Пепел #Возрождение

В идеале ещё сменить фамилию, чтобы в будущем моя связь с семейством Оболенских была не столь выразительной.

Я не хочу жить как моя бабушка, и если я не сбегу от неё в какую-нибудь жопу мира, то в итоге эта очень целеустремлённая мадам загонит меня в состояние глубокой депрессии. А я хочу просто жить, танцевать и любить. Вроде бы не так много я прошу.

- Стелла, привет.

Поднимаю голову от конспектов и с улыбкой смотрю на Митю, вечный официант "Пеликана". Уверена, что я ему очень нравлюсь. Митя даже делал пару попыток пригласить меня на свидание, но я красиво сворачивала с этого пути. Он чудесный парень, но точно не мой вариант.

- Привет. Можно мне как обычно, пожалуйста.

Он улыбается ещё шире и кивает, но не уходит.

- Как дела?

- Да вот готовлюсь к семинару, пока есть время до занятий, – хлопаю ладонью по открытой тетради и книге. – А у тебя? Как сегодня смена? Много странных личностей?

- Только один. Очень странный француз с охраной. Мы так и не поняли, он хотел поесть или у него какие-то иные скрытые интересы.

Я усмехаюсь и со вздохом подтягиваю учебник к себе поближе. Митя не дурак, так что мой намёк понимает сразу и отходит от моего столика.

И да, мне жаль его, но я уверена, что ни время, ни даже пара свиданий не изменит моего отношения к нему. Тем более опыт имеется...

В двадцать я попыталась наладить личную жизнь, естественно, выбор парня был под контролем бабушки, но всё пошло через известное место. И хотя с Колей у нас дело дошло даже до постели, но тот факт, что он полный отморозок, секс тоже не помог сгладить. Да и сам секс был едва ли на троечку. Сравнить мне не с чем, так как он был моим первым, но если верить рассказам подруг в универе, этот процесс должен длиться дольше, интенсивнее и эмоциональнее.

Позже я поняла, что Коля любил мою фамилию, статус и деньги, а я сама шла, как бесплатное приложение к этому выгодному союзу.

С личной жизнью я завязала, а потребность в эмоциях я вполне удовлетворяла в балете.

Время проходит незаметно, так что перекусив я начала собираться на занятия с малышами.

Кафе "Пеликан" имеет ещё один большой плюс, что находится в здании напротив танцевального зала, который я арендую под занятия два раза в неделю.

Моя машина удобно стоит на угловой парковке между обоими зданиями, так что беру из багажника свою спортивную сумку и топаю готовиться к занятиям.

А меня, оказывается, уже ждут.

- Добрый вечер, Эстелла Алексеевна, – торопится ко мне мамочка самой младшей моей воспитанницы.

- Добрый вечер, Елена Николаевна. Как настроение у Вики? – интересуюсь, так как вижу, что девочка с грустью смотрит на свои ручки, сидя в углу дивана холла для ожидающих.

- Она поссорилась с подругой и совсем загрустила.

- Я разберусь, – успокаиваю женщину.

Подхожу к ребенку и медленно беру крошечные пальчики в свои. Она поднимает на меня глаза. У Вики косоглазие, так что она ходит в специальных очках для коррекции, но это не мешает ей быть самой старательной моей ученицей.

- Викуся, что случилось?

Она несколько секунд смотрит мне прямо в глаза, чтобы понять насколько я искренне интересуюсь её бедой. Дети - самые лучшие в мире датчики эмоций окружающих, в этом их сложно обмануть.

- Катя, моя подруга в садике, сказала, что я ужасная из-за моих глаз, и она со мной больше дружить не станет.

Катерину Шуйскую я знаю. Она тоже ходит ко мне на занятия, а ещё она принадлежит к дворянскому роду. Уверена, что её мама Александра записала дочь ко мне на занятия только из-за моей фамилии. Девочка очень эмоционально нестабильная и местами даже грубая, но до этого момента у них с Викой не было проблем.

- Вик, это же выбор Кати - иметь или потерять такого замечательного друга как ты. Ведь ты из лучших моих учениц, так как стараешься каждое занятие и ещё занимаешься дома.

Она кивает и начинает улыбаться.

- Сегодня я поставлю тебя в пару с новенькой Настей. Она тоже очень старается. Уверена, вы с ней подружитесь.

Вика согласно качает головой и спрыгивает с диванчика, чтобы тут же отправиться к маме.

