Шакал. Его рыжее искушение

Но ничего не получается, и ты всё равно прёшь дальше, как игроман в казино. Ставишь всё на кон и прогораешь. А если бы остановился, то, возможно, всё было бы по-другому. Но ты не можешь, и это уже не выглядит так легко, как говорят. Легче идти вперёд с этим непонятным чувством предвкушения предстоящей победы… но её не будет. Это не победа.

Желудок заурчал от голода. Есть захотелось неимоверно. Она шла домой, перебирая в голове кадры с митинга, и не сразу заметила, что сзади кто-то ускорил шаг. А когда заметила — было уже поздно. Жёсткие пальцы полицейского вцепились в плечо, рюкзак слетел на землю, и Лора даже не успела крикнуть — только услышала собственный испуганный выдох.

Глава 6. Шакал

Лора

В участке она просидела несколько часов. Полицейские долго допрашивали её, выясняя, точно ли она не причастна к митингу. Ей позволили один звонок. Она позвонила начальнику. И — о чудо! — когда он приехал и дал показания, что Лора была на митинге исключительно по работе, её наконец-то выпустили.

Поблагодарив начальника, она вызвала такси прямо к участку. Оставалось полчаса до назначенного наёмником времени встречи. И, судя по перекрытым дорогам после митинга, она рисковала опоздать.

Поездка, как ни странно, шла без пробок. До кафе оставалось немного. Такси остановилось на перекрёстке. Шумная толпа развязных молодых парней стала переходить дорогу. Они громко смеялись, кричали и пили алкоголь на ходу. Один из них мерзко оскалился, повернув голову в сторону машины, и кинул бутылку. Стекло разбилось об асфальт в нескольких сантиметрах от капота, а толпа ушла, гогоча во весь голос.

Водитель резко включил поворотник и, развернувшись, поехал назад.

— Что вы делаете? Довезите меня до кафе! — воскликнула Лора возмущённо и ошарашенно.

— Дамочка, вы райончик видели? Я не рискну — ни собой, ни машиной.

— Но мне нужно в то кафе. Это срочно. Я доплачу.

Водитель затормозил с визгом шин. Обернулся, облокотившись на соседнее сиденье, и рявкнул:

— Если так надо, то идите пешком. Я не поеду!

Схватив портфель, Лора выпрыгнула из такси. Водитель сорвался с места, как только закрылась дверца, забыв взять с неё деньги. Лора показала ему фак вслед и пошла пешком.

До кафе она добралась без приключений, только промокла под дождём. Когда она вошла, голоса посетителей стали немного тише. Взгляды на себе Лора почувствовала сразу. Но один отличался. Показалось, будто она попала под прицел. Девушка не знала, каково это наверняка, но почему-то думалось, что так оно и ощущается — когда ты ещё не видишь, но уже знаешь: тебя заметили.

Мужчину в чёрном она увидела почти сразу. Вот у него была та самая аура. Тяжёлая, опасная, хищная. Под одеждой по коже пробежали мурашки — и непонятно, от холода после дождя или от взгляда незнакомца.

Она подошла, села, они поговорили. Лора показала ему СМС. Пока мужчина смотрел в её телефон, она разглядывала его черты. Точнее, пыталась. Маска скрывала пол-лица, как и у Слепого в парке. Она видела только тусклые голубые глаза и густые брови. Взгляд у него был хоть и тяжёлый, но… красивый. Ну точно хищник. Завораживающий, но смертельно опасный.

Он вернул ей телефон и сказал то, что она уже и так знала. Понимала. Брата уже может и не быть. Лора подумала об этом спустя две недели, как пропал Майкл.

«Мёртв».

Это слово червём засело в её голове и не позволяло о себе забыть ни на минуту. Она пыталась думать о другом, но врать самой себе получалось плохо.

А потом наёмник выдвинул ультиматум. Очень странный.

— Я найду его, — произнёс мужчина низким голосом. Она видела, как под маской двигаются его губы. — Но есть условие. Ты будешь делать всё, что я скажу. Без вопросов. Скажу пойти туда и сделать то-то — ты делаешь. Скажу ждать меня — ты будешь ждать там, где я укажу. Понятно?

Лора замерла от шока и попыталась осмыслить то, о чём он сказал.

«Сделать всё, что он скажет? Что он может приказать? Он говорит так, будто будет давать какие-то задания».

Молчание затянулось. Лора услышала странные металлические щелчки. Они вывели её из ступора.

