
Полная версия:
Проект «Земля»
– Бак, – начала Ниа осторожно, – мы тут с Маришкой тестируем одну гипотезу. Меня на эту мысль навела твоя гениальная работа! – добавила она быстро, чтобы усыпить бдительность Бака. – Пока не хочу раскрывать секрет, вдруг, моя идея окажется бестолковой?
– Да-да, – перебил её Бак, – как и твоё предложение, чтобы люди могли считывать мысли друг друга?
Ниа вспыхнула от возмущения, но тут же взяла себя в руки.
– Да, именно так, Бак. Так вот, ты не мог бы пойти и погулять минут пять? Нам нужно здесь кое-что проверить.
– Ниа, если ты планируешь повторить мой эксперимент, то это уже будет нарушением. И тебя, между прочим, могут даже выгнать из колледжа. Кстати, где твоя татуировка?
Ниа посмотрела на своё плечо. Эмблема колледжа, трёхгранная пирамида – символ планеты Дисперсии, в окружении девяти многогранных призм – спутников, переливающаяся всеми цветами радуги, исчезла. Лицо её вытянулось. Неужели…
– Нет-нет-нет!!! – воскликнула Ниа, но тут же спохватившись, громко расхохоталась и, похлопав Бака по спине, добавила:
– Гё, представляешь, Гё! Он её стёр! Вот, дела! Придётся новую попросить. Сидит вечно на плече, ёрзает, вот и стёр. Меня Венетус предупредил ещё пару дней назад, что она потускнела. А твоя, по-моему, стала гореть ещё ярче! Ты, кстати, что сегодня готовишь? Пахнет так вкусно, правда, Маришка?
– Да, – подхватила она, догадавшись, что Бак спросил что-то лишнее, и необходимо его отвлечь, – с трудом дождусь теперь обеда! Никогда на этой кухне ещё не пахло так вкусно!
– Так что, Бак, ты нам дашь пять минут? Кстати, как называется это блюдо?
– Это борщ, – Бак весь засветился от счастья и покорно кивнул:
– Хорошо, но только пять минут. И ничего тут без меня не трогайте!
Как только он вышел, девочки переглянулись и бросились к тележке. Они проворно забрались вовнутрь, накрывшись пледом. Ниа расположилась между огромной алюминиевой кастрюлей и термосом, а Маришка втиснулась между термосом и картонной коробкой.
Вскоре они услышали голос Бака:
– Эй, вы где?
Ниа почувствовала, как Маришка сжала её руку.
– Странно, – бормотал он, – я и не видел, как они выходили. Ох, Ниа, ты и вредина. Хорошо хоть, этот Юрик вокруг неё больше не вертится. Вон, как она теперь запела. Правильно я поступил, когда рассказал Флавусу о краже краски из Парка. Я – вообще молодец. Всё просчитал идеально. И Ниа теперь вьётся вокруг меня!
Маришка сжала руку Ниа ещё сильнее.
– Ах, Бак, меня вдохновила твоя гениальная работа! – передразнил он Ниа, и она резко вырвала руку из Маришкиной ладони, как вдруг…
– Эй, где ты ходишь, – вдруг крикнул кому-то Баклажан. – Пора везти обед на проверку!
Ниа замерла. И вдруг девочки почувствовали, как тележка двинулась. Сидеть внутри было неудобно. Они едва там помещались между кастрюлек, коробок и бидонов. Маришка вновь взяла Ниа за руку. Она её то поглаживала, то снова сжимала, давая понять, что поддерживает подругу, но не подходящее сейчас время обсуждать услышанное. Водитель может считать их мысли.
Вскоре тележка приостановилась. Маришка, приподняла край покрывала и кивнула. Девочки приготовились. Как только тележка проехала за ворота, и водитель спрыгнул, чтобы их за собой закрыть, они выскочили наружу и бросились в ближайшие кусты.
Когда тележка продолжила свой путь и скрылась за поворотом, Маришка обняла Ниа.
– Тихо, ну, тихо, моя хорошая! Представляю, сестричка, как тебе больно.