Надеюсь, она действительно успокоилась ю и занятие пройдёт без проблем.

Но, как выяснилось, не оттуда я ждала неприятностей.

Когда после тренировки выхожу из студии, то звонит бабушка. Закатив глаза к небу с мысленным вопросом "за что?", я отвечаю на вызов.

- Мадам, я уже в пути домой. Что-то случилось?

- Да. Мне нужно срочно закончить с тобой наш утренний разговор, а ещё ко мне сегодня заезжала Александра Шуйская с вопросами насчёт твоего хобби.

Хобби! Ну да... Тот факт, что я хочу связать свою жизнь с балетом, моя бабушка тоже не воспринимает всерьёз.

- Я скоро буду, – и со злостью тапаю по экрану мобильного, прекращая звонок.

Шуйская уже прибежала жаловаться, а я, в принципе, не люблю посвящаться бабушку в свои дела.

Злая, как тысяча чертей, выскакиваю на улицу, где уже порядочно темнеет. Но и там меня ждёт очередной пинок от космоса – мою машину заблокировал какой-то наглый индюк. Иду к машине, рассматривая джип, но никаких номеров телефонов на стекле, как и самого хозяина, нигде не видно.

Бросаю мою сумку в багажник, и в этот момент мне на глаза попадается кусок металла.

Не долго думая, достаю монтировку и уже собираюсь трахнуть по колесу джипа, мешающего мне покинуть парковку, как слышу голоса.

Нахожу взглядом источник этих звуков на соседней парковке в пяти метрах: три дебила и собака. Два и собака стоят около тачки и один сидит на капоте.

Не знаю, что мною двигает в этот момент, но точно не мозги, так как я быстро шагаю к ним, зажимая в кулаки монтировку.

Меня задолбала несправедливость этого мира, так что сейчас я немного поправлю чаши весов.

От автора ️

А пока ждём продолжение, приглашаю вас в ещё одну классную книгу нашего литмоба "Хэштегнутые"

Майя Рид

"Мрак #одиночество"

Глава 5

Пепел

Гондон, значит?

- А ты не боишься, что за гондона можешь отхватить по своей славной попке?

Она несколько раз хлопает длинными ресницами, догоняя мою мысль, которая, по моей логике, должна её тормозить. А ни тут-то было!

Если наш пазл сначала не складывался, то теперь просто посыпался ко всем херам.

- Боюсь, конечно, но знаешь, Пепел... – и такая кроткая улыбка, сбивающая общий ритм обычно моего спокойного сердца, – у меня сегодня настроение лисички.

И делает шаг один, второй от меня к парковке.

- И что это значит? Будешь вилять хвостом?

- Нет, буду нести людям улыбку, бешенство и смерть.

Я даже бровь приподнимаю, так как на бабу, страдающую бешенством матки, она не похожа.

Ответить не успеваю, так как чувствую, как меня в зад что-то, или точнее кто-то, толкает. И я знаю, чья эта наглая морда, посмевшая тронуть меня.

- Лютый, фу! – рычу на пса.

- Эй ты, животное, не кричи на собачку! – тут же осаживает меня девчонка, имени которой, я так и не услышал.

Собачка эта, блядь, снова пихает меня своей балдой так, что я покачиваюсь по направлению к незнакомке.

- Я теперь ещё и животное? – хмыкаю в ответ, отталкивая алабая в сторону.

- Психи и животные – это по факту один и тот же генный продукт природного мира, – и максимально пренебрежительный взгляд в мою сторону, как подтверждение никчёмности моего происхождения.

А потом девчонка переводит взгляд на Лютого и делает какое-то неуловимое движение губами, напоминающее воздушный поцелуй, но практически бесшумный.

Пёс отстаёт от меня и смело шагает к ней, пока не упирается большой тыквой под её выставленную вперёд ладонь.

А потом эта ненормальная присаживается перед ним, тем самым давая возможность Лютому обнюхать всю себя и в конце лизнуть в щёку. В ответ она чешет его за ухом и даже что-то шепчет на ухо. Когда алабай натыкается клювом на монтировку, то глухо рычит, выражая своё недовольство.

- Т-ш-ш, я тебя не обижу, – спокойно улыбается ему.

И эта улыбка она какая-то нереальная, так как преображает её из сучки в маленькую девочку с белым щенком.

Я даже головой мотаю, чтобы смахнуть наваждение.

