А ты смотрела этот фильм? Кино – обычно только повод для чего-то большего

Про космос снимают нынче не часто. Про настоящий космос, а не про межзвездные леталки, где законы Кеплера не действуют, потому что о них никто не слыхал. Ближе всего к этому фильму российская псевдодокументалка Алексея Федорченко «Первые на Луне» и «Аполлон 13» Рона Ховарда. С американским предтечей, несомненно, роднит и сходное название. Впрочем, по духу эти ленты противоположны: в «13-м» мы видим торжество человеческого разума, убеждаемся, что янки своих не бросают даже за пределами Земли. В «18-м» все намного мрачнее. А Федорченко во многом предвосхитил техническую сторону «Аполлона 18», который также снят в документальной стилистике. Как известно, на космических кораблях довольно много камер. Космонавты и астронавты фиксируют каждый свой шаг. Вот это и использовали создатели фильма. Все действия мы видим через камеры, используемые в рабочей обстановке – для отчета перед Министерством обороны.

Всего было 17 «Аполлонов». После этого лунную программу американцы свернули, посчитав, что хватит беспошлинно вывозить с естественного спутника образцы грунта. Это история о не существовавшем полете. Астронавты Нэйтан Уокер и Бен Андерсон все же высадились на Луну. А там уже стоял советский лунный модуль. Все-таки они поверили, что мы тоже были там.

Фильм получился страшным – вздрогнуть несколько раз заставит многих. Достигнуто это нехитрым эффектом неожиданности. Поначалу же в кадре даже находится место теплому юмору. Но постепенно становится все тревожнее.

Пусть happy end не пригодился, пусть Хьюстону плевать на чужие проблемы, пусть в Белом доме и в Кремле решают пожертвовать астро- и космонавтами в угоду каких-то экспериментов. Но остается вера в человека. Посланцы Земли на враждебной к нам планете вполне достойно представляют нашу цивилизацию. Они готовы прийти на выручку, даже рискуя жизнью. Бен только в самом конце отказывается впустить Нэйтана внутрь «Протона», понимая, что с ним явно что-то не то. Оказывается, нам так часто показывают придурков и супергероев, что по обычным порядочным персонажам мы уже успели соскучиться.

У Винни-Пуха отняли Пятачка и подложили Хрюню

У многих классических произведений есть разные переводы, претендующие на равноправие. Так, вслед за гамлетовским «быть или не быть» идет не только «вот в чем вопрос», но и «таков вопрос» – в зависимости от того, в чьем переводе вы читаете трагедию. «Скотный двор» Джорджа Оруэлла населен зверьми с по-разному понятыми именами. Коня называют то Бойцом, то Боксером, одну свинью то Главарем, то Майором, другую – то Обвалом, то Снежком, то вовсе Сноуболом. И даже хрестоматийный пример и образец для запоминания может начинаться как «Отче наш, иже еси на небесех», так и «Отче наш, сущий на небесах». Что уж говорить о текстах менее сакральных.

Однако бывают случаи, когда выбор перевода становится не менее знаковым, чем вообще обращение к оригиналу. «Винни-Пух и Все-все-все» – под таким заглавием книга Александра Милна о плюшевом медведе завоевала популярность в нашей стране. Хотя сначала Борис Заходер назвал ее «Винни-Пух и все остальные». Не все знают, что «Винни-Пух» (как и «Алиса» Кэрролла и «Гулливер» Свифта) это отнюдь не детское произведение. Маленькие читатели просто не в состоянии еще оценить языковые игры, которые разворачивает на страницах автор. Заходер не только во многом сохранил эту особенность милновской стилистики, но и привнес много своего – причем привнес органично. Я помню, что в детстве тщетно искал в книге песенку «Хорошо живет на свете Винни-Пух». И не нашел. Оказывается, Заходер написал ее специально для мультфильма Федора Хитрука.

