Девушки под чужим солнцем

— Ладно, — Виенна подвела итог. — Запомним все трое. 4-7-1-3-8-2-9. Если это что-то значит, мы вспомним. Когда понадобится. Если нет — забудем. Но запомним. На всякий случай.

— Запомню, — кивнула Греета.

— И я запомню, — повторила Тииса. — 4-7-1-3-8-2-9. Четыре, семь, один, три, восемь, два, девять.

Виенна кивнула, посмотрела на экран, где зелёная линия тянулась к тёмной точке — планете без имени. Затем повернулась к Греете:

— Грей, расскажи свой сон.

— Мне снился коридор этого корабля, — начала Греета. — Голубоватая подсветка, линии на стенах. Я бежала, но ноги были тяжёлыми, будто в воде. Впереди был мостик, а коридор зациклился. Поворот за поворотом — и снова тот же.

Она сделала короткий вздох.

— За моей спиной слышалось тяжёлое, ровное дыхание. Я не оборачивалась, продолжала бежать. Остановилась и обернулась.

Тииса тихо спросила:

— Что ты увидела?

— Тень, — ответила Греета. — Моя тень стояла напротив меня, а не у стены. Она шагнула ко мне, отделилась и стала тёмной фигурой без лица и глаз. Шептала без рта, звук шёл ниоткуда.

— Что она шептала? — спросила Виенна.

— «Ты не сможешь защитить их всех», — произнесла Греета ровным голосом, как будто цитируя. Тишина в комнате стала такой плотной, что даже тихий гул корабля, казалось, затих.

— Грей, — прошептала Тииса. — Это страшно.

— Это анализ, — ответила Греета. — Тень — это я сама. Мой страх. Не внешняя угроза, а внутренняя. Я боюсь, что не справлюсь, не защищу вас, миссию, себя. Коридор зацикленный — это тупик. Бегу, но никуда не прихожу. Это не про корабль, это про меня.

Она сделала паузу, словно собираясь с мыслями.

— Потом был другой сон. Панель. Все красные огни мигают. Я ввожу код. Система требует подтверждения командира. Виенны. Но её нет. Только красные огни и надпись. Я ввожу код снова и снова.

Она посмотрела на реакцию подруг. Те ждали продолжения.

— Третий сон, — сказала Греета. — Планета из камня и пыли, тёмное небо. Вы рядом, за моей спиной. Над нами прозрачный щит, который трескается и рассыпается. Начинается буря из плотного тёмного песка.

Тишина длилась долго. Тииса не двигалась, Виенна сжала подлокотники — рёбра ещё болели после стазиса.

— Три сна, — произнесла Виенна. — Тень, красные огни, щит. Всё про защиту, про то, что ты не справишься.

— Да, — подтвердила Греета. — Мозг обрабатывает информацию. Я безопасник. Моя тревога — не защитить, не удержать, не справиться. Классический профиль.

— Грей, — сказала Тииса, — «классический профиль» — это когда так говоришь, что хочется тебя обнять.

— Не надо, — ответила Греета. — Я в кресле, ты не достанешь.

Тииса тихо засмеялась, Виенна тоже, но её смех был коротким.

— Тииса, — позвала Виенна. — Расскажи свой сон.

— Я видела лес, — начала Тииса. — Мягкий и живой. Высокие деревья пульсировали, как сердца, листья светились и шептали, как ветер, но со смыслом. Корни тянулись вперёд, не хватая, а указывая.

— Куда вперёд? — спросила Греета.

— Не знаю, — ответила Тииса. — Просто вперёд. И блокнот. Чернила потекли, стали прозрачными, затем голубыми и засветились. Слова расплывались, но я продолжала писать. Паттерн важнее смысла.

— Паттерн важнее смысла? — переспросила Виенна.

— Откуда это?

— Из сна, — ответила Тииса. — Из леса, из листьев. Там я это знала. Здесь тоже. Паттерн — это структура, важнее смысла. Смысл меняется, паттерн — нет.

Греета прищурилась.

— Это не просто сон, — сказала она, скорее как наблюдение, чем вопрос. — Ты принесла фразу из сна в реальность. Не забыла, не стёрла. Как данные.

