Совесть. Верность. Отвага

Замысел Творца

Вселенная устроена удачно –На редкость гармоничное здесь всё:И небо, что порою смотрит мрачно,И звёзды, и погода, и жнивьё…Ещё и гравитации есть силы,И атомы, что ладят меж собой;И электроны, и протоны милоБаланс ведут, не споря за борьбой…Галактика, что жаждет расширенья,Зависит также от всемирных сил –Чуть меньше – разлетелась на каменья;Чуть больше – превратилась в мелкий мир…И водород, скрепляющий протоны,Не превращался б в гелий никогда;И Солнце не смогло б сии препоныОсилить, не создавшись как звезда!Иль от Земли до Солнца расстоянье!Придумал кто-то точно неспроста:Чуть больше, и замёрз люд от отчаянья,Чуть меньше, и сгорели бы дотла…Или воды чудесное творенье!Меж атомами угол найден так,Чтобы вода явилась без сомненья –Сто с лишком градусов! Ведь не пустяк!Водой моря бушуют, океаны!Вода – живому миру дом родной!Водою питьевой струятся краны,И люди все наполнены водой…Десятки фактов выглядят логичноИ даже оптимальными вполне –Сложиться идеально, гармоничноНельзя на хаотической волне…Не может хаотичное твореньеСебя в систему так образовать,Чтоб от гармоний вызвать восхищенье,Чтоб жизнь творить и дальше развивать…Религии Божественным началоВсей жизни называют всё равно…И это стало тем простым причаломДля миллиардов человек давно!Бог создал всё: и звёзды, и созвездья,Планеты, воздух и материки…И, может быть, поэтому, как прежде,Взираем в небо мы из-под руки,Чтоб ощутить всю бездну мирозданья,Чтобы вкусить такой безмерный мир;Чтоб, почерпнув из древности познанья,Решить вопрос: Создатель кто? Кумир?..Стараемся понять планет движеньеИ метеоров бесконечных бег…И выразить восторг и восхищенье,Что жив на свете славный человек…Случайно ли тут наше появленье?Как объяснить планет и солнца ход?И почему воздушное движенье?И отчего вода замёрзнет в лёд?..Вопросов больше на Земле великой!И объясненья все на свете ждут:Как так, что во Вселенной многоликойОдни мы оказались, люди, тут?Что можем овладеть любой наукой,Настроить зданий разных и дорог,Возделывать поля, и те порукойДадут прокорм для жизни наперёд…Случайны ли все этой жизни факты?Как можно их учёным объяснить?Гипотезы какие важным пактомЛегли в основу жизненных страниц…Рассмотрены три вида разных версий:Случайность – то есть людям повезло;Мультивселенной физики поверье,Что бесконечность отвратила зло…И третья из гипотез ровным счётомСчитает, что Создатель мог с добром,И Разум вдохновил его расчётом,И Землю сотворить, и всё при том…И живность расплодить на всей планете,И Человека во главе создать!И чтобы этот мир был свеж и светел,И в счастье чтоб могли мы проживать…Случайность не проходит – это ясно!Ведь вероятность сводится к нулю!И копья нам ломать скорей напрасно,Чем доказать случайную «возню»…И во второй не верится нам тезис –Сколь ни было бы во Вселенной царств –Узнали мы давно про тот генезис,Связавшись после длительных мытарств…Определились с важною б проблемойИ точную оценку дать к тому;Решили б мы нелёгкую дилеммуИ были бы довольны посему…А третья из гипотез всё ж реальнейНам видится, и это неспроста –Ведь мир устроен слишком идеально,И это ясно, замысел Творца!Настроены все физики константы –За этим Высший разум здесь стоит!И люди на Земле – не арестанты,А жители! И всяк свой мир творит!И для людей поля, леса и горы,И реки, океаны и моря,Равнин пустых несметные просторыИ льды, что неприступны, как броня…Ещё природы чуткое дыханьеИ предрассветных рос туман седой,Под ветром всех деревьев колыханьеИ запах трав, цветов… и зной дневной…А сколь даров природа заложила:Тут злато и железо есть, и медь…И редкозёмы растеклись по жилам,И есть песок, и глина, чтоб суметьПостроить всем дома, вокруг дорогиИ возвести для производств цеха…Обследовать земли большой отроги,Чтобы улучшить жизнь свою в веках…А мир животных – это ли не диво?Ведь сколько их в лесах, да и в морях!Разнообразье поражает мило –Сих форм и видов миллионы! Так!..И дикоросов уникальных прелесть:И ягод, и орехов, и грибов…Лесов прохлада, и оврагов свежесть,И отмели песчаных берегов…Всемирный Разум или Бог-Создатель,Создавший этот мир святой Творец!Мы благодарны, что Земля нам матерь,А разум Божий стал для нас отец…Создатель постарался ведь на диво –Устроил клад живущим не во мгле…Богатства те для жизни всех красивойДолжны служить всем людям на Земле…Создатель создавал всё тут для мира!И этот мир нам надобно беречь!Так пусть же каждый станет с доброй лиройСнижать тот риск от бед и новых сеч!Февраль 2026 г.