Итак, на наши экраны вышел «Медвежонок Винни и его друзья». Это знакомые с детства персонажи – многие видели их в диснеевском мультсериале, который когда-то показывали по воскресеньям на РТР: «Время пришло в гости отправиться, ждет меня старинный друг…» Внешний вид героев вполне классический. Именно так выглядели они в иллюстрациях прижизненных изданий сказок Милна. А вот имена звучат довольно необычно. Иа-Иа теперь Ушастик, Тигра – Тигруля, Щасвирнус – Яскорра, а Пятачок – Хрюня. Что ж, к первоисточнику эти имена ближе, но от российского зрителя точно дальше. Пожалуй, оправданным является лишь переименование Совы. В диснеевском мультфильме это Филин. Но Заходер пошалил так, что мужской персонаж у него стал дамой. А тут все-таки птица вполне мужского облика на экране. Впрочем, нашему блистательному переводчику можно простить эту маленькую вольность – в одном польском переводе Винни сделали медведицей. Разумеется, автор перевода – феминистка.

Сам сюжет вполне соотносится с литературной основой. Друзья ищут хвост для Ужастика, простите, для Ушастика – ну, для Иа. А также им приходится спасать Кристофера Робина от Яскорры из-за того, что Филин плохо прочитал записку. В фильме много песен – он иногда даже напоминает мюзикл. Но все попевки довольно заурядные – нет ни пыхтелок, ни вопилок. Впрочем, некоторые попытки покаламбурить предпринимаются. Но в основном игры с языком выражаются графически. Так, Винни разгуливает по страницам книги и иногда сходит с картинки на строчки текста. Благодаря тому, что в яму, в которую угодили игрушечные звери, посыпались буквы, друзья смогли построить буквенную лестницу и выбраться на свободу.

Вообще все критические замечания приходится делать с учетом того, что мультфильм-то для детей. Если вашему чаду от 3 до 10 лет, то вполне можете пойти на «Медвежонка Винни» вместе с ним. Детворе в общем без разницы, как зовут героев и кто переводчик. И приятно, что «Дисней» вновь обратился к рисованной анимации. Посреди засилья компьютерной графики это выглядит дерзкой новацией.

Конечно, американский Винни-Пух не сочиняет стихи – он вообще не поэт по жизни. Ему бы меда найти, а остальное его не интересует. Зато он демонстрирует юной аудитории, что дружба важнее насыщения утробы. Когда Пух находит хвост ослика, он так торопится отнести его, что отказывается от угощения. И Филин кричит ему вслед: «А как же мед?» «Пофиг!» – радостно отвечает малыш из зала.

Белинский сказал: «Свобода художника состоит в гармонии его собственной воли с какою-то внешнею, не зависящею от него волею, или лучше сказать, его воля есть вдохновение!..» У диснеевского Винни-Пуха (американцы пишут без дефиса это имя, но мы больше верим написанию Милна) вдохновения нет. Да и создатели мультфильма явно не очень заботились о решении чисто творческих проблем. Новая экранизация приключений плюшевого медвежонка получилась предсказуемо доброй и неожиданно скучной. Достоинством многих художественных произведений является то, что их могут читать (смотреть) как взрослые, так и дети, как умные, так и не столь искушенные в интеллектуальных вопросах зрители. В этом случае г-да из компании «Дисней» планку все же занизили. И между прочим, не я один изъявляю недовольство упрощенным подходом американской киностудии к изображению Винни-Пуха. Мое мнение – это частная позиция, далеко не самая авторитетная. Но зато мою точку зрения разделял… сам Кристофер Робин. Да-да, тот самый мальчик, которому принадлежали все те игрушки, которые ожили под пером Алана Александра Милна. Это сын писателя. И он умер относительно недавно – в 1996 году. Так вот Кристофер Робин полагал, что диснеевские ленты имеют крайне мало с творчеством его отца. А уж кто-кто, а Кристофер Робин знал, каким был настоящий Винни-Пух.

«Коломбиана»: повесть о кровожадной отличнице

Сценарист Люк Бессон вообще неравнодушен к наемным убийцам. Эту тему он уже поднимал в «Леоне». Теперь в центре внимания девушка-киллер в фильме «Коломбиана». Кстати, в названии, похоже, грамматическая ошибка. Ведь оно содержит отсылку к стране в Латинской Америке. Видимо, переводчики не сообразили, что Colombia по-русски пишется как «Колумбия» – через «у».

Богатством чувств создатели не баловали. Движущей пружиной всего действия выступает месть. 9-летняя Каталея решила поквитаться с мафией, убившей ее родителей, и просит дядю научить ее убивать. Тот, конечно, соглашается, но ставит обязательное условие: сначала окончить школу. Судя по дальнейшему развитию событий, девочка прилежно училась в школе, а дядя сдержал обещание.