- Так, ладно, попипездели и хватит, – грубовато рычу на девчонку, решая свернуть нашу встречу. – Раз ты здесь посторонний зритель, тогда просто свали в закат. Поняла? У меня здесь дела.

Она выпрямляется, и эти голубые глаза снова наполняются огнём неуправляемого снаряда, который куда ебанёт в следущий миг – всегда секрет!

- Поняла. Я бы с радостью свалила, но понимаешь твой джип мне мешает.

- Пешком топай.

- Пепел, ну ты там скоро, а то Эрни, кажется, готов сотрудничать. Да, пацан? – очень жизнерадостно кричит мне Палач.

- Я готов! – истерично подтверждает француз.

Показываю Пашке большой палец и делаю шаг назад, разворачивая плечи вполоборота, чтобы уже уйти от этой ненормальной. Лютый тоже срывается к хозяину по его зову. Нам действительно пора работать.

- Вот, видишь, истеричка? Тут всё отлично, так что проваливай. И да... – коротко усмехаюсь, прежде чем продолжить, – бесплатный совет на будущее – в следующий раз хотя бы немного думай башкой, прежде чем кидаться на мужиков с монтировкой.

Я делаю ещё шаг спиной назад, но больше не успеваю, так как снова торможу. Чутьё!

Девчонка зеркалит мою усмешку и, повернувшись на носках, быстро идёт к нашим машинам.

- Дура, не сходи с ума!

Она поднимает монтировку, приноравливаясь к удару.

- Только попробуй!

И звон разбитой фары моей тачки звучит мне ответом.

- Ой, я случайно!

- Ты, блядь, совсем охуела? – забиваю на Пашку с его французом и иду к этой идиотке.

Она улыбается и теперь херачит монтировкой по крылу, оставляя вмятину.

- Ну, сука, ты у меня отработаешь каждый рубль за ремонт! Хоть представляешь, сколько она стоит, идиотка?

Голос срывается на рык, в нем кипит ярость, смешанная с чем-то темным, что я сам себе не готов признать. Я почти рядом с ней. Но едва звучит очередное оскорбление в её адрес, как девка снова замахивается теперь уже на стекло водительской двери. Монтировка в её тонких пальцах взлетает, готовая обрушиться на металл.

Я быстрее. Резкий выпад, и вот моя ладонь стальной хваткой сжимает её запястье. Кожа у неё горячая, пульс бьется под пальцами, как у загнанной птицы. Второй рукой выдираю проклятую монтировку и кидаю к себе за спину. Железо со звоном падает на асфальт.

- Ты, сучка, не знаешь с кем связалась, – рычу на неё, дергая на себя.

Она совсем легкая, почти невесомая, поэтому врезается в мой торс как в скалу. Я чувствую, как её дыхание сбивается, как напрягается всё её тело, вижу, что морщится, но в глазах ни капли страха и только черти, пляшущие дьявольским огнем в её зрачках.

Вызов.

- А ты тоже, гондон, не знаешь чью тачку заблокировал, – без тени страха парирует она.

Её вторая рука упирается мне в грудь: тонкие пальцы давят на ребра, пытаясь оттолкнуть. Бесполезно. Я держу крепко, продолжая чувствовать, как под моими пальцами лихорадочно бьется её пульс.

Слишком быстро для человека, который не боится.

- Очередная дочка бандита в законе? – навскидку бросаю ей.

Она вскидывает подбородок, пытаясь быть выше.

- Хуже.

- Дочурка политика?

- Хуже.

Я подвисаю всего на секунду, но этого хватает, чтобы отвлечься и ощутить, как её тело сжатой пружиной прижимается ко мне и как от неё пахнет кофе, цитрусом и ванилью. Ветер нещадно треплет её длинные рассыпанные по плечам волосы, и одна прядь касается моей щеки. Это раздражает, щекочет и притягивает в желании намотать их на кулак и трахнуть.

Вот только тот факт, что это наглая задница и не собирается отступать, срывает моё терпение.

- А мне, знаешь ли, ебать кто ты!

Слова падают тяжело, как камни. Я слегка трясу её, чтобы вытряхнуть эту непробиваемую дурь из красивой башки.

- И зря, придурок. Так что лапы свои убрал, пока сюда не приехали серьёзные взрослые дядьки и не отъебали тебя.

- Меня?!

Я почти смеюсь и лишь сильнее сжимаю её запястье. Чувствую, как под моими пальцами сжимаются хрупкие косточки, причиняя боль, но она стоит, не отводя взгляда.

