Горячие истории 2

– Там… там есть специальные одноразовые трусы… – пролепетал я, чувствуя, как краснею и становлюсь похож на смущенного подростка.

– Да ну, что за ерунда! – воскликнула Кейра. – Какие еще трусы на массаже? У мастера должен быть полный, беспрепятственный доступ к телу, чтобы ничего не мешало работе.

– Тоже верно, – согласился я и сделал глубокий вдох. Разумеется, это далеко не первая клиентка, которая пожелала остаться голой, но мое профессиональное спокойствие растворилось, как капля масла на раскаленной сковороде.

– Ты чего так смутился-то? – хмыкнула Кейра. – Неужели голую девушку не видел? Ты же профессиональный массажист!

– Не смутился, – я заставил себя подойти ближе, преодолевая какое-то невидимое, плотное сопротивление воздуха. – Просто… залюбовался твоей красотой.

– Да? – Кейра неоднозначно стрельнула глазами вниз, на мои штаны, которые начали предательски оттопыриваться, победоносная улыбка тронула пухлые губки. – Может, все-таки, приступим? А то я тут голая, замерзну скоро.

– Да, конечно, – я жестом указал на массажный стол, застеленный свежей простыней. – Ложись… на живот.

– Окей! – Кейра легла. Определенно, в ее голосе затаились те самые игривые нотки, которые мне неоднократно приходилось слышать от клиенток, заказывающих "особый" массаж.

Только вот с Кейрой это звучало иначе. Не как профессиональное, оплаченное предложение, а как личный вызов. Я налил масло на ладони, растер их, словно пытаюсь вернуть себе хоть тень профессионального настроя и холодной концентрации. Но как только пальцы коснулись нежной, теплой кожи в районе лопаток, вся наигранность испарилась.

Это было не тело клиентки. Это была Кейра. Девушка, которая в кратчайший срок затмила собой всех остальных, стала единственным источником вдохновения. И мне было страшно сделать что-то не так, причинить боль, разрушить эту хрупкую магию доверия.

В процессе работы я изучал ее. Но не так, как обычно изучал клиенток, пальцами выискивая зажимы, спазмы и пониженный тонус. Нет. Это было влечение мужчины, а не массажиста. Каждый сантиметр хрупкого, такого беззащитного и в то же время сильного тела возбуждал меня до предела.

И это возбуждение было другим – не диким и охотничьим, а каким-то одухотворенным, страдальческим. Оно поглощало здравый смысл. Я работал молча, скрипя зубами от внутреннего напряжения, словно от точности и чуткости моих движений зависит не мышечная релаксация, а судьба всего человечества.

Такого тотального, всепоглощающего чувства ответственности, смешанного с желанием, мне не доводилось испытывать никогда. Даже тот роковой, переломный массаж чернокожей дамы мгновенно растворился в памяти, показался грубым фарсом на фоне Кейры.

Постепенно зажимы, скопившиеся в хрупкой спине, начали отступать, мышцы становились податливыми и по логике вещей надо было спускаться ниже, к ягодицам, но от одной этой мысли у меня перехватило дыхание.

Пальцы стали ватными, а низ живота заполнился распирающим желанием. Внезапно Кейра нарушила гулкую, натянутую тишину, ее голос прозвучал, как признание.

– Ты сегодня какой-то другой, – прошептала она.

– Почему? – спросил я, ритмично, почти машинально проминая поясницу.

– Обычно, ты такой уверенный в себе, – промурлыкала Кейра. – А сегодня… будто боишься меня. Боишься сломать. Или испортить.

Мне было нечего ответить, слова застряли комом в горле, превратились в немой спазм. Я миновал сочные ягодички и спустился к тоненьким, словно выточенным влюбленным скульптором, ногам. Они немного раздвинулись, перед моими глазами предстал тот самый вид, который когда-то перевернул весь мир с ног на голову.

Темный, аккуратный бугорок, небрежно прикрытый мягким "ежиком", выглядел невероятно нежным и беззащитным. Но этот "бутончик" уже не казался мне экзотическим цветком, это была часть Кейры. Самая сокровенная, уязвимая часть девушки, в которую я влюбился до беспамятства.

Мои ладони двигались на автомате, растирая икры и бедра и постепенно поднимались все выше, по внутренней поверхности бедра, к эпицентру чувствительности.

