Дети Белого замка

– А я вот только сейчас об этом узнал, – усмехнулся Кан, срезая гриб и бросая в корзину. – Да и на праздник тогда попал случайно. Плохо его помню.

Анам уже собиралась пойти дальше, но вдруг замерла. Несколько секунд внимательно смотрела в корзину, а потом взяла ее и перевернула, высыпая все на землю.

Кан недоумевающе глянул на нее. Она оторвала палочку и отодвинула от других один из грибов.

– Вот этот. Ты положил?

– Да.

– Это ложный валуй. Он ядовитый.

– С чего ты взяла?

Анам удивленно распахнула глаза.

– Запах не чувствуешь? Он как редька пахнет. К тому же не червивый. Сразу понятно, что ложный.

– Ну а остальные зачем выбрасывать?

– Тююю… Ну ты и чудь. На другие грибы тоже могло попасть. Уже не один не спасти… Вот так и отпускай вас потом с Магдой. Наедитесь ядовитых грибов и свалитесь где-нибудь под опушкой. Давай вместе собирать. Я буду проверять, чтобы ты к нам все подряд в корзину не швырял.

Кан, с интересом наблюдая за ней, улыбнулся и поднял пустую корзину. Они пошли дальше.

– Не болит? – спросила Анам и, подняв толстую ветку, принялась шебуршать ей в листве и посматривать, есть ли под ней грибы. – Мы уже долго идем, если устанешь – скажи.

– Скажу. Но пока не устал.

– Как с тобой… просто. Ничего не болит, совсем не устаешь, и правда словно упавшая душа. Могу понять Меалада, почему он так подумал.

– Что? Упавшая душа? Ты имеешь в виду, обезумевшая?

Анам озадаченно посмотрела на него.

– Нет. Упавшая. Ты что, не знаешь?.. Дуришь меня?

– Правда не знаю.

– Ну ты, чудь, и чудишь! – Анам вскинула брови, закидывая палку на плечо. – На землю уже как несколько месяцев падают души. Они ведут себя как люди и живут среди нас. Не едят чужие сердца, не могут отрастить ни клыков, ни когтей, как обезумевшие, но ранить их нельзя, только если нефритовым кинжалом. Когда все это началось, Служители Смерти тако-о-ой вой подняли. Жуть. Разыскивают их и косят, как пшеницу в июле, устроили тут жатву… Не веришь?

Ее тени хоть и дрожали, но от негодования и печали, а не лжи.

– Верю.

– И Служители еще говорят, что упавшие души могут превратиться в обезумевших, ты представляешь? Мол, потому их так много и стало, что это просто упавшие обращаются.

– А ты так не думаешь?

– Не знаю, – честно ответила Анам. – Мне так не кажется. – Ладно, походим еще, найдем пихтовую шишку и домой.

– Пихтовую шишку?

– Ага. Марта меня попросила перед уходом. Она сама в лес не так часто ходит. Девочка она хоть и бойкая, но здоровьем не особо крепкая, к тому же тут и дикие животные могут встретиться, и сельчане.

Кан нахмурился, вспоминая свиную голову на двери. Видимо, охотник со своей дочкой чем-то не угодил местным. И кровавый подарок явно оставили именно они.

Неожиданно раздался крик вдали. Это была Магда. Она громко звала их по именам. Эхо разнеслось по лесу, путаясь среди сухих деревьев и высоких елей, заглушая на мгновение шорохи, птичье пение и шум тяжелых ветвей.

– Кажется, нас потеряли. Потом тогда шишку найду. Завтра ей сразу несколько принесу. А то в этом лесу пихта только у одного места растет, у реки на пригорке. А до туда далековато.

Она сорвала пару веточек хвои и бросила в корзину. Вновь заметив его непонимающий взгляд, пояснила:

– Возвращаться с пустой корзиной плохая примета.

Они с легкостью нагнали Меалада с Магдой. Несмотря на утреннее недовольство, она с интересом начала рассказывать, какие ей удалось найти грибы, а еще показала собранный букетик из разных веточек и ягод. Несколько самых красивых листочков она разместила у себя за ухом и воткнула в толстые косы.

– А у вас чего корзина-то пустая? – удивилась она. – Вы чем там занимались вообще? Значит, мы работали тут, собирали, а вы отдыхали?!

– Мы тоже собирали. Просто я не уследила, и к нам в корзину попал ядовитый валуй, – спокойно ответила Анам. – Можно было бы, конечно, только верхние грибы убрать, но чем Смерть не шутит, лучше уж всю корзинку выбросить, чем отравиться.