Знаешь, Маришка, я ж всё это время на Ди думала. И, самое ужасное, что и она себя обвиняла. А вот как всё повернулось. Да ещё и из-за меня он это сделал, видите ли…
Ниа бормотала и бормотала, обхватив руками колени. Наконец, Маришка не выдержала.
– Ниа, ты же сама сказала, что Юрика видели в Парке. И сейчас мы проникли сюда для того, чтобы узнать тайну этого дома, а ты сидишь и причитаешь. Ну-ка, давай, вставай, отряхивайся и вперёд! Мне, знаешь, как хочется этот твой фонтан увидеть? Я бы сейчас всё за это отдала!
– И борщ? – усмехнулась Ниа, и девочки рассмеялись.
Они осторожно крались по дорожке, ведущей к фонтану.
Глава 18. Тайна раскрыта
– Давай мы издалека на него любоваться будем! – предупредила Ниа Маришку и показала на кусты. – Во-первых, мне нельзя трогать воду, во-вторых, нас там могут заметить.
– Это так красиво, ты видишь? – восхищённо проговорила Маришка. – А эти освежающие брызги? А радуга в небе, посмотри!
– Маришка, давай, так, – заёрзала Ниа. – Я пойду дальше, а ты здесь повосхищайся ещё немного, а потом присоединяйся. Договорились?
Маришка кивнула, закрыла глаза и, вытянув вперёд руку, ловила ладонью освежающие брызги.
Тем временем Ниа подкралась к тому окну, через которое в прошлый раз она следила за странным дисперсианином, встала на цыпочки и заглянула вовнутрь. Вот он! Зелёный, как и в тот день, сидел за столом, находясь спиной к Ниа. Перед ним стоял компьютер, и он внимательно следил за происходящим на экране.
Ниа пыталась издалека рассмотреть экран, но в нём отражался свет от окна и лицо, сидящего за столом дисперсианина.
– Да это же… Принципалис! – она едва удержалась от того, чтобы окликнуть по имени основателя института. Но до того, как эта мысль целиком вылетела наружу, на Ниа налетела Маришка и сбила её с ног.
Ниа встала, отряхивая песок с коленок. Маришка, прижав палец к губам, поманила её в сторону.
– Ты чего? – рассердилась Ниа. – Там же Принципалис! Принсипалис – основатель и директор колледжа, и директор института Галактик.
– Завтра жёлтый день? – глядя на неё очень серьёзно, спросила Маришка.
– Так говорят! Но к чему…?
– Помнишь, ты сказала, что в шкатулке появляются буквы?
Ниа кивнула:
– Да, я уже собрала фразу «Ниа Принсипалис л…». Лежит, летает, линяет… Уверена, что это окажется какой-то глупостью, – отмахнулась Ниа.
– Лжёт! – сказала, будто выстрелила, Маришка. «Ниа, Принсипалис лжёт!». Вот что, скорее всего, ты прочтёшь завтра, но будет уже слишком поздно.
Ниа долго смотрела на Маришку, потом вновь подкралась к окну, осторожно привстала, чтобы если что, успеть спрятаться, и внимательно осмотрела комнату.
– Он ушёл! – прошептала она.
– Наверное, пошёл обедать! – ответила Маришка.
– Ты что, забыла, нам не нужна еда.
– Это странно. Возможно, тут живут ещё какие-нибудь люди.
– Проверим? – Ниа кивнула на окно.
Девочки проворно проникли вовнутрь.
– Видишь, у него вода на столе. Раз пьёт, значит – и ест! – кивнула на стакан Маришка. – Пойдём, убедимся в этом!
Она шагнула к дверям, и девочки оказались в коридоре. Справа послышался голос Принсипалиса, нахваливающего запах и наваристость борща. А слева находилась ещё одна дверь в конце коридора. Ниа подошла к ней и осторожно толкнула.
– Юрик!!!
Она бросилась к нему и повисла у него на шее.
– Тише! – пытался остановить её Юрик. – По моим рассчётам ты должна была придти сюда только завтра! Я планировал завтра сбежать отсюда с твоей помощью! Я совершенно не готов к побегу! И защита окна сегодня заблокирована Принципалисом. Что же нам делать?