— Хорошо. Я сделаю всё, чтобы спасти брата. Абсолютно всё.

Усталые глаза впились в неё двумя холодными льдинами.

— Держи такие громкие слова при себе. Могут против тебя же и обернуться.

Мужчина произнёс это ровно, но Лора услышала не то предостережение, не то угрозу.

— И… что же мне делать? — спросила она растерянно.

Раздался более громкий щелчок, и мужчина поднялся со своего места.

— Пока — ничего. Ждать. И дать доступ ко всей информации, которая есть.

Лора поднялась следом, забыв о кофе, и… застыла с высоко поднятой головой. Мужчина возвышался над ней, как гора. Её метр шестьдесят пять в сравнении с ним показался ничтожно малым.

— Но я уже сказала Сле… — она одёрнула себя. Назвать псевдоним Слепого в этом месте показалось опасным. — Вашему другу всё, что знала.

— Аккаунты от соцсетей, электронной почты — вообще всего. — Наёмник двинулся в сторону двери. — Дать доступ к компу, если он у него был. Нужно будет заглянуть в общагу. Ты можешь попасть туда?

Лора поспешила за ним, оставив на столе деньги за кофе.

— Да. Но там мало что осталось. Полиция почти всё забрала как вещдоки.

Мужчина хмыкнул, открывая перед ней дверь.

— Кто бы сомневался.

Лора вышла, накинув на голову капюшон. Дождь всё ещё шёл, но уже редкими мелкими каплями.

— Стой тут. Я найду такси.

— Сюда никто не поедет, — предупредила она. — Я…

— Я знаю, — перебил он. — Я сказал: найду. Не вызову.

Лора могла только кивнуть. Мужчина не только писал мало и коротко, но и говорил так же. Строго, по делу, доходчиво.

Он обвёл взглядом парковку и почти сразу целенаправленно пошёл к двум машинам, водители которых говорили между собой через окна.

Лора осталась стоять под крышей кафе, наблюдая, как наёмник наклоняется, говорит что-то одному из мужчин.

— Эй, красотка!

Лора резко повернула голову в сторону нахального, самодовольного голоса. В её сторону шла толпа парней. Тех самых парней, что были на перекрёстке. Капюшон упал с её головы от резкого движения, и парни, увидев её лицо, непристойно засвистели.

— Опасно ходить одной в таких местах, — сказал тот, кто шёл впереди всех. Худой, волосы торчали в разные стороны, как сосульки, глаза мутные, рыбьи, и ухмылка… Мерзкая, самодовольная. — Тем более в такой поздний час.

Он подошёл ближе. Противно облизнулся. В рыбьих глазах Лора увидела всю грязь его мыслей о ней.

— Не лезь ко мне, — огрызнулась Лора. Не лучшая идея — делать так перед толпой озабоченных утырков. Но её взрывной характер вылез, как всегда, некстати. — Иди мимо по-хорошему.

Парень, которого она про себя нарекла Рыбой, заржал в голос, насмехаясь над ней.

— А не то что? Ну же, договаривай. — Он потянул к ней руку. Пальцы тонкие, грязь под ногтями. Или кровь? — Пойдём с нами, рыженькая. Мы проводим тебя.

Лора открыла рот, чтобы позвать наёмника, но в этом уже не было необходимости.

Парень, что тянул к ней руку, вдруг согнулся и заверещал на всю парковку. Позади него стоял наёмник и держал руку парня, заломив запястье. Лора так и смотрела на это, раскрыв рот. Всё произошло так быстро — она даже не заметила.

— Эй, блядь! Ты че, страх потерял, ниндзя недоделанный?! — взревел кто-то из толпы придурков. Все как один стали доставать оружие. Кастеты, ножи, выдвигающиеся дубинки.

Лора испуганно распахнула глаза и метнула взгляд на кафе. Люди за окнами смотрели на разворачивающееся представление, но вмешиваться не собирались. Это была не их проблема. Равнодушное стадо зевак.

Она вернула взгляд на наёмника. Он даже не дрогнул, и взгляд остался таким же холодным. Он медленно обвёл глазами каждого и… крутанул запястье Рыбы, причиняя боль. Тот заверещал громче, но не шевелился. Было видно, что любое движение причиняет ему боль.

— Бросьте. К его ногам.

Приказы. Голос стальной, непоколебимый и не терпящий неповиновения. Лора вздрогнула. Она впервые слышала что-то подобное. Даже директриса в приюте не имела столько силы в голосе. Девушка ощутила внутри себя странную, неуместную дрожь. Как будто что-то тёмное и порочное проснулось в ней от голоса наёмника. Она сглотнула, сжимая кулаки.

