидаясь ответа, открыл дверь — девушка, обняв себя за плечи, стояла у окна. Рыжие волосы небрежно подобраны, мягкие завитки трогательно падали на шею.

Тимур шагнул внутрь, откашлялся и закрыл за собой дверь.

— Аделия Игоревна…

— Вы хоть понимаете, что вы творите? — голос девушки дрожал от гнева.

Бочкин решил, что ему пока рано отвечать, поэтому ограничился виноватым «ну-у».

— Вы вмешиваетесь в мою работу, которая, между прочим, меня кормит.

Очередное «ну-у» в ответ. Аделия вскинула руку, призывая Бочкина заткнуться. Тот понуро опустил голову.

— Я годами выстраивала клиентскую базу, годами… И тут приходите вы и одним махом лишаете меня всего, над чем я работала, чем действительно дорожу!

Ее голос звенел. Бочкин нахмурился. Поморщился как от зубной боли.

— Можно я скажу?

Она резко обернулась, у Тимура даже между лопатками зачесалось под ее испепеляющим взглядом. Мгновение — и бросится, выцарапает глаза, будто дикая кошка. Бочкин на всякий случай отступил на шаг, предусмотрительно отгородившись креслом для посетителей.

— Ну! — Аделия нетерпеливо взмахнула рукой.

Бочкин сел.

— Табличка — это ведь ерунда. Старую повесить — дело пяти минут, так что гнев ваш, рискну предположить, вызван не этим.

Он перевел дыхание. И этого мгновения хватило, чтобы он успел перехватить инициативу в их непростом споре. Все-таки Аделия имела дело с очень хорошим и опытным следователем.

— И чем же вызван мой гнев? Вашей бесцеремонностью?

— Без сомнения. Но в значительно большей степени — собственными страхами. Выйти из зоны комфорта, как это говорит ваш брат-психолог, сложно. А уж когда прежняя шкурка приросла так, что не оторвать — еще сложнее. Это я понимаю.

Он примирительно поднял вверх руки.

— То есть это мои страхи меня держат?

— Конечно. — Бочкин воодушевился. — Сколько по времени у вас это агентство? Лет семь? И начинали с нуля. И никто не помогал, и каждая клиентка — на вес золота! Но вот что я скажу — вы давно выросли из своего бизнеса, переросли его. Признайтесь, хотелось ли вам заняться чем-то иным? Чем-то, более связанным с психологией?

Аделия вспомнила, как радовалась, когда ее приглашали для производства экспертизы по уголовным делам. Как горела этой идеей.

Злость спала с плеч, как поношенный плащ. У Аделии опустились руки.

Бочкин, конечно, заметил перемену в ее настроении, а потому продолжил с еще большим воодушевлением, не моргнув глазом снова перейдя на «ты».

— Я специально избегаю контекста «более престижным» или «более благородным», потому что знаю — ты не обманываешь своих клиенток, иначе бы рядом с тобой не было Макса. Я его знаю, так что для меня это во-от такой знак, — он широко развел руки. — И потом, я же видел, как ты работаешь. Видел твою логику. У тебя есть система, которая сидит в твоей голове и помогает безошибочно расщёлкивать подноготную людей.

Теперь уже пришла очередь Аделии отзываться обтекаемым «ну-у». Тимур подскочил.

— Погоди!

Он выбежал в коридор, пробежал мимо Таисии, уже приготовившей поднос с двумя чашками, крепким чаем и вазочкой с крекерами и шоколадом. Секретарь распахнула глаза.

— Вы где чай пить будете? — крикнула, спохватившись.

Бочкин неопределенно махнул рукой в направлении кабинете Аделии:

— Туда тащи!

Ворвавшись в собственный кабинет, который со вчерашнего вечера сильно изменился и приобрел обжитой вид, он распахнул книжный шкаф и безошибочно вытянул с полки неприметный томик. Бросился назад.