Пальцы стали "случайно" задевать нежнейшие складки. В эти моменты Кейра вздрагивала, издавала короткий, возбужденный вздох, по ее телу пробегала мелкая дрожь, дыхание, ставшее прерывистым и глубоким, с потрохами выдавало сексуальное волнение.

Разумеется, я уже прекрасно понимал, что перешел грань, за которой "общий массаж" становится чем-то большим, но мне хотелось продлить это невыносимое, сладостное напряжение, немой, тактильный диалог наших тел.

Разрушать это грубым проникновением по-прежнему казалось кощунством, порчей чего-то священного, что неожиданно зародилось между нами.

– Подожди, – Кейра вдруг резко перевернулась на спину, в ее глазах плясали сексуальные чертята. – Ты знаешь, у девушки с этой стороны тоже есть места, которые требуют тщательной проработки.

– Не сомневаюсь, – я кивнул, мой взгляд невольно упал на груди "пирамидки", темно-шоколадные соски гудели от напряжения. – Работы здесь много. Целая производственная программа.

– Отлично, – Кейра закрыла глаза. – Вот и работай тогда, мастер! Выполняй свою программу.

– С удовольствием, – хрипло ответил я, вытер руки от масла махровым полотенцем, после чего встал у изголовья и погрузил пальцы в черные кудри, умело нащупывая виски.

– О май гад… – выдохнула Кейра и в этом выдохе было столько безграничного, тотального доверия, что у меня по спине пробежала волна мурашек, а физиологическая готовность к соитию стала еще тверже.

– Массаж головы и шеи – очень важен для снятия общего стресса, – произнес я глухим голосом, лишь бы что-то говорить, чтобы не оглохнуть от звенящей тишины и грохота собственного сердца. – Особенно для тех, кто много думает, учится, работает с людьми…

– Мне нравится, – промурлыкала Кейра, ее губы растянулись в счастливой улыбке. – Твои руки… они волшебные.

– Вижу, что тебе нравится, – я не удержался и ухмыльнулся. Мои ладони перешли от головы к шее. – По мурчанию.

– Твоя реакция тоже видна невооруженным глазом, – хмыкнула Кейра. – А главное… что ты делаешь это не просто как работу… – на этих словах она запрокинула голову, открывая полный доступ к шее. – Ты делаешь это с душой. Такое отношение вдвойне приятно.

– Мне тоже приятно делать это, – честно ответил я.

– Вообще-то, массаж шеи – это запрещенный прием, – промурлыкала Кейра, все еще не открывая глаз, улыбка не сходила с ее лица.

– Почему запрещенный? – удивился я, хотя догадывался.

– Потому что ты профессионал, – был мне ответ, – и наверняка знаешь все мои слабые, уязвимые места… все те точки, откуда можно управлять женским телом. Я перед тобой, как на ладони.

– Не правда, – мои руки обошли грудь и скользнули по ребрам. – Твои самые главные места мне еще только предстоит изучить. Это будет долгая, интересная работа.

– Ах! – выдохнула Кейра, когда мои ладони преодолели последние барьеры и осторожно двинулись ниже, к тому тайному центру тяжести, откуда, как мне казалось, неумолимо исходит манящее тепло.

Кейра издала еще один долгий, прерывающийся на полуслове "ох", ее ноги раздвинулись шире, словно умоляют продолжить. Воздух в маленькой, душной комнате стал густым, тяжелым, как сироп. Создавалось странное впечатление, что его можно резать ножом и трогать руками.

Запах сандала, лаванды и естественный аромат женского возбуждения смешались в один дурманящий коктейль, от которого кружилась голова. Каждый звук в этой тишине казался оглушительно громким:

Учащенное, свистящее дыхание, бешеное биение моего сердца в ушах, тихие, сдавленные, но такие искренние постанывания "клиентки", которые на тот момент звучали, как самая проникновенная эротическая музыка.

С глубоким, почти болезненным чувством я проглаживал плоский животик, большими пальцами время от времени задевая верхнюю линию лобка, от чего женские бедра начинали совершать рефлекторные, волнообразные движения, точь-в-точь, как во время полового акта.

