Побег с отбора, или Осторожно – эльф!

Дарина Ромм

Побег с отбора, или Осторожно – эльф!

Пролог

Я открыла книгу и, поминутно оглядываясь на дверь, принялась торопливо читать заклинание.

Отчего-то длинные строчки, написанные выцветшими чернилами, начали расплываться перед глазами. Это ведь не от слез, правда? Я же никогда не плачу, особенно сейчас, когда до спасения остался всего один шаг.

Торопливо смахнула с глаз непонятную влагу и снова уставилась на древний фолиант. Так, этот абзац я уже читала или нет? Кажется, да, вот эти слова точно произносила.

Заклинание было ужасно длинным, написанным мелким неразборчивым почерком. К тому же сделано это было так давно, что неровные строчки едва выделялись на пожелтевшей от времени бумаге.

Я спешила, потому что за дверью уборной ждали тетушкины слуги. Если задержусь хоть на секунду после выделенных мне пяти минут, они просто выломают дверь. И тогда все, прощайте надежды на побег.

– Магирус вельта танос… – я упорно произносила слово за словом, не позволяя себе впадать в панику.

– Госпожа! Госпожа Генриетта, пора выходить! – в дверь забарабанили.

– Да, секунду! – крикнула я и еще быстрее забормотала:

– Магирус вельта танос… – или я уже читала эти слова?!

– Госпожа! Немедленно выходите, считаю до трех!

– Беррина крайэс сульф… – продолжала я произносить заклинание. Я должна успеть!

– Три! – рявкнули за дверью, и дубовое полотно затрещало под тяжестью навалившихся на него крепких тел.

– Верни меня в мой мир! – я выкрикнула последнюю строчку, и в этот момент дверь в туалетную комнату слетела с петель.

– Генриетта, ты что творишь, мерзавка! – ударил по ушам визгливый голос, и одновременно передо мной с хлопком раскрылось кольцо портального перехода.

– Сбегаю с вашего смертельного эльфийского отбора, тетушка! И от вашего мерзкого принца! – ликующе завопила я и рванула в мерцающий круг.

– Вернись, дрянь! – ударил по затылку голос тетки. Хлопок, и меня понесло по узкому, наполненному вязким серым туманом, тоннелю.

Я летела и орала от счастья: попаданка возвращается домой! Прощай, мир, так и не ставший мне родным! Прощай, тетушка Кларита! Здравствуй, родная Земля, мой прекрасный дом!

«Харк», – меня словно жвачку изо рта выплюнуло из тоннеля.

«Бумс», – это моя попа приземлилась на что-то твердое.

«Ой-й!» – это уже взвизгнула я, потому что в районе копчика отчетливо хрустнуло. Хрустнуло, и ладно, главное, что я вернулась!

Раскинув руки, я лежала на земле и блаженно улыбалась. Надо мной нависали ветви деревьев. Высоко-высоко на голубом небе гуляли подсвеченные солнцем белоснежные барашки облаков. Боже, как же это красиво!

Я смахнула слезинку счастья и длинно, со вкусом втянула в себя воздух родного мира. Получилось, у меня все получилось!

Закрыла глаза и несколько секунд прислушивалась к распирающему изнутри счастью. А когда открыла их, обнаружила склонившееся надо мной мужское лицо.

Хорошо знакомое мне лицо. Красивое, зеленоглазое, почти идеальное. Мечта девушек и фэшн-фотографов моего мира.

Увы, к прекрасному облику прилагался мерзкий характер и остроконечные уши, выглядывающие из-под белоснежных волос. Эльф, да еще какой! Спесивый тип, в свое время выпивший тонну моей крови и вымотавший все нервы. Мерзавец, предложивший мне стать его любовницей и персональной постельной грелкой на время учебы в академии…

Только как он здесь очутился, если я на Земле?

Или, нет?!

Я снова подняла глаза к небу, внимательно оглядела окружающие меня деревья. Перевела взгляд на бесстрастную физиономию высокородного ушастого и закрыла лицо руками: этого не может быть! Просто не может, и все!

Глава 1. Как все начиналось

По понедельникам не случается чудес, зато бывают семейные завтраки, полные неприятных сюрпризов.

– Генриетта, ты выходишь замуж, – объявила тетушка Кларита, когда слуги разнесли десерт, и я занесла ложечку над креманкой с любимым клубничным мороженым.