- Тебя. Думаешь, ты такой неприкосновенный? – и снова пренебрежение в каждом слове с усмешкой на губах.

Невыносимая дура...

- Да. Я вообще невзъебенный.

- Поверь, по тебе заметно, – и это звучит не как комплимент.

Мы стоим близко, что я чувствую, как её тёплое дыхание касается моего подбородка. И где-то на границе моего гнева снова проскальзывает острое, как ток, притяжение. Опасное. Запретное. Такое, от которого ей бы бежать не оглядываясь.

И словно это чувствуя, девица дёргается, пытаясь освободиться.

Только я не отпускаю. Ведь игра только начинается. Я прикладываю указательный палец к моим губам, призывая к смирению и тишине.

А потом резко притягиваю её к себе, не давая опомниться, и впиваюсь в губы — грубо, властно, без права на отказ.

Она замирает на долю секунды, а потом отвечает злым укусом.

Я отстраняюсь и ловлю в потемневших, как море перед штурмом, глазах всё то же бешенство, только теперь с примесью чего-то, от чего у меня сносит крышу.

Да, игре быть, девочка!

От автора ️

А пока ждём продолжение, приглашаю вас в ещё одну классную книгу нашего литмоба "Хэштегнутые"

Лина Мак

"Дерзкий # плохая девочка"

Глава 6

Стелла

- Думаешь, ты такой неприкосновенный? – фыркаю на психа.

Хотя сегодня, кажется, я и сама не лучше, но он как будто меня провоцирует, будит всё то гадкое во мне, что сладко дремало.

- Да. Я вообще невзъебенный.

- Поверь, по тебе заметно, – уже тише добавляю, так как чувствую, что я уже и так влипла по самые уши.

Сердце бьётся где-то в горле, и этот ритм выдаёт меня с потрохами. Его горячие пальцы на моём запястье чуть шершавые, и от этого прикосновения по коже бежит невольная дрожь, которую я изо всех сил стараюсь спрятать за злостью.

Дергаю фиксированной им рукой, пытаясь освободиться, но незнакомец не отпускает. И это уже его игра.

Этот вычурный Пепел прикладывает указательный палец к моим губам, требуя заткнуться. Я внутренне вздрагиваю от этого частичного нарушения моего личного пространства — но вздрагиваю не от отвращения, а от чего-то куда более опасного, что растекается внизу живота тяжёлым, тёплым узлом. Откуда-то я знаю, что этот мужчина никогда и ничего не делает наполовину.

И когда его наглый рот накрывает мой, я уже с трепетом жду подтверждения своей теории — и мир на секунду теряет очертания.

Вкус его поцелуя горький, как дым, и дурманящий, как что-то запретное. Голова кружится, лёгкие забывают о воздухе, а по позвоночнику проходит разряд, от которого подгибаются колени. Я ненавижу себя за то, что отвечаю — всего на миг, но отвечаю. Но как только я получаю этот всплеск яда в свою кровь, то сразу от всей души кусаю за нижнюю губу.

Пепел понимает верно мой настрой и сразу отстраняется.

- Капризничаем? – хмыкает он и свободной рукой дотрагивается до места моего укуса, где маленькие ранки уже начинают наполняться кровью.

Его палец медленно, почти ласково проводит по саднящей коже, и я чувствую, как этот жест отзывается где-то глубоко внутри меня, ниже рёбер горячо и неправильно. Как если я хочу сама слизнуть эту кровь.

- Нет, просто естественная реакция на отсутствие воспитания у некоторых хамов, — выдыхаю я, но голос предательски дрожит, и я знаю, что он слышит это.

Слышит и улыбается одними глазами.

И я понимаю, что, кажется, мне пора.

Бросаю взгляд на несчастного парня, что продолжает натирать задницей капот тачки, так как второй говнюк из этой шайки продолжает его контролировать. Да и алабай задаёт градус всей этой истории.

- Он того не стоит, – комментирует Пепел мой взгляд.

- Не тебе решать, кто и чего стоит, – чересчур резко бросаю ответ, так как задевает за живое.

За меня вечно пытаются решить мою же судьбу, при этом называя неблагодарной.

- А кому?

- Никому. Руку отпусти, – снова огрызаюсь и дёргаю рукой.

Если честно жду очередного отказа, но он меня отпускает.

- Машину убери, – напоминаю придурку из-за чего вообще начался этот уличный сыр-бор.

- Не могу. Занят, – самодовольно хмыкает эта наглая рожа.