Аделия продолжала стоять у окна. Вид у нее был еще более растерянный. Тимур бросил на ее стол книжку, распахнул ее примерно на середине и расправил лист-вкладку с цветными иллюстрациями.

— Вот, смотрите… Обычно психологи опираются на имеющиеся классификаторы личности. Допустим, у Юнга, насколько мне известно, двенадцать типов личности. Ну, там есть еще смешанные, промежуточные, есть другие классификации…

Он взахлеб рассказывал, активно жестикулировал, лист-вклейка не слушался его и непрестанно складывался. Аделия подошла ближе, развернула к себе книжку, рассмеялась:

— Тимур Альбертович, что это у вас? Краткий курс по картам Таро? — она с удивлением уставилась на своего новоиспеченного партнера.

Бочкин шумно согласился.

— Да, я подготовился… Я же знал, что такой разговор состоится. А что? Хреновая книжка?

Аделия рассмеялась в голос.

Бочкин сложил вклейку, проворчал:

— Я что, гадать по ней собираюсь? Чего ржать-то…

— Простите, Тимур, — Аделия плюхнулась в свое кресло, сложила руки на животе и постаралась прекратить смеяться, даже дыхание для этого затаила, но смех снова прорвался — девушка снова прыснула.

Бочкин нахмурился, саркастично скривился.

— Ха-ха, как смешно. Держите меня семеро… Только даже из этой говенной книжки видно, что у тебя в арсенале семьдесят восемь архетипов и дохрелион их комбинаций, прямые и перевернутые позиции, сочетания и еще фиг знает что… Что, я не прав?!

Аделия, наконец, успокоилась. Она смотрела на Тимура с удивлением.

— Прав. Комбинаций, в самом деле, «дохрелион»…

Тимур снова воодушевился:

— Так в чем тогда проблема?! Образование у тебя есть, нужная квалификация — есть. Опыта — дофига! А ты все сидишь, за магией своей гребаной прячешься. А ты людям помогать можешь! — Бочкин распалился так, что даже напугал Аделию — девушка поджала под столом ноги и чуть отодвинулась. — Ты хоть понимаешь, скольким людям ты можешь помочь?! Вот этой абракадаброй, которая живет в твоей голове?

Он схватил книгу и хлопнул ею по столу. Прошелся вдоль стола, кивая собственным мыслям:

— Ни один следак не примет всерьез твои советы, если на этой двери будет висеть старая табличка. А вот профайлер — это совсем другая история.

Он сунул руки в карманы джинсов, застыл перед Аделией.

Та выпрямилась.

— Тимур… Вы всерьез считаете, что кто-то вроде Макса, может обратиться ко мне за помощью? Зная, что я в прошлом… гадалка?

Бочкин какое-то время молча ходил по кабинету, поглядывал на Аделию из-под сдвинутых бровей.

— Когда надо дело раскрыть, за любую соломинку хватаешься, за любую мало-мальски крепкую версию. А ты каким-то образом видишь обстоятельства, которые вроде как есть в материалах дела, но ни фига не очевидны. Шут его знает…

Аделия прикинула — она и сама не знала, как это получается.

«А что, если он прав? Что, если у меня получится?».

Она взяла в руки принесенную Бочкиным книжку, пролистала ее. Остановилась на страничке с загнутым «собачьим ухом» листом. «Архетипы карт Старших Арканов» — значилось на выделенной Тимуром странице.

— И как вы думаете мы будем работать? — она подняла глаза на Тимура. — Ведь я совсем профан в ваших процессуальных штуках…

Тот прекратил хождение по кабинету, остановился напротив.

— А я для чего? За процессуальные «штуки» буду отвечать я. Как и за первичный сбор данных, которые ты будешь обрабатывать. А там уж посмотрим…

Аделия отложила книгу на угол стола.

— Что ж… Вероятно, вы правы. Давайте попробуем.

— И начнем с той дамочки, что за мужем хотела проследить.