Тетушка умеет делать это виртуозно: сообщать дрянные новости ровно в тот момент, когда ты уверен, что жизнь прекрасна, поэтому расслаблен и абсолютно безоружен перед опрокинувшимся на тебя вагоном проблем.

После слов тетки в столовой наступила тишина, и на меня уставились три пары глаз. Во взгляде кузины Бланш светилось тихое сочувствие. Линда, ее старшая сестра, смотрела с плохо скрываемым злорадством. Ну а сама тетушка выглядела довольной, как никогда.

– Замуж? – переспросила я. Положила ложку и отодвинула креманку. Боюсь, отныне вид нежно-розовых, слегка подтаявших с одного бока ледяных шариков будет вызывать у меня изжогу. – Простите, тут какая-то ошибка.

Тетка сладко улыбнулась:

– Никакой ошибки, дорогая. Ты едешь на отбор к принцу Дал… Дел… Дул… О, Драконья Праматерь, как же его зовут?! Я никогда не смогу выговорить эти эльфийские имена, – пробормотала, в досаде подняв глаза к потолку. – Да неважно, на месте и узнаешь, как зовут твоего жениха.

– Тетушка, я не собираюсь замуж, тем более за… эльфа, – последнее слово я почти выплюнула. К остроухим, особенно из высших эльфийских каст, у меня были свои счеты.

– Дорогуша, а что же ты собираешься делать? Хочешь и дальше сидеть у меня на шее? Нет уж, милая, я и так два года кормила тебя, хватит. И раз уж магичка из тебя не вышла, чтобы ты сама могла зарабатывать на жизнь, замужество для тебя – единственный выход.

Голос тетки потяжелел. Крылья носа зло дрогнули, а зрачки стянулись в вертикальные черточки. Сейчас на меня смотрел дракон, немного недоделанный, без второй ипостаси, но зато агрессивный за двоих.

Линда и Бланш, как по команде, опустили глаза на скатерть и замерли, стараясь не шевелиться и не дышать. Слишком хорошо они знали характер своей матери. Мне очень хотелось последовать их примеру, но я не могла позволить себе такой роскоши: речь-то шла обо мне!

Какой отбор и замужество, какой эльф Дал… как-то там? Да эта спесивая ушастая братия таких как я за людей не считает. Мы для них грязь под ногами, не больше. Даже драконы в подметки не годятся эльфам по части высокомерия, чванства и уверенности в своем превосходстве над другими. Тем более над полукровками вроде меня!

Поэтому я сжала пальцы, чтобы они не дрожали, и произнесла, стараясь сохранять спокойствие.

– Тетушка, я всегда считала, что живу в доме своего деда. И за его счет, а не…

– Твой дед, мой дядюшка, буквально вчера признан погибшим, милочка. Все его имущество отходит мне, как старшей в роду. Соответственно, теперь ты живешь в моем доме и ешь мой хлеб. И только я, как твой новый опекун, принимаю решения, как тебе жить, – перебила меня женщина.

Взяла лежащий рядом с тарелкой длинный темно-коричневый конверт и небрежно толкнула в мою сторону:

– Вот, ознакомься с королевским указом насчет отбора и можешь идти к себе, Генриетта. Слуги уже начали собирать твои вещи: завтра утром приедут сопровождающие от эльфийской делегации. Они отвезут тебя в посольство, где будет проходить отбор для этого Дал… Дел… Фу, дурацкие имена! В общем, они отвезут тебя к принцу, и сюда ты больше не вернешься.

Я трясущимися руками взяла конверт с красной королевской печатью и встала из-за стола. Привычно произнесла:

– Благодарю за завтрак, – и пошла к выходу из столовой, размышляя над сказанным теткой, особенно над ее последней фразой.

Я уже была одной ногой на пороге, когда подала голос наша тихоня Бланш. По-прежнему, не поднимая на мать глаза, робко спросила:

– А почему, матушка? Почему Генриетта больше сюда не вернется?

2

Я затормозила: хороший вопрос, сестренка, и я хочу услышать ответ.

Тетушка недовольно цокнула языком.

– Что за нездоровое любопытство, Бланшетта?

Обычно робкая и скромная кузина втянула голову в плечи, но с невиданным упрямством повторила вопрос:

– Генриетта ведь может проиграть отбор, матушка. Если она не станет женой принца, то должна вернуться домой, разве нет?