О да, Кейра была готова. Казалось, еще одно мгновение, еще одно прикосновение и произойдет внутренний взрыв, который снесет стены не только этой комнаты, но и все стены между нами.

Проработав живот, я прошелся по внутренней поверхности бедер и сразу почувствовал ответное движение: хрупкая ладошка нащупала меня через тонкую ткань шорт… Мне уже не хотелось делать вид, что все идет по плану обычной оздоровительной процедуры.

Мои руки продолжали свое движение и уже не случайно, а целенаправленно проскальзывали по темному, набухшему "бутончику", который нервно пульсировал у меня под пальцами и становился обжигающе влажным, горячим.

– Слушай, Саш… – не открывая глаз, начала Кейра, ее рука вдруг спустила с меня шорты и крепко обхватила напряженный "жезл". – А ты уверен, что это все еще… просто массаж? – она попыталась засмеяться, но сбитое, прерывистое дыхание не позволило.

– Не уверен, – мой голос тоже дрожал в приступе жгучего возбуждения. – Определенно… это что-то… большее. Намного большее.

– Неужели ты до сих пор не понял, – промурлыкала Кейра, – что я пришла сюда не только ради массажа…

Собственно, это и стало последней каплей. Мои руки словно обрели волю, ум и решимость. Они мягко, но властно уложили "клиентку" на край массажного стола так, что ее задница буквально повисла в воздухе.

Я крепко обнял тоненькие ножки и двинул бедрами, чтобы войти, но у меня ничего не получилось. Тогда Кейра, не открывая глаз, протянула руку и направила меня. Чувственный "ах" сорвался с ее пухлых губ, по телу пробежала дрожь.

Я чуть крепче обхватил стройные ножки и начал погружаться, упорно пробивая себе дорогу, хотя внутри уже бушевало острое желание оттрахать эту малышку, как в последний раз. Но мои движения по-прежнему были плавными, медленными.

Это напоминало какое-то героическое сопротивление собственным порывам, лишь бы продлить сладостный, щемящий миг полного, абсолютного слияния. Кажется, Кейра ощущала нечто подобное. Ее глаза были закрыты, а губы наоборот – приоткрылись в немой мольбе, уровень нетерпения было видно невооруженным глазом.

– Давай уже! – простонала она, в голосе прозвучало что-то требовательное. – Трахни меня!

Я тут же начал более ритмичное движение, но по-прежнему старался сохранять плавность. Казалось, что весь мир сузился до размеров этого скрипучего массажного стола и звука нашего жаркого дыхания.

Мы не занимались любовью в привычном смысле этого слова, а без остатка растворялись друг в друге, яростно и нежно, отчаянно и бережно, пока волны нарастающего, неумолимого наслаждения не накрыли нас с головой.

Да, наш первый секс оказался чертовски скорострельным, взрывным, как детонатор, который сработал после слишком долгой, мучительной готовности. Эта готовность брала свое начало с тех поцелуев возле общаги, и наконец, получила законный выход.

Разумеется, в тумане страсти ни одной трезвой мысли о возможных последствиях в голове не промелькнуло. Поэтому я отчаянно заполнял желанное тело своим биологическим богатством, мои бедра нервно дергались в завершении акта, остановиться или прервать это безумие было невозможно.

Уровень оргазменных ощущений казался запредельно высоким, почти болезненным. У меня буквально потемнело в глазах, в ушах стоял оглушительный шум. Я тихо постанывал, продолжая совершать короткие, резкие толчки, мне отчаянно хотелось проникнуть в эту девочку на недостижимую глубину, чтобы по-настоящему слиться с нею.

Кажется, она тоже кончала: ее тело судорожно подрагивало, словно через него пропускают разряды тока, надрывные стоны беспрерывно рвались наружу, откуда-то из глубины души. Наконец, я начал успокаиваться.

– Фух, – голос все еще дрожал от пережитого.

– Тигр, – Кейра смущенно посмотрела на меня, в ее глазах блестели мелкие слезинки.

– А ты тигрица, – ляпнул я, ничего более адекватного в голову не пришло.

– Знаешь, – задумчиво начала Кейра, – мне бы очень хотелось повторить это в домашней обстановке.

– Сегодня вечером у меня, – я пожал плечами, утирая пот со лба. – Идет?

