Недотрога

– Че он, известным ученым был?

– Не был. Просто любил разбираться во всем сам.

Анна начала подавать на стол, а Егор, глядя на нее, задумался. Он понимал, что чем-то задел ее, но вот чем – догадаться не мог.

«Бабы – странные существа, – думал про себя он. – Даже пытаться не стоит их объяснить. Так и быть, помолчу пока. Пусть первой заговорит».

Анна, однако, тоже молчала. Не потому, что была обижена или о чем-то задумалась: она просто не знала, о чем ей с молодым человеком говорить.

«Спрошу, чем занимается, – и он тоже спросит. Придется увиливать. О чем, о чем? Блин, ну не о погоде же!»

Звенели о тарелки приборы, с улицы через полуоткрытое окно доносился шум листвы. Занавеска от ветра временами поднималась, чуть не доставая до спины Анны.

– Общая концепция следующая, – положив вилку и нож, заговорила она. – Когда ты что-то или кого-то видишь, нейросеть в твоей голове устанавливает ассоциации. Если это что-то ассоциируется с чем-то позитивным, значит, оно тебе нравится. И наоборот, соответственно.

Егор скривил лицо, насупился.

– Не согласен? Ну вот представь: победил ты в каком-то соревновании. Вспоминаешь об этом – и невольно улыбаешься. Разве не так?

– Н-но допустим.

– Ну вот. А близкие ассоциации, которые действуют для многих людей, можно назвать шаблонами: редкое, сексуальное, сильное и так далее. Понятно?

– Да. Дальше говори.

– Что «дальше»?

– Про все эти шаблоны. Рассказывай давай.

– Слушай, Егор, мне неохота, – честно сказала Анна. – И неохота, и позабыла я половину. Если тебе сильно интересно, я могу покопаться в отцовских записях – через недельку отдам тебе.

– Раз неохота, то давай через недельку, – согласился он и тоже положил приборы. – А че охота?

– Для начала – доесть эти медальоны, – усмехнулась Анна.

Мишин, сделав очередную гримасу, покачал понимающе головой:

– Дело говоришь.

Вскоре с ужином было покончено, медальоны были успешно съедены.

– Чего теперь охота? – спросил гость.

– Теперь – убрать со стола, – улыбнулась она.

Анна встала из-за стола, взяла тарелку и, прихрамывая на правую ногу, двинулась к раковине.

– Так и знал, – нарочито самодовольно сказал Егор. – Не терпишь беспорядка, короче.

– Не люблю его. Но терпеть могу.

– Ну-ну, – улыбнулся он. – А чай будет?

– Будет, будет. Подожди пять минут.

Она убирала в мойку посуду, доставала чашки, чай, а Егор в это время любовался ею. Глядел на ее лицо, руки, фигуру и не находил в них ни единого изъяна.

«Слишком красивая для обычной девушки», – решил он и потянулся за телефоном.

Нашел сделанное в больнице фото, вырезал из него лицо Анны и вставил в окно поиска в браузере. Егор не ошибся: всемирная паутина кое-что о его новой знакомой знала.

Когда Анна, держа в руках чайник, подошла к столу, он вытянул в ее сторону руку с телефоном.

– Это же ты? – победоносно улыбнулся Мишин.

Она посмотрел на экран. На нем была ссылка на видеохостинг и изображение с Анниным фото.

– Неа, – с усмешкой сказала она.

– Шани, богиня маджонга, – прочитал он рекламный заголовок. – Э-э… Это че, ты типа быстрее всех пасьянс собираешь?

Анна прыснула со смеху.

– Маджонг – это не только пасьянс, – смеясь, пояснила она. – Это игра восточная, вроде карт наших.

– О как! Не знал. И че, чем он лучше обычных карт?

– Да ничем особо, – пожала плечами она.

– Тогда почему маджонг?

– Я с картами тоже пробовала, – сев за стол, ответила Анна. – С покером, преферансом… Но с ними не вышло, а с маджонгом получилось. Видимо, звезды сошлись.