Ната Аннушкина (Наталья Болдырева)

Родилась и выросла в живописном селе Курджиново (Карачаево-Черкесия). Получив высшее педагогическое образование, много лет посвящает воспитанию детей как учитель начальных классов в школе села Псемён.

Главные источники вдохновения для её творчества – родная природа, детские игры на переменах и семейные предания. Особое место в сердце автора занимают рассказы деда – ветерана Великой Отечественной войны, чья мудрость оживает на страницах её произведений.

Наталья Николаевна пишет стихи, сказки и сказки в стихах для детей, создаёт сценарии для кукольного театра, а также руководит школьным театром «Отражение». Ранее не печаталась.

Баллада о душе солдата

Посвящается моему дедушке

Маршалко Алексею Николаевичу.

Он прошёл рядовым всю войну,

был ранен. Он никогда не рассказывал

о войне, так как считал себя убийцей

1Провожала мама сына на войну.Говорила: «Ты не ставь себе это в вину.Просто нынче время таково,Надо землю защитить от злых врагов.Ты идёшь, сынок, на смертный бой,Для врагов ты должен быть столь злой,Чтобы яростью горело всё лицо!Чтоб рука крепка была, как сталь,Чтобы враже, отступивший шаг назад,Уж не мог на нашу землю больше стать!»Говорила мама: «Вот носки, если будет холодно,Хлебушек тебе, если будет голодно.Вот возьми, сынок, мешочек, мною сотканный,Схорони его близ сердца жаркого,В нём есть то, что должно помочь тебе,Если будет очень страшно, горестно!»2Долгие тянулись дни и ночи…И настало время в первый бой!На солдата он обрушил свиста пуль,Пыль и дым, от взрывов чёрных гарьВыжигали пареньку глаза..Кончился смертельный первый бой.Тишина звенела, словно вой…Задремал мальчишка у ствола,А в висках страданьем бился стон.«Страшно было, мама,Очень страшно было мне!Голова болит от свиста чёрных пуль,Не могу забыть их шелест у висков.Душно, холодно и больно мне теперь!Стал я яростно кричать, как зверь!Мама! Ты позволь открыть заветный тот мешок,Утолить позволь немой смертельный шок».Мамин голос слышит паренёк в ответ:«Ты, сынок, попробуй-ка заснуть, поспать.Я же на коленях ночь буду стоять.Помолюсь я за тебя опять.Это ж не тяжёлая беда – поверь.Рано тот мешочек открывать,Ты побереги его опять!»3Стали дни короче и тревожней,И чернее стали злые ночи…Снова в бой отчаянно вступив,Сын, до боли стиснув зубы, слышалСнова взрывы, стоны, выстрелы и грохот канонад.Показалось, что смешалось небо, рай и ад!Командир вдруг заорал: «Отступай! Назад!»Он стрелял, бежал назад, не видя путь!Перешагивал через тела друзей и жуть!Вот окончен был и страшный бой второй…Ранило солдата, но он был живой!Перевязку сделала сестра…С мукой наступила тишина.Ночь застала парня у костра.В искрах жарких снится мама пареньку.Гладит волосы и говорит ему: «Страшно было?»«Мама! Было страшно мне вдвойне!Не могу я больше, больно, очень больно мне!Помоги мне, мама, помоги!