– Опасность! – комната озарилась красным ярким светом. Это сработала сигнализация:
– Уровень тревожности достиг максимально разрешённого предела. Пожалуйста, оставайтесь на месте.
Но на месте оставаться было никак нельзя. Юрик, схватив Ниа за руку, потащил её к выходу. Увидев в коридоре Маришку, он отпрянул, но Ниа крикнула:
– Она с нами! Это она догадалась про конец сообщения, которое должно было придти в жёлтый день!
Втроём они нырнули в комнату Принсипалиса, выпрыгнули в окно и бросились бежать по дорожке. Но путь им совершенно неожиданно преградил Петрович с ведром воды в руках. За его спиной стояли Флавус и Венетус.
– Остановитесь, ребята, ну, вот зачем же всё это нужно было начинать? – улыбался Петрович. – Жили – не тужили. Учились, работали, ели кулебяку. Что же вам не сидится-то спокойно?
Ниа вслед за ним повторяла каждое произнесённое слово.
– Зачем ты это делаешь? – удивился он, но тут же хлопнул себя по лбу:
– Ну да, чтоб Маришка всё слышала. Ясен пень.
– Ниа, Юрик, клянусь, мы этого не хотели! – шагнул вперёд Венетус.
– Вы же такие у нас умненькие. Особенно с Юриком будет сложно попрощаться! – добавил Флавус. – Поразительного ума парень. Но столько хлопот… – он покачал головой.
– А вот и наш главный, – заулыбался Петрович, глядя за спину ребят. Ниа оглянулась и увидела Принсипалиса. Он не спеша шёл к ним по дорожке и улыбался.
– Он – не дисперсианин! – выкрикнул Юрик.
– Я же говорила, Ниа! – подхватила Маришка.
– Как это не дисперсианин? – хохотнул Венетус. – Настоящий зелёный дисперсианин.
– Ему необходимы еда и вода, а кожу он красит краской в зелёный цвет. Я специально взял пару тюбиков, чтобы поиграться с оттенками. Затем вернул их в Парк и подбросил ему. Никто бы не догадался, кроме неё, что его цвет не настоящий! – Юрик кивнул на Ниа. – А уже вместе мы бы легко вывели бы его на чистую воду.
– А просто сказать сложно было? – спросила Ниа. Щёки её вспыхнули при этом, когда она услышала, что Юрик упомянул её талант.
– Ты бы мне не поверила. Тебе нужно было догадаться самой. Я сразу же его вычислил. Ещё, когда пробрался на церемонию Поступления. Вечно он для появления на публике выбирал себе зелёные Опасные Дни. Да и мысли он не умеет считывать у людей!
Венетус и Флавус переглянулись.
– Кажется, теперь я начинаю понимать, почему эта функция была отключена на проекте «Земля»! – воскликнула Ниа.
– Нет никакого проекта! – перебил её Юрик. – Эта модель Земли – просто компьютерная игрушка! С её помощью можно планировать изменения и смотреть на последствия, но вносить изменения невозможно!
– Как – нет проекта? А что есть?
– Есть проект «Дисперсия». Мы живём на Земле. Нас тут изобрели и наблюдают, как за зверюшками. Аннигилируют, обучают и пользуются нашими изобретениями. Это наша «Дисперсия» – Парк, понимаешь? Все наши спутники-призмы – это лишь стеклянные стены, которые отгораживают нас от остального мира.
– Но это же мы, студенты, придумали всех животных на Земле.
– Это они врут всё! Делают вид, что изобретают то, что уже давным давно существует! – Юрик ткнул в сторону Флавуса и Венетуса. – Кто изобрёл курицу – Флавус! Кто изобрёл барометр? Тоже один из вас, правда?
– Но так исторически сложилось, понимаешь? – вступил Венетус. – Это традиция! Мы обязаны поддерживать этот миф для соблюдения порядка в обществе!
– Но вечно найдутся выскочки, которые пытаются всё испортить! – добавил Флавус.
