Читать книгу Дом, где спят крылья (Рина Морзе) онлайн бесплатно на Bookz (2-ая страница книги)
Дом, где спят крылья
Дом, где спят крылья
Оценить:

5

Полная версия:

Дом, где спят крылья

Нормальный человек сейчас бы развернулся и ушёл.

Элина не двинулась с места.

И в ту секунду она ясно почувствовала: что-то уже сдвинулось, и назад к прежней обыденной жизни вернуться не получится.

Глава 2. Когда воздух дрогнул

Нина ждала.

Не торопила, не тянула Элину за руку, не пыталась говорить убедительнее. Просто стояла напротив. Казалось, она уже понимала: если сейчас надавить хоть немного сильнее, всё закончится тем, что Элина всё-таки развернётся и уйдёт. Это почему-то раздражало даже больше, чем её спокойствие. Слишком уж уверенно она держалась для человека, который только что заявил незнакомой девчонке в парке, что у той за спиной крылья.

- Ладно, - засунула Элина телефон обратно в карман. –Я готова послушать, хоть какие-то доводы, что я должна тебе поверить.

Нина медленно выдохнула.

- Нормально у меня вряд ли получится, Но я попробую. Ты не сумасшедшая. И я тоже не являюсь таковой, могу тебя уверить. А то, что ты чувствуешь за спиной - не усталость и не воображение. Это реально. И если я права, то ты слишком долго жила, не понимая, что именно с тобой происходит.

Нина помолчала ещё секунду, потом очень осторожно оглядела свои очки. Оправа вблизи казалась тонкой, почти невесомой, с каким-то странным, едва заметным отблеском на стёклах, который не был похож ни на обычное отражение фонаря, ни на блик от машины за оградой.

- Я бы не стала показывать это, - пыталась она говорить тише. - И вообще не должна.

Элина невольно скрестила руки на груди.

- Звучит очень обнадёживающе.

- Слушай... это редкое. И хрупкое, - Нина не отреагировала на её тон. -Поэтому без рывков, ладно? Надень и просто глянь в мою сторону.

Несколько секунд Элина просто смотрела на очки в руках Нины и пыталась понять, в какой именно момент её жизнь свернула не туда: когда она остановилась у скамейки, когда не ушла сразу или когда всерьёз начала рассматривать возможность надеть в тёмном парке чужие странные очки по просьбе рыжей незнакомки. Всё это по-прежнему звучало как отвратительная идея. Но именно в этом и была проблема: ей всё ещё не хотелось уходить.Она легко могла сорваться с места и исчезнуть раньше, чем Нина успела бы её окликнуть.

Нина протянула очки чуть ближе, но всё равно не торопила.

- Если ничего не увидишь, я извинюсь, и ты уйдёшь. На этом всё.

Элина медленно выдохнула и всё-таки взяла очки. Они оказались холоднее, чем должны были быть. Не как металл зимой – иначе.

- Только быстро, - пробормотала она.

- Только аккуратно, - поправила Нина.

Элина всё ещё продолжала медлить и подняла очки к лицу не сразу. Сначала ещё раз посмотрела на Нину, надеясь в последний момент поймать на её лице усмешку, увидеть розыгрыш, глупость, хоть что-то человечески объяснимое. Но рыжая стояла слишком серьёзно. Элина медленно надела очки, всё ещё ожидая, что ничего не произойдёт, что сейчас она просто увидит тот же парк, ту же ограду, тот же мокрый асфальт. Но мир дрогнул раньше, чем она успела вдохнуть.

Свет от фонарей растянулся тонкими нитями. Воздух перед ней стал глубже, прозрачнее и одновременно плотнее, как вода, в которую смотришь сверху. За спиной Нины раскрывались крылья – серые как цвет её глаз, прозрачные, с мелкими белыми вкраплениями. Элина чуть слышно вскрикнула.

- Не дёргайся, - прошептала она. –Просто вглядись в то, что видишь.

Элина перевела взгляд – и воздух у кованой ограды вспыхнул мягким, живым сиянием. Там, где секунду назад была просто темнота, теперь дрожали полупрозрачные линии, сотканные из света. Такие же тянулись из-за спины Нины. Не перья, не красивая фантазия из детства – что-то другое. Слишком сложное, слишком настоящее, слишком перехватывающее дыхание. Она сорвала очки.

