Читать книгу Ты, я и апокалипсис (Роман Волков) онлайн бесплатно на Bookz (25-ая страница книги)
bannerbanner
Ты, я и апокалипсис
Ты, я и апокалипсис
Оценить:
Ты, я и апокалипсис

5

Полная версия:

Ты, я и апокалипсис

Когда они вышли, лифт тут же заполонили ожидающие внизу жители. Город был таким людным и огромным, что Саре с трудом удавалось понять, как все эти люди могут жить и работать за стенами одного огромного мегаполиса. От проносящихся лиц кружилась голова, мерцающие рекламные щиты сбивали с толку, отвлекая внимание, а от постоянного шума, казалось, можно оглохнуть. Это никак не могло сравнится с нелепым безымянным городком где она выросла. Влиться в этот безумный ритм было невозможно.

Она держалась ближе к Роуз и Руди, которые в отличие от нее, чувствовали себя здесь уверенно. Рядом пронеслась пара машин, блестящих хромом, быстрых, словно ветер и почти бесшумных. Они были так непохожи на старые груды металлолома, которые она так знала и привлекали своей скоростью и обтекаемой формой. Сара невольно прониклась уважением к тем, кто способен сесть за руль такой шутки. В конце концов с таким быстрым движением еще надо совладать.

Роуз, покопошившись в телефоне, резко свернула с людского потока, остановившись у одной из витрин, на которой красовались латексные костюмы и меховые платья. Судя по голограммам моделей, позирующих внутри в разных позах, это был последний писк моды. Как по Саре, смотрелись они идиотски.

– Так, Лили уже ждет нас у клиники, но врач требует с нее деньги. Кажется, со своей третьей статьей за эти два дня я уже и забылась, что я должна была оплатить ей курс лечения. – вздохнула та.

– Платная клиника? – спросил Руди.

– Ага. – Роуз достала из сумочки карту оплаты, глянув на нее, затем снова бросила внутрь и достала другую. – Да, кажется на этой есть деньги.

– Зачем тебе так много карт? – удивился Руди.

– Разные издания пользуются разными банками, у них разное соотношения стоимости кредитов. Я пользуюсь теми картами, которые уместнее в данный момент. И к тому же некоторые покупки лучше оплачивать с карт, зарегистрированных вовсе не на тебя. – хитро улыбнулась Роуз.

– Это какие же? – сказала Сара.

– На то я и не регистрирую их на себя, – прищурилась Роуз. – чтобы не говорить, что это могут быть за покупки.

– А разве в мегаполисах не бесплатные клиники? – Сара вспомнила, что всегда говорили о качественной медицине для тех, кто способен оплачивать жизнь за стенами городов.

– О, дорогая Сара, – покачала головой Роуз. – ты веришь в бесплатную медицину?

– У меня в городе местный врач принимал бесплатно. – возразила ей девушка.

– Врачи таких вот поселений вроде твоего? – хмыкнула Роуз. – И что эти врачи вылечат? Насморк?

– Ну… – помялась Сара.

– Вот именно. – положив карту в карман, сказала Роуз. – Тут тоже есть бесплатные и платные клиники. Только в одних врачи работают за кредитные талоны, которые конечно, можно считать оплатой, только вот вещи по ним отдают с неохотой и огромными очередями. А вот в других сытые и довольные ребята получают сразу кредиты, которые могут тратить на то, что захотят. Как думаешь, где они будут трудиться лучше, чтобы отработать свою награду?

Сара понимала, что вопрос был риторическим и не ответила. Роуз же позвала их за собой и пошагала по переулку к большому зданию, огражденному воротами с охраной. Выглядело оно удивительно стерильным даже снаружи. Когда они подошли ближе, человек у ворот подошел, включая свой планшет.

– Вы к кому? – тихим голосом спросил он.

– Лили и Бен Роудсон. – ответила ему Роуз. Тот начал копаться в своем планшете, найдя там нужное имя.