– Конечно, – Кейра закусила губу, в ее глазах снова заплясали те самые озорные чертята. – Надеюсь, второй раз будет более продолжительным?

– Стопроцентно, – я немного смутился.

– Хотя мне нравятся голодные мужчины, – хмыкнула Кейра. – Больше страсти и огня!

Той ночью мы не обсуждали произошедшее в целом, и в частности то, что наши биологические жидкости соединились. Наверное, нам обоим было страшно произносить это вслух и думать о последствиях.

Но самое удивительное, что именно с этого вечера мы начали жить вместе: Кейра переехала ко мне как-то внезапно, незаметно, без громких разговоров, объявлений и "серьезных решений".

Сначала она просто осталась в ту ночь, как и договаривались. Потом привезла свою зубную щетку, расческу и какие-то учебники по медицине, а еще через пару дней – небольшой, потертый чемодан с одеждой.

Так все и началось. Нам просто хотелось быть вместе, видеть друг друга каждое утро и каждую ночь. И никакие условности или культурные различия не могли остановить этот стремительный, неудержимый процесс сближения двух одиноких, нашедших друг друга вселенных.

Та сексуальная вспышка на массажном столе стала нашим прологом к медленной, многослойной симфонии совместной жизни, ее мы пишем вместе уже восемь лет. Каждый день – новая нота, новый аккорд, иногда диссонанс.

Порой я думаю о той самой первой "шоколадке", которая перевернула мой мир с ног на голову и понимаю с высоты лет, что она была лишь ключом. Случайным ключом, попавшим в замок моих предрассудков, скуки и духовного голода.

А настоящим сокровищем, дверью к которому этот ключ нечаянно подошел, стала Кейра. Хрупкая, упрямая, смешная и невероятно сильная духом девушка. Своим простым существованием она научила меня видеть и ценить не цвет кожи, а цвет души и любить не экзотику, а конкретного, единственного человека со всеми его тараканами, мечтами и страхами.

Как ни странно, та безумная, всепоглощающая страсть, что вспыхнула между нами в массажном кабинете, никуда не исчезла из постели за эти годы. Секс по-прежнему бурный, до седьмого пота, до хрипоты, до смеха сквозь слезы, до безумия.

Но теперь он – не самоцель, не способ самоутверждения, а естественное продолжение. Продолжение нашего вечного разговора, нашей "дружбы", нашей тихой и громкой борьбы с миром, который не всегда бывает добр и справедлив к таким непохожим парам, как мы.

Внутренний мир Кейры, который она так долго и доверчиво открывала мне, оказался уникальным, бесконечно глубоким и мудрым океаном. И в нем мне навечно даровано счастье быть родным, теплым берегом.

Сегодня нам обоим уже за тридцать. Мы давно женаты. Нашей красавице-дочке, с моими серыми, спокойными глазами и мамиными кудряшками семь лет. И эта маленькая "шоколадка" – самое лучшее, что мы создали вместе.

Кейра стала уважаемым, востребованным врачом, а меня судьба снова забросила в мир салонов красоты и спа, но уже на спокойную, бумажную должность главного менеджера: моя ревнушка категорически против, чтобы я работал массажистом и "лапал других баб".

И я не оспаривал это решение, ведь мне необходимо расти по карьере, становиться более солидным человеком. Хотя порой кажется, что в словах Кейры есть не только ревность, но и мудрость: понимание того, что массаж – это наше главное таинство, с которого все началось и мы должны беречь это, как величайший дар.

Перевоспитание

Этот вечер показался Егору самым обычным, ничего нового не планировалось: ночь, бар и пикап незнакомки, чтобы лишний раз доказать, что девочки тоже любят секс и готовы на все, если перед ними настойчивый парень.

В свои 27 Егор ни на секунду не задумывался о серьезных отношениях и предпочитал мимолетные сексуальные связи. Но судьба распорядилась по своему и эта ночь навсегда изменила закоренелого пикапера…

Оказавшись в баре, Егор привычно осмотрелся. Как обычно, в помещении пахло дубовыми бочками, дорогим табаком и чужими надеждами. Взгляд профессионала скользнул по залу, словно сканирует обстановку: шумная компания у бильярда, целующаяся парочка в углу, одинокий бизнесмен с виски и красивая брюнетка у стойки, на вид лет 25.