– Твоей кузине оказана великая честь, Бланшетта, она будет…

– Пойдемте, госпожа, хозяйка велела проводить вас в комнату, – раздалось над ухом, и дверь в столовую захлопнулась, отрезая от меня ответ тетки. Вот гадство!

Я дернулась было обратно: я хочу услышать! – но передо мной выросла хмурая коренастая девица, исполняющая в доме роль охранницы. Рядом с угрожающим видом стояла еще одна, а неподалеку маячила и третья. Да уж, тетушка явно готовилась к тому, что я буду сопротивляться.

– Пойдемте, – неприветливо повторила охранница, и меня настойчиво отодвинули от двери столовой. – Вас ждут в ваших апартаментах.

Решив не воевать с явно превосходящей меня силой, я гордо задрала нос, подхватила свою длинную, вечно мешающую ходить юбку и рванула прочь от столовой.

Тетка не обманула, в комнате две горничные методично выгребали из гардеробной мои платья и складывали в большой деревянный сундук, обитый потертой кожей. Худая, со всегда мрачным лицом личная помощница и главная тетушкина подпевала по имени Сигизида внимательно наблюдала за процессом.

– Это выкинуть, – скомандовала она, когда я, вне себя от услышанной новости, ворвалась в комнату.

– Вы что творите?! – взвизгнула я, глядя, как мои любимые джинсы летят на пол, где уже валялись кроссовки и две или три толстовки.

– Госпожа Кларита запрещает вам брать с собой эту одежду, госпожа Генриетта. Велела выкинуть, чтобы вы не позорили семью на отборе, – женщина презрительно кивнула на кучку вещей на полу.

Чувствуя, что меня буквально распирает от возмущения, я заорала:

– Немедленно вернуть мои вещи в гардеробную и вон отсюда! Ни на какой отбор я не еду!

– Госпожа Генриетта, – попыталась урезонить меня тетушкина подпевала, – это приказ хозяйки.

– Пока что я здесь хозяйка! – воскликнула я, и на руке у меня сформировался огненный сгусток. Пусть во всем остальном магичка из меня нулевая, но создавать файерболы я научилась виртуозно. А уж как умею попадать ими в цель!

– Вон! – повторила уже спокойнее, горничные же не виноваты в том, что затеяла тетушка.

Девушки побросали платья и поспешно рванули к выходу. За ними с гордо поднятой головой пошла Сигизида. Приостановилась у двери и прошипела:

– Я пожалуюсь госпоже Кларите.

– Жалуйтесь, – согласилась я, гася огненный шар. Наклонилась, подняла с пола свои земные вещи и аккуратно сложила их на столик у стены. Затем на негнущихся ногах дошагала до кровати и рухнула на покрывало. Достала из конверта, который дала тетка, лист плотного пергамента и принялась читать написанный убористым почерком текст.

Закончив, задумчиво сложила бумагу обратно в конверт. В принципе, теперь понятно, почему после отбора в этот дом я не вернусь.

Уставилась на голубой балдахин весь в белых розочках и засмеялась: вот ты попала, Генри! Второй раз попала, только теперь это называется «крепко влипла».

3

Попаданкой я стала четыре года назад, и нет, ничего ужасного в произошедшем не было. Даже наоборот…

Мне только-только исполнилось восемнадцать, когда сначала погибла мама, а следом не стало бабушки. Больше близких у меня не было: у мамы я была единственным ребенком, а она одна у своей мамы, моей бабушки. От деда сохранился только портрет на стене в гостиной, а отца я никогда не видела, даже его имя мама не называла. Святой дух у меня папенька, не иначе.

В то время я была в жуткой депрессии, разве что на луну не выла от тоски. Может, и завыла бы однажды, но тут в мою дверь позвонила бабушкина соседка Лиза. После этого тосковать мне стало некогда, потому что меня так закрутило, что ни в сказке сказать, ни пером описать.