– Ха-ха! Так значит, ты стример и игруля, да?

– Вообще-то, Егор, я училка.

Глава 3

Егор сперва не поверил, но это была правда. По образованию учитель математики, Анна не оставила профессию, а работала репетитором – в основном онлайн, но иногда и лично. В последнем учебном году она занималась с девушкой из соседнего дома: готовила ее к сдаче ЕГЭ по математике.

Репетиторство не приносило Анне хороших денег. У нее не было званий, портфолио, даже педагогического опыта – и того не было. Как следствие, обращались к ней за помощью редко, а час занятий с ней стоил дешево.

Чтоб заработать на жизнь, Анна искала другие способы: работала тестировщиком программного обеспечения, сотрудником колл-центра, писала платные отзывы о товарах… К стримам ее подтолкнула подруга.

– Анька, ну ты же у нас красавица! – говорила та. – Надо монетизировать свою красоту!

– Оль, даже не предлагай, – отвечала ей Шадрина. – Я не смогу торговать пошлыми фотками. Лучше с голоду сдохну.

– Да разве ж я предлагала?! Тебе нужен какой-то контент побочный! Продавать будешь его. Но парни выберут твои видосики не поэтому, а потому что смотреть на тебя любо!

Некоторое время Анна противилась, но в итоге согласилась.

В детстве и особенно в подростковом возрасте она много играла в карты – с дедом. Сначала он научил ее играть в дурака, затем – в «тысячу», в покер, а когда Анна подросла – в преферанс и во все остальные игры, что знал сам. Пока дед был жив, они часто устраивали с ним турниры: по полдня играли в разные игры, записывали результаты, а потом подводили общий итог.

К удивлению родных, у Анны хорошо получалось. На самом же деле удивляться было нечему: склад ума у нее был математический, дед учил хорошо, и, что более важно, она играла в карты без азарта.

Поэтому сначала выбор Анны пал на карты – техасский холдем покер. Несколько месяцев ежедневных стримов – и ничего: ее трансляции и видео никто не смотрел. Похожим образом вышло и с преферансом.

Ольга настаивала, что надо браться за популярные компьютерные игры, но Анне эта идея не нравилась. Боевые сцены ее не привлекали, и, кроме того, для успешной игры у нее сильно не хватало умений. Умений и мощности компьютера.

К маджонгу она пришла случайно: увидела рекламу на игровой платформе, посмотрела, попробовала, поняла, что он близок к игральным картам. У Анны были сомнения, что трансляции восточной настольной игры будут смотреть в России. Но, с другой стороны, эта ниша была еще свободна и потенциально Анна могла ее занять.

Она вышла в эфир, только когда научилась играть хорошо. Месяц, другой, третий, полгода – все то же: единицы подписчиков, просмотров почти нет. Анна бы, вероятно, оставила эту затею, но играть в маджонг ей нравилось, и каждый день в двадцать один тридцать она вновь выходила в эфир.

Все изменилось после московского турнира. Дела Анны шли из рук вон плохо: денег едва хватало на еду. В один день, просматривая персонализированную ленту новостей, она узнала, что китайская компания – разработчик онлайн-приложения для игры в маджонг – проводит в Москве промотурнир.

Это был ее шанс – шанс, который нельзя было упускать. И все же Анна сильно сомневалась. Для нее оказаться среди сотен людей, каждый из которых может задеть, схватить за руку, случайно коснуться, было сродни тому, как обычный человек заходит в кишащую тараканами комнату и остается в ней на целый день.

– Плевать! – после долгих сомнений объявила себе Анна. – Это как быть в ожидании на якуман1[1]и отступиться! Еду!

В тот же день она отнесла в ломбард мамины драгоценности, купила билет и вечером в четверг была в столице.

Удача наконец улыбнулась ей, словно вознаградив за проявленную решимость: Анна феерически выиграла тот турнир и стала его главным украшением. Организаторы, разумеется, не упустили возможности сделать себе рекламу и использовали ее имя, фото и образ для продвижения своего продукта.