– Да, вижу. – он продолжил смотреть в экран. – У нее не погашен курс лечения ребенка, мисс. А также у нее в возможных посетителях стоит лишь… – мужчина прищурился. – Роуз Роудсон. Сестра. Это вы?

– Я. – девушка обернулась на Руди и Сару. – Подождите здесь. Вас туда пустить не могут. Я расплачусь, заберу Лили и Бена и сразу же вернусь к вам.

– Ну ладно. – кивнула Сара, присаживаясь на скамейку у входа. Руди сел рядом, провожая взглядом Роуз. Журналистка прошла через пост охраны, подтвердив личность на терминале. Она последовала за мужчиной в здание, вскоре скрывшись из виду и оставив их с Руди на лавке одних.

– Здесь просто поразительно. – удивленно сказала Сара. – Этот город. Он такой… Шумный. Огромный. Это жутко и круто одновременно. Я даже не представляла его таким.

– Что здесь крутого? – вздохнул парень, глядя в сторону клиники. – Как по мне весь город – только суета и бюрократия.

– Здесь так красиво. – глянула Сара на мерцающие вывески. – Все это очень, ну, футуристично.

– Для тебя футуристично, а для тех, кто тут живет – это просто куча тупой рекламы, от которой болят глаза. Каждый день они видят этих моделей и надписи. Я думаю их тошнит от этого, знаешь.

– Может быть. Но то, что от них болят глаза – подмечено верно.

– Ага, – хмыкнул Руди. – не стоит удивляться, почему тогда все вокруг смотрят под ноги, а не наверх.

Над ними загорелась большая голографическая проекция. На ней девочка лет пяти сидела посреди земли, где полыхал огонь. Ее истерзанное платье было раскрашено в цвета флага Джорджии. Девочка прикрыла лицо руками, прячась от бушующей вокруг стихии. Внезапно ее накрыл сияющий свет и огонь потух. Откуда-то вынырнула фигура первого министра, присевшего и с приятной улыбкой, снимая перчатку, протягивающего девочке руку. Ребенок охотно поднялся, утирая слезы и взялся крохотной ладошкой за руку Маккриди. Тот поднял ее на руки, гордо встав и прижав к себе. Его взгляд был устремлен поверх, будто бы глядя вдаль. Под ногами колыхались непонятно откуда взявшиеся цветы, и вот он уже прижимал радостную девочку к себе, стоя на ромашковом поле. Позади появился герб страны, и картинка сменилась надписью: «Демократическая партия Джорджии. Поддерживая мир уже больше сорока лет.»

– Омерзительно. – покачал головой Руди.

– Эта шутка? – кивнула на голоэкран Сара.

– Использовать детей в своей пропаганде, – Руди всем своим видом выказывал недовольство. – это низко. Будто специально хотят надавить на чувство жалости, знаешь. А ведь эта девчонка наверняка даже не знала, зачем ее заставляют сидеть там, перед зеленым экраном.

– Не могу не согласится. – пожала плечами Сара.

За углом, перекрикивая даже гул толпы, послышались возгласы и топот. Толпа ребят в черных куртках бегала между людьми, что-то протягивая им и с веселой улыбкой тараторя будто заученные слова. Несколько из них, две девчушки и мальчик, глянули на сидевших на скамейке ребят и пошагали к ним гордым шагом. Все как на подбор, облаченные в кожаные куртки с нашивкой герба на рукавах, они почти маршировали к ним, вытягивая из своих висевших через плечо сумочек буклеты.

– Это еще что? – не смогла сдержать улыбки Сара.

– О, а ты никогда не встречала местный гитлерюгенд? – презрительно глянул на маршировавших к ним подростков Руди.

Ребята остановились перед ними, сияя заученными улыбками и первая девочка шагнула вперед. По виду она тут была главной, так как она казалась самой старшей.

– Жители Саванны! – она попыталась сказать это с невероятной серьезностью, но еще не сломавшийся детский голос мешал ей сделать это. – Приглашаем вас на патриотическую выставку истории, устроенную лично губернатором города по инициативе президента!