На пару с Лизой я и попала на Невсолею, сказочно прекрасный мир, словно сошедший с экрана фэнтези-фильма, где по небу гуляет два солнца, и летают драконы. Один из этих крылатых чешуйчатых товарищей неожиданно оказался моим родным дедом, тем самым, чей портрет висел у бабушки на стене в гостиной. (*)

Тут выяснилось, что и бабуля моя не просто так, а самая настоящая ведьма, о которых пишут фэнтези-истории. Много лет назад с ребенком под сердцем она сбежала от деда и из своего мира. Не знаю, почему она это сделала, все же дед ее по-настоящему любил. И она его тоже, ведь не просто так всю жизнь хранила его портрет и в упор не видела других мужчин. Любила, но почему-то ушла, и причину уже не узнать…

Ну а я после попадания так и осталась в этом новом мире со своим дедом, все равно возвращаться на Землю мне было не к кому. Поступила в магическую академию на ведьминский факультет. Проучилась три курса, а потом у меня начала пропадать магия. Постепенно, маленькими порциями, словно в моей магической ауре появилась прореха, через которую начала вытекать моя сила. Вытекала, вытекала, пока совсем не вытекла.

После этого я ушла из академии, что в ней делать пустышке? Осела дома, не зная чем себя занять. Просто жила и дожидалась возвращения деда, пропавшего полгода назад, как раз когда у меня начались проблемы с магией. И вот теперь дед признан погибшим, а меня собираются под конвоем отвезти на отбор к эльфам…

– Генриетта! Что ты себе позволяешь?! Почему слуги на тебя жалуются? – дверь моей спальни с грохотом распахнулась, и в комнату ворвалась тетушка.

Я села на кровати и произнесла, четко выговаривая слова:

– Ни на какой отбор я не поеду!

Не желаю я становиться инкубатором для выведения новых эльфов, потому что не выношу эту братию. Натерпелась от их снобизма в академии! Особенно от одного, самого ушастого и породистого из всей гоп-компании, изводившей меня целых три года.

После моих слов лицо тетки начало наливаться краснотой, она оскалилась и зашипела:

– Неблагодарная! Тебе, полукровке без капли магии, оказана высочайшая честь стать матерью высокородных эльфов, а ты тут кривляешься! Ты что о себе вообразила, негодяйка?! Думаешь, если дед с тобой носился, как с драгоценностью, пылинки с тебя сдувал, все твои капризы исполнял, то и дальше будет так же? Только не будет, не надейся!

– Мои капризы, тетушка? – удивилась я и впервые задумалась, какие в действительности чувства вызвало у тетки мое появление в этом доме.

Она всегда мне улыбалась и не уставала повторять, как счастлива, что нашлась родная внучка ее дядюшки. Такая радость, такая радость… Но, что пряталось за этой улыбкой, меня не особо волновало, пока рядом был мой дед.

А сейчас из глаз тетки на меня смотрела настоящая ненависть. Такая лютая, что во рту появился кислый вкус, такой же, как во время приступов, после которых я теряла очередную порцию магии.

Я глотнула и с трудом произнесла:

– Тетушка, вы же читали указ короля. Своим прибытием на отбор я даю согласие остаться среди эльфов и выйти замуж за одного из них. Если не понравлюсь самому принцу, то на мне женится менее высокородный ушастый.

– Совершенно верно, Генриетта, ты все правильно поняла, – тетушка, кажется, успела овладеть собой. Во всяком случае, лицо стало нормального цвета, и пропала шедшая от нее волна ненависти. А может, и не было ее, вдруг мне показалось на нервной почве? Мы ведь с теткой всегда нормально ладили…

Поэтому я с жаром воскликнула:

– Но я не собираюсь связывать свою жизнь с эльфами, тетушка! Я их терпеть не могу. Вы же знаете, как мне было трудно в академии из-за ушастых, как они гнобили меня.

– Тебе было трудно из-за твоего отвратительного характера, а не из-за особенностей эльфийского менталитета. Кроме тебя в академии училось еще несколько девушек-полукровок, и они прекрасно уживались с высокородными.

– Да, уживались, – я скривилась. – Они или пресмыкались перед эльфами, или просто боялись сказать им слово поперек и молча терпели все унижения.

– Ну да, все дуры, одна ты умная, – фыркнула тетка.

– Нет, конечно, но…

– Никаких «но», Генриетта, – перебила меня тетка. – На тебя пришел запрос из королевской канцелярии, как на одну из полукровок, потенциально подходящих под потребности эльфов. Им нужны девушки без магии, такие как ты. Я дала согласие на твое участие в отборе, и разговор окончен – ты едешь на него! Поэтому хватит устраивать скандалы и пугать горничных, просто собирай вещи. Иначе поедешь к эльфам голой.

– Поеду голой, – мрачно согласилась я.