Сердце бешено стучит в груди!Я сегодня бил врага, но был он силён…Отступая, я товарищей терял,Прятался за телами всех ребят…Не могу я больше, не могу так жить!Дай мне, мама, горе утолить…Ты позволь мешочек твой подаренный открыть!»Говорила мама милая в ответ:«Ты исполни всё же мой завет.Не пришло ещё страдание к тебе,Чтоб мешок спасительный открыть.То не горе, горе впереди!Рана небольшая на груди.Помолюсь и за тебя, и за друзей,Кто в бою лихом, сынок, погиб.Ничего, не страшно, потерпи.Отдохни немного, всё же впередиГлавный и жестокий, смертный бой…»4Долгими казались дни,И ещё мрачней казались ночи!Отболели раны, сердце рвётся в бой!Ожиданье это зубы злостью точит…Задремал мальчишка у горячего огня,Веки сон сомкнул, тревогою бредя,И приснился пареньку, как в дымке, сон.Мамины слова так ясно вспомнил он.«Ты возьми с собою, мой сынок,Вот этот беленький и маленький мешок.В него я зёрнышки пшеницы собралаДа каждое зерно любовью обвила.Береги его от всяких лихих глаз,Не теряй! И в самый горький час…»Грянул громом вражеский налёт –Оборвался голос тихий мамин в нём.Ринулся солдат на вражескую твердь,А в душе взревел он, как медведь!Всё вперёд шагал, стрелял и взвыл:«Нет уж боевых припасов, командир!»«Отступать нам некуда, солдат! Иди вперёд!» –Прохрипел устало командир!Парень стал руками жать врага,Запылали яростью и искрами глаза,Брызги алой крови прыснули в лицо,Пропитали гимнастёрку, и теплоСтало вдруг от вражеской крови,Что текла и по рукам, и по груди…Но осилил натиск наш солдат!Враг упал и посмотрел ему в глаза…Взгляд его добрался до души, до дна!Человек издал предсмертный стонИ, глаза мутневшие прикрыв,Улыбнулся с кровью на губах и стих…Бился много воин, но не помнил больше ничего,Кроме взгляда смертного того!Наступила адом горьким тишина,В ней была вся боль солдатская слышна.Кажется, что бой остался позади…Поседел совсем парнишка в том аду,Все виски обвила седина…Задремал наш воин, как в бреду:«Мама! Мама! Ты была права!Он такой же человек, как я!Руки, ноги и алая в нём кровь!Проливал её я вновь и вновь –Руки стали алыми в крови!Мама! Больно стало у меня в груди!Больно так, что силы нет терпеть!Он ведь тоже как и я! Он – ЧЕЛОВЕК!Пропитал я землю кровью как своей,И мне кажется, что стал и я как зверь!Я – убийца! Вокруг сею только зло!Злые падают на землю семена…Они быстро все взойдут… И что тогда?Кажется, что я такой, как он!»Заболел солдат, душою заболел:«Нет прощения мне, нет, нет и нет!»Принесли товарищи его в санчасть.Медсестра ухаживать за ним взялась,Напоила и умыла всё лицо,Улыбнулась, и, казалось, всё прошло…Злая ночь в бреду застала вновь его:«Мама! Ты же говорила: „Я – солдат!“Оказалось, это всё не так!Мои руки, мама, все в его крови…А он был живой, как я и ты!У него ведь тоже где-то мать!Не хотел он, мама, умирать!»Отвечала мама тихим голосом ему:«Да! Я говорила, ты – солдат!