Затем сделала шаг вторая, гордо подняв голову и скрестив руки на груди. Она протараторила:

– Вас ждут патриотические фильмы и зарисовки! Голографические инсталляции реальных исторических моментов! История величия, славы и гордости народа Джорджии. История наших побед и преодоленных трудных моментов!

Последним выступил парень, нахмурившись и сделав серьезное лицо, он достал из сумки буклет, протянув его Саре.

– Надеюсь вы придёте, чтобы почтить память наших предков, гордо отдавших жизнь чтобы подавить мейконских экстремистов и поборовших внешних врагов экономически и стратегически! – он глубоко вдохнул, ожидая, что Сара примет буклет.

Девушка лишь презрительно глянула на него, непонимающе приподняв бровь. Это выглядело жутковато и смешно одновременно. То, с каким серьезным лицом и выверенными движениями дети сказали это, сомневаться не приходилось – выучивали их упорно и долго. Руди закинул ногу на ногу, скрестив руки на груди и показывая, что принимать буклет он не будет. Дети уже несколько неуверенно мялись, непонимающе переглядываясь. Их «главная» устремила взгляд своих маленьких злых глаз на Сару и девушка, натянув улыбку, кивнула, взяв буклет.

Дети тут же кивнули и, поправив свои черные кожанки понеслись дальше. Сара глянула на обложку буклета, на которой красовалась та же картинка с первым министром, что встречала ее почти каждое утро на станции монорельса. Воспоминания вызвали в ней злость и отвращение и она, глянув что дети уже нашли себе новую мишень, скомкала буклет, выкинув его в стоявшую рядом урну.

Не то, чтобы она уже возненавидела этих детей, но, когда они так яро утверждали, что гордятся мейконской резней, ее несколько задела уверенность подростков в их идеалах. Ее отец стал жертвой той бойни и последнее что он сделал – спас ее. А они, даже не задумываясь, оклеймили его экстремистом. Сара почти ничего не знала об отце и не спешила поднимать эту тему ни с Брэдом, ни с кем-либо еще. Это была ее больная точка. Мысль, на которую было наложено табу. Да и Брэд не особо любил вспоминать те времена. Вероятно, старался забыть их как страшный сон, словно Сара старается забыть их побег сюда и все, что ему сопутствовало.

Они с Руди еще несколько минут просидели молча, глядя на то, как дети штурмуют прохожих, предлагая им листовки и исторгая из себя наизусть заученные речи. Сара вздохнула, покачав головой. Этим детям не дали шанса выбрать свое к миру отношение, навязав им идеологию, которую другие могут видеть лишь как угнетение или тиранию. Сара чувствовала себя неловко, ведь она почти никогда не выбиралась дальше своего небольшого городка, довольствовалась тем, что имела и не понимала, почему многие зачастую жалуются на жизнь. Только ступив за порог, она смогла увидеть, как люди дерутся за мусор, утопая в токсичной жиже. Люди, способные убивать ради блестящего куска металла. Люди, которые подманивают птиц на кошачьи трупы, чтобы найти себе и своей семье пропитание на ужин. Все это было вокруг и каждый раз, когда она вспоминала это, ее словно разъедала изнутри гнойная язва. Как паразит эти мысли зачастую въедались в нее, не отпуская и не давая перестать вспоминать то, что она видела. А что страшнее – люди, которые там обитают, видят это не как выживание. Для них это норма жизни. Ежедневные будни. Рутина. И от этого становилось еще больше не по себе.

Из дверей клиники показались две фигуры. Роуз достаточно быстро разобралась с делами в клинике, уже направляясь к ним. Несмотря на то, что они ждали их, шла она достаточно неторопливо, но кажется, только потому что не торопилась ее сестра, которая несла на руках ребенка. Сестры вышли из ворот, еще раз что-то вписав в планшет мужчины на входе и направились к ней и Руди.