Парни тем временем переглядывались меж собой, не зная, что делать. Рыба — главарь, как и думала Лора. Без него они тупые, беспомощные трусы. Но они не спешили подчиняться наёмнику.

Мужчина, видимо, устал ждать. Он сделал залом сильнее, отчего Рыба упал на колени и уже откровенно скулил от боли.

— Суки! Хули стоите?! Делайте, блядь, как он говорит!

Толпа оживилась. Все побросали к ногам Рыбы все свои безделушки.

— Портфель.

— Что? — переспросила Лора, только сейчас понимая, что обращаются к ней.

— Портфель открой. А ты, — встряхнул парня, — собирай. И без глупостей. Руку сломаю.

Лора раскрыла рюкзак, подошла и осторожно присела рядом с парнем на корточки. Свободной рукой Рыба собрал всё, что валялось на мокром асфальте. Он ревел. От стыда, унижения и беспомощности. В глазах плескалась ярость. Выглядел он жалко. Вся спесь слетела за жалкие секунды.

Когда оружие было собрано, Лора отошла за спину наёмника. Сам наёмник отпустил руку парня. Та повисла плетью. Наёмник ударил — не кулаком, ребром ладони по шее Рыбы, — и парень обмяк. Лора охнула, прижимая рюкзак к груди.

— Забирайте и валите, — холодно приказал наёмник.

Толпа снова засуетилась. Они подняли Рыбу и, бросая на них взгляды, полные страха и ярости, ушли прочь, волоча на себе приятеля.

— Поехали, — сказал наёмник, уже идя к машине.

Бросив последний взгляд на кафе, она поспешила за мужчиной.

Поездка проходила в тишине. Водитель молчал, наёмник молчал, скрестив руки на груди. Лора тоже ничего не говорила. Даже радио не играло. Слышно было только, как капли дождя барабанят по крыше.

Пунктом назначения была её квартира. Причём адрес назвал наёмник, не сама девушка. Это напугало её, но потом она вспомнила, с кем имеет дело. Конечно же, он пробил её. Личные данные брата раскрывали и её саму.

По дороге была короткая остановка. У полицейского участка наёмник вышел, забрав у неё рюкзак. Он выкинул из него всё оружие прямо в мусорку, вернулся в машину и отдал заметно опустевшим.

Спустя ещё несколько минут такси остановилось у обочины её подъезда. Она протянула деньги водителю, но тот лишь быстро пролепетал, что всё уже оплачено. Пожав плечами, она вышла из машины под моросящий дождь.

Наёмник вылез следом. Когда машина уехала, заговорил:

— Скинешь мне всю инфу. В общагу — когда?

Лора смотрела на наёмника. Он… куда-то вдаль. Она снова услышала металлические щелчки, что были в кафе. Они доносились из кармана наёмника.

— Завтра могу.

— Напишешь, как закончишь. — Наёмник кивнул и пошёл прочь, не прощаясь. Темнота улицы и дождливая морось начали быстро поглощать фигуру в чёрном, словно принимали его как своего.

— Подожди, — крикнула Лора вслед. — Как… Как тебя зовут?

Наёмник остановился на секунду. Но не обернулся и ушёл, растворяясь в темноте.

Лора вернулась в квартиру. Сняла с себя сырую одежду, отмылась от холода в душе. Потом постель. В голове было столько мыслей. Митинг, арест, такси, те парни, кафе… Наёмник. От одной мысли о тёмной высокой фигуре мужчины внутри что-то сжалось. Низкий, со сталью голос всё ещё был свеж в её памяти.

Телефон, лежащий под подушкой, внезапно завибрировал. Не смартфон. Одноразовый. Лора взяла его в руки. Там было одно короткое сообщение:

«Шакал».

Глава 7. Мотель

Шакал

Шакал стоял, оперевшись о кирпичную стену плечом, и неторопливо курил, подняв маску до носа. Сигарета намокла от мороси. Раскуривалась она тяжело и нехотя. Дым выходил сизый, водянистый и тут же растворялся в промозглом воздухе.

Девушка скрылась в подъезде уже как десять… Нет, почти тринадцать минут назад. А он всё это время стоял за углом дома на противоположной улице и наблюдал.

С тех пор как они вышли из того кафе, его не покидало чувство, будто за ними наблюдают. Следят. Его подозрения пали на девушку.

