Когда мы забыли отпустить

— Доброе утро, пап.

Это стало привычкой. Она говорила эти слова уже почти три года. И каждый раз ей казалось, что он все еще где-то рядом. Кофеварка тихо заурчала. Вивиан открыла холодильник. Почти пусто. Йогурт. Несколько яблок. Молоко. И контейнер с домашней лазаньей, которую вчера вечером привезла ее лучшая подруга.

— Если не начнешь нормально есть, я сама буду приезжать каждый день, — заявила та.

Вивиан тогда только рассмеялась. Работа снова победила ужин. Как и всегда. Телефон завибрировал. На экране появилось имя.

Оливия.

— Только не говори, что ты уже в офисе, — вместо приветствия произнесла Вивиан.

— Нет.

— Слава богу.

— Я еще только собираюсь.

— Тогда почему звонишь в семь утра?

— Потому что ты опять забыла выключить свет в студии.

Вивиан виновато поморщилась.

— Правда?

— Правда.

— Хорошо, виновата.

— Когда-нибудь ты сведешь меня с ума.

— Зато тебе не будет скучно.

Оливия тихо рассмеялась.

— Кстати...

— М?

— Сегодня встреча с представителями Hayes Capital.

Улыбка исчезла с лица Вивиан.

— Помню.

— Ты нервничаешь?

Она посмотрела в окно.

— Немного.

— Это нормально.

— Нет.

Вивиан покачала головой.

— Мне не нравится зависеть от решений других людей.

— Ты не зависишь.

— Зависит компания.

Повисла короткая пауза.

— Все получится, Вив.

Она улыбнулась.

— Надеюсь.

После разговора квартира снова погрузилась в тишину. Вивиан подошла к большому деревянному столу у окна. На нем лежали десятки рулонов чертежей.

Карандаши.

Линейки.

Образцы материалов.

Она осторожно развернула последний эскиз. Это был проект культурного центра, над которым она работала почти полгода. Отец всегда говорил ей:

«Красивое здание может построить почти любой архитектор. Запоминают те, в которых людям хочется остаться.»

Именно поэтому Вивиан никогда не рисовала здания ради красивой картинки. Она сначала представляла людей. Детей, бегущих по коридорам. Пожилую пару на скамейке. Студентов с ноутбуками. И только потом появлялись стены. Она взяла карандаш. Провела одну тонкую линию. Потом вторую. И вдруг остановилась. Телефон снова завибрировал. На экране высветилось письмо.

Hayes Capital.

Подтверждение встречи.

Завтра.

11:00.

Подпись внизу состояла всего из двух слов.

Emily Carter.

Вивиан глубоко вдохнула. Она еще не знала почти ничего о генеральном директоре Hayes Capital. Кроме одного. В деловом мире его считали человеком, который никогда не идет на компромисс. И почему-то именно это заставило ее улыбнуться.

— Посмотрим, мистер Хейс…

Она тихо свернула чертеж. И впервые за долгое время почувствовала азарт.

Она свернула чертеж, аккуратно закрепила его черной лентой и поставила в высокий металлический тубус возле стола. Работа могла подождать еще полчаса. Редкая роскошь в ее жизни. Вивиан посмотрела на часы. Восемь утра. Значит, если поторопиться, она успеет заехать в студию танцев перед работой.

Небольшая студия располагалась на тихой улице в Бруклине. Никакой яркой вывески. Только стеклянная дверь и скромная табличка с надписью:

Sahara Dance Studio

Как только Вивиан вошла внутрь, ее встретила знакомая мелодия. Теплая. Плавная. Совсем не похожая на шум большого города.

— Доброе утро!

Из соседнего зала выглянула темноволосая женщина лет сорока.

— Доброе утро, Лейла.

— Я уже решила, что ты сегодня не придешь.

— Почти так и было.

Лейла покачала головой.

— Ты опять работаешь без выходных?

Вивиан виновато улыбнулась.

— Почти.

— Нет, дорогая. «Почти» — это когда работаешь шесть дней. А ты работаешь семь.

Вивиан тихо рассмеялась.

— Исправлюсь.

— Ты говоришь это уже третий год.