Он – хоть и человек, он – враг!Он топтал злым и жестоким сапогомВсё, что попадалось на пути!На родной твоей на матушке-землеВраг оставил мерзкий чёрный след!»«Всё равно нет мне прощенья, нет!Я – убийца? Мама! Жарко мне!И душа горит моя в огне!»Медсестра, услышав те слова,Вновь к солдату тихо подошла:«Отдохни, солдатик дорогой,За тебя и я молиться стану.Вымолю прощенье перед Богом и Землёй.Чтоб простили тебя за ту кровь,Что пролить тебе, родимому, пришлось».Тише и спокойней ему стало на душе,Наконец уснул уставший наш боец.Снова он услышал мамины слова:«Вот и самый горький час настал.Ты, сынок, в себя и верить перестал!Открывай заветный тот мешок –Там пшенички только шесть горсток,Как отбросишь хоть на шаг врага,Брось по зёрнышку в след от сапога,Чтоб забыла наша матушка-земляВсю его жестокость навсегда!»«Мама! Я чуть было не забыл!Мне же и отец когда-то говорил:„Ты запомни навсегда мои слова.Не убийца ты жестокий! Ты – солдат!Ты стоишь заслоном для земли!Чтобы мерзкого врага нам победить,Мало кровь на землюшку пролить!Волю вражескую надобно стеретьСо всех наших и родных земель!“Мама! Ты была права!Развяжу верёвочку на нём,И на землю, опалённую войной,На то место, где упала капля хоть одна,Я посею зёрна из мешка!»5В наступленье вновь идёт боец,Не жалеет больше вражеских сердец.Как отходит враг хоть шаг назад,Он зерно кидает в каждый шаг…Тяжело и страшно было на войне.С каждым шагом было тяжелей вдвойне.Так прибавилось герою сто седин!Не оглядываясь, шёл солдат вперёд.Зёрнышки как кровь свою берёг.Выгнал чёрную ту гадину с земли!6Наконец настали мирные деньки.И остались на ладони у негоЛишь три позолоченных зерна –Больше не нашёл герой следа,Чтоб оставила нога врага!Бережно те зёрна уложив,Завязал в холщовый узелок.И с победною улыбкой на душеОбернуться вновь позволил он себе.Оглянувшись с трепетом назад,Что ж увидел наш герой-солдат?А за ним, как воины рядами,Колоски все зрелые стоят!Зёрна спелые клонятся к земле.И не видно злых следов нигде!«Мама! Мама! Ты была права!Никогда я и нигде не сеял зла!Смерть нашла врагов сама!»Возвратился наш солдат домой.Мама стала уж совсем седой.На пороге его встретила родном.Попрощался на могиле он с отцом.Вышел в поле наш боецИ, как завещали мать и отец,Развязал заветный узелок:Кинул в поле первое он мирное зерно –Добрым домом обернулося оно!Рядом с домом посадил зерно второе –Там, как в сказке, вырос дивный сад.А как яблочки налились солнечным теплом,Вышел в поле вместе он с сынкомИ посеял третье мирное зерно!«Ты послушай папу, милый мой сынок,Не найти врагам их и следа!А уж если плохо выучен урок,То на страже будем вместе мы стоять!Защитим мы Родину свою!Не дадим ни зёрнышка врагу!»С той поры мы видим вкруг полей,Обелиски белые стоят,А за ними души павших здесь солдат!Так, никто из них не сеял семя зла,Охраняют они зёрнышки добра!Село Курджиново, 2021 г.

