Пращуры

За порогом расстилался молодёжный парк, через него лежала дорога к автовокзалу, автобус до Ситовки выезжал ближе к полудню. Утро Катя решила переждать в парке. В раннее время было пусто, только среди отдалённых деревьев, осторожно оглядываясь, молодые люди раскапывали ямки под лай бродячих собак. Все лавочки вдоль парковых дорожек были давно демонтированы, так администрация боролась с неуместным распитием напитков, только детскую площадку окружала радиусная скамейка, на ней и разместилась Катя, сложив голову на колени.

Проснулась она от детского смеха, вспомнила, где находится, но не торопилась вставать. Она приподняла голову и осмотрелась: в песочнице играли дети, скатывались с горок и раскачивались на качелях. Сопровождающие детей родители обратили на свернувшуюся калачиком девушку своё любопытство, особенно внимательно наблюдали молодые отцы. Катя вернула голову на колени и закрыла глаза. Полежала чуть-чуть, поглядывая за количеством людей на площадке, а когда они разошлись, встала и направилась к выходу из парка. По счастливой случайности на выходе она встретила компанию земляков, парней, что ранее копались меж берёз. Уставшие от суетливой городской жизни, ребята собирались домой в деревню. Катя вместе с ними хорошенько прониклась «коллективным озарением» и решила вернуться на родину вместе с ними. Последний год, она так и прожила в компании солевых потеряшек, медленно, но, верно, деградируя, убивая и подкладывая своё тело, она ждала Вову, как могла. В этот жизненный период её и встретил Юра с ребятами, понесённые в ту ночь побои отрезвили Катю, она попросилась пожить к сводной сестре, которая к тому времени обзавелась мужем и вторым ребёнком, помогала по дому, следила за детьми, подменяла сестру как могла.

Так, она и дождалась суженного, а Вова, как настоящий мужчина взял Катю в жёны. Через несколько месяцев супружеской жизни им стало скучно, Владимир начал запивать, а пил он до полной потери памяти. Супружеская пара любила проводить время в компании старых друзей Кати, у одного из них был гараж, больше притон, но гараж. Рядом стояла баня. В этом гараже Владимир, как правило, допивался до отключки, а Катю уводили по очереди, а иной раз и по двое, в баню, так продолжалось ещё несколько месяцев, до тех пор, пока Катя не забеременела. Она родила Владимиру двойню – милых девочек, Владимир бросил пить, и всё вроде бы было ничего, но мать из Кати получилась не очень, брак распался, девочки остались с отцом, Катя начала жить, то с одним, то с другим, попутно удовлетворяя свои не самые высокие потребности.

Глава 3. Место и время неизвестны

Влада волокло, било о камни и корни, за которые он пытался уцепиться. Холодная, жёсткая земля впивалась в тело, сжимала его, сдавливала грудную клетку – так что в ушах, смешиваясь с треском сухих корней, эхом отдавался пульс, и только когда движение прекратилось, цепь перестала стягивать, всё ещё свисая с напряжённого тела. Медленно и осторожно Влад пытался вылезти, упорно сдвигая с себя шершавые звенья. Немного освободившись, он смог повернуть шею и осмотреться по сторонам: лежал он в неглубокой яме, заполненной человеческими телами, костями и цепями. Сверху, широко расставив ноги по краям, нависало огромное существо в тёмном платье с просторным подолом, в грязном жилете, обтягивающем широкую и плоскую грудь. Вместо рук у существа спускались длинные щупальца, они присасывались к телам, лежащим в яме, вырывали куски плоти и поднимались. На уровне пояса часть щупалец, соединяющаяся с телом при помощи жилистых, угловатых волокон, вылазила из плечевого сустава, освободившись, волнообразными движениями, щупальца спускались под подол; за это время из плечевого сустава вырастали новые, повторяющие то же самое. Влад был крайне удивлён, но собрался с мыслями, согнул колени, упёрся стопами в чью-то скользкую грудь, наклонил корпус и осторожно освободил правую ногу, приподнялся и, оттолкнувшись свободной ногой, полностью вылез из-под цепи. Он встал на колени, скользкие стены ямы не позволяли зацепиться, тогда он начал сгребать руками землю, делая небольшие выступы, хватаясь за них, рывками, ему удалось выбраться из ямы, он спешно отполз.