– А ты, Петрович, тоже с ними заодно? – грустно спросила Ниа.
– А я что? Я, как все! Кормят, поят, дом красивый мне дали… – он так и держал ведро с водой в руках, но выглядел уже менее угрожающе.
– Ладно, сворачиваем цирк, – хлопнул в ладоши Принципалис. – Этот, – он показал пальцем на Юрика, и Ниа обратила внимание на то, что у него было по пять пальцев на каждой руке, – мне больше не нужен. Больше проблем, чем пользы. Эта – тоже не нужна. И эта, – он ткнул пальцем на Маришку, – закройте её в какую-нибудь больницу для сумасшедших. Она знает теперь слишком много.
– Маришка безопасна, – попытался вступиться за свою любимицу Петрович. – Она ж не слышит и не разговаривает. Это ж очень удобно!
– Ты чего, старик, сам захотел в больничку? Да ты помнишь, откуда я тебя вытащил? Подтверди приказ!
– Я вас понял, – Петрович весь сник. – Я завтра же отвезу девочку в больницу.
– Сегодня! – приказал Принсипалис. – А с остальными разберись сейчас же, а то опять разбегутся, лови их потом.
Принсипалис развернулся и зашагал по дорожке.
– Не выйдет! – вдруг раздался голос старухи. Она преградила ему путь. Выглядела она очень странно. Поверх её обычного балахона были натянуты брюки. А, вместо платка голову её покрывала кепка, натянутая так, что козырёк почти полностью скрывал лицо.
– Не позволю моих сироток обижать! У нас, по-моему, был договор, что интернат будет находиться на территории вашей этой Диверсии, для всеобщего и взаимного блага. Свежий воздух и всё внимание моим подопечным, пока вы проводите свой собственный эксперимент, изобретая этих чертей! – она кивнула на Флавуса с Венетусом. – А сейчас, я смотрю, вам мои детки уже стали помехой?! Не выйдет!
Она занесла тяжёлую кастрюлю над головой, и, целясь в Принсипалиса, размахнулась. Флавус бросился ей наперерез, но было уже слишком поздно. Старуха выплеснула всё содержимое кастрюли. И Принсипалис, и Флавус заорали и оба, корчась, упали, на землю.
– Он что, всё-таки тоже дисперсианин? – спросила Ниа, не понимая, что происходит с Принсипалисом. С головы до ног он теперь был украшен красным борщом. И Ниа, сколько не старалась определить его настоящий цвет кожи, оказалась бессильна перед этим неожиданным фильтром.
Флавус был аннигилирован почти мгновенно. Он становился всё прозрачнее и прозрачнее. Когда от него осталась маленькая вязкая лужица, старуха брезгливо растёрла её ногой и угрожающе посмотрела на Венетуса.
– Я клянусь, я почти ничего не знал. Я на вашей стороне! – он поднял руки вверх, будто бы сдаваясь, и попятился назад. – Простите меня, я только подчинялся приказам. Клянусь, я никогда не дал бы в обиду ваших сирот!
– Помогите! – взмолился Принсипалис. – Клянусь, я больше никого не буду обманывать!
Петрович помог подняться стонущему Принсипалису и довёл его до тележки.
– Ничего не понимаю, – рассматривая беспомощного основателя колледжа и директора института Галактик, прошептала Ниа.
– Да человек он, человек, притворяющийся одним из нас. Просто у него ожог! – пояснил Юрик. – Борщ был горячим.
– А куда пропал помощник, который привёз сюда еду? – жалобно спросил Петрович, готовя Принципалиса к отправке в больницу. Старуха помахала ему рукой и рассмеялась:
– Это я привезла сюда обед. Не могла же я оставить свою малышку без присмотра. Сожалею, но вы теперь остались без водителя.
******Послесловие******
– Доброе утро, Ниа!
– Ох! – Ниа открыла защиту окна и отпрянула.
– Я приехал забрать Дружочка! Сегодня мы поедем в апельсиновую рощу! – Рерик, улыбаясь, оглянулся на свою зелёную капсулу, припаркованную неподалёку. Внутри можно было разглядеть около десятка Гё, которые нетерпеливо курлыкая, ожидали начала прогулки. На машине горела надпись:
«Твой Гё в надёжных заботливых зелёных руках!»