Очки едва не выскользнули из её рук, но она успела поймать их в последний момент –почти грубо. Её тело окаменело, Элина понимала, что чуть не сломала эту необъяснимую вещь прямо на глазах человека, который уже несколько раз просил обращаться с ней аккуратно. Сердце колотилось так, будто она только что отработала ещё три спарринга подряд без перерыва. Воздуха стало не хватать. Не потому, что она не верила. Хуже. Потому что, кажется, слишком резко поняла: Нина точно не врала. Но что-то не давало ей это принять – наверное, здравый смысл.

- Осторожно, -чуть не выкрикнула Нина и шагнула ближе, но не настолько, чтобы вырвать очки из её рук. - Я же просила.

Элина подняла на неё взгляд.

- Что это было?

Голос прозвучал тише, чем ей хотелось. Почти чужим. Нина молчала всего секунду, но этой секунды хватило, чтобы раздражение снова вспыхнуло поверх страха.

- Не молчи, - сказала Элина резче. - Я не успокоюсь. Что. Это. Было.

Нина протянула ладонь, и Элина, помедлив, всё-таки отдала ей очки. Та сразу надела их, но перед этим проверила, не треснуло ли стекло, и только потом ответила:

- Через них можно увидеть больше, чем обычно.

- Больше – это, оказывается, очень мягкая формулировка.

- Я предупреждала, что нормально объяснить не смогу.

Уголок губ Элины нервно дёрнулся, она провела ладонью по лицу. Мир без очков уже снова выглядел обычным. И именно это теперь бесило больше всего. Она только что видела что-то невозможное. Но сейчас казалось, что её насильно вернули в более тусклую версию реальности. Как если бы человеку с плохим зрением дали очки, позволили на секунду увидеть мир чётко – а потом сразу забрали обратно.

Нина уловила это раньше, чем Элина успела подобрать слова.

- Поэтому я и не хотела показывать сразу. После такого трудно притворяться, что ничего не было.

- Я бы сказала: невозможно, -отрезала Элина.- Я просто пытаюсь понять, не влезла ли сейчас в какую-то очень дорогую и опасную секту.

Нина начала тереть переносицу под очками.

- Если бы это была секта, я бы, наверное, говорила бы какие-то более заезженные и заученные фразы.

- Это не успокаивает.

- А кто сказал что должно?

Элина посмотрела на неё внимательнее. Всё те же рыжие кучерявые волосы, серые глаза, веснушки рассыпанные по всему лицу и пальцы, крепко сжимающие пальто.

- Ладно.Давай сначала. Кто ты? И почему у тебя... - она замялась, всё ещё не готовая произнести это без внутреннего сопротивления, - типа крылья за спиной?

Нина оглянулась по сторонам. Только теперь вспомнила, что они стоят в парке, пусть и почти пустом. Потом снова посмотрела на Элину.

- Я не смогу объяснить всё за пять минут. Но если коротко – я из мира, который тебе чужд, но похоже ты тоже часть него.

Телефон в кармане завибрировал так, что Элина вздрогнула. Она машинально вытащила его и сразу увидела сообщение.

Мама:Ты где? Если через пять минут не ответишь, папа пойдёт тебя с собаками искать. И я не шучу.

Элина уставилась на экран чуть дольше, чем следовало. В обычный вечер она бы проигнорировала это сообщение. Папа, конечно, никуда бы не помчался особенно с собаками, но сам факт, что дома уже начали всерьёз волноваться, почему-то ударил сильнее, чем должен был. И совсем некстати в памяти всплыл голос Егора Андреевича: Напиши, как дойдёшь. Слишком много тревоги на один вечер. Слишком много людей неожиданно решили, что с ней может что-то случиться.

- Мне надо идти, -убирала она телефон обратно в карман.

Нина чуть заметно напряглась, но всё равно кивнула.

- Я понимаю.

- Нет, правда надо. Меня дома потеряли.

Нина на секунду отвела взгляд, словно быстро что-то решала, а потом сказала уже твёрже:

- Тогда завтра. После школы. Ты же ходишь в школу? – недождавшись ответа, Нина продолжила. - Здесь же.

Элина молчала недолго:

- Я учусь. До двух.

Нина коротко кивнула. Этого ей было достаточно.

- Тогда в половине третьего. Я буду здесь.Тебе хватит времени добраться до сюда?

- А если не приду?

Нина посмотрела на неё спокойно, без вызова.

- Тогда не придёшь.

Это прозвучало так просто, что Элина даже на секунду растерялась. Без давления. Без попытки её дожать. Нина и правда оставляла выбор за ней.