Они обе улыбнулись. В этой студии никто не знал Вивиан как руководителя архитектурного бюро. Здесь она была просто девушкой, которая приходила танцевать. Без костюмов. Без переговоров. Без ответственности за десятки сотрудников. Она переоделась в просторную белую футболку и темные тренировочные брюки, распустила волосы и вошла в зал.Большие зеркала отражали утренний солнечный свет. Несколько девушек уже разминались. Кто-то здоровался с ней. Кто-то махал рукой. Она отвечала каждой. Музыка заиграла чуть громче. Лейла хлопнула в ладоши.

— Начинаем.

Первые несколько минут Вивиан двигалась осторожно. Будто вместе с телом просыпались мысли. Но постепенно движения становились свободнее. Плечи расслабились. Исчезло напряжение. Она перестала думать о встрече. О счетах. О клиентах. О письме из Hayes Capital. Осталась только музыка. Лейла наблюдала за ней из угла зала. Когда композиция закончилась, она подошла ближе.

— Вот такой ты нравишься мне больше.

Вивиан вопросительно посмотрела на нее.

— Какой?

— Живой.

Не той, которая постоянно что-то должна. Вивиан молча вытерла полотенцем шею.

— Иногда мне кажется, что если я остановлюсь хоть на день...

Она не договорила. Лейла закончила за нее:

— Мир рухнет?

Вивиан тихо кивнула. Женщина улыбнулась.

— Мир существовал до нас. И будет существовать после. Научись иногда жить не ради обязанностей. А ради себя.

Эти слова почему-то запомнились.

Через сорок минут Вивиан уже поднималась по лестнице старого кирпичного здания, где располагалась Parker Studio. Она открыла дверь своим ключом.

— Доброе утро!

— Доброе!

— Вив, ты сегодня даже вовремя!

— Запишите эту дату.

Из-за большого стола выглянул молодой мужчина с растрепанными светлыми волосами.

— Коллеги! Кажется, произошло чудо! Наша начальница пришла раньше меня!

Все дружно рассмеялись.

— Лукас, — улыбнулась Вивиан, — когда-нибудь я тебя уволю.

— Не уволишь.

— Это еще почему?

— Потому что только я умею чинить принтер.

Она рассмеялась.

— Аргумент.

Студия постепенно оживала. Кто-то разворачивал чертежи.

Кто-то включал музыку. На большой пробковой доске висели эскизы будущих проектов. В углу стояла стремянка, на которой уже несколько месяцев никто не решался разобрать коробки с архивом. Повсюду лежали образцы дерева, бетона, ткани и стекла. Здесь не было стерильной идеальности.Здесь кипела жизнь. Именно такой когда-то создал эту студию ее отец. Вивиан не хотела менять это ощущение. Она поставила сумку возле своего стола и привычным движением провела рукой по деревянной столешнице. Кто-то спорил о материалах для нового проекта. Из небольшой кухни доносился запах свежесваренного кофе. Лукас уже пытался починить принтер, который, по его словам, «умирал каждый понедельник исключительно из принципа».

— Если он сегодня снова сломается, я официально объявляю ему войну, — пробормотал он.

— Ты говорил это на прошлой неделе, — усмехнулась Оливия.

— Тогда это было предупреждение.

Вивиан рассмеялась. Именно за это она любила свою команду. Здесь никто не боялся ошибиться. Никто не притворялся идеальным. Они были семьей, которую однажды собрал ее отец. И теперь она делала все, чтобы эта семья не распалась. Она открыла ноутбук. На экране уже ждало письмо от Hayes Capital.

Подтверждение встречи.

Завтра.

11:00.

Ниже стояла подпись:

Emily Carter Executive Assistant to Aidan Hayes.

Вивиан перечитала письмо еще раз. Имя генерального директора она встречала десятки раз. Статьи. Интервью. Деловые журналы.

«Самый молодой миллиардер инвестиционной отрасли.»

«Человек, который не проигрывает переговоров.»

«Предприниматель года.»

Она закрыла письмо.

— Не люблю людей, которые считают, что всегда правы, — тихо пробормотала она.

— Что? — подняла голову Оливия.

Вивиан улыбнулась.

— Пока ничего.