У меня же начинает звонить сотовый. Это бабушка. Мне даже не надо это проверять, так как она закусила свои воображаемые удила и теперь, пока я не явлюсь перед её очами, она от меня не отстанет. И чем дольше она ждёт, тем потом длиннее будет воспитательная лекция.

- Ключи от тачки, – быстро принимаю новый ход игры.

- Какой?

- Твоей.

Вот я уверена, что у этого психа глаз от моей наглости дёрнулся, но он просто хороший игрок.

- С хера ли я должен отдать тебе свою машину?

- Ой, не нервничай. Я просто делаю тебе одолжение – раз ты не можешь отогнать свою тачку, чтоб я могла проехать, то я поеду на твоей, так как у меня срочное дело.

Я протягиваю раскрытую ладонь в ожидании ключей от джипа, а этот псих пристально смотрит мне в глаза, наверное, пытаясь разгадать мой ход.

Сочувствую ему, так как у меня на самом деле нет хитроумного плана.

- Хорошо, – вдруг соглашается и лезет в задний карман джинс.

Металл приятно холодит мою горячую ладонь, когда Пепел кладёт связку с брелоком сигнализации.

- Её тебе сюда пригонят. Или можешь сказать адрес, куда надо пригнать.

- А может я сам заберу, – предполагает Пепел, делая шаг в сторону, чтобы я смогла открыть водительскую дверцу.

- А давай без этой самодеятельности.

Быстро забираю из своей машины рюкзак с правами, закрываю на сигнализацию и сажусь в салон чужой тачки. Я ездила на такой пару раз раньше – у папы большой таксопарк. Но всё равно оглядываюсь вокруг, присматриваясь к мелочам: тачка типично мужская и даже запах в ней специфической брутальности, но Пеплу этот стиль подходит.

- Ну как годится? – он лениво интересуется и заглядывает ко мне, упираясь одной рукой в дверцу, а другой в крышу.

И снова сгущается напряжение между нами, когда псих буквально наваливается на меня своим торсом. Я остро ощущаю тепло его тела, запах парфюма, а ещё меня очень волнует этот взгляд ленивого кота, что тайно открыл охоту на мышку.

- Сойдёт. Лапы убирай, мне пора ехать, – снова грублю, так как мне нужно выстроить стены вокруг себя.

- Справишься с моим зверем после своего клопика? – не торопится Пепел, продолжая давить меня своей харизмой,

- Пепел, это только у мужиков весь ваш мир зациклен на размере, а мы просто умеем или нет водить.

- Так просто? Это даже скучно.

- Уверена, ты переживёшь, – фыркаю я, заводя движок. – Прощай.

Пепел лишь гнёт бровь и отталкивается от тачки, тем самым позволяя ехать. Даже дверцу мне закрывает.

Я быстренько с небольшим шлифом стартую и несусь домой, как если да мной черти гонятся. Для себя самой оправдываюсь тем, что бабушка не любит ждать, а вовсе не взгляд темных порочных глаз незнакомца.

Когда подлетаю домой, то меня уже встречает наш главный по безопасности Виктор Степанович.

Его взгляд, которым он окидывает незнакомую тачку буквально светится вопросами= и матами.

- Эстелла Алексеевна, что на этот раз?

Надо врать.

- У меня сломалась машина, а моя знакомый одолжил.

Я улыбаюсь во все тридцать два, а Виктор мне не верит, но принимает ответ.

- Куда её теперь? – интересуется моими планами, пока я забираю рюкзак и ключи из салона.

- На улицу Морозова, семнадцать. Там и моя машинка на парковке осталась.

Охранник кивает, но его взгляд остаётся недовольным.

- Ключи в машине, – бросаю на прощание и быстро несусь в дом.

Мой внешний вид сейчас тоже не устроит мадам, но лучше так, чем я задержусь ещё дольше.

Когда захожу в малую гостиную, где обычно проводит вечера бабушка, с удивлением вижу отца, сидящего в дальнем углу диванной зоны.

А сама Эмилия же восседает в центре и не одна.

У нас, чёрт возьми, гости!

И вот сейчас я вдруг вспомнила свою встречу с психом Пеплом, и почему-то подумала, а не вернуться ли мне назад?

- Стелла, дорогая, а тебя тут ждут, – радостно лепечет бабушка.

Дмитрий Воронцов поднимается с дивана и взглядом мёртвой рыбы смотрит на меня.