Нэлля Баева

Живёт на краю земли – на острове Сахалин, – но её творчество не знает границ. Педагог с сорокалетним стажем, романтик в душе, она пишет стихи с детства, создавая исторические, поэтические, фантастические произведения для читателей всех возрастов. Её перу принадлежит 18 книг, а стихи и поэмы публиковались в 149 сборниках по всему миру. Творческий путь Нэлли отмечен высокими наградами: она кавалер 6 орденов и 21 медали, обладательница диплома Альфреда Нобеля, знака «Золотое перо русской литературы», «Литературный Феникс», «80 лет Победы» и др. Академик Международной академии наук и искусств, член Интернационального Союза писателей и Российского союза писателей, Нэлля Баева продолжает вдохновляться морем, цветами и дальними дорогами.

Ушёл в бессмертие отряд

Последний поцелуй, последний взгляд,Судьбу молящий: «Выживи, держись!»Уходит в даль военную отряд.Вдогонку – молчаливый крик: «Вернись!»Вернись! Тебя живого ждутПоля и нивы, берега родные.Твой взгляд и поцелуй здесь берегутВ каждом уголке святой России.Твёрдой поступью идёт на смерть отряд.Тыл прикрыт любовью и теплом.Ярым мужеством сердца горят:Враг не затопчет землю сапогом!Не вернулись парни из похода,Оставив на земле свой бугорок.Но ждут ребят с заката до восхода,Уткнув лицо в заплаканный платок!Долго раны в сердце кровоточат,У поколений боль в груди саднит.Память вечную им жизнь пророчит,В полк бессмертных всех объединит!

Сатанинское отребье

Апокалипсис, летальный эпикриз:Брат брату душу извергом грызёт.Дамокловым мечом злой рок навис.Нацистская чума зловоние несёт.Издевались, мучили, пытали.Ярость зверскую на воина излили.Кости рук и ног, как спички, поломали,Но ярость злобную ничем не погасили.В степь бескрайнюю поволоклиКровавое, измученное тело.Справиться с одним пятеро смогли,Увлекло их адское, бесовское дело.К кресту конечности прибили.Кровь алая ручьём лилась.Чтоб не кричал, рот скотчем залепили.Мерзкая в руках, но всё же власть.Подняли крест высокий и тяжёлый.Проклятий голос воин подавал.Туч небесных груз свинцовыйЗловещую расправу предвещал.Ни один из нехристей не дрогнул.Смогла услугу зажигалка оказать.Подожгли. Огонь от жути вздрогнул.Живое тело принялся лизать.Наблюдали нелюди спокойноЗа горевшим телом – видели воочью.Запах мяса их бодрил прикольно.Летели в сторону одежды клочья.Уродов видно только со спины.Наверное, чтоб не узнала мать,Что сына-нелюдя позором всей семьи,Отребьем сатанинским суждено считать.

Живи, сынок!

Мои родные, будьте живы!Пусть дух ваш не берёт мороз.Ждут матери вас пожилые,Души разрываются от слёз.На свете вы ещё и не пожили.Пусть снаряд нацистский обойдёт.Понимаем, рвёте свои жилыЗа Родину, семью и наш народ.Вы – герои в нашем представлении.Богатырский дух в сердцах живёт.Матерям приходите в виденияхТак, что сердце ноет, душу жжёт!Снегом занесённые окопы.Свистят снаряды. Некогда присесть.Уж полегли бойцы соседней роты.Засела в душу твёрдо злоба-месть.На ярого врага идёшь в атаку,Забываешь, смерть подстерегает…Подсказывает честь тебе, солдату,Бить врагов, пока душа пылает…И раненых уносит в медсанбатХрупкая девчушка на прицеле.– Жив, ты жив, парнишечка, солдат!Сердце бьётся в непослушном теле.Мать сердцем ощущает этот миг.Непрошеные тихо льются слёзы.Холод в душу материнскую проник.Живи, сынок… утихнут скоро грозы.Ты не один, родной, я ангелом лечу.Прильну тихонько, нежно к изголовью.Боль на себя возьму и раны залечуГлубокой материнскою любовью.Остановилось время б на тридцатке,Рванула б с вами вместе в тот окоп,Где парень дико мучается в схваткеСо смертью, его лишившей ног.Чувствую всем сердцем эту боль.Перед глазами смерть родного сына.В раненую душу не кидайте соль,Пусть не сломает дух войны картина.Пусть согревает материнское тепло.В её душе любовь не иссякает.Коль невмоготу и слишком тяжело,Она, как ангел, рядом обитает!

Антон Берлов

Доктор медицинских наук, доктор психологических наук, профессор, известный российский учёный и клиницист. Его профессиональный путь неразрывно связан с высшей медицинской школой и передовыми научными исследованиями. Автор более 150 научных работ, патентов на изобретения и учебных пособий, Антон Владимирович внёс значительный вклад в развитие современной медицины и подготовку новых поколений врачей.