Она поднялась из-за стола и подошла к большому окну. За стеклом шумел Бруклин. Совсем не такой, как Манхэттен. Более живой. Более настоящий. Здесь люди здоровались с соседями. Бариста в кофейне напротив уже знал ее заказ наизусть. А цветочник через дорогу каждую пятницу дарил маленькие букеты тем, кто покупал цветы для родителей. Она любила этот район. Он никогда не пытался казаться лучше, чем был. Вивиан перевела взгляд на календарь, висевший на стене. Завтрашняя дата была обведена красным маркером.

Встреча с Hayes Capital.

Самая важная встреча за последние три года. От нее зависело слишком многое. Но Вивиан не собиралась просить. Не собиралась соглашаться на условия, которые считала неправильными. Если ей придется спорить с самым влиятельным инвестором Нью-Йорка — значит, она будет спорить. Она еще не знала, каким окажется Эйдан Хейс. Но уже была уверена в одном. Он ей не понравится.

И где-то в другом конце города Эйдан Хейс был абсолютно уверен, что новая встреча станет для него всего лишь очередными деловыми переговорами.

Они оба ошибались.

Глава 3

Нью-Йорк редко давал человеку время собраться с мыслями. Он требовал двигаться. Быстрее. Выше. Дальше. Вивиан смотрела в окно такси, наблюдая, как утренний Бруклин постепенно уступает место Манхэттену. Высотки становились выше. Улицы — шире. Машины — дороже. Даже люди здесь двигались иначе. Словно каждый из них куда-то безнадежно опаздывал. Она невольно поправила воротник молочного пальто и снова посмотрела на папку, лежавшую на коленях. Внутри находились эскизы. Финансовые расчеты. Презентация. Идеи, над которыми ее команда работала несколько месяцев. Сегодня они могли определить будущее Parker Studio. Телефон коротко завибрировал.

Оливия.

— Доброе утро.

— Ты уже подъезжаешь?

— Почти.

— Нервничаешь?

Вивиан усмехнулась.

— Немного.

— Это хороший знак.

— Почему?

— Потому что тебе не все равно.

Она улыбнулась.

— Спасибо.

— Только не пытайся понравиться мистеру Хейсу.

— Даже не собиралась.

— Вот и правильно. Покажи ему, почему именно наша студия должна заниматься этим проектом.Вивиан отключила вызов. Такси остановилось. Она подняла голову. Перед ней возвышалось здание Hayes Capital. Стеклянная башня уходила высоко в серое осеннее небо. Она выглядела безупречно. Холодно. Без единой лишней детали. Вивиан неожиданно подумала, что именно таким, наверное, и должен быть человек, который здесь работает.Она расплатилась с водителем, глубоко вдохнула и направилась ко входу. Тяжелые стеклянные двери открылись почти бесшумно. Холл оказался еще просторнее, чем она ожидала. Белый мрамор. Высокие потолки .Минималистичный интерьер. Люди в идеально сидящих костюмах. Даже воздух здесь казался слишком правильным.

— Доброе утро.

За стойкой администратора ей приветливо улыбнулась девушка.

— Чем могу помочь?

— У меня встреча с мистером Хейсом.

— Ваше имя?

— Вивиан Паркер.

Администратор быстро проверила расписание.

— Конечно, мисс Паркер. Мисс Картер уже предупреждена о вашем приезде. Пожалуйста, воспользуйтесь лифтом справа. Двадцать восьмой этаж.

— Спасибо.

Двери лифта закрылись. Вивиан посмотрела на свое отражение. Темно-синий брючный костюм. Белая шелковая блуза. Волосы собраны в низкий хвост. Минимум украшений. Сегодня она хотела выглядеть не эффектно. Профессионально. Лифт остановился. Двери открылись. Навстречу ей уже шла Эмили Картер.

— Мисс Паркер?

— Да.

— Очень приятно познакомиться. Я Эмили. Помощница мистера Хейса.

— Взаимно.

Эмили улыбнулась.

— Прошу за мной.

Они прошли по длинному светлому коридору. Через панорамные окна открывался потрясающий вид на Манхэттен. Но Вивиан почти не смотрела по сторонам. Она собиралась с мыслями. Эмили остановилась возле переговорной.