«Привела хвост», — подумал он сразу. Будучи параноиком и циником, он не доверял никому. Только Слепому. Тот хоть и вёл себя как идиот большую часть времени, но был надёжным. Шакал всё ещё удивлялся самому себе, что считает снайпера другом.

«Друг».

Все те, кого он считал друзьями, давно мертвы, а новых он не заводил. Шакал ограждал себя от любых слабостей. Дружба, семья, любовь, привязанности — ничему из этого нет места в его жизни. А Слепой… Да. Будет больно, если с ним что-то случится. Шакал уже смирился с этой мыслью. Такова их жизнь. Смерть идёт по пятам и давно стала спутницей их никчёмной жизни.

Докурив, он затушил бычок о стену, сжал его в кулаке.

«Не оставлять следов».

Наёмник поправил маску, скрывая лицо. Сощурил глаза, вглядываясь в темноту.

Никого.

Он сделал пару шагов назад, углубляясь в тень, и простоял так ещё добрых полчаса. Тактическая куртка спасала от дождя, а вот маска намокла и неприятно липла к коже. Холодная влага пропитала ткань насквозь, и каждый вдох давался с лёгким присвистом.

Ощущение слежки прошло с того момента, как они уехали от кафе на машине, но Шакал решил подождать. Перестраховаться.

Не обнаружив никого подозрительного, он достал телефон, открыл чат с заказчицей и написал:

«Шакал».

Нажав кнопку «Отправить», он убрал телефон обратно в карман, вышел из переулка и пошёл пешком до самого мотеля, выкинув окурок в ближайшую мусорку.

Его «Фольксваген» был там, где он его и оставил, — на парковке мотеля. Шакал проверил авто. Стёкла на месте, сигнализация работает, шины не спущены, на кузове не было посторонних… устройств.

В холле мотеля, не здороваясь с женщиной за стойкой, он сразу направился к лестнице на второй этаж. Позади послышался торопливый стук каблучков о деревянный пол. Шакал обернулся быстрее, чем мозг успел обработать информацию.

Женщина со стойки регистрации, не ожидавшая такого, чуть не врезалась в наёмника. Он наклонил голову немного вниз, ожидая, чего она от него хочет.

— Ой! — воскликнула женщина, испугавшись. Она не ожидала такой быстрой реакции.

Поправив перед ним волосы, она провела рукой по бедру, разглаживая юбку платья. Наёмник смотрел ей в глаза усталым холодным взглядом.

— Простите, что отвлекаю, но вас сегодня так долго не было, и я забеспокоилась. — Она улыбнулась ему, ожидая реакции мужчины на своё “волнение”, но её не последовало. Женщина на секунду растерялась, но быстро взяла себя в руки. — Вы, наверное, голодны, а я как раз сегодня приготовила мясной рулет. Я бы могла принести его вам в номер.

— Не интересует, — отрезал наёмник, но она не сдалась.

Женщина выгнула немного спину, выпячивая грудь вперёд, заправила за ухо прядь волос, провела кончиками пальцев по своей шее и вниз по вырезу на груди.

— Ещё у меня есть бутылка отличного вина. Что скажете? Скрасим друг другу этот дождливый вечер?

Она захлопала ресницами и протянула к нему руку. Её пальцы с крашеными красными ногтями прошлись по его плечу и поползли к шее. Наёмник быстрым движением перехватил её запястье пальцами, затянутыми в перчатку, и сжал. Не до боли, но так, чтобы женщина испугалась его.

Он осмотрел её с головы до ног. Возраст — от сорока до сорока пяти. Причёска каре уложена в свежую укладку. Тело обтянуто наверняка «самым лучшим» платьем из её гардероба. Зелёное, велюровое. На лице косметика. Много косметики. Женщина явно не умела ею пользоваться. Слишком много тональника, который не только не скрыл морщины, а наоборот — сделал их более явными, как и поры. Её кожа была похожа на морщинистый апельсин. На ресницах было слишком много туши. Она уже начала размазываться вокруг глаз, а тени… Синие. Вообще ей не шли.

И она флиртовала. Предложила «поужинать» с бутылкой вина. Глупая женщина. Или отчаянная.

Шакал наклонился ещё ниже, заглядывая в её уже испуганные глаза. Она поняла, что полезла не к тому. И наёмник не собирался её щадить.

— Вместо того чтобы прыгать в койки постояльцев, найди в себе смелость гнать мужа работать или уйти от него. — Он сделал шаг вперёд, заставляя женщину пятиться. — Да. Я знаю.