Служение

Профессия врача – это подвиг, она требует самоотвержения, чистоты души и чистоты помыслов.

А. П. Чехов

Вечер в доме Антона Владимировича дышал тем особенным, уютным беспокойством, которое бывает только в семьях, где профессия давно и мучительно срослась с плотью и кровью. Его кабинет походил на каюту старого судна, которое много лет штормило в море человеческих недугов, но которое всё же сохранило свой строгий, немного чинный порядок. Стены, оклеенные натуральной кожей цвета капучино, были почти сплошь закрыты тяжёлыми шкафами из тёмного дуба. За их слегка запылёнными стёклами в строгом ранжире теснились корешки атласов, многочисленные дипломы международных академий, почётные грамоты и тощие монографии, пожелтевшие от времени и табачного дыма.

В центре господствовал массивный письменный стол, покрытый зелёным сукном, протёртым на углах до самой основы. На нём соседствовали тяжёлая бронзовая чернильница в виде головы льва и современный негатоскоп, чей холодный мертвенно-белый свет придавал комнате сходство с лабораторией алхимика. Рядом, на гобеленовой салфетке, стоял неостывший стакан чая в серебряном подстаканнике – вечный спутник его бессонных ночей.

Антон Владимирович, заслуженный деятель науки Российской Федерации, человек с лицом строгим и немного усталым, поправил очки и вновь прильнул к панорамному снимку. Случай был из тех, что в медицинских кругах называют «неблагодарными». Тяжёлая травма челюсти, осложнённая застарелым остеомиелитом, почти полная деструкция кости – пациент, несчастный молодой человек с потухшим взором, прошёл через десятки кабинетов. Там ему вежливо указывали на дверь, прикрываясь наукообразными терминами, а на деле – опасаясь испортить безупречную статистику клиник.

Но для Антона Владимировича совесть не была предметом торга. Она была тем тихим, навязчивым голосом, который по ночам шептал: «Если не ты, то кто же? Если ты промолчишь, то кто подаст голос?»

– Понимаешь, Игорь, – говорил он своему ассистенту, молодому человеку с честными, но испуганными глазами, – медицина – это не сервис по прейскуранту. Это не торговля услугами. Это – миссия. Если мы сейчас откажемся из страха за репутацию или из-за сложности протокола, мы перестанем быть врачами. Мы станем просто ремесленниками, торгующими пломбами и вежливыми улыбками.

В этих словах заключалась вся его верность – не только науке, но и Отечеству. Его, почётного члена международных ассоциаций, не раз пытались переманить в заграничные клиники, суля золотые горы и тихую старость у океана. Но Антон Владимирович лишь пожимал плечами. Его Родина начиналась здесь, за этим потёртым столом и во врачебном кабинете, где специфический запах был смешан с надеждой.

В день операции профессор был непривычно молчалив. Его отвага была лишена героического пафоса; это была тихая, почти будничная решимость ювелира, знающего, что за каждым движением инструмента стоит судьба человека. Несколько часов работы в кабинете тянулись, как густая смола. Спина затекла, пот застилал глаза под маской, но руки, привыкшие к точности до микрона, не дрогнули. Когда всё закончилось и спустя долгие недели пациент впервые смог несмело, ещё не веря в чудо, улыбнуться своему отражению, Антон Владимирович почувствовал ту самую «чеховскую» тихую радость – радость человека, который просто хорошо сделал своё дело.

Вечером дома сын Алексей, студент третьего курса, долго стоял у раскрытого шкафа, рассматривая китель отца. Его взгляд остановился на ордене Св. Александра Невского, чья эмаль неярко поблёскивала в свете вечерней лампы.

– Пап, – тихо спросил он, когда отец вошёл в комнату, – а зачем такие риски? Мама говорила, что случай был почти безнадёжный. Ведь могли засудить, если бы не вышло. Карьера, имя… к чему это всё?

Антон Владимирович подошёл к сыну и положил тяжёлую, тёплую ладонь ему на плечо.