- Половина третьего, - повторила она скорее для памяти, чем как обещание.

- Половина третьего, - отозвалась Нина.

Элина кивнула – коротко, почти резко – и уже в следующую секунду сорвалась с места. Не побежала по-настоящему, но пошла так быстро, что через несколько шагов это почти перестало отличаться. Влажный воздух бил в лицо, сумка стучала по бедру, подошвы срывались на мокром асфальте. Ей нужно было домой. В свет, в кухню, к маминому голосу, к Лиле, к чему-нибудь нормальному, человеческому, понятному.

Элина не заметила, как дошла до дома.

Парк закончился, потом был магазин у перекрёстка, двор с облупившейся скамейкой, знакомый подъезд с тугой дверью и запахом сырости, чужого ужина и собачьей шерсти – всё это она прошла почти на автомате. Мысли не крутились, а вязли одна в другой, липли, цеплялись, не давая поймать ни одну до конца. А тело продолжало делать всё как обычно – идти, открывать дверь, подниматься по лестнице, искать в кармане ключи. Только потом, уже вставляя их в замок, она с запозданием поняла, что слишком крепко сжимает ремень сумки.

Дверь открылась раньше, чем ключ успел повернуться до конца. На пороге стояла Лиля — растрёпанная, в растянутой футболке, с карандашом в волосах и лицом человека, которого предали дроби, жизнь и математика в целом.

- Наконец-то, - трагически выдохнула она. - Я уже почти умерла.

- Вижу, - Элина кинула сумку в коридоре, стягивая кроссовки. – Призраки выглядят чётче, чем ты сейчас.

Из кухни сразу выглянула мама. Ирина вытерла руки о полотенце, быстро скользнула взглядом по Элине и всему её окружению - лицо, куртка, сумка, живая ли, целая ли – и только потом спросила:

- Ты почему так долго? Я уже хотела папу отправлять.

- И соседскую собаку, - вставила Лиля с мрачным удовольствием.

- И соседскую собаку, - согласилась мама. -А продукты?

Элина замерла на секунду.

- Чёрт.

Лиля посмотрела на неё почти с уважением.

- Смело.

Андрей сидел на кухне за столом с кружкой чая и каким-то разобранным фонариком у локтя - он вечно что-то чинил по вечерам, даже если оно не было сломано. Он поднял глаза, когда Элина вошла, и сразу отложил отвёртку.

- Всё нормально? - спросил он.

Он слишком хорошо знал, как выглядит спокойная дочь. Сейчас она такой не была.

И вот тут Элина поняла, что вопрос звучит не формально. Не где тебя носило, не почему не ответила сразу, а именно нормально ли всё на самом деле. От этого внутри неприятно дрогнуло. Она коротко кивнула, села на свободный стул и только теперь почувствовала, насколько устала. Ведь привычный мир сдвинулся на пару сантиметров в сторону, а она весь путь домой делала вид, что так и надо.

- Я встретила в парке одну девушку, - начала Элина в стол. - Странную.

- Ой, - оживилась Лиля. – Она тебе календарикии флажки впаривала?

- Нет. Хуже. Она мне ничего не продавала.

- Господи, - пробормотал Андрей. - Это действительно хуже.

Мама бросила на него быстрый строгий взгляд, но уголок рта у неё всё-таки дрогнул.

- И что за девушка?

Элина помолчала. Она не хотела это рассказывать. Не потому, что не доверяла. Наоборот – именно потому, что доверяла слишком сильно и не хотела тащить в дом ещё и это. У них и так хватало забот. Лиля с учёбой, деньги до конца месяца, её пробники, обычная жизнь, в которую не должны были влезать рыжие незнакомки, крылья и дрожащий воздух.

- Она сказала, что… видит у меня за спиной что-то странное, - наконец выговорила Элина. - И показала очки. Через них… было видно не так, как обычно.

В кухне стало тихо.

Не тяжело, не страшно - просто тихо. Даже Лиля, которая секунду назад готова была драматично умирать, только моргнула и перевела взгляд с Элины на маму, потом на папу. Именно это и насторожило сильнее всего. Если бы они сразу рассмеялись или решили, что Элина просто переутомилась, было бы проще. Но Ирина вместо этого очень спокойно спросила:

- Что именно ты увидела?

Элина медленно подняла на неё глаза.

- Мам, только не надо вот этого сейчас.

- Какого этого?

- Такого лица, как будто я сказала не полный бред.

Андрей выдохнул и потёр ладонью подбородок.