А мне за четверть без «троек» обещали «Денди». Хорошо, что меня не придумывал Люк Бессон.

Драки и перестрелки в фильме поставлены великолепно – без лишних компьютерных наворотов. Все стандартные ходы на месте: и ползание по вентиляции, и борьба двух соперников за один пистолет, и талисман на шее, подаренный отцом. Хотя можно отметить попытку заколоть противника зубными щетками.

Пожалуй, можно экранному буйству дать оценку словами Марка Твена: «Исполнение всеобщей резни отличалось большой верностью деталей, что служит доказательством высокого мастерства ее покойных участников».

Что действительно хорошо, так это операторская работа. Никаких откровений, конечно, но отдельные «плавающие» кадры способны доставить эстетическое удовольствие. За это спасибо Ромэну Лякурбасу.

При наблюдении расправы убийцы над убийцами мозг лучше отключать и просто созерцать и жевать. Музыка для ног – кино для челюстей. Но все же среди обилия перепачканных кровью персонажей есть троица (не ищите в этом слове сакрального подтекста) вполне добродетельных людей. Это бабушка Каталеи, которая, однако, взрастила не очень миролюбивое потомство. Так что, хоть она и не ходит с пистолетом, но отсутствие педагогических способностей в рай ее точно не пустит. А она так хотела! Также назовем возлюбленного главной героини Дэни. Он самобытный художник, который ничего не знает о занятиях своей милой. Мужчина пытается разговорить Каталею, но ей лишь подавай быстрый секс – и бежать. И третий персонаж, служащий добру, это пожилой служака из ФБР Росс. Он суперпрофессионал и прекрасный семьянин, он пытается найти правду, но ему мешают происки ЦРУ. Кстати, про хороших парней из Федерального бюро расследований, по ощущениям, в Штатах снимают гораздо больше фильмов, чем про хороших парней из Центрального разведывательного управления. Видимо, ФБР любят больше, чем ЦРУ. Ну и немаловажно то, что на Западе, наконец, признали: то, что начинается на «Росс», обязательно стоит на стороне добра. Можно считать это победой в холодной войне.

Кунг-фу: Кролик против Панды

Древние китайцы были сущим позором для нынешних жителей КНР: они абсолютно не желали копировать и подделывать. Древние китайцы все придумывали сами. Их потомкам этого, пожалуй, не понять. Современные обитатели самой густонаселенной страны мира готовы уштамповать всю планету надписью made in China. Но ведь именно «сделано», а не «придумано».

Древние же китайцы изобрели порох, фарфор, бумагу, китайский язык (да, бывали и у них творческие неудачи) и, конечно, кун-фу (будем придерживаться все же более согласующегося со словарями варианта, вместо «кунг-фу»). И как раз европейцы всячески пытались копировать азиатские ноу-хау.

Массовая культура активно эксплуатирует боевые искусства Востока. В 1980-х до СССР добрались рукопашные боевики с харизматичным молчуном Брюсом Ли. Потом подоспели Джеки Чан и Саммо Хунг. Во многих школах РФ заработали секции ушу и кун-фу. Но пик популярности этих «кийя» уже позади. Новому поколению кинозрителей известны лишь такие кунфуристы, как Джет Ли и Панда из мультфильма.

Ничего удивительного, что китайцы решили напомнить о том, что кун-фу – это их национальное достояние. Так на наших экранах появился китайский 3D-мультфильм «Кунг-фу Кролик». К приключениям американского Панды он не имеет прямого отношения. Это оригинальное произведение, содержащее, однако, очевидные отсылки к прославленному анимационному фильму. Здесь можно указать на то, что главным врагом кролика Туа, на халяву получившего мастерство кун-фу, является белый медведь, намазавший черным вокруг глаз. При этом у него совершенно круглая голова. Короче, это якобы не панда, но выглядит точь-в-точь как панда.

Параллели можно увидеть и в родственных отношениях. Так, американский Панда был сыном птицы. Его это не смущало, но папаша все же прояснил ситуацию, объяснив, что главный герой – приемыш. В китайском варианте кошка Пиона приходится дочерью обезьяне. Это вновь никого не смущает. Но и объяснений никто не приводит никаких. Как и тому, почему кролик Туа в размерах ничуть не уступает ни псевдопанде Снэку, ни быкам, ни слону.