— Да, — подтвердила Тииса. — Как данные. Я биолог и хорошо понимаю, что такое данные. Паттерн — это данные, структура — тоже данные. Лес — данные, сон — данные.

— Продолжай, — попросила Виенна.

— Потом я стала меньше, — продолжила Тииса. — Мир вырос, деревья стали огромными, и я оказалась внутри одного из них. Стена была мембраной, прозрачной и пульсирующей. Я была внутри клетки, как образец под микроскопом. Клетка меняла цвет: тёмно-зелёный, светло-зелёный, голубой. Цвет был речью, сообщения передавались через паттерны. Клетка делилась: мембрана надвинулась, разделив меня и пустоту. В пустой клетке появилась псевдоподия, медленная и осторожная, как предложение контакта.

— И что ты сделала? — спросила Греета.

— Я протянула руку, — ответила Тииса. — И вдруг появилась мама. Она стояла — ни фона, ни пола, ни стен. Просто стояла. Улыбалась. Тёмные волосы, как у меня, лабораторный халат, знакомый, выцветший. Тёплые, усталые, живые глаза.

Пауза длилась долго. Виенна молчала, Греета тоже.

— Она сказала: «Ты найдёшь то, что ищешь», — произнесла Тииса. — Я шагнула к ней, но она растворилась, как туман. Остался только слабый запах полевых цветов. Далёкий, как из детства.

Тишина была тёплой и долгой. Греета молчала, не комментируя и не анализируя. Впервые за весь разговор она не знала, что сказать. Аналитик не имел анализа, стратег не имел плана. У Тиисы был сон о маме, о тёплых глазах, о словах «ты найдёшь». И Греета молчала, потому что это было больше, чем просто данные.

— Красиво, — тихо сказала Виенна. — Тииса, это красиво.

Тииса улыбнулась, но не детской улыбкой, а другой — тихой, взрослой. Это была улыбка человека, который видел что-то важное и не мог объяснить.

Молчание длилось минуту или две. Корабль гудел, зелёная линия на экране тянулась, а тёмная точка — планета — приближалась медленно, по капле, по пикселю.

— Итак, — Виенна выпрямилась в кресле и стиснула зубы. — Три разных сна, но есть что-то общее.

— Что? — спросила Тииса.

— Все три сна о потере, — ответила Виенна. — Мой сон о стене без двери — потеря контроля. Греета видела тень, которая шепчет, — потеря защиты. Твой сон о клетке, где ты внутри, — потеря свободы. Все сны об невозможности. Не могу выйти, не могу защитить, не могу вырваться.

— И числа, — добавила Греета. — У Виенны семь цифр, у меня «требуется подтверждение», у Тиисы «паттерн важнее смысла». Все сны содержат сообщение, а не просто образы. Как будто кто-то вложил их в наши головы.

— Кто это сделал? — спросила Тииса.

— Мозг, — ответила Греета. — Тревога, стресс, неизвестность. Маршрут изменён, Гоф не отвечает, планета неизвестна. Мозг обрабатывает информацию и выдаёт образы.

— А если не мозг? — не унималась Тииса. — Если сигнал извне? Что-то пришло к нам во сне, как данные в память.

— Тииса, — Греета посмотрела на неё. — Это сон. Не телепатия, не контакт. Мы в стазисе, метаболизм замедлен, мозг на минимуме. Какой сигнал? Какой контакт?

— Не знаю, — ответила Тииса. — Но «паттерн важнее смысла» я не выдумала. Не знаю откуда. Просто знала. Во сне знала, здесь тоже. Как будто всегда знала, но раньше не думала. А теперь думаю.

— И числа, — сказала Виенна. — 4-7-1-3-8-2-9. Я не выдумала их. Не считала. Не запоминала. Они были во сне, как высеченные. Как не мои.

— «Не мои», — повторила Греета. — Что значит «не твои»?

— Не знаю, — ответила Виенна. — Но чувствую, как и Тииса с «паттерном важнее смысла». Не мои. Пришли извне или изнутри. Не знаю, но не мои.

Греета задумалась, глаза забегали — она считала варианты и вероятности.

— Ладно, — сказала она. — Предположим. Не мозг, не тревога. Тогда что? Сигнал? От кого? От чего? Мы в космосе, в стазисе.