С тех пор Анна стала известна широкому кругу любителей маджонга – как в России, так и за ее пределами. Число просмотров ее видео стало исчисляться десятками тысяч, на стримах появились зрители, пошел доход от рекламы и пожертвований.

– Ладно, какой там у меня сегодня образ? – закрыв дверь за гостем, спросила себя Анна. – Да, точно – лето, жара, пляж…

Вымыть волосы, удалить влагу, нанести пенку на локоны и затем подсушить феном – эффект мокрых волос готов. Затем купальник, сверху легкая полупрозрачная блузка и короткая юбка.

– Так, что у нас получилось? – закончив переодевание, глянула на себя в зеркало Анна. – Юбка немного не в тон, ну да ладно… А вот красноту на щеке надо скрыть. И ресницы еще подкрасить.

Через пять минут она села за компьютер. Проверила камеру, микрофон, запустила программу для трансляции. В ожидании начала эфира она закатила глаза, вспомнила, как сильно нервничала перед первыми стримами. Которые вообще никто не смотрел.

– Всем привет! – ровно в двадцать один тридцать сказала она. – С вами Шани, и мы снова играем в маджонг. Я запустила игру минуту назад, первый раунд. Против нас три «топа»: двоих я знаю, а того, который справа, с закорючками корейскими, что-то не припомню. Первая «рука» была шесть-шантен, поэтому просто откидываюсь. О, вот и первый риичи!

Секундой позже на экране появилось изображение подарочной коробки: один из зрителей сделал средний донат – в диапазоне от двадцати до пятидесяти долларов. Такое пожертвование по заведенным Анной правилам давало возможность получить ответ на практически любой заданный вопрос.

– Саурон, благодарю! – отреагировала она. – Сейчас, пара кругов, и прочитаю вопрос твой. О, уже цумо! Итак… сколько в моей жизни было мужчин, – прочитала она «убегающее» вверх сообщение от донатора. – Эх-х...

Анна тяжело вздохнула. Ее раздражали вопросы, касающиеся сексуальной жизни.

– Саурон, дорогой мой, ты, вероятно, забыл, но на интимные вопросы я не отвечаю. Так что только для тебя: давай другой вопрос. Кстати, у нас хорошая «рука»! Два-шантен и потенциальный манган. Круть!

Снова на экране возникло изображение подарка, на сей раз в два раза большее по размеру. Это означало, что кто-то перевел ей более пятидесяти долларов.

– О, приятно! – бегала глазами между основным экраном и чатом Анна. – Джаред, дружище, спасибо. Чтоб я без тебя делала, – усмехнулась она.

Зритель с псевдонимом Jarred99 делал пожертвования регулярно и, как Анне казалось, присутствовал на большинстве ее стримов. Она не вела счет пожертвованиям, но и без счета могла сказать, что Jarred99 и ему подобные богачи внесли примерно половину всей суммы донатов.

– Джаред, пять сек. Четвертый ход, тройное ожидание – риичи, конечно! Так…

Она перевела взгляд на чат:

– Саурон еще думает. А что за вопрос у Джареда? Так, вот: «Почему этот тупица Саурон вечно пошлит?» Э-э… Джаред, это и есть твой вопрос ко мне?

В ответ посыпались смайлики и колкие комментарии от других зрителей.

«Да!» – прописными буквами ответил Jarred99.

– Ну-у… – задумчиво протянула Анна. – Что я могу сказать? Во-первых, что Саурон не тупица. А во-вторых… Смотрите, товарищ справа задумался. Похоже, что сомневается: скинуть рискованный тайл – и в тенпай либо дефаться. Ну, давай!.. Дефаться.

Игрок справа скинул четверку соу2[2]– костяшку, которая была сброшена при объявлении риичи3[3].

– И правильно. Незачем тебе рыпаться, – прокомментировала Анна. – А во-вторых, Джаред… не знаю. Возможно, я ему сильно нравлюсь. Или он так надо мной стебется. Откуда мне знать, как на самом деле?