- Потому что это не совсем полный бред.

Элина уставилась на него.

- Что?

Он переглянулся с Ириной, и та еле заметно кивнула,

- Мы не знаем многого, - начала мама осторожно. - Почти ничего, если честно. Но… прекрасно знаем, что это не бред от усталости и не твои фантазии.

- Подожди, - медленно произнесла Элина.- Вы сейчас серьёзно?

- Серьёзно, - ответил Андрей. - И именно поэтому тебе стоит встретиться с этой девушкой ещё раз. Не одной, если не хочешь. Но встретиться – стоит.

Элина откинулась на спинку стула и несколько секунд просто смотрела на них, будто видела впервые. Вот этого она точно не ожидала. Не спокойствия. Она надеялась, что они начнут её отговаривать, скажут забыть, сделают вид, что ничего не было. И от этого стало ещё страшнее. Потому что если даже они, такие земные, понятные, не стали спорить – значит, всё это действительно существовало где-то вне её головы.

- Я не понимаю, почему вы такие спокойные.

- Милая, нам советовали не говорить тебе об этом раньше времени.- спокойным голосом начала мама.-Мы вообще надеялись, что никогда ты и не узнаешь об этом всём.

Лиля, которая всё это время молчала с редким для себя героизмом, наконец, осторожно спросила:

- Элин… а у тебя теперь будет двойная жизнь, как в мультиках?

- Сначала бы с одинарной разобраться.

Мама поднялась и поставила перед ней тарелку с уже остывающим ужином.

- Поешь. Потом душ. Потом спать. А завтра уже будешь решать, как с этим быть.

Элина кивнула, хотя слова поешь, душ, спать прозвучали так обыденно, что от них стало почти больно. Ей хотелось ухватиться за эту простую последовательность, как за что-то твёрдое. Ведь если сделать всё правильно – поесть, помочь Лиле, помыться, лечь – то вечер с Ниной расползётся и окажется просто странной, нелепой историей, не так ли? Но даже ужин не помог сделать вечер обычным. Всё внутри продолжало держаться в одном и том же напряжённом, неправильном равновесии.

Дальше всё прошло как в тумане. Все делали вид, что разговора и не было. И Элина не понимала к добру это или к худу. Лиля успела сначала пожаловаться на уроки, потом внезапно перескочить на рассказ о девочке из параллели, потом заснуть поперёк кровати с учебником где-то под боком. В квартире стихли шаги, один раз скрипнула дверь на кухне, негромко пролаяла собака у соседей, потом всё окончательно растворилось в ночной тишине. А Элина лежала с открытыми глазами и смотрела в потолок, чувствуя, как в голове снова и снова всплывают одни и те же фрагменты вечера: очки в руках Нины, серые прозрачные крылья за её спиной, боль между её лопатками, спокойный голос мамы, слишком серьёзное лицо папы. Сон не приходил, только тревога крутилась по кругу, цепляясь за каждую мысль, пока та не истиралась до дыр.

Потом она всё-таки провалилась.

Сначала это был даже не сон, а ощущение. Кто-то коснулся её лица. Она не испугалась. И это было странно.Во сне Элина не удивилась этому прикосновению, не испугалась, не отшатнулась. Наоборот, всем телом подалась навстречу, ведь именно так и должно быть, она слишком долго ждала этих рук и только сейчас,наконец, перестала сдерживаться.

Воздух был густой, прохладный и пах лилиями. Этот запах почему-то казался родным до боли.

Она стояла босиком на холодном полу и смотрела снизу вверх, хотя лица перед собой не видела чётко — только тёмный силуэт, прядь волос, линию подбородка с едва заметной щетиной, сильное плечо, чужое дыхание совсем близко. Но это не пугало. Внутри не было ни одного вопроса. Толькостранное, тихое чувство покоя – такого полного, что от него почти становилось страшно.

Она не хотела этого касания. Но рука поднялась сама – чужая, непослушная. Пальцы скользнули по чужой щеке, запоминая.Кожа под пальцами была тёплой, колючей. Живой. Настоящей. И от этого почему-то сжималось сердце, ведь даже в этом мгновении счастья уже пряталась будущая боль.

Он что-то сказал, очень тихо. Слов Элина не разобрала, но голос прошёл по ней дрожью – низкий, хрипловатый, слишком родной для человека, которого она не могла узнать. Она улыбнулась в ответ, и эта улыбка тоже была не её — мягче, спокойнее, взрослее, чем могла бы быть у неё самой.