Она сидела одна, лениво помешивая трубочкой коктейль "Текила Санрайз" и выглядела так, словно сбежала с обложки глянцевого журнала, чтобы немного подышать прокуренным воздухом реальности. Егор закусил губу, продолжая изучение:

Белоснежная блузка и черная короткая юбка, тонкий ремешок часов на запястье, взгляд, устремленный в никуда – классический набор "жду приключений". Егор усмехнулся про себя, поправил ворот рубашки и плавной, уверенной походкой направился к стойке. Бармен тут же налил двойной виски с колой.

– Добрый вечер, – он приветливо кивнул.

– Добрый, – хмыкнул Егор и мельком глянул на брюнетку. – И надеюсь, что скоро станет еще добрее…

– Будь осторожен, – бармен проследил за взглядом Егора и усмехнулся, протирая бокал. – Девочка не простая. Сидит тут третий час, но всех кавалеров отшила по-королевски.

– На то я и профи, чтобы снимать сливки, – на мгновение Егор закусил губу и приблизился к очаровательной незнакомке. – Здравствуйте, милая леди! Вы верите в любовь с первого взгляда или мне зайти еще раз?

– Не оригинально, – брюнетка бросила в пикапера насмешливый взгляд.

– Оригинальность – удел неудачников, – парировал парень, усаживаясь на соседний стул. – А с такими красивыми малышками необходимо быть собой. Кстати, меня зовут Егор.

– Очень приятно, – незнакомка едва заметно улыбнулась. – Алиса.

– Ммм, – Егор сделал чувственный глоток виски. – Интригующее имя для дамы, которая пьет Текилу. Слишком сладко для такого задумчивого взгляда. Вы или ждете кого-то, кто разбил Вам сердце или решаете, кому разбить его. Быть может, этим несчастным парнем стану я…

– О Боже! – Алиса вдруг весело рассмеялась. – Вы чертовски самоуверенны, а это плохо заканчивается.

– Не правда, – хмыкнул Егор. – Со мной все хорошо кончают.

– Пошляк, – Алиса смущенно улыбнулась, но в ее глазах уже плясали озорные чертята.

– Не пошляк, а реалист, – Егор поднял фужер, словно произносит тост. – Просто умею называть вещи своими именами. А еще я умею видеть женщин насквозь.

– Да? – с наигранным удивлением воскликнула Алиса. – И что же ты видишь во мне? – она технично перешла на "ты", что неимоверно обрадовало Егора.

– Ты не местная, – поведал он. – Приехала в город недавно и скорее всего, по работе. Врач или менеджер какой-нибудь. Так или иначе, эта командировка не от хорошей жизни. Ты просто сбежала от чего-то или от кого-то. Возможно, от отношений, которые зашли в тупик. Ты умна, красива и привыкла контролировать все вокруг, только не сейчас.

– Ну, – Алиса вздохнула, – прямо в точку. Прочитал, как открытую книгу.

– Да, – Егор вздохнул, – но ты не книга, – он резко понизил голос и коснулся хрупкой руки, – ты ребус в первом издании. И разгадывать его хочется до умопомрачения, чтобы проникнуть в самую глубь…

– Даже боюсь представить, – хмыкнула Алиса, – насколько глубоко ты хочешь проникнуть.

– Ну, – Егор пожал плечами, – сантиметров на 20-22 точно.

– Даже так? – Алиса зачем-то осмотрела мужское тело и на пару секунд сосредоточила взгляд на мощном бугорке между ног. – Как же ты носишь такую ракету?

– Своя ноша не тянет, – Егор пожал плечами.

– Да уж! – Алиса с интересом глянула на него. – А ты не похож на остальных клоунов, которые, обычно, пытаются клеить меня с помощью тупых комплиментов и тошнотворной галантности.

– Тебе не нравится галантное ухаживание? – резко спросил Егор.

– Какой девушке не нравится красивое, почтительное отношение? – Алиса немного смутилась. – Но сейчас 21-й век и все это выглядит как-то неестественно.

– Согласен, – Егор кивнул. – Хочешь еще выпить?

– С таким собеседником? – Алиса снова засмеялась. – С удовольствием!

– Угощу тебя? – предложил Егор. – Что ты там пьешь? Текилу?