Ответа не было. Ни у одной из них. Затем они разошлись. Виенна села в центральное кресло у экрана. Зелёная линия маршрута была ровной и бесконечной, как во сне. Смотря на неё, она думала: файл повреждён. Стена без двери. Голоса: «Она не знает всей правды». Кто она? Она сама или кто-то другой? И какая правда?

Греета села в правое кресло. Открыла раздел: «Резервные протоколы. Решения командира». Прочитала первую строку: «В случае потери связи с базой командир группы принимает решение самостоятельно». Простые слова.

Во сне горели красные огни. Система требовала подтверждения. Виенны не было. Здесь — была. Здесь всё в порядке. Здесь тень не шептала. Пока. Тииса устроилась на диване в углу мостика. Она не работала, а просто ждала. Растянулась, как кошка, и смотрела в потолок. Думала: «Мать. «Ты найдёшь то, что ищешь». Что я ищу? Клетку? Контакт? Или ответ, которого ещё нет? Лес во сне пульсировал, как живой. Она хотела туда. Не знала куда, но хотела. Жажда знаний была сильнее голода, только глубже.

Глава 4. Прибытие

Виенна не отводила взгляда от голографического монитора. Символы и планетоиды различных цветов и размеров мелькали перед ней, но это не мешало усваивать информацию, собранную за время движения мимо звёздных систем.

Экран остановился на изображении большой планеты, окружённой густыми облаками.

Виенна коснулась её рукой, увеличив изображение. Греета увидела, что подруга остановилась на чём-то, оторвалась от защитных протоколов и подъехала к ней на левитирующем кресле.

— Что нашла? — сразу спросила рыжеволосая.

Виенна повернулась к ней и глубоко вздохнула, словно готовясь произнести что-то важное.

— Я нашла файлы о планете, на которую мы летим.

— Понятно. — Греета принялась внимательно читать информацию на голограмме. — Всё время, что мы спали, корабль шёл ровно по курсу.

— Да, — кивнула Виенна. — Этот бортовой ИИ знает свою работу. Ни одного сбоя.

— Спасибо за положительную оценку, — раздался приятный женский голос ИИ.

Девушки в ответ лишь немного улыбнулись.

— Вся нужная информация о миссии доступна для изучения, — продолжил ИИ.

Виенна и Греета продолжили изучать экран.

— Мы вышли за пределы обитаемой зоны несколько солов назад, — сказала Греета, не отрываясь от экрана.

— Да, — согласилась Виенна. — Но самое странное — никто не остановил нас на границе межзвёздного союза. Я думала, нас обязательно досмотрят и начнут задавать вопросы.

— Ваш маршрут был согласован, — снова раздался голос ИИ. — Никаких дополнительных проверок не требовалось.

— Вот и ответ, — вздохнула Виенна.

Греета сделала несколько манипуляций на экране — быстро вывела зелёную линию курса, параметры корабля и оставшееся расстояние до планеты.

— Приближаемся, — спокойно прочитала она.

— Осталось немного, — Виенна тоже вздохнула. — Менее сола.

— Надеюсь, эта первобытная планета не преподнесёт сюрпризов, — сказала Греета, изучая изображение.

— Я тоже, — немного волнуясь, ответила Виенна, касаясь проекции планеты.

Под объёмным изображением появился внушительный список характеристик. Здесь же — информация о родительской звезде и окружающих планетах.

— Звезда — жёлтый карлик, — Виенна коснулась экрана. — Возраст — пять миллиардов лет. Стабильная.

Греета прищурилась.

— Жёлтый карлик? Пять миллиардов лет?

— Да.

— Шак Тин сказал — ярко-жёлтый гигант. Очень молодая звезда, — Греета посмотрела на Виенну. — Это не просто другое описание. Это другая звезда.

Виенна молчала. Потом произнесла медленно:

— Карлик и гигант — это разные классы. Пять миллиардов лет и «очень молодая» — разные вещи. Мы летим к звезде, которая не соответствует брифингу.

— Маршрут, — Греета произнесла одно слово, но оно повисло тяжело. —

Да, — кивнула Виенна. — Маршрут, который изменился сам.