Женщина упёрлась спиной в стену, выпучив на него глаза, и раскрыла рот, ошеломлённая.

— Работаешь весь день в этом убогом мотеле, пока его жирная задница не вылазит из кресла перед телевизором. Приходишь домой, готовишь, убираешь за ним, терпишь его тушу в постели перед сном, а после не можешь уснуть, потому что он храпит так, что стены дрожат. А после — по кругу. Снова и снова.

Он замолк. Понял, что перегнул. В глазах женщины заблестели слёзы, губы с бордовой помадой поджались, подбородок дрожал. Шакал почувствовал, как внутри что-то неприятно скрутилось — не жалость, а скорее досада на самого себя. Он отпустил её руку, отступил, давая ей пространство. Хозяйка мотеля опустила голову, держа в руке своё запястье. Оно не болело — наёмник знал, что не причинил ей физической боли, — но вот душевной…

Он развернулся и твёрдым шагом пошёл к лестнице.

***

Стоя в ванной перед раковиной, он плеснул в лицо водой, поднял голову. В зеркале напротив Шакал встретился взглядом со своим отражением.

Тусклые голубые глаза. Однодневная щетина на подбородке и щеках, короткий ёжик волос, острые линии челюсти, прямой нос.

«Чудовище».

Подумал про себя холодно.

Он не хотел срываться, не хотел обижать женщину. Но именно она стала последней каплей в чаше его терпения. Раздражение, что скреблось внутри него ещё с того дня, когда позвонил Слепой, всё это время копилось в нём по капле.

Шум в голове то стихал, то не уходил и не давал сомкнуть глаз. Заказ этой рыжей девчонки не давал покоя. Предчувствие его никогда не обманывало, и сейчас оно говорило, что с этим делом всё не так просто.

Что там со Слепым, было неясно. Видимо, в Шакале осталось что-то от человека, и его душа ещё не полностью очерствела, потому что он вдруг осознал, что волнуется. Волнуется за снайпера.

А потом ещё эти утырки у кафе. Он приметил их раньше, чем увидела Лора. Кулаки сжались до скрипа перчаток, когда один из них окликнул девчонку. А потом… Она начала искать его глазами. Своими зелёными большими глазами в обрамлении густых рыжих ресниц.

Он чуть не сорвался. Этот её взгляд задел его старые, казалось, давно затянутые раны. Шакал думал, что больше его это не трогает. Что прошлое осталось в прошлом, и боль тех времён больше над ним не властна. Ошибся. Знала бы она, каких сил ему стоило не сломать тому парню его грязные конечности. Поднялся бы шум, свидетели наверняка вызвали бы копов, а привлекать к себе лишнее внимание не стоило.

И вот после всего он сорвался на женщину, что полезла к нему не в то время и не в том месте. Хотя он бы и в другой раз не стал бы с ней спать. Проведи он с ней ночь, она бы его запомнила, а трахаться в маске неудобно. Да и в принципе она не в его вкусе.

— Сука…

Выругался он.

«Какого чёрта меня вообще это парит?!»

Наёмник умылся ещё раз — холодной водой. Провёл ладонями по лицу и волосам. Вода стекала по подбородку, капая в раковину. Мысли начали цепляться одна за другую, и он вдруг подумал: «А кто в моём вкусе?» Перед глазами снова всплыл образ зелёных испуганных глаз.

Удар.

Шакал впечатал кулак в зеркало быстрее чем осознал это. Стекло треснуло, разделяя его лицо на много маленьких частей. Осколки осыпались на пол и в раковину, как кусочки пазла. В ушах зазвенело — то ли от звона стекла, то ли от вспышки собственной ярости, прорвавшейся наружу. Костяшки начало щипать. Тряхнув кистью, он сбросил крошки стекла и сунул руку под холодную воду. Она тут же окрасилась в розовый.

«Выкинь её из головы. Выполню заказ — и забуду».

Спустя пару минут он, переодетый в чёрный спортивный костюм, спустился на первый этаж. На лице снова маска, на голове капюшон. Женщины за стойкой не оказалось. Шакал пошёл на шум воды. Он шёл из-за двери с надписью «Хоз. инвентарь». Он постучал. Вода резко стихла, послышалась какая-то возня.

Дверь открылась, перед ним застыла хозяйка отеля. Без помады, туши и «штукатурки». На скуле заживал старый, уже пожелтевший синяк.

При виде его, лицо женщины исказилось от обиды и раздражения.