– Ты уже сделал себе логотип? – спросила Ниа.
– Да, так сразу понятно, что по зелёным опасным дням я не буду работать, и, что я заботливый. Круто, да? Ну, адьёс, верну вечером! Приятного дня, Ниа!
– И тебе, Рерик! – Ниа надела треугольные оранжевые очки и вышла из дома.
– Позвольте мне поприветствовать вас, дорогие абитуриенты! Я поздравляю всех с успешной сдачей вступительных экзаменов! Каждый, кто сегодня находится здесь, сдал наши тесты на «отлично», а, значит, каждый из вас по-настоящему заслужил право стоять на этой площади. Красные, жёлтые, синие, фиолетовые, оранжевые, голубые, зелёные! Сегодня в честь торжественной церемонии, на Дисперсии объявлен белый день, чтобы все жители смогли здесь сегодня присутствовать. Впервые с момента основания колледжа среди наших студентов появились и люди. Надеюсь, вы все уже определились, какому проекту вы хотите посвятить своё время. Помните, что в течение пятидесяти Опасных Дней, вы можете поменять свой курс. Людям можно будет выбрать любой цвет дня, который закрепится за ними до окончания учёбы. Этот день и станет вашим выходным. Надеюсь, вам у нас понравится, и вы не пожалеете, что подали заявку на кафедру Галактик. Я являюсь директором этого колледжа и института Галактик. А это мои главные помощники – Венетус и Петрович. Петрович познакомит вас с земными обычаями и традициями, а Венетус с историей создания Дисперсии. А теперь я зачитаю список специальностей, и где они будут находиться. Итак, курс «Световых лет и скорости звука», будет находиться в крыле А. Курс «Комет и метеоритов» – в крыле Б. Курс…
Ниа стояла посреди площади, смотрела на директора колледжа и улыбалась. Юрик гармонично смотрелся в этой роли.
Она дождалась своей любимой части церемонии, когда серебряные шары спускаются к студентам, и направилась в крыло «Ы». За ней едва поспевала её канцелярия, смешно перебирая тонкими ножками.
– Уроки рисования с Маришкой будут проходить здесь, в оранжевой аудитории, домоводство и кулинарное искусство, которое ведёт Баклажан – в фиолетовой, а в красной Ди будет вести лекции по регенерации людей и дисперсиан. Записала? – она повернулась к канцелярии, и та, пискнув, выпустила бумажный лист с только что продиктованной инструкцией.
– Ниа, – услышала она сердитый голос и оглянулась. – В детской комнате сломалась система определения тревожности, можно её совсем отключить? Она пугает малышей! – старуха стояла, опираясь на палку, и сердито качала головой.
– Конечно, мама, сейчас всё сделаем!
Ниа повернулась к канцелярии.
– В «Радуге» необходимо отключить систему определения тревожности.
Старуха довольно кивнула и, опираясь на палку, двинулась по коридору. Потом внезапно обернулась и уже более нежно спросила:
– Ты была на церемонии Поступления?
Ниа радостно кивнула.
– Ну, и как он? Сильно волновался?
– Совсем немножко!
– Молодец он у тебя! – улыбнулась старуха и скрылась за углом.
– Тьфу на вас! – считала Ниа и в недоумении пожала плечами. Она так и не научилась понимать все эти странные земные выражения.
«Ну, а теперь, дорогие абитуриенты, пройдите в свое крыло и будьте учтивы друг к другу!» – объявил Юрик, и Ниа, считав это, бросилась со всех ног к дверям, чтобы встретить там новых студентов.
Она стояла у входа и наблюдала за тем, как они приближались.
Вдруг прямо перед ней появился серебряный шар. Он немного повисел в воздухе, затем опустился к ней на плечо, и, когда снова взлетел вверх, на плече переливалась всеми цветами радуги татуировка с эмблемой колледжа – трёхгранная пирамида, в окружении девяти многогранных призм на фоне синего шара планеты Земля.