Они смотрели друг на друга секунду. Потом Виенна вернулась к экрану.

— Внутренняя зона — скалистая, с металлами и силикатами. Газовые гиганты — на дальних орбитах.

— Нормальная структура, — Греета кивнула. — Гиганты защищают планету, притягивают космическую пыль. Орбиты стабильные, столкновений почти нет.

— У планеты несколько спутников.

— Несколько спутников? — Греета повернулась. — Искусственные?

— Нет данных. Нужно проверить на месте. Но химический состав благоприятен для жизни.

— Или для её зарождения, — раздался голос Тиисы.

Она вошла на мостик. Тёмные волосы спадали на плечи, на лице играла мягкая улыбка. Она остановилась у двери, опираясь на косяк.

— Ты пришла в себя? — спросила Виенна.

— Конечно, — Тииса села в свободное кресло. — Что известно о планете?

Виенна открыла файл.

— Климат тропический, с высокой влажностью. Атмосфера очень плотная.

— Насколько плотная? — сразу спросила Греета.

— Мы не сможем дышать. Наша дыхательная система не справится.

Улыбка у Тиисы исчезла.

— Шлемы не деактивируем, — приказала Греета. — Это первая моя команда в этой миссии.

— Гравитация чуть сильнее нашей, — продолжила Виенна. — Скафандры компенсируют. Сезонных изменений почти нет. Постоянные осадки, туманы и циклоны.

— Скучно, — заметила Тииса.

— Согласна, — кивнула Греета. — Но для общего анализа достаточно. Детали узнаем на месте.

Тииса отмахнулась.

— Сядем, датчики сами всё определят.

Виенна ничего не ответила. Она смотрела на экран, где была изображена тёмно-зелёная планета с серебристой рекой и белыми облаками. Красивая, но чужая. И слишком зрелая для молодого мира.

— Проверьте оборудование, — твёрдо сказала она. Голос стал командирским. — Скоро будем на месте.

Греета, не сказав ни слова, встала с кресла и направилась к шлюзовому блоку, где в специальных шкафах, закрытых стеклянными колпаками, находились их личные скафандры, размещённые командой подготовки.

Открыв колпак, она получила доступ к каждому костюму. В её обязанности входило обеспечение безопасности группы, поэтому проверку она проводила лично.

Специальный сканер в шкафу активировался по голосовому коду. Скафандры были полностью заряжены и готовы к работе. Рядом находилась ниша, закрытая более надёжным голосовым замком — доступна только ей.

Произнеся код, крышка бесшумно отплыла в сторону. Внутри находились устройства, похожие на длинные толстые трубки с держателями под руку. Штатное вооружение. Несмертельное. Парализация и обездвиживание биологических объектов — кратковременная иммобилизация, благоприятные условия для эвакуации.

Греета взяла один экземпляр, осмотрела, активировала миниатюрную панель на рукоятке. На дисплее — максимальный заряд. Повторила для каждого. По протоколу парализатор должен быть у каждого — у биолога, у командира, у безопасника. Все должны быть ими вооружены. Протоколы она напомнит при высадке. Пока говорить о них было рано.

Тииса вернулась в лабораторию. Без материалов для изучения там было скучно. В её распоряжении находилось несколько специальных контейнеров для сбора и хранения биологических образцов. Список можно было прочесть на небольшом голографическом экране, готовом вспыхнуть при команде. Но она и так примерно знала, что собирать, и не могла дождаться момента, когда сойдёт на поверхность.

Она коснулась одного из контейнеров — тот послушно отплыл в сторону и распахнулся, показав внутри многочисленные полочки, подсвеченные голубоватым светом.

— Очень скоро мы с тобой поработаем, — тихо, почти шёпотом сказала она.

Кроме неё в лаборатории никого не было. Контейнер, может, и обладал примитивным интеллектом, но ответить не мог. Он послушно висел с раскрытым нутром, демонстрируя пустые полки.

Она снова дотронулась до мерцающей панели, створки закрылись. Больше проверять было нечего — в исправности лабораторного оборудования она убедилась ещё при первом осмотре.