— Мистер Хейс заканчивает телефонный разговор. Он подойдет через несколько минут.

— Конечно.

Вивиан кивнула и вошла внутрь. Большой овальный стол. Экран для презентаций. Графин с водой. Абсолютная тишина. Она поставила папку на стол. Посмотрела на часы. Одиннадцать ноль-ноль. Ровно. Прошла минута. Потом еще одна. Затем пять. Вивиан почувствовала, как внутри начинает расти раздражение. Если человек назначает встречу, он должен уважать чужое время. Даже если он владеет половиной Манхэттена.

На шестой минуте дверь открылась. В комнату вошел высокий мужчина в темно-синем костюме. Уверенная походка. Спокойный взгляд. Никакой спешки. Он сразу посмотрел на нее. И на долю секунды оба замерли. Именно так началась история, которая изменит их жизни.

Он сделал еще несколько шагов и остановился напротив стола.

— Мисс Паркер.

Голос оказался спокойнее, чем она ожидала. Без высокомерия. Без показной вежливости. Просто ровный, уверенный тон человека, привыкшего, что его слушают.

— Мистер Хейс.

Они обменялись коротким рукопожатием. Его ладонь была теплой. Крепкой. Но он не пытался продемонстрировать силу.

— Прошу прощения за ожидание. Важный звонок затянулся.

Вивиан спокойно посмотрела ему в глаза.

— Надеюсь, он действительно был важным.

Эйдан уловил смысл этой фразы сразу. Она не оправдывалась. Не пыталась понравиться. И уж точно не боялась говорить прямо. Интересно.

Он едва заметно кивнул.

— Был.

Этим разговор и закончился. Они заняли свои места. Эмили положила перед каждым папку с документами.

— Если что-нибудь понадобится, я буду снаружи.

Дверь тихо закрылась.В переговорной остались только они. Несколько секунд никто не говорил. Эйдан открыл папку.

— Я изучил ваше портфолио.

— И?

— Вы талантливый архитектор.

Вивиан удивилась.

Комплимента она не ожидала.

— Но.

Он поднял взгляд.

— Всегда есть "но", не так ли?

— В вашем проекте слишком много эмоциональных решений.

Она слегка наклонила голову.

— Эмоциональных?

— Пространства, которые не приносят коммерческой выгоды. Слишком большой внутренний двор. Открытая общественная площадь. Высокие потолки. Большое количество естественного света. Все это красиво. Но дорого.

Вивиан медленно закрыла свою папку.

— Можно задать вопрос?

— Конечно.

— Вы когда-нибудь заходили в здание просто потому, что вам хотелось в нем остаться?

Эйдан ничего не ответил. Она продолжила.

— Хорошая архитектура не заставляет человека быстрее пройти мимо. Она заставляет его задержаться. Сесть. Посмотреть вокруг. Почувствовать себя частью этого места.

Эйдан спокойно слушал.

— И сколько это стоит?

Вивиан улыбнулась. Совсем чуть-чуть.

— Вот в этом и разница между нами, мистер Хейс. Вы сразу спрашиваете, сколько это стоит. А я сначала спрашиваю, зачем это нужно.

Он впервые за время разговора слегка приподнял бровь.

— Хорошо. Тогда ответьте. Зачем?

Она поднялась со своего места. Подошла к экрану. Развернула большой архитектурный план.

— Посмотрите сюда.

Она указала на центральную площадь комплекса.

— Здесь нет магазинов. Нет рекламы. Нет ресторанов. Совет директоров наверняка уже сказал вам, что это пустая трата пространства.

— Сказал.

— А теперь представьте. Летний вечер. Родители сидят на лавочках. Дети бегают возле фонтана. Студенты готовятся к экзаменам. Пожилые люди читают книги. Музыкант играет на скрипке.

Она говорила спокойно.

Но с такой любовью, будто уже видела всё это своими глазами.

— Через пять лет никто не вспомнит, сколько стоил этот фонтан. Но люди будут помнить, как чувствовали себя здесь.

Эйдан внимательно смотрел не на чертеж. На нее.Он давно не встречал людей, которые говорили о работе с таким искренним увлечением.