Лили была чем-то похожа на сестру, но ниже и полнее. Ее длинные черные волосы спускались до груди и были даже не расчесаны, а лишь неряшливо струились. Одетая в простенькую темную куртку, она несла на руках малыша, который с удивлением надув губы глядел на Сару с Руди, запихнув палец в рот.

– О, так вот они значит какие – очередные «друзья» Оливии. – недовольно сказала Лили, поудобнее взяв ребенка на руках.

– Это невежливо, – скрестила руки на груди Роуз. – они хорошие люди, как кажется мне. По крайней мере, эти двое.

– Как тебе кажется? – приподняла бровь Лили. – А мне кажется, что это попрошайки, которые опять развели Оливию, заставив сюда прийти. – она оценивающе глянула на ребят.

– Эй, мы хорошие. – натянула Сара улыбку, помахав ребенку, удивленно таращемуся на нее.

– Что скажешь, Бен? – посмотрела на ребенка Лили. Малыш Бен что-то пробурчал на понятном только ему языке и дернул маму за волосы. Лили улыбнулась, посмотрев на Сару. – Ты ему нравишься.

– Ну спасибо, что хоть ему. – пожала плечами Сара.

– Не обращай внимая на ее грубость, – отмахнулась Роуз. – Лили крайне недоверчива к людям из-за стен.

– И у меня есть на то причины. – возмутилась Лили. – В любом случае квартира, машина и прочее, твои, сестренка и пускать их или нет, решаешь ты. К тому же я уже давно знаю, что спорить с тобой – последнее дело. Ты всегда уйдешь в политику и мораль и в итоге мы, как обычно, ни к чему не придём.

– Я лишь смотрю более глубоко. – возразила Роуз.

– Ты смотришь в обратную сторону. – хмыкнула Лили, утирая слюну, которую пустил малыш Бен.

– Ладно, пойдем. – Роуз поправила свое пальто, гордо пошагав вперед. Лили помельтешила за ней и Руди с Сарой поднялись, направляясь за сестрами. Дети в черных куртках тут же подскочили к Роуз, но та наотмашь вырвала у них листовку, смяв ее и кинув в сторону толпы и, кажется, попав кому-то в капюшон. Дети опешили, переглядываясь, явно впервые увидев такую реакцию. У девочки помладше от удивления из рук вывалились остальные листовки и Руди с недовольством глядя на них прошел мимо, нарочно пройдя по пачке бумаг и оставив на них грязные следы.

Оставив наконец больницу позади, они пошагали в сторону дома. Мимо пронеслась очередная машина, даже не замеченная толпой, но Сара ловко старалась удержать манящий силуэт, уносящийся на скорости за поворот, в поле зрения. Этот мегаполис и его обилие красок сводили ее с ума.

Они проходили мимо закусочных, из которых пахло чем-то приятным и мимо канализационных люков, рядом с которыми, одетые в серые костюмы рабочие, отодвигали замки, опрокидывая внутрь канализации цистерны с какой-то синевато-лазурной жижей. От нее несло так отвратно, что Сара закашлялась.

– Господи, – девушка прикрыла нос рукавом. – Что они туда льют? – Сара снова кашлянула.

– Это очистительная смесь. – ответила ей идущая впереди Роуз. – Рабочие заливают ее в постоянно забивающуюся отходы канализацию. Эта дрянь способна растворить все, что захочешь.

– Благо, все, кроме труб. Да, Бенджи? – сказала Лили, потирая ладошки ребенка, который тоже скривился от запаха.

– И что, часто тут заполнены трубы? – уточнила Сара.

– Всегда. – пожала плечами Роуз, поудобнее закрепив свои связанные на затылке дреды.

– Крысы и мусор стекаются снизу, как пчелы на мед. – ответила ей Лили. – В конце концов трупы грызунов и отходы мегаполиса становятся одной огромной кучей и, если ее не растворять – они начнут гнить и вонять, поднимая испарения наружу, сюда. И тогда наша жизнь ничем не будет отличаться от дикарей снаружи.