— Чего тебе? Пришёл ещё раз ткнуть меня лицом в моё же дерьмо? Думаешь, мало было? Нет, спасибо. Я всё поняла с первого раза. Проваливай.

— Зеркало.

— Что? — растерянно спросила женщина. — Какое зеркало?

— Я разбил. Включите в счёт.

Хозяйка мотеля медленно кивнула. Кажется, она ожидала от него чего угодно, но не того, что он придёт к ней из-за разбитого зеркала.

Наёмник кивнул в ответ и уже собирался уходить, но не двинулся с места. Он ещё раз посмотрел на её синяк, потом ей в глаза и, понизив голос, сказал:

— Если захочешь избавиться от него. Любым способом. Дай знать.

Женщина горько усмехнулась, опустив голову, и коснулась скулы там, где был синяк. Она не сказала, что он сумасшедший, не поспешила звонить копам. Лишь покачала головой.

— Он, конечно, говнюк и последняя свинья, но смерти не заслуживает. И… ты прав. Хоть и козёл, но всё же прав. Мне уже давно нужно было от него уйти. — Она подняла голову, как-то ласково коснулась косяка двери. Он увидел в её глазах сентиментальность и понял что эти стены ей дороги. — Это всё из-за мотеля. Я столько труда и времени в него вложила, что никак не могу оставить. Официально здание его, как и бизнес.

— Не проблема, — коротко ответил наёмник.

Женщина посмотрела на него, подняв бровь.

— Правда, что ли? И кто же ты такой, раз для тебя это не проблема?

Шакал промолчал. Хозяйка мотеля снова усмехнулась, раскрыла рот, но ничего сказать не успела. Сзади раздался мужской голос:

— Доброй ночи. Здесь кто-нибудь есть? Это полиция.

Шакал одним точным движением накрыл рот женщины широкой ладонью, шагнул в подсобку и тихо закрыл за собой дверь.

Глава 8. Шум

Шакал

Он вошёл в кладовую, закрыв за собой дверь свободной рукой — второй он всё ещё закрывал рот женщине. Она нахмурилась, испугалась.

Шакал приложил указательный палец к маске, где были его губы, жестом указывая молчать. Женщина медленно кивнула, и он убрал руку, зашептав:

— Не кричи. Выйди к ним. Говори правду на все вопросы. Веди себя естественно.

— И про тебя? — Она сощурила глаза.

Наёмник кивнул.

— И про меня, но не всё. — Он достал ключ от своего номера, протянув ей. — Скажешь, ушёл час назад и что ещё не успела меня выписать. Поняла?

Хозяйка решительно кивнула. Поправила платье, волосы и вышла, закрыв за собой дверь. Шакал тихо подошёл к ней и приложился ухом к деревянной поверхности.

Откуда он узнал, что пришли именно за ним? Потому что это не могло быть совпадением. Шакал в такое не верил. Чувство слежки, инцидент с толпой у кафе. Они заявились сегодня, и именно сейчас, и именно в этот мотель — просто случайно? Херня.

— Здравствуйте, офицеры. Чем я могу вам помочь? — Голос хозяйки был усталым и немного напряжённым. Это нормально для работника в таком месте.

— Доброй ночи, мэм. Мы хотели бы задать вам пару вопросов. Надеемся, что вы пойдёте навстречу и поговорите с нами без ордера.

Шакал прикрыл глаза, полностью концентрируясь на слухе.

— Конечно, офицеры. Только, надеюсь, это ненадолго? У меня ещё много работы. Уборка номеров, гора грязного белья…

— Это не займёт много времени, — перебил её мужчина. — На другом конце города произошла небольшая драка, мы ищем человека, который в этом участвовал. Некоторые очевидцы утверждают, что видели в вашем мотеле мужчину, который может быть в этом причастен. Высокий, одет во всё тёмное, на лице маска, на голове капюшон. Вы помните всех своих постояльцев? Видели у себя того, кто мог подойти под описание?

Шакал напрягся. Внешне он никак не изменился, но внутри весь подобрался и был готов к драке, если хозяйка сдаст его. Сдаваться он точно не собирался. Судя по шагам, которые он слышал, и тому, как женщина сказала «офицеры», копов было двое. Не проблема. Проблемой станет, если они достанут пушки.

— Конечно видела! — воскликнула хозяйка раздражённо, обидчиво и даже зло. Она сейчас наверняка вспоминала слова, которые Шакал ей наговорил, и, скорее всего, сделала это специально — чтобы добавить эмоций в голос.