Шел уже третий круг после объявления риичи, но нужная Анне костяшка так и не пришла. По сброшенным другими игроками плиткам Анна видела, что все ее соперники выбрали защитную тактику. Это означало, что никто из них, вероятнее всего, не сбросит нужную ей костяшку, но при этом и не соберет выигрышную комбинацию раньше Анны. Ее это устраивало: при ожидании двойки, пятерки и восьмерки ман у нее были хорошие шансы на цумо4[4].

– Так, тут от Саурона новый вопрос пришел: на какое море я бы хотела поехать. Хм… На любое, Саурон. Любое, где есть песок, солнце, нет акул и не много людей.

Анна вновь перевела взгляд на основной экран: очередная, взятая ею из «стены» плитка оказалась бесполезной.

– Ладно, пока ждем цумо, посмотрим корейского товарища.

Она кликнула по его аватарке и открыла профиль:

– Угу… Тысяча с небольшим матчей, двадцать процентов даматена, сбросы на «руку» – десять с половиной процентов. Ясненько: скрытный, умелый и осторожный. Окей.

Между тем темп игры ускорился. Ее соперники уже поняли, какие костяшки сбрасывать безопасно, и без раздумий их скидывали.

– Ну, что думаете? – глядя на последние сброшенные плитки, спросила Шани. – Придет нам цумо или нет?

Судя по комментариям зрителей, должно было прийти. Анна, однако, сомневалась: чем меньше оставалось в «стене» костяшек, тем меньше было и шансов.

– Ну вот: такая «рука», такое ожидание – и не дошло, – по завершении раунда сказала она.

Анна цокнула языком. При удачном исходе она могла выиграть двенадцать тысяч очков и рассчитывать на победу в матче. Вместо этого она получила с каждого игрока по тысяче – за то, что к концу раунда единственная была в тенпай.

Итого два раунда – и те же двадцать пять тысяч очков, с которыми она начала игру.

– Поехали дальше, – приободрилась Шани. – Третий восточный раунд. «Рука»… «Рука», мягко говоря, дерьмовая. Фортуна сегодня про меня забыла. М-да, посмотрю лучше чат.

Она пробежала глазами последние сообщения:

– Вот, Белла спрашивает, сколько у меня орхидей и какие у них имена.

Анна улыбнулась.

– Белла, отвечаю: орхидей у меня восемнадцать штук. Имена им не давала. Хм… Или с именем они меньше капризничают? – иронически спросила она. – В общем, пока безымянные.

За это время Шани взяла из «стены» две плитки, которые ее «руку» нисколько не улучшили.

– Как была пять-шантен, так и осталась... Так, еще вопрос, на английском. Питер спрашивает, зачем я объявляла риичи в предыдущем раунде. Ну… в общем-то я уже сказала: ожидание в три тайла, ранняя ставка – значит, вероятность цумо высокая. С цумо – это как минимум манган, восемь тысяч. А если повезет – и ханеман, двенадцать. А в даматене по рону – всего три девятьсот. То есть немногим больше, чем мы на ничьей взяли. I'll translate it for you in English, Peter. So… – И она пересказала то же самое на английском.

Вскоре раунд закончился. Соперник слева собрал комбинацию с тремя дорами5[5]и выиграл с цумо, без объявления риичи.

– Ну вот, минус две тысячи, – прокомментировала итоги раунда Шани. – Как еще на «руку» ему не скинула?.. Тихушник, блин. Ладно, играем дальше: четвертый восточный. Вроде неплохо для начала: три-шантен и с хорошим потенциалом. Наш шанс!

Через семь кругов Шани была в шаге от тенпай. Однако игрок напротив, с псевдонимом barondu, опередил ее.

– Черт, риичи! – эмоционально отреагировала она. – Барон, ну какого дьявола? Не мог подождать немного? Что ж, – уже спокойно продолжила Анна, – теперь будет сложнее.

В первый ход после объявления риичи она сбросила северный ветер – с минимальным риском, поскольку два «севера» из четырех уже вышли. А уже во второй ход ей пришла долгожданная девятка пин. Чтобы оказаться в тенпай6[6], Шани нужно было снести восьмерку.