– В том году так человек десять в деревне скончалось, – подал низкий голос Меалад. – И каждый год так примерно мрет. Да я и сам так.

– В общем, выбросили мы все, – подытожила Анам. – Пойдемте лучше домой, а то совсем холодно становится. Еще и тучи вон с туманом идут, думаю, скоро лес совсем накроет пелена.

Разговор смолк, и они пошли дальше по тропинке из перегнивших листьев и веток. Как раз когда они вышли к дому, на землю неспешно спустился тягучий туман. Пока еще похожий на разбавленное водой молоко, но уже начинающий сгущаться в глубине, у дорожек, и поглощать силуэты, шорохи и голоса.

Сначала никто и не заметил, что на пороге что-то лежало. Зашли в дом, поняли, что ни на печи, ни за столом, ни на полати Марты нет, и напряглись. Не нашлось ее ни у колодца, ни в сарае, ни на задах.

Меалад молчал, но лицо его теперь выглядело иначе. Голубые глаза потеряли цвет и блестели, как две серебристых чешуйки. Он раз за разом проходил одни и те же места и думал, что, может, не увидел или не заметил. Анам тоже снова и снова обходила весь двор по кругу и даже заглянула в колодец.

Кан остановился на пороге. Медленно опустился, разглядывая лежащий на досках отрезанный локон длинных светлых волос и маленькую веточку пихты.

– Ка-ан! – Магда подбежала к нему, сбивчиво дыша. – Кан, ты чего тут присел? Тебе плохо?

– Присядь.

– Да нет, со мной все хорошо. Я лучше помогу искать Марту. Вряд ли она далеко…

– Сядь.

Ноги согнулись сами. Магда не поняла, как присела. Только почувствовала, как сперло дыхание, и сердце на мгновение испуганно затихло.

– Посмотри. Сюда.

Она опустила взгляд. Туда, куда приказал Кан. На локон волос. И на пихту.

Внутри все будто слиплось, тягучий страх растекся по органам, обволакивая их и заставляя замедлиться.

– Кан, это… Это же ее локон… – голос Магды прозвучал сипло и растеряно. – Она ведь… жива?

– Думаю да. – Кан сохранял спокойствие. – Давай разберемся с самого начала. Жители деревни явно угрожали им, раз уж оставили на дверях свиную голову. Если бы они хотели убить Марту с Меаладом, то давно бы так и сделали. А раз не убили, значит, хотят просто выгнать. Не знаю, по какой причине. Сейчас неважно. Уверен, они выкрали ее, а этот локон с веткой оставили для того, чтобы Меалад понял, где ее найти. Анам говорила мне, что пихта растет тут только в одном месте. Значит, девочка там. И они ждут Меалада.

Магда подняла на брата боязливый взгляд. Кан до дрожи пугал ее. Гончая, которая найдет тебя, где бы ты ни прятался. Вовсе не такая, как у Хозяина, не безумная, не оголодавшая, а наоборот, хладнокровная натренированная охотничья псина, которая, если учует след, то будет идти по нему, пока не сомкнет пасть на твоей шее.

– Нигде нет! – подбежала Анам. – Мы еще раз все обошли, ее нет. Мы думаем, что надо подальше пойти, вниз спуститься по реке. А вы… вы чего тут?

Меалад тоже подошел к ним. Кан встал, показывая локон и пихту.

– Это было на пороге. Ты говорила, что пихта у вас только в одном месте растет.

Анам застыла, и тени ее мелко задрожали. Она в мгновение все поняла. Меалад нахмурился, а потом внезапно развернулся и пошел к сараю. Не успела Анам что-то ответить, как он уже вернулся оттуда с топором.

– Ты чего! – Она схватила его за руку. – Оставь!

– А как еще?

– Не убивать их! Вот как!

– Я не собирался. Только припугнуть.

– Да они и без топора деру дадут! Только пятки засверкают! Сам подумай! Ах… – она выдохнула, почесав голову и еще больше спутав лохматые волосы. – Кошмар какой… Поговорим с ними, и все уляжется. Тебе на что рот-то вместе с телом отрос?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

О, сукин сын.

2

Ты хоть думаешь, что делаешь?

3

Пожалуйста.

4

Дурак.

5

Глупый маленький мальчик.

6

Милый мальчик.

7

Моя звезда

8

Хватит.

9

Глупый мальчишка.

10

И лепестками роз.

11

Время платить.

12

Пусть твоя смерть будет мирной, моя Снежинка.

13

Беги!