– Да, но… – Алиса закусила губу. – Сейчас я хочу выпить вместе с тобой…

– У меня виски, – поведал Егор.

– Да, – Алиса бросила в него неоднозначный взгляд.

Примерно через час молодые люди сидели рядом и чувственно целовались. Алиса стремительно возбуждалась, хрупкие ручки суетливо скользили по мужскому телу. Егор ответно заводился и смело гладил тоненькие ножки, все выше задирая юбку.

"Боже, – думала Алиса, – что мы делаем!".

Но останавливать это безумие совсем не хотелось: Егор вкладывал в поцелуй весь свой опыт и страсть. Алиса все сильнее дрожала от нарастающего желания, словно тысячу лет не прикасалась к представителям противоположного пола.

Уровень сексуального напряжения становился запредельным, поцелуй глубже, а движения резче, но Егор вдруг отстранился.

– А ты сладкая, – хмыкнул он.

– А ты сомневался? – в голосе Алисы послышался легкий сарказм.

– Ни на секунду, – спокойно ответил Егор.

– Может, прогуляемся? – смущенно улыбнулась Алиса, – а то мне жарко стало.

– Идем, – Егор пожал плечами.

Вскоре они стояли на набережной и расслабленно курили. Ночь оказалась на удивление теплой для сентября. Вода в канале лениво отражала огни фонарей, где-то вдалеке сигналила машина, а в воздухе пахло прелой листвой и свободой.

Разговор лился легко и непринужденно. Алиса рассказывала о художественной школе и о том, что приехала из Омска по обмену опытом, о своей страсти к живописи и о том, как отец не верит в серьезность ее увлечения. Егор поймал себя на том, что слушает с неподдельным интересом, а не просчитывает следующий ход, как обычно.

– Чет холодно, – Алиса вдруг съежилась, в ее глазах сверкнул огонек.

– Замерзла? – Егор моментально снял куртку и накинул ее на хрупкие плечи, после чего прижался к спине своей спутницы.

– Спасибо, – она смутилась. – Скажи, а ты всю ночь будешь играть эту роль?

– Я не играю, – буркнул Егор.

– Играешь, – было ему ответом. – Ты пришел в бар за легкой добычей. За историей на одну ночь. За очередной галочкой.

– Почему ты так думаешь? – Егор нахмурился, чуть крепче прижимая к себе стройное тело.

– Опыт, – хмыкнула Алиса. – Я каждый вечер отшиваю пикаперов…

– А почему же тогда меня не отшила? – задумчиво произнес Егор.

– Не знаю, – Алиса посмотрела куда-то сквозь воду. – Не могу объяснить это, но я хочу стать твоей галочкой.

– Вот как? – голос Егора по-прежнему звучал задумчиво.

– От тебя исходит волна сексуальности, – вдруг призналась Алиса. – Мне это нравится. Я люблю мужчин с внутренней, скрытой сексуальностью…

– А ты откровенная, – подметил Егор.

– Не откровеннее, чем твой член, – ухмыльнулась Алиса, – который сейчас упирается мне в зад.

– Так заметно? – Егор неожиданно начал целовать шею девушки.

– Заметно! – она закрыла глаза и запрокинула голову, ее дыхание участилось, по телу пробежала легкая судорога.

– Ты такая голодная, – не прекращая атаковать шею, прошептал Егор.

– С чего ты взял? – Алиса смутилась.

– По реакции тела вижу, – Егор ответно возбуждался, его руки скользнули крепкому животу и стали нежно массировать грудь.

– Ты знаешь, – не открывая глаз, прошептала Алиса. – Наверное, нам необходимо переместиться в более уединенное место.

– Я тоже так думаю, – согласился Егор.

– Вызывай такси, – Алиса оттолкнула искусителя и стала суетливо поправлять волосы, словно это помогает справиться с волнением.

– Секунду, – Егор открыл приложение яндекс-такси, после чего привычным жестом набрал свой адрес.

Спустя час

Оказавшись в небольшой квартире-студии, Алиса медленно прошла к окну. В отражении стекла Егор видел ее лицо – задумчивое, немного тревожное, но с той же хитринкой в уголках губ.

– Знаешь, – голос гостьи прозвучал задумчиво, взгляд устремился в ночную улицу, буквально залитую яркими огнями, – в чем твоя проблема?