В груди вспыхнуло что-то тяжёлое, почти больное. Она не знала этого чувства. Но тело внутри сна помнило.Она приподнялась на носочки и потянулась поцеловать его в уголок губ. Он тут же склонился ниже, ведь заранее знал, что она не дотянется.

После этого короткого, почти невесомого прикосновения он обнял её так, будто боялся сломать. Не руками — самой тяжестью того, что между ними было.

Элина не испытывала ни к кому такой любви. Но здесь, внутри этого сна, эта близость казалась естественной, почти привычной.

И именно от этой мысли она проснулась — резко, с колотящимся сердцем, с влажной от пота спиной и с ощущением чужой огромной любви, слишком тяжёлой, чтобы списать её на обычный сон.

Глава 3. Граница, которой не видно

Будильник трезвонил и надрывался уже продолжительное время. Причём мелодия была не с её телефона, а с Лилиного. Домашние уже давно ненавиделизвук её будильника, так как от негопросыпались все, кроме неё. Элине потребовалось пару минут, чтобы окончательно проснуться. Она выполнила все утренние процедуры на автомате, причём старалась отвлечься на что угодно, кроме своих тревожных мыслей.

На кухне у плиты хлопотала мама, а Лили всё ещё не было видно на горизонте.

- Доброе утро, мам,- прохрипела Элина.

- Даже ты уже готова, а эта спящая красавица всё ещё дрыхнет,- мама ставила уже перед Элиной тарелку с завтраком – два горячих бутерброда и чашку горячего чая с лимоном.

- Я же говорила тебе, чтобы ты не утруждалась по утрам ради меня, я сама могу себе приготовить, да и Лиле я бы что-нибудь сварганила. У тебя же сегодня ночная смена. Спала бы,- Элина медленно дула на чай, пока бухтела.

- Ты для начала подними её, чтобы покормить,- мама уже собралась пойти всё-таки собственноручно поднять младшую.

- Я бы в качестве профилактики хоть раз дала бы ей проспать всё на свете, чтобы она столкнулась с последствиями своего раздолбайства.

- Ты очень жестока, Элина,- просопела Лиля, заходя на кухню.

- Явление Христа народу,- протянула мама.

Элина с ней лишь переглянулась, и они рассмеялись. Лиля лениво уселась за стол и растеклась всем своим телом на нём. И вот кухня задышала обычным домашним уютом – запахом быстрого завтрака, легкой, почти незаметной суетой и живой, по-настоящему ласковой атмосферой.

Элина уже натягивала кроссовки в коридоре, когда мама вновь напомнила ей о существовании вчерашнего вечера:

- Тебя сегодня позже ждать?

- Почему?

- А встреча?

Она на секунду обрадовалась, что этой всей бытовухой смогла затмить эту тревожную, навязчивую мысль, но мама, к сожалению, всё испортила. Элина тяжело вздохнула:

- Да, ты права, я буду позже.

На какое-то время повисла тишина. Элина уже натягивала пальто, когда её снова нарушили.

- Егор вчера звонил папе вечером. Мы его, если что успокоили – сказали, что ты дома.

Она абсолютно забыла написать тренеру, что пришла домой, как обещала. Она и без того была на взводе и старалась держаться, а тут ещё и это. Егор Андреевич близкий друг отца. Элина практически росла у него на глазах. Именно он привёл её в эту секцию, когда устроился туда тренером, и именно он научил её жить спортом. Вспоминая вчерашнюю тренировку и его обеспокоенное выражение лица, ей стало ещё хуже, чем было до этого. Желание выходить из дома на учёбу становилось всё слабее, а потребность укутаться в одеяло и хоть немного поплакать от происходящего – всё сильнее.

Когда за ней закрылась дверь, она на секунду поймала себя на мысли, а вдруг уже не вернётся сюда.Элина вышла на улицу. Всё шло на автопилоте. Холодный воздух немного прояснил голову, но ненадолго. Мысли возвращались волнами – неоформленными, нелогичными. Сон. Нина. Мама. Егор Андреевич. Крылья. Всё это не укладывалось в одну линию, не складывалось в объяснение, только давило.

Она пыталась сосредоточиться на чём-то простом – считать шаги, читать вывески, заглядывать в телефон. Не помогало. В голове всё равно оставалось ощущение, будто вчерашний вечер не закончился, а просто растянулся и продолжался теперь внутри неё, тихо и упрямо.