С первого взгляда сброс восьмерки выглядел безопасным: на втором круге barondu скинул семерку пин, а это означало, что плитки вокруг семерки, скорее всего, ему не нужны. С другой стороны, Анна не раз играла против barondu и уже знала его манеру: в начале игры тот нередко, даже в ущерб скорости сбора комбинаций, расставлял ловушки.

В этот раз, например, имея на руках шестерку и две семерки, он мог сразу сбросить вторую семерку и после ждать пятерку или восьмерку. Обычно игрок не торопится со сбросом второй семерки – на тот случай, что придет третья семерка и вместо последовательности из трех плиток он сможет составить комбинацию из трех семерок.

– М-м-м… – задумалась в эфире Анна. – Нет, Барон, получай девятку!

Зрители Шани в большинстве своем ее не поддержали.

«Зачем?.. Надо пушить было!.. Трусиха… WTF?» – писали они в чате.

– Да ладно вам, – тихонько посмеялась Анна. – Может быть, я ошиблась, а может, и нет. Поглядим еще.

Шани перешла в защиту, а игрок слева от нее через два круга сбросил пятерку пин и объявил риичи.

«Рон» – появилась надпись около аватарки barondu.

Оказалось, что он ждал пятерку и восьмерку пин – точно так, как думала Анна.

– Нас не проведешь, Барон, – с улыбкой сказала она.

«Невероятно!... Шани, ты богиня!.. Маджестик!.. Офигеть!» – отозвались ее зрители.

«Браво, Шани!», – пришло сообщение от Jarred99, и тут же возникло изображение подарочной коробки.

– Джаред, благодарю! Окей, что у нас здесь?.. А здесь у нас опять маета. Так-то вроде четыре-шантен, но черт ты здесь что-то соберешь… Джаред, давай, жду от тебя вопрос.

Вопрос от донатора был уже в чате. «Как ты предвидела это?» – написал он прописными буквами.

– Как предвидела? Не знаю, – солгала она. – Интуиция, вот и все.

Анна могла бы сказать в эфире правду, но в этом случае об особенности игры barondu узнали бы многие. Волне вероятно, что и сам barondu мог потом посмотреть запись стрима и сделать соответствующие выводы.

В игре между лучшими игроками успех порой зависит от подобных, мало кому заметных мелочей. Делать соперникам столь щедрый подарок Анна была не готова.

Этот и еще четыре раунда прошли для Шани неважно: она ни разу не сбросила соперникам на «руку», но и сама не смогла выиграть. В итоге перед последним, четвертым южным раундом у нее осталось всего тринадцать с половиной тысяч очков – последнее место.

– Кажется, сегодня не мой день, – меланхолично сказала Анна в ожидании следующей раздачи. – О! Кажется, зря я ною! Три-шантен, но рука – огонь!

Анне сразу пришли две доры и четыре пары последовательных плиток, что позволяло рассчитывать на быстрый выход в тенпай.

Первый круг – повезло. Два-шантен7[7]!

Второй круг – мимо.

Третий – и-шантен!

Пятый – риичи!

– Ну все, камрады: пан или пропал!

Анна взяла со стола плюшевого медвежонка, выполнявшего во время трансляций функцию талисмана, и прижала его к груди:

– Не подведи, дружок!

«Удачи!.. Сто проц дойдет!.. Ни пуха!» – писали ей в чате.

Анна ждала четверку и семерку пин. В этот раз ничья ее не устраивала, так как, получив три тысячи очков, Шани все равно бы осталась на последнем месте.

– Ну же, ну же, где ты, моя семерочка? – покручиваясь в кресле, шептала она.

Ее соперники – те, что занимали первое и второе места, – ушли в оборону. А тот, что был на третьем, кого Шани потенциально могла обогнать, через круг после риичи сделал рискованный сброс.

– Ну вот, пошел в атаку, – пояснила зрителям Анна.

Еще круг – еще смелый сброс.

Следующий круг – и ее соперник тоже объявил риичи.