— Красиво звучит.

— Потому что это правда.

Он медленно поднялся. Подошел ближе. Теперь между ними оставалось не больше метра.

— А теперь моя очередь.

Он взял карандаш со стола. Одним движением провел линию по плану.

— Если мы уменьшим площадь внутреннего двора на двадцать процентов...

Еще одна линия.

— ...перенесем коммерческие помещения сюда...

Еще одна.

— ...то прибыль проекта увеличится почти на восемнадцать процентов.

Вивиан молча смотрела на его исправления. Затем подняла глаза.

— Вы только что уничтожили всю концепцию.

— Нет. Я сделал ее рентабельной.

— Иногда прибыль — не главный показатель успеха.

Эйдан спокойно встретил ее взгляд.

— Для благотворительного фонда — возможно. Для инвестиционной компании — всегда.

Вивиан сделала глубокий вдох. Она чувствовала, как начинает злиться. Но не собиралась повышать голос.

— Тогда, может быть, вам вообще не нужен архитектор?

Он ничего не сказал.

— Если вы хотите построить очередную стеклянную коробку, которая через год ничем не будет отличаться от десятков других...

Она посмотрела прямо ему в глаза.

— ...вам нужен не архитектор. Вам нужен калькулятор.

В переговорной повисла тишина. Абсолютная.

За стеклянной стеной сотрудники продолжали работать, даже не подозревая, что сейчас в этой комнате впервые за много лет кто-то осмелился сказать Эйдану Хейсу именно то, что думал.

И впервые за долгое время Эйдан не почувствовал раздражения.

Наоборот.

Ему стало... интересно.

Эйдан медленно положил карандаш обратно на стол. Он не отвел взгляд. Не улыбнулся. Не нахмурился. Лишь несколько секунд внимательно смотрел на Вивиан, словно пытался понять, кто стоит перед ним. За девять лет в бизнесе люди спорили с ним. Доказывали. Возражали. Но почти всегда это происходило из страха потерять контракт. Или, наоборот, из желания произвести впечатление. Вивиан не пыталась ни того, ни другого. Она действительно верила в то, что говорила. И это было неожиданно.

— Вы закончили? — спокойно спросил он.

Вивиан скрестила руки на груди.

— Пока да.

— Тогда теперь послушайте меня.

Он подошел к панорамному окну.

Манхэттен раскинулся под ними, словно огромная схема, в которой каждая улица была тщательно продумана.

— Знаете, что объединяет почти все успешные проекты в этом городе?

— Просветите.

— Они окупаются.

Она тихо выдохнула.

— А знаете, что объединяет все действительно любимые людьми места?

Эйдан повернулся к ней.

— Их создавали не финансисты.

Она выдержала паузу.

— Их создавали люди, которые думали о тех, кто будет там жить.

В комнате снова стало тихо. Эйдан неожиданно усмехнулся. Совсем едва заметно. Настолько, что Вивиан сначала решила, будто ей показалось.

— Вы всегда такая упрямая?

Она мгновенно ответила:

— Только когда уверена, что права.

— Не самое полезное качество.

— Для архитектора — очень полезное.

Он медленно кивнул.

— Возможно.

Эйдан вернулся к столу. Закрыл папку с проектом.

— Хорошо.

Вивиан вопросительно посмотрела на него.

— Что "хорошо"?

— Вы убедили меня.

Она моргнула.

— Простите?

— Я не сказал, что согласился. Я сказал, что вы убедили меня не менять проект прямо сейчас.

На лице Вивиан промелькнуло удивление. Она ожидала чего угодно. Что он закончит встречу. Что откажется от сотрудничества. Что попытается надавить. Но не этого.

— Я хочу увидеть ваши расчеты. Все. До последней цифры. Если они подтвердят, что проект жизнеспособен...

Он сделал небольшую паузу.

— Мы оставим концепцию такой, какой ее задумали вы.

Вивиан внимательно смотрела на него. В голове не укладывалось. Этот человек действительно только что пошел на уступку?

— Это... честно.

Эйдан пожал плечами.

— В бизнесе редко используют это слово.

— А вы?

— Иногда.