– Как хочешь. Посиди до утра взаперти, без еды и воды, может, тогда одумаешься. А нет, пеняй на себя: спеленаю тебя магией, и как миленькая пойдешь, куда скажут, – тоном, от которого у меня по спине пробежал холодок, произнесла тетка. Повернулась и вышла из комнаты.

Проскрежетал ключ в замочной скважине, запирая дверь снаружи. Раздалось невнятное бормотание нескольких голосов: наверное, женщина отдавала распоряжение своим сторожевым собачкам, затем удаляющийся стук каблуков, и все стихло.

Я снова упала на кровать, уставилась на мерзкие розочки на балдахине и принялась думать, как мне быть.

(*) О знакомстве Генриетты (Генри) и попаданки Лизы Дворцовой можно прочитать в истории «Дракон по обмену»

4

Далисносиор Сталонианиас, высокородный эльф, наследный принц королевства Альмиона

– Проходи, – предложил отец холодно, когда я произнес все полагающиеся по этикету приветствия, – обсудим предстоящий отбор.

– Ты еще не отказался от этой идеи? – я постарался не поморщиться: задумка отца с отбором ничего, кроме отвращения, у меня не вызывала.

– Не отказался, и к нему все готово, – на бесстрастном отцовском лице не дрогнул ни один мускул, хотя настроение у него явно было не лучшим. Его Величество Мильваниолисар терпеть не мог, когда не соглашались с его мнением. Особенно если это делал я.

– Неужели твоим ищейкам удалось найти хоть одну девицу с кровью высших рас, но без магии, к тому же согласную на наши условия? – все-таки я не сдержал неприязненную усмешку.

– Удалось, и не одну, а полтора десятка, – отец взял со стола лист пергамента и протянул мне. – Можешь ознакомиться.

Я молча принялся изучать список из пятнадцати фамилий, с каждой строчкой все больше наполняясь отвращением к планам отца. Как хоть одна из них может стать женой эльфийского принца?

Например, Вальсия Корса. Я с ней знаком. И что, эта вечно хихикающая и заглядывающая в рот каждому высокородному дурочка – будущая королева?!

Или Марика Штельн, номер пять в списке, до невозможности лживая и подлая, не упускающая случая сделать ближнему гадость – достойная жена высокородного?

Собрался вернуть отцу пергамент, но тут мой взгляд зацепился за номер пятнадцать. Глаза вчитались в ровные строчки характеристики.

«Генриетта Озерова, иномирянка. Магическое наличие не выше 0,01 по шкале Рахнера. Расовая составляющая: по одной четверти дракон и ведьма, две четверти – предположительно, человек. Расчетная совместимость с реципиентом около девяноста пяти процентов».

Память услужливо подкинула образ рыжей, шумной, без конца хохочущей девицы. С ней мы учились на одном потоке в академии драконьего королевства Имберсаго.

Презрительно усмехнулся: значит, наглая, плохо воспитанная и якобы презирающая высокородных Генриетта Озерова оказалась такой же дешевкой? Стоило поманить ее титулом и деньгами, так сразу забыла о своей ненависти к эльфам?

Во рту стало противно – и такую сделать королевой?!

Я аккуратно положил список на край отцовского стола. Отбор обойдется без меня.

– Ну что, убедился, что желающих достаточно? – отец взял список, и сам пробежался по нему глазами. – Итак, завтра девиц привезут в посольство, где наши целители проверят их на отсутствие заболеваний и опыта общения с мужчинами. Затем проведут анализ состава крови, чтобы точно понимать, какая раса у каждой из них доминирует. После этого начнем смотрины. Кстати, сын, некоторых их этого списка ты знаешь лично, не так ли? Возможно, кто-то из них тебе симпатичен…

– Они все отвратительны, – произнес я, глядя отцу в глаза. – Прости, но у меня нет желания выбирать себе жену таким образом. Я отказываюсь участвовать в этом отборе.

– Что ты сказал?! – переспросил отец обманчиво ровным голосом.

– Почему именно мне ты предлагаешь такую жену, отец? Ты же знаешь, что это автоматически сделает меня твоим наследником. Но будет правильнее отдать твой трон кому-нибудь другому из твоих сыновей. Что касается меня, то я наследник своего деда.

– Своего деда, отца твоей матери?! – все еще спокойно повторил отец, но я уже видел, что под маской невозмутимости зреет буря.