Кроме того, кунфурист Панда был разносчиком пищи и весьма тяготился своей участью. А вот кролик Туа по профессии повар и очень любит готовить. Кулинарный техникум – кузница боевых кадров не хуже Шаолиня. Сначала месишь тесто, потом – злобных быков. В ученье мочишь яблоки, в бою – быдловатого слона.

Приемы показаны достаточно убедительно. Персонажи весьма симпатичны. Вот Джеки Чан, как только он перестает махать руками и ногами, сразу становится неинтересен – это не Аль Пачино, способный удерживать внимание взглядом. Мультгерои тоже не Пачино, конечно. Но посмотреть на них можно и во время диалогов. А вот техника 3D кое-где подкачала. В нескольких местах изображение грешит эффектом соляризации и прочими мелкими изъянами.

А вообще фильм учит… И чему вообще могут учить ленты, посвященные кун-фу? Прежде всего, что кролик – это не только ценный мех, но и отличная кандидатура на звание нового супергероя. Для плохишей он представляет не меньшую опасность, чем его привозные собратья для Австралии когда-то.

Хотя, наверно, найдутся и более глубокие критики, которые различат в сюжетных поворотах основы конфуцианства или чего-то еще под бамбуковым соусом китайской философии. Всегда есть люди, способные разглядеть то, что скрыто от глаз простых смертных. Как, например, одна моя сверстница в юные годы выступила с такой апологией телесериала «Элен и ребята»:

– Жизнь показывают!

Профессионал и белое солнце Омана

Удивительное дело! Старые боевики, которые раньше воспринимались именно в таком качестве, теперь вспоминаются как душевные психологические драмы. Можно это списать на ностальгию либо на наглядную переменчивость времени. Это как «Декамерон», который студенты филфака в 1970-х годах читали с упоением, смакуя эротические сцены. Современные грызуны гранита науки листают толстый том Боккаччо со скукой на лице. Такой эротикой нас уже не удивишь.

Обычно, разбирая то или иное произведение искусства, критик (если он не ограничивается задачей просто всех разругать с похмелья) старается вникнуть: о чем же думал автор. В случае с иностранным кинематографом, все чаще приходится догадываться, о чем же думали прокатчики. Дело в том, что, прежде чем выпустить фильм на экраны страны, специально натренированные люди придумывают новые названия для кинокартин. Тут важно угадать: «как вы яхту назовете, так она и поплывет» – такие и сборы будут в кассах.

Итак, фильм «Элитный убийца» решили переименовать в «Профессионала». Под такой этикеткой он и идет в российских кинотеатрах. Тем самым мастера кинопрокатного стана внесли неучтенные режиссером аллюзии. Что ж, пока они там нервно прикидывают, сколько же удастся заработать, попробуем разобраться, что в этом «Профессионале» к чему.

Сразу развеем все сомнения. The Killer Elite это не ремейк французского Le professionnel с Жан-Полем Бельмондо. И вообще это фильмы несколько разной весовой категории. У профессионалов же принято разводить боксеров по категориям.

Завязка такова: наемника Дэнни Брайса, отошедшего от дел и коротающего дни в Австралии, вынуждают взяться за задание, захватив в заложники его друга. Арабский шейх, потерявший при вторжении англичан в Оман троих сыновей, желает смерти британским спецназовцам, убившим его детей. И Дэнни с двумя подельниками начинает выполнять заказ.

Все-таки безумно жаль блистательного Бомона в исполнении Бельмондо. Ему тоже было дано задание убить человека. Но он не наемный убийца, а профессиональный военный, которому правительство поручило грязную работу. И он, загнанный в угол, довел работу почти до самого конца, доказав свой профессионализм. Почти до конца – потому что убивать свою жертву Бомон не стал. Дэнни Брайс же нехотя, но расправляется с заказанными лицами.

Периодически он вспоминает идиллические картины семейной жизни на ранчо на зеленом континенте. Выглядит это как мысленная переписка товарища Сухова с разлюбезной Катериной Матвеевной. Да и место действия периодически смещается на восток. Вот только то, что в «Белом солнце пустыни» было режиссерской находкой, примешавшей к костюмному истерну толику лиричного юмора, в «Профессионале» выглядит истасканным клише.