Виенна всё это время провела на мостике, в центральном кресле. Как и подобает командиру, она следила за движением корабля и системами. Хотя это входило в функции бортового ИИ, личный контроль всегда приветствовался. Она хотела как можно раньше получить данные о планете, чтобы обсудить их с подругами. Совместный анализ позволял быстро оценить характеристики и принять правильное решение, а Греета наверняка предложит наиболее безопасный вариант.

Скорость корабля вдруг снизилась. Виенна видела — они пересекли границу звёздной системы, и бортовой ИИ сама снизила её до максимально допустимого уровня. Значит, скоро они достигнут конечной точки.

— Греета, Тииса, — обратилась она по общему интеркому. — Пройдите на мостик. Мы приближаемся.

Девушки и так уже собирались — закончили осмотр оборудования, поэтому просьба Виенны не стала неожиданностью. Они и без того чувствовали, что вот-вот достигнут цели.

Греета и Тииса быстро вернулись. Большая овальная дверь за их спинами бесшумно закрылась. Виенна, не вставая с кресла, повернулась к ним и жестом пригласила занять места.

— Мы уже получаем более точные данные, — сказала она, наблюдая, как подруги садятся.

— Это хорошо, — быстро ответила Греета, впиваясь взглядом в экран, где уже прыгали данные.

— И что мы ещё можем узнать? — поинтересовалась Тииса, устраиваясь в кресле справа от Виенны.

Та несколькими взмахами увеличила изображение планеты — вокруг появились надписи с цифрами.

— Теперь мы можем точнее определить климат и другие параметры, которые нужно учесть при высадке, — сказала Греета.

— Именно, — кивнула Виенна, не отрываясь от экрана.

Данные сменились — это была уже конечная информация.

Виенна продолжила:

— Как и предполагалось, климат тропический, преобладают высокие температуры. Высокая влажность, очень плотная атмосфера. Температура за цикл — оборот планеты вокруг звезды — сильно не изменяется. Всегда жарко. Смены сезонов почти нет или выражены очень слабо. Постоянные осадки, туманы, циклоны в прибрежных районах, сильные ветры в верхних слоях атмосферы.

Она остановилась — информация всё время обновлялась. Вместо неё продолжила Греета:

— В экваториальной зоне — сильные дожди. Там могут распространяться неизвестные инфекции, от которых у нас нет иммунитета.

— Но мы же можем использовать защитные поля скафандров, — напомнила Тииса. — Тем самым минимизируя контакт с неизвестными видами.

— Знаю, — ответила Греета. — Но нам нужно выбрать место посадки с минимальными изменениями в среде и погодных условиях, чтобы ускорить выполнение задания. Поэтому я предлагаю умеренную широту. Там не так жарко, относительно сухо и туманы не такие густые.

— Верно, — кивнула Виенна. — Но нужно помнить про повышенную гравитацию. У поверхности — более плотные воздушные массы. Атмосферные процессы могут быть замедлены.

— Многое из того, что нам сообщили об этой планете, подтвердилось, — сказала Тииса, скрестив руки на груди.

— Да, — согласилась Виенна. — Только условия оказались намного жёстче, чем мы предполагали. И звезда не та, которую нам назвали на брифинге.

— И это зарождающийся мир? — спросила Тииса.

— По правде говоря, — задумчиво ответила Греета, — все показатели кричат, что это не так. Пять миллиардов лет — это зрелая система. Не молодая, не зарождающаяся. Шак Тин либо ошибся, либо солгал.

— Координаты верные? — повернулась Греета к Виенне.

— Верные, — быстро и уверенно ответила та. — Но я согласна с тобой. Эта планета не похожа на зарождающийся мир. И звезда — не та.

— Что мы будем делать? — спросила Тииса.

Она мечтала ступить на планету, несмотря на суровую атмосферу.

Виенна глубоко вздохнула.

— Нам нужно идти до конца. Прилететь, провести время на поверхности, чтобы экспедицию признали выполненной.

— Выбора у нас нет, — заключила Тииса.

— Выбор есть всегда, — вмешалась Греета. — Но если мы развернёмся и полетим назад, на станции нас не поймут. Придётся объясняться, и возможно нас снова отправят сюда.

— Значит, летим дальше? — Тииса слегка улыбнулась.

— Летим дальше, — почти без эмоций ответила Виенна, снова повернувшись к объёмной голографической карте.