– Лили! – одернула ее нахмурившаяся Роуз.

– Молчу-молчу, мисс Справедливость. – издевательски ответила Лили сестре.

Сара вновь закашлялась и Роуз остановилась, обернувшись на нее. Подойдя к девушке, она спросила:

– Что у тебя? – Лили обернулась на них, явно недовольная такой резкой остановкой.

– Да, не обращай внимания. – Саре действительно не хотелось нагружать Роуз своими проблемами.

– Это важно. – Роуз потянула шарф на шее, потирая свое горло. – Мне несколько… страшно, когда я слышу этот хрип в твоих легких.

– Это действительно неважно. – опустила глаза Сара.

– Нет, это важно. – Роуз положила ей руку на плечо.

– Я же говорю, – Сара вздохнула, ее легкие предательски издали громкий хрип. – не надо отвлекаться на это. Мне действительно это не мешает.

– Стой здесь. – похлопала ее по плечу Роуз, рванув через дорогу. Они все обернулись на нее, спешащую в небольшой магазин фармацевтики напротив. Сара потерла рукой грудь, в которой чувствовалось жжение. Ей было неудобно принимать такую заботу. Спустя пару-тройку минут, Роуз уже вынырнула из дверей с небольшим прозрачным пакетом лекарств, протянув их Саре.

– Спасибо. – тихонько сказала та.

– Не надо благодарностей. – приподняла ладонь Роуз. – Это моя работа.

– Работа? – проходя вперед, спросил Руди.

– Да, знаешь ли, – Роуз пошагала вслед за ним. – журналист должен помогать людям не только словами.

Они проходили мимо небольшого ресторанчика, где за столом Сара увидела Саманту, попивавшую из горла вишневое пиво. Роуз, несомненно тоже увидела ее, и поначалу решила пройти мимо, но, в какой-то момент остановилась, глядя на девушку. Лили прошла дальше, но увидев, что все остальные встали, остановилась тоже. Малыш Бен улыбнулся, дернув девушку за прядь.

– Эй, – обратилась к ней Роуз. Сэм нехотя оглянулась на нее, приложившись к бутылке и сделав пару больших глотков. Судя по мешкам под глазами и выражению лица, девушка не спала всю ночь.

Сара направилась к ней и Сэм, изобразив недовольство, отвернулась, продолжая пить пиво. Девушка подошла, оперевшись руками на столик, за которым пьянствовала подруга.

– Сэм, ну хватит. – обратилась к ней та.

– А, что? – будто только заметив ее, оглянулась Саманта. – А что-то не так? Может я, типа, мешаю вам тут? Типа, сижу в какой-то гребаной кафешке и мешаю? Идите обратно в свои сраные хоромы, мне от нее, – кивнула она на Роуз. – ничего не надо.

– Слушай, – теперь уже говорила Роуз. Она подошла ближе, сев рядом с Самантой. Та показательно отодвинулась на скамейке. – Я понимаю, что мы изначально могли что-то не поделить. Да, каждый из нас продолжит считать себя правым, но только ты не будешь ночевать на улице. Я знаю, что ты считаешь меня неприятной, но…

– Тебя? Типа, с чего ты взяла, что знаешь меня? – Сэм скривила лицо, вновь сделав глоток. – Ты, типа, приперлась, вся такая из себя богатая дочурка и решила, что можешь кидать мне помощь, как собаке кость? Мне не нужны подачки. И уж тем более от тебя.

Роуз не опешила, продолжая достаточно спокойно глядеть на Саманту, но что сказать не находила.

– Сэм. – Сара помялась. – Я переживаю за тебя. Ты ушла ночью, ничего не сказав. Шлялась где-то тут. А вдруг, – она стала говорить тише. – копы спросят, что ты тут делаешь. А тебе нечего ответить.