Да, Дэнни старается быть более порядочным, чем его кровожадные товарищи. Он пытается удержать их от лишних жертв. Но создать образ благородного человека, вынужденного творить зло, однако при этом сохраняющего чистоту души, – задача рядовому творцу непосильная. Пожалуй, во всем мировом искусстве лишь один человек смог решить ее. Везет же гениям! Это Фридрих Шиллер, выведший в «Разбойниках» Карла Моора.

Есть в этом фильме нечто постмодернистское. Маленький экскурс: модернизм начала ХХ века рьяно отрицал все старое, придумывал новые формы и дал миру искусства немало подлинных открытий. Куча непонятных для обычного человека понятий: симультанность, «поток сознания», контрапункт – проявили себя именно в модернистской эстетике. Модернисты провозглашали победу над солнцем и так усердствовали в ниспровержении истин старого мира, от которого дружно отрекались, что даже предпочитали зло добру. Но – это все-таки были игры взрослых детей. Как талантливых, так и Бурлюков. А потом пришел постмодернизм. Он вообще ничего не провозглашал. Ему было просто лень. И он не отрицал добра. Он просто не видел разницы: где оно, а где зло. И в том, что нам профессионального убийцу, за деньги вышибающего мозги из незнакомых людей, преподносят как главного героя, несомненная постмодернистская суть.

Совсем сползти в беспросветный постмодернизм не дает противник Брайса – отставной солдат Спайк Логан. Заодно он напоминает некритично воспринимающей визуальную информацию аудитории, что добро и зло все же имеет границу. И проходит она через души людей. Спайк не снискал высоких чинов в армии, но он убежден, что бывших военных нельзя оставлять без защиты. И он вызывает гораздо большую симпатию, чем Дэнни Брайс – человек с лицом Александра Гордона и фигурой боксера средних возможностей.

Дэнни (который с какого-то перепуга оказался тоже сотрудником британской спецслужбы в штатском) в конце проявляет благородство и отпускает Спайка, которого вполне мог застрелить. Однако тот спокойно уверяет киллера, что будет искать его и отомстит за убитых. И знаете, я очень надеюсь, что у него получится.

Мушкетеры спасли Анну Австрийскую от Бекингема

«Три мушкетера» Александра Дюма один из самых экранизируемых романов мировой литературы. За несколько десятилетий кем только ни были д’Артаньян и его друзья: и женщинами, и собаками, и даже мышами. Так что фильм Пола Андерсона «Мушкетеры» при всех вольностях в обращении с сюжетом дерзко новаторским считать нельзя.

«Мы часто лили кровь и редко слезы»

И все же авторы сценария так боялись обвинений в уважительном отношении к первоисточнику, что наворотили немало чудес. Если у Дюма его герои сражаются в тавернах, на бастионах, в пещере, женской спальне и разок под водой, то новобранцы мушкетерского полка решающую битву проводят в воздухе – на двух летающих кораблях, построенных по чертежам Леонардо да Винчи. Впрочем, думается, что сам Дюма-отец не сильно бы возражал против такого поворота событий. Он сам никогда не отказывался от крутых сцен.

Герцог Бекингем (играет Орландо Блум) стал отрицательным персонажем. Но это тоже сложно назвать неожиданностью. Так, в одной из экранизаций «Острова сокровищ» доктор Ливси и сквайр Трелони оказались негодяями и Джим вместе Джоном Сильвером перестреляли их.

А вот Портосу зачем-то вставили серьгу в ухо. Сложно сказать, что этим хотели создать создатели картины. Или пытались привнести в образ силача мотив модной нынче гомосятины, или наоборот решили, что настоящий мужик обязательно должен быть с пирсингом. И с накрашенными губами, как Людовик XIII. За подобный подход скорее пристало корить режиссера отечественного мультфильма про бременских музыкантов. В последней серии постаревшему трубадуру тоже навесили на ухо сережку и заставили петь голосом Филиппа Киркорова. Ну зачем же так обращаться с нашим детством?

«Усы и шпага – всё при нем»

Портос получился действительно фактурный. Очень живой и обаятельный д’Артаньян. Циничный Атос. И очкарик Арамис. Вот такая четверка. Безусловно, российский зритель сравнивает всяких новых мушкетеров не с румынскими мышами, а с актерами, подобранными Юнгвальдом-Хилькевичем. Конечно, мы привыкли, что у гасконца должны быть усы и хрипотца Михаила Боярского. Но вот как раз в образ главного героя многие другие актеры успешно вносили что-то свое. А вот роль графа де ля Фер, пожалуй, ни одному Атосу не удалась так, как Вениамину Смехову.