Как она добралась до школы, Элина не запомнила.

Как прошли уроки – тоже.

В какой-то момент она поймала себя на том, что сидит, смотрит в тетрадь и не понимает, что там написано. Кто-то рядом говорил, учитель что-то объяснял, кто-то смеялся. Всё как всегда. Обычный день. Только ей в этом дне не находилось места. Всё казалось чужим, слишком мелким, как будто происходило с кем-то другим. Словно она смотрит фильм со стороны.

И это злило больше всего и не давало покоя.Не Нина.Не крылья.И даже не сон.А то, что мир вокруг никак не изменился.

У неё и раньше бывали такие моменты, когда моральное состояние не справлялось. Чаще всего это происходило перед соревнованиями или важными экзаменами, но сейчас всё было немного иначе.Она никак не могла поверить, что это всё реально,пыталась очнуться от этого странного наваждение. Самое жуткое было в том, что Элина иногда ранее представляла себя феей. Она сейчас не могла вспомнить, когда это началось: может в детстве с мультиков по телевизору или может с появления клички на тренировках. Но именно вчера в парке было это лёгкое напоминание о её глупых детских фантазиях– она представила крылья, и по странному стечению обстоятельств они у неё появились. Больше представлять не хотелось, но, кажется, уже было поздно.

Она вышла из школы вместе со всеми.Поток людей вынес её на улицу, и на секунду Элина просто остановилась у крыльца, словно забыла, куда идти дальше. Кто-то толкнул её плечом, кто-то громко рассмеялся рядом, у кого-то громко заиграла музыка с телефона.Она ведь могла пойти домой.Этот вариант был самым простым. Прямой дорогой, без лишних мыслей, без решений. Прийти, поесть, сделать вид, что вчерашний вечер – это просто сбой, который можно переждать.

Элина даже сделала шаг в сторону этого выбора.И остановилась.Мысль всё ещё не оформлялась в слова, но была упрямой и неприятной: если она сейчас развернётся и уйдёт, ничего не исчезнет. Ни Нина. Ни крылья. Ни то, что она уже видела. Всё это просто останется с ней – только без ответов.

- Вот блин, - буркнула она себе под нос.

Она развернулась.Не драматично.Просто сменила направление.

Теперь шаги стали увереннее, быстрее. Будто если она позволит себе притормозить, то тут же передумает. В голове всё ещё было шумно, но уже без той вязкости, которая держала её с утра.Парк был недалеко.Дорога заняла меньше времени, чем она ожидала. Или ей просто показалось. Элина не видела ничего вокруг себя, этого обычного мира уже не существовала для неё.

Она замедлилась только у самого входа.Остановилась. Осмотрелась.Тот же парк. Те же деревья. Те же дорожки.Ничего особенного.И всё равно…

Элина коротко выдохнула и шагнула вперёд.Надежда, что она может в любой момент развернуться, потухла, когда на горизонте снова появилась рыжая кучерявая шевелюра Нины. Она была всё в тех очках, которые Элине сейчас нереально сильно захотелось сорвать и забрать. Пока она не была замечена, был ещё шанс это провернуть, но вот взгляды пересеклись, и ей ничего не оставалось, как ускорить шаг навстречу.

- Ты рано, - начала Нина, когда она подошла ближе.

- Я могла вообще не прийти, - отрезала Элина.

- Могла, - спокойно согласилась Нина.

Это раздражало больше всего.Элина остановилась напротив неё и скрестила руки на груди:

- Давай только кратко.

Нина кивнула.Пауза получилась короткой, но какой-то неровной, они обе ждали, что дальше должно прозвучать что-то важное.

- Я не смогу нормально тебе что-то объяснить, - Элина чуть прищурилась, но не перебила. - Есть человек, который сможет лучше.

- Кто же?

- Моя мама.

Элина на секунду отвела взгляд, потом снова посмотрела на неё.

- Ну…ладно, - сказала она. - Пошли.

Без споров. Без лишних вопросов.Она уже давно приняла это решение и просто дождалась, когда его озвучат вслух.

Нина развернулась в нужную сторону и пошла. Элина задержалась на секунду, глядя ей в спину. Видимо надежда увидеть то же самое, что и вчера, но без очков всё ещё таилась в глубине души. Потом пошла следом.

Они вышли из парка на тихую улицу.Здесь было спокойнее, чем в центре: меньше людей, реже встречались машины, дома стояли плотнее, защищая двор от лишнего шума. Элина шла не спеша.

bannerbanner