– Нечего? – Сэм глянула на бутылку и, сделав очередной глоток, врезала ею по краю лавки. Та со звоном и брызгами разлетелась и в руке девушки остался лишь острый осколок. Все сидевшие за столиками рядом оглянулись на нее. – Вот! – она подняла свое «оружие». – Уж я-то, бля, найду чем ответить.

– Эй, дамочка. – теперь уже вмешалась Лили. Тон у нее был довольно грозный. – Вы пугаете моего ребенка. – девушка глянула на сестру. – С чего это вдруг вы решили еще и… эту позвать с нами?

– Это наша подруга. – сказал Руди, поправляя челку, спавшую на лицо и вдохнув.

– Ох, ну теперь все ясно. – завела глаза Лили.

– Ой, к черту, бля, вас. – Сэм поднялась, выкинув в сторону горлышко бутылки. – Только замолчите. – девушка засунула руки в карманы, пошагав вперед и не оглядываясь.

– Какие еще сюрпризы меня ждут? – оглянулась на них Лили. – Может вы сюда еще и заразных животных притащили?

– Эм, – почесал затылок Руди.

– Вообще нет. – вздохнула Сара, поспешив за Самантой.

Роуз предложила сестре подержать ребенка, и та с удовольствием отдала Бена ей, потянувшись. Девушка прижала к груди мальчика, который тут же заинтересовался ее очками, попытавшись их стянуть.

– Стой! – попыталась оттянуть голову дальше Роуз. – Нельзя!

Ребенка это, в общем-то, не остановило и тот стянул их с нее, заставляя девушку идти щурясь, а сам пожевывая одну из дуг очков. Сара глянула на полненького мальчика, который с удивлением рассматривал все вокруг. Ребенок, несмотря ни на что, выглядел удивительно сытым и счастливым.

Наконец они дошли до высотки в которой находилась квартира сестер и Оливии, заметив у входа последнюю. Та рылась в карманах, что-то ища. Роуз прикрыла лицо рукой.

– Да-да, она где-то здесь! Сейчас найду! – водила по карманам Пинки, словно притворяясь, что ищет.

– Ты снова потеряла пропуск? – покачала головой Роуз.

– О! Моя дорогая подруга! – рот Оливии растянулся в улыбке. – Да еще и Лили со своим силачом. – забыв об ожидающем ее охраннике, Пинки побежала к Лили, потрепав ее по волосам и вызвав явное негодование девушки, которая принялась распрямлять волосы руками. Затем подскочила к Роуз, протянув кулачок Бену. – Ну, силач. Давай! Давай! Фирменное приветствие!

Ребенок сжал свою крохотную ладонь в кулачок, улыбнувшись Оливии и дотронувшись до ее руки. Та тут же изобразила боль на лице и отскочила, схватившись за руку.

– Вот это удар! – засмеялась она и ребенок, которого это явно веселило, улыбнулся ей в ответ.

– Заканчивайте эту клоунаду. – фыркнула Сэм, поправляя свои волосы и доставая из кармана сигарету. – Я хочу прилечь.

– Оу, так теперь ты не против помощи? – издевательски усмехнулась Роуз, глянув на Саманту.

Та выпустила ей в лицо клуб дыма.

– Не забывай, мне просто негде ночевать. – девушка сплюнула на асфальт, растерев слюну кончиком ботинка.

– Да-да. – ухмыльнулась Роуз, протягивая охраннику браслет и указав на толпу людей за ней. – Они со мной.

– Хорошо, мисс Роудсон. – тот отошел, открывая дверь и следя за каждым входящим. Сэм грозно глянула ему в ответ, нарочно задев плечом, когда проходила мимо.