Ну да ладно, не о нем речь. Вот Констанция Бонасье в самом деле очень красивая. Ради нее уже можно посмотреть. Роль Миледи отдали Милле Йовович. Она не просто роковая красавица, но еще и каратистка. И даже добровольно бросившись вниз с палубы летучего корабля, она не разбилась, хоть и пролетела не одну сотню метров. Знаете почему? В воду упала! Так что стыдитесь, если случайно отбивали себе руку, сиганув с пятиметровой вышки!

И опять же это не самый неправдоподобный поворот сюжета. В новейшей французской версии истории про мушкетеров Миледи и вовсе колдунья, которая могла управлять действиями соперников на расстоянии.

«И, слава Богу, у друзей есть шпаги»

Когда д’Артаньян впервые появляется на экране, закрадывается подозрение: неужели действие происходит в Швеции? Или в Эстонии? Почему-то отец юноши дает ему на дорогу до Парижа пятнадцать… крон! Почему-то традиционные су, экю и луидоры пришлись не ко двору.

В общем, ляпов хватает. Как и избитых ходов. Избитых сильнее, чем прошедшие через ряд потасовок персонажи. Например, скрещение воздетых к небу шпаг. «Один за всех, и все за одного». Выглядит, безусловно, эффектно. Но все это уже было. Да еще и под пение All for one.

Да и Портос, как все давно привыкли, разбирается с гвардейцами не при помощи шпаги, а больше используя подручный материал.

А Констанция вновь осталась жива. К сожалению. Нет, я совсем не желаю гибели одной из самых сексуальных Бонасье разных киновремен и кинонародов. Но режиссерам и сценаристам не мешало бы понять, что катарсис людям нужен ничуть не менее счастливого конца. «Сударыня, вы пили из этого бокала?» – от этой спокойной фразы сентиментальные зрительницы уже впадали в ожидание неминуемой катастрофы. Но нет, авторы решили, что пусть лучше в конце герою достанутся почести и поцелуй прекрасной девушки.

Хотя где-то мы такую сцену мы уже видели. Теперь вы понимаете, почему «Мушкетеров» Андерсона нельзя назвать новаторскими?

Merci beaucoup!

Ромовый дневник: записи без закуси

Бывают фильмы, когда есть как минимум два повода для радости. Во-первых, радуешься за актера, в данном случае за Джонни Деппа, который наконец отвлекся от роли Джека Воробья и сыграл в настоящем кино. Во-вторых, доволен остаешься сам – что посмотрел эту киноленту, а не сходил, например, на футбол. Хотя соблазн матча второго дивизиона был так силен, так силен!

The Rum Diary это экранизация одноименной книги Хантера Томпсона. Но художественное пространство наполнено, скорее, атмосферой хемингуэевской «Фиесты». Сходство прослеживается и в настроениях персонажей, и в непрекращающихся алкогольных возлияниях. Пожалуй, ни в одном другом западном романе герои не пьют так много. Впрочем, произведение Томпсона составит неплохую конкуренцию шедевру классика. Здесь даже прослеживается неплохая тема для научной работы: «Сравнительный анализ количества спиртного, выпитого персонажами Э. Хемингуэя и Х. Томпсона».

Пить можно по разным причинам:

1) алкоголизм;

2) для поднятия настроения в хорошей компании;

3) чтобы постичь смысл этого мира;

4) делать все равно нечего;

5) бегство от реальности;

6) дегустация;

7) «для сугрева»;

8) опохмел.

Журналист Пол Кэмп и его приятель фотограф Сала в своем пьянстве сочетают понемногу большинство причин. Проживающий с ними еще один сотрудник газеты Моберг – только из-за алкоголизма. Журналистика (так принято думать) должна обслуживать интересы общества. Это своеобразное служение народу. Но в пуэрториканском издании, куда приехал работать Кэмп, никто не думает о высоких миссиях. Карьеру в таком захолустье не сделаешь, больших денег не заработаешь. Так еще и настоящим делом не дают заняться. Выходит, в каких-то движениях вообще нет смысла. Вот газетчики и развлекают себя алкоголем и разными передрягами.