– Страшно бывает всем, Алексей. И мне было страшно. Но есть вещи куда страшнее смерти или судебного иска – это прожить долгую жизнь, так и не решившись на настоящий поступок. Твоя сила духа, сын, измеряется не количеством дипломов на стене, а тем, скольким людям ты помог подняться, когда другие прошли мимо.

Спустя месяц, выступая в Большой аудитории перед первокурсниками, профессор не читал по бумажке. Он смотрел в их молодые, ещё не знающие усталости глаза и видел в первом ряду Алексея. Он говорил им о том, что технологии – это лишь инструмент, а настоящая медицина держится на преданности, милосердии и чести. И когда зал, затаив дыхание, взорвался аплодисментами, Антон Владимирович понял: искра передана. Династия продолжалась не в фамилии, а в убеждениях. В этом бесконечном круговороте труда и верности жизнь обретала свой истинный, незыблемый смысл.

Послесловие

Рассказ о профессоре – это не просто хроника одного медицинского успеха, а размышление о том, на чём держится мир, когда внешние декорации благополучия начинают рушиться. В эпоху, когда успех измеряется цифрами и сухой статистикой, Антон Владимирович остаётся хранителем «старой школы», где главным инструментом врача всегда была совесть, а высшей наградой – не орден на мундире, а вернувшаяся к человеку надежда.

Чеховские герои часто страдают от невыносимой пошлости бытия, но Антон Владимирович находит выход из этого круга через труд и верность своему призванию. Его «служение» – это тихий бунт против равнодушия. Ведь пока есть те, кто готов рискнуть репутацией ради спасения безнадёжного пациента, и те, кто смотрит на это с восхищением, жизнь продолжает сохранять свой высокий смысл.

История напоминает нам: истинная ценность человека определяется не тем, чего он достиг для себя, а тем, что он оставил в душах других.

Светлана Бушина

Родилась в сибирском рабочем посёлке Куйтун Иркутской области. Работает медицинской сестрой, является волонтёром центра «Руки помощи» в поддержку СВО. С детства увлечена поэзией. Член литературных клубов «Возрождение» (Куйтун) и «Творчество и потенциал» (Санкт-Петербург). Участник проектов издательства «Четыре». Награждена знаком «Золотое перо русской литературы» и премией имени О. Мандельштама. Автор сборников «Не бойтесь быть смешными», «Небесный Тихоход» и книги «Лунный водоворот».

Светлана Юрьевна поддерживает бойцов СВО патриотическими стихами, участвует в проекте «Верные Родине». Публикуется в сборниках издательства «ИздатНик» и газете «Мама Родина».

Маленькие люди с большим сердцем

Мне хотелось бы рассказать о маленьких людях, которых по всей стране очень много – но дело, которым они занимаются, – оно очень большое и важное! Я пишу о волонтёрах СВО. О нашем волонтёрском движении «Руки помощи» Куйтунского района Иркутской области. О моих соратниках, с которыми бок о бок помогаю нашим ребятам. Об их качествах, за которые я их люблю и уважаю. У нас очень дружная, большая семья, и вместе мы делаем общее дело: помогаем нашим ребятам ковать победу над нацизмом. Плетём сети, обереги, нашлемники, костюмы для снайперов, или просто «Лешие», как мы их называем, антидроновые одеяла, браслеты спасательные, – это малая часть нашей совместной работы. Отправка гуманитарных грузов, в которые входят продукты питания и медикаменты. По всей России нас очень много, и это здорово. Качества у «маленьких людей» очень большие! Это желание творить добрые дела, делиться частичками своей души, теплом с людьми, которым нужна поддержка, понимание осознания своей необходимости, чуткость, стойкость, непоколебимость, любовь к Родине, бескорыстие. Профессии у моих соратников самые разные, многие после трудовых будней занимаются дома: насаживают сети, вяжут основы для нашлемников, носки, делают многое другое; кто-то посещает центр по выходным, но самое главное – мы вместе. Девиз нашего движения: «Мы такие разные – и в этом наше богатство! Мы вместе – и в этом наша Сила!»