– Ожидаемо, товарищ Джокер. Ожидаемо. Ох! – воскликнула Анна, взяв из «стены» пятерку соу.

Судя по дискарду8[8]ее соперника, он, скорее всего, ждал плитки соу.

– Уф! Пронесло, – сказала Анна и погладила мишку по голове.

Пятерка соу была автоматически сброшена, но, как оказалось, ее противнику она была не нужна.

– Да! – воскликнула Анна через несколько секунд, когда семерка пин пришла ей из «стены». – Риичи, цумо, пинфу, две доры, ура-дора – ханеман!

Индикатором ура-доры9[9]стала шестерка пин. Это означало, что пришедшая Анне последней семерка принесла дополнительно один хан10[10]и четыре тысячи очков.

– Двадцать пять с половиной, второе место! Хотя бы в конце повезло. Потихоньку движемся к тридцать первому рангу!

Анна вернула игрушку на стол и подвинулась ближе к камере:

– Ну что? Сыграем еще одну, разберем эту или быструю в санму?

Большинство зрителей полагали, что следует провести разбор матча.

– Так и быть, смотрим лог, – сказала с улыбкой Анна. – Всем, кому это скучно – пока-пока и до завтра, обняла. Спасибо, что поддерживали! Итак, посмотрим…

Среди Анниных зрителей было немало тех, кто сам хорошо играл в маджонг. Для них подобные объяснения были, как правило, безынтересны. Но большинству прочих – обычных любителей игры – такие «уроки» в шутливой форме нравились, позволяя, как думала Анна, не только развлечься, но и найти для себя что-то полезное.

– Всё, друзья, – примерно через двадцать минут сказала она, – теперь точно всё. Увидимся завтра!

Анна помахала рукой и через секунду отключила камеру.

Теперь предстояла рутина: отредактировать видеозапись, добавить английские субтитры, разместить на хостинге и, разумеется, изучить прошедшую игру самой. Изучить по-настоящему, сделав новые записи об игре своих оппонентов.

Глава 4

После трансляции Анна засиделась за компьютером и, как следствие, легла позже обычного.

Ее разбудило солнце. Между шторами остался просвет и сквозь него солнечные лучи добрались до спящей.

Анна открыла глаза. Было еще утро, от окна веяло прохладой.

– Надо вставать, – потянувшись, сказала она.

Протерла глаза, помотала, чтобы взбодриться, головой и потянулась за телефоном. Тот уведомлял о непрочитанном сообщении – от Егора.

«Смотрел вчера твой стрим. Есть вопросы», – писал он.

Анна хмыкнула и послала в ответ вопросительный знак.

Минута, другая, третья – ответа нет.

– Ну ладно, – сказала она. – Видимо, так оно надо тебе.

Недовольно фыркнув, Анна ушла умываться. Умылась, позавтракала, снова взяла телефон.

«Позже, не до того сейчас», – пришел ответ от Егора.

– Блин, для чего тогда писать было?! – сердито воскликнула Анна.

Но то была не вина Егора, и, если б не об

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Якуман – самый большой выигрыш в риичи-маджонге.

2

Соу – одна из трех мастей в маджонге, помимо мастей ман и пин.

3

Риичи – объявление, сделав которое, игрок более не может менять находящиеся в его руке костяшки.

4

Цумо – победа одного из игроков путем взятия нужной костяшки из «стены» (аналога колоды в игральных картах).

5

Дора – костяшка, наличие которой у игрока дает ему дополнительные очки в случае выигрыша.

6

Тенпай – состояние, при котором для выигрыша не хватает одной костяшки.

7

Два-шантен – набор костяшек, при котором требуется две замены, чтобы оказаться в шаге от выигрыша. И-шантен – когда требуется только одна замена.

8

Дискард – совокупность сброшенных игроком костяшек взамен полученных из «стены».

9

Ура-дора – костяшка, наличие которой у игрока дает дополнительные очки в случае выигрыша.

10

Хан – основная единица стоимости в риичи-маджонге.