Довольно скоро они достигли огромной желтоватой планеты, поверхность которой была испещрена многочисленными чёрными полосами, тянущимися вдоль всей её окружности. Виенна немного замедлила полёт и открыла передний смотровой иллюминатор, чтобы они смогли наблюдать эту красоту своими глазами.

— Как красиво! — восхитилась Тииса.

Её эмоции были так велики, что она подпрыгнула на месте.

— Газовый гигант, — слегка улыбнувшись, сказала Виенна. — Состоит из плотных газов, вращающихся на разных высотах с огромной скоростью.

— Не приближайся к нему близко, — с тревогой в голосе предупредила Греета. — Слишком большая гравитация. Магнитное поле способно отключить навигацию.

— Я и не собиралась, — уверенно ответила Виенна. — Быстро пролетим мимо.

— Он больше, чем наш Ривал, — заметила Греета.

— И у этой планеты около восьмидесяти восьми спутников, — добавила Виенна, не отрываясь от карты. — Десять из них — полноценные планеты с атмосферой и собственной гравитацией.

— И на них возможна жизнь? — Тииса продолжала наблюдать за гигантом, медленно проплывающим мимо.

— Всё возможно, — вздохнула Виенна. — Но у нас другая цель. Скоро прибудем.

Пролетев газовый гигант и вдоволь насладившись его видами, Виенна ускорила движение. До конечной точки маршрута оставалось совсем немного, и все с нетерпением ждали, когда увидят планету своими глазами. Они добрались быстрее, чем думали. Ещё не успели остыть эмоции от гиганта, как на карте появилась конечная точка — планета, покрытая густым непроглядным ковром из плотных облаков белёсого цвета.

Корабль завис на орбите в тысяче километров от поверхности. Внизу раскинулись плотные облака, напоминающие вату. Они полностью скрывали планету: ни гор, ни рек, ни лесов — лишь белая пелена, гладкая и непроницаемая.

На мостике царила тишина. В трёх креслах сидели Тииса, Греета и Виенна. Тииса держала контейнеры, готовые к работе. Греета проверяла скафандры. Виенна сосредоточилась на курсе, траектории и плане.

— Мы на месте, — тихо произнесла Виенна, словно выдохнула.

— Облака слишком плотные, — ответила Греета.

— Для нас, — уточнила Виенна. — Но для местных они вполне приемлемы.

— Если там кто-то есть, — добавила Греета.

— Есть, — подтвердила Тииса, повернувшись к остальным. — Атмосфера плотная, влажная и тёплая. Звезде здесь пять миллиардов лет. По всем законам, жизнь должна существовать.

— Или когда-то существовала, — задумчиво сказала Греета.

В ответ наступила тишина. Слово «существовала» повисло, как вопрос без ответа.

— Начинаем посадку? — нетерпеливо спросила Тииса. В её голосе был не страх, а голод и жажда действия.

— Ищем подходящее место, — Виенна коснулась экрана. Ветер, температура, влажность — данные шли по секторам. — Умеренная широта, не экватор. Здесь суше и прохладнее.

— Идеально, — подтвердила Греета. Потом указала на индикатор в углу экрана — мигающий, мелкий. — Ви, смотри.

— Что это? — нахмурилась Виенна.

— Спутники, — ответила Греета. — Несколько на низких орбитах.

— Спутники? — переспросила Тииса. — Здесь?

— Масса планеты не позволяет естественным спутникам находиться на таких орбитах, — медленно произнесла Виенна.

— Значит, они искусственные. Два из них — с большими пустотами внутри.Они явно для чего-то предназначены.

— Для чего? — спросила Тииса.

Виенна и Греета пожали плечами одновременно.

— Возможно, ответ кроется на поверхности, — предположила Греета.

— Планета загадок, — с любопытством вздохнула Тииса.

— Интересно, зачем они нужны? — произнесла Греета спокойно, как констатацию факта.

Виенна взглянула на экран. Точки светились ярко и ровно, двигаясь по полярной орбите. Слишком правильная траектория. Природные объекты так не летают.

— Активные? — спросила Виенна.

— Нет, — ответила Греета. — Никаких излучений — ни радио, ни теплового. Он мёртв.