Они направились наверх, заняв своей небольшой армией весь лифт. Саре было даже неуютно в такой большой толпе. Пинки взяла у Роуз Бена, который весело схватился за две ее косички, потянув их на себя. Та же кривилась, заставляя ребенка смеяться. Когда они поднялись, Сэм тут же пошагала в бар, но Лили остановила ее, сказав, что при ее ребенке никто пить не будет. Саманта уже готова была огрызнуться, но Сара отвела ее из бара, схватив за руку. Девушка вырвала рукав, отойдя к окну и открыв его, принялась смотреть на город. Сара же отправилась на кухню, чтобы запить лекарства. Она не почувствовала, что ей стало лучше, но хотя бы то, что она их выпила, придало ей некоторой уверенности и она упала на диван, глядя в окно на мегаполис, пока Лили направлялась к Саманте, чтобы потребовать закрыть окно, исторгающее сквозняк.

Глава 20

День начался достаточно неплохо, когда Лили предложила сходить куда-нибудь перекусить, потому что ей уже давно надоела «сплошная трава», которую готовила ее сестра. Сама Сара ничего против готовки Роуз не имела, но перспектива перекусить за чей-то счет всегда была выше нее. Она поймала себя на мысли, что слишком-то привыкает к такой мирной и обыденной жизни, в которой приятная темнокожая девушка готовит ей еду по утрам. В такие моменты она вспоминала, что они бегут от хаоса, который оставили за собой и не знают, что их ждет впереди. Вспоминала о том, как Руди беспристрастно пустил пулю в парня, пытавшегося остановить поезд, как Сэм, накачавшись наркотиками раскроила голову их обидчика, вспомнила, что она видела и то, что хотела забыть. Эти мысли заводили ее в моральный тупик, откуда не было выхода, и она погружалась в грусть, забывая о том, что, в общем-то, жует приятные банановые блинчики с клубничным джемом.

Оливия прошагала мимо, смяв в руках свою рубашку и продолжив шествие по квартире в одном бюстгальтере. Сара проводила ее взглядом, заметив, как постоянно крутящаяся вокруг Руди Оливия вводит парня в ступор. Ему явно претили ее постоянные приставания, и он просто уткнулся взглядом в стакан молока. Сэм с видом, показывающим максимальное отвращение ко всему вокруг стояла у окна и курила. Сара доела очередной блин, кинув таблетку в отдельно поставленный Роуз стакан с водой. Та, шипя, растворилась и девушка выпила лекарство, отправившись в ванную, чтобы выплюнуть подступившую к горлу мокроту.

В ванной Пинки уже натягивала на себя новую рубашку, почти ничем не отличавшуюся от старой. Она поспешила ретироваться из ванной, чтобы не смущать Сару, которая склонилась над раковиной, стараясь избавиться от омерзительных комков жижи, скопившихся в ее горле. Когда ей наконец это удалось, она почувствовала, что в легких даже исчезла некоторая тяжесть. Эффективны они или нет, но эти лекарства хотя бы снижали боль.

Успев по-быстрому почистить зубы, Сара вышла из ванной, наблюдая, как Лили одевает ребенка. Роуз выбирала между черным и еще более черным пальто и выбрав второе, начала наматывать на шею легкий красный шарф. Сара снова отметила уверенность и строгость движений журналистки даже в подобных мелочах.

Руди тоже поспешил удалиться в прихожую, чтобы не оставаться на одной кухне с Оливией, роющейся в холодильнике. Достав оттуда бутылку с чем-то красным, она с легкостью сняла крышку открывалкой и принялась пить. Подойдя ближе, Сара заметила, что это вовсе не алкоголь.

– Эту хрень еще продают? – сделав последнюю затяжку сигареты, спросила Саманта, проходящая мимо.

– Колу? – приподняла бутыль Пинки, обнажив свою улыбку. – Конечно, блин. – сделав глоток, она протянула ее Саре. – Будешь?

Честно сказать, Сара не пробовала ее с детства. В ее родном захолустье не продавали что-то подобное и весь выбор напитков ограничивался молоком, водой с добавками, называемой «соком» и энергетиками.

– А можно? – удивилась Сара, потянувшись к бутылке.

– Нет, блин, я пошутила. – издевательски завела глаза Пинки, отдавая ей бутылку. – Конечно, это всего лишь газировка.

bannerbanner