– У меня всего один дед, чей трон я могу унаследовать, а у него только один внук и больше не будет. Отец, у тебя есть еще два сына, один из них достаточно взрослый, чтобы выбрать себе жену из этих, – я кивнул на список, который он все еще держал в руке. – У деда есть только я.

– Никто не виноват, что твой сумасбродный дед не потрудился обзавестись достаточным количеством детей, – голос и взгляд отца потяжелели.

– Он любил свою жену, мою бабушку, и после ее смерти не захотел жениться снова.

– Любил?! Он король, и не имел права думать о личных чувствах! В первую очередь твой дед был обязан позаботиться о благе государства!

– Или о том, чтобы трон не уплыл в чужие руки? – съязвил я.

– Не смей мне дерзить! – пальцы отца вдруг сжались, комкая злополучный список потенциальных королев. – Это собственная вина твоего деда, что у него родилась всего одна дочь, которая едва смогла родить единственного ребенка!

– Возможно, у нее могли быть и другие дети, но ты развелся с ней, чтобы привести в дом жену помоложе, – произнес я, стараясь, чтобы в моем голосе не было слышно никаких чувств.

– Ты собираешься упрекать меня в том, что я отказался от женщины, не способной дать своему мужу детей? – маска невозмутимости на лице отца пошла трещинами, и оттуда плеснуло бешенством.

– Она родила меня, могла и еще родить, – повторил я спокойно. – Просто тебе моя мать была не нужна.

– Молчать! – рявкнул отец, и в кабинете повисла вязкая, полная злости тишина.

– Теперь послушай меня внимательно, Далисносиор Сталонианиас, – на отцовское лицо вернулась маска холодного спокойствия, голос звучал ровно. – Сейчас ты пойдешь в свою комнату и начнешь готовиться к отбору, на котором выберешь себе жену.

– Нет!

– Да, если не хочешь проблем на всю оставшуюся тебе жизнь, мой мальчик! Что касается твоего деда: после его смерти, которая не за горами, я присоединю его королевство к своему. На этом разговор окончен, можешь идти и заниматься подготовкой к отъезду в Имберсаго.

Я поднялся, поклонившись, вышел из кабинета и отправился в свои покои. Навесил на двери охранные щиты, чтобы уберечься от нежелательных гостей. Затем собрал необходимые вещи, вынул из тайника портальный артефакт и произнес активирующее заклинание.

На краю сознания царапнула мысль о какой-то странности, но портальное кольцо уже распахнулось, и я, не задумываясь, шагнул в него. Лишь когда оно с треском захлопнулось за спиной, понял, что именно меня смутило…

5

Генриетта Озерова, попаданка с Земли

Тетушка исполнила свою угрозу: из комнаты меня не выпускали, и ни обед, ни ужин не принесли.

Впрочем, на нервной почве есть мне и не хотелось. Я в волнении ходила из угла в угол и размышляла. Когда уставала ходить, падала на кровать и лежала, продолжая анализировать ситуацию. Потом снова ходила и думала, думала…

В итоге вывод я сделала однозначный – на отбор ехать нельзя, потому что это дорога в один конец.

Еще учась в академии, я слышала разговоры, гуляющие среди адепток, что в самом крупном эльфийском королевстве не все ладно. Согласно слухам, какое-то время назад у длинноухих возникли серьезные проблемы с магией, и все эльфийские ученые ломали свои гениальные головы над их решением.

Что это за проблемы никто достоверно не знал, поэтому предположения строились одно фантастичнее другого.

Лично мне самой достоверной казалась версия примитивного вырождения: высокородные много-много тысячелетий так пеклись о чистоте своей расы, заключая браки только среди своих, что без притока свежей крови их магия начала истощаться.

Но это было мое мнение, основанное на знаниях законов генетики, с которым мало кто согласится, озвучь я его. Большинство девушек, судачивших об эльфах, склонялись к другим версиям, гораздо более романтичным.

При этом все были твердо уверены, что совсем скоро эльфы начнут вступать в смешанные браки, и были готовы немедленно стать эльфийскими вторыми половинками.

Однако время шло, но ничего из ожидаемого не случалось. За время моей учебы в академии Имберсаго ни один высокородный ушастый не вступил в брак с представителем другой расы. И хотя благородные длинноухие парни нисколько не гнушались любовными связями с девицами любых рас, но жениться продолжали только на своих.