- Добрый вечер, Эстелла, – скрипит парень.

Нихрена он не добрый!

От автора

А пока ждём продолжение, приглашаю вас в ещё одну классную книгу нашего литмоба "Хэштегнутые".

Юлианна Шиллер

"Хищник #одержимость"

Глава 7

Пепел

- Я даже не буду спрашивать, как так вышло, что незнакомая девчонка уехала на твоей тачке, – стебётся надо мной Палач, когда я подхожу к нему с Лютым.

- Как ты же, сучонок, не спросишь, – хмыкаю я, лениво растягивая губы в улыбке.

Смотрю я на французского задрота, но в голове всё ещё эта ненормальная с монтировкой.

- Да, я же не усну. Так почему? – сразу же сдаётся Пашка.

- Пришлось компенсировать отсутствие воспитания у тебя и твоего дикого пса.

Палач смотрит на меня с искреннем охерением от моего наезда.

- Пепел, ты там у себя в клубе перегрелся что ли? – подозрительно тянет Палач, пока сам хватает Эрни за ближайшую к нему ногу и стаскивает этого очкодава на землю.

- Наоборот. Скучаю.

- А вот тут, сука, верю. Наебашить тебе по морде что ли? – раздумывает Пашка, разглядывая меня.

- Парни, а может я тогда пойду? – встревает в нашу беседу француз, продолжая сидеть на заднице между нами.

Мы с Палачом одновременно недовольно смотрим на придурка. Тот нервно сглатывает и смиренно поднимает обе руки вверх.

- Да я и тут посижу. Я не спешу, – быстро соображает Эрни, нервно сжимаясь, словно готовится к тому, что мы сейчас пиздить будем его.

- Вот действительно, помолчи пока, – отзывается Палач и снова смотрит на меня. – Так что с этой девахой? Кто она вообще?

- Да пока не знаю.

- А зовут как?

- Не знаю. Не представилась. Спешила куда-то.

- Чо, серьёзно? Она не пала жертвой соблазнительной ухмылки Пепла? – подъёбывает Паша, вытаскивая из-за спины пистолет и передёргивает затвор.

Француз громко икает.

Зеркалю его движения с оружием, и дальше мы синхронно приставляем дуло к голове задрота. Пацан теряет последние краски с лица.

- Нет, нет... – судорожно выдыхает он.

- Голова или головка? Выбирай, я сегодня добрый, – перехожу на французский и любезно предлагаю сучонку выбор у. – Только побыстрее.

- Да, у него бабы в клубе стынут, а тут ещё и тачку подрезали, – уже на русском добавляет Палач с ехидной ноткой в голосе.

- Головка, – обречённо делает выбор наш придурок.

- Ноги раздвигай, а то не дай бог лишнее зацепим, – тороплю его.

Как только задрот это делает, мы с Палачом одновременно стреляем в землю, буквально в паре сантиметров от французской промежности.

Штаны нашего властелина намокают и даже образуется лужица под ним и рядом. Долго, видимо, терпел, несчастный.

- Блин, ты тоже промахнулся? – с окончанием тянет Палач.

- Ага. Что-то прицел сбился. Сейчас подправлю.

- Не надо. Я всё понял, – на русском выдает Эрни, сжимаясь в комок.

- Надеемся и верим, – усмехаюсь, но убираю оружие обратно за пояс. – Тогда давай лечи домой на Родину и чтобы тихо. Если узнаю, а я узнаю, что ты там открыл своё щебеталище, то в следующий раз Палач не промахнётся, а я сделаю контрольный в голову. Усёк, пацан?!

Тот истерично кивает и начинает ползти вперёд.

- Счастливого полёта, – добавляет Пашка, помахивая дулом на прощание.

Эрнест ускоряется к водительской дверце тачки, на капоте которой он восседал.

- Это его?

Пашка кивает.

- А твоя где?

- С другой стороны здания. Мы с Лютым немного пробежались. Ты за этим приглядишь?

Я киваю.

- Без вариантов. Он имеет зуб на женщину Призрака, так что надзор ему обеспечен до тех пор пока, наш телохранитель сам не созреет над этим надзором.

Палач согласно кивает. Ну мы всегда быстро понимаем друг друга, наверное, благодаря каких-то общим генам родственников.

Ещё несколько минут любуемся, как нервно и быстро съёбывается Эрнест, а потом прощаюсь с этой парочкой диких и опасных, которые уходят к своей машине. Я же остаюсь. Жду.