Их разговор впервые перестал напоминать поединок. Напряжение никуда не исчезло. Но изменилось. Теперь это было скорее взаимное любопытство. В этот момент дверь тихо открылась.

— Прошу прощения.

Эмили осторожно заглянула внутрь.

— Мистер Хейс, через десять минут у вас конференция с Лондоном.

— Перенесите на пятнадцать.

Она удивленно посмотрела на него. За девять лет работы Эйдан еще ни разу не переносил международные переговоры ради продолжения встречи.

— Хорошо.

Дверь снова закрылась. Вивиан невольно усмехнулась.

— Кажется, я только что нарушила ваш идеальный график.

— Кажется.

— Неприятное чувство?

Он посмотрел на часы. Потом снова на нее.

— Не такое неприятное, как я ожидал.

Вивиан впервые за встречу искренне улыбнулась. Совсем немного. Эйдан заметил это сразу. И неожиданно поймал себя на мысли, что эта улыбка совершенно не похожа на те, которые он видел на деловых встречах. В ней не было ни расчета. Ни желания понравиться. Она появилась сама собой. И исчезла почти мгновенно.

— Тогда договорились, — сказала Вивиан, собирая чертежи. — Через два дня я пришлю полный пакет расчетов.

— Не пришлете.

Она остановилась.

— Почему?

— Привезете лично.

— Это обязательно?

— Да.

— Даже если все можно отправить по электронной почте?

— Даже тогда.

Она прищурилась.

— Это проверка?

— Возможно.

— Или вы просто не доверяете людям?

Эйдан выдержал короткую паузу.

— Я предпочитаю смотреть человеку в глаза, когда речь идет о важных решениях.

Вивиан ничего не ответила. Она лишь кивнула, убрала документы в папку и направилась к двери. Уже взявшись за ручку, она обернулась.

— Кстати...

— Да?

— Вы ошибались.

Эйдан вопросительно посмотрел на нее.

— Насчет одного.

— Насчет чего?

Вивиан улыбнулась уголком губ.

— Не все в этой жизни можно посчитать.

И, не дожидаясь ответа, вышла из переговорной.

Дверь тихо закрылась. Эйдан еще несколько секунд стоял неподвижно. Потом перевел взгляд на чертеж, который она оставила раскрытым. Он смотрел не на линии. Не на расчеты. А на небольшой карандашный набросок в углу листа. Там был нарисован ребенок, запускающий бумажный самолетик на той самой площади, которую он предлагал сократить. Эйдан медленно провел пальцами по краю бумаги. И впервые за очень долгое время подумал не о том, сколько принесет проект. А о том, каким он может стать. За дверью Вивиан глубоко вдохнула.

— Ну и невозможный же человек... — тихо пробормотала она.

Но где-то глубоко внутри ей уже было интересно, какой Эйдан Хейс на самом деле. И это было гораздо опаснее, чем любой проигранный спор.

Эмили подняла взгляд от планшета, когда Вивиан вышла из переговорной. По лицу архитектора невозможно было понять, чем закончилась встреча. Она выглядела спокойно. Слишком спокойно.

— Спасибо, что проводили меня, — вежливо сказала Вивиан.

— Не за что.

Эмили проводила ее взглядом до лифта. Двери закрылись. Только после этого она осторожно постучала в кабинет.

— Можно?

— Да.

Эйдан стоял у окна. Руки в карманах. Перед ним расстилался Манхэттен.

— Как прошла встреча? — спросила Эмили.

Он ответил не сразу.

— Необычно.

За семь лет совместной работы она впервые услышала от него такое слово после деловых переговоров.

— Это хорошо или плохо?

— Пока не знаю.

Он снова посмотрел на чертежи, оставшиеся на столе.

— Она не похожа на остальных.

— Это я успела понять еще до начала встречи.

Эйдан вопросительно посмотрел на помощницу.

— Почему?

— Потому что она была единственным человеком за последние несколько месяцев, который не спросил, сколько вам лет, сколько стоит ваша компания или можно ли сделать фотографию для социальных сетей.

На лице Эйдана появилась едва заметная улыбка.

— Она вообще не пыталась произвести впечатление.

— Именно.

Эмили закрыла планшет.

— И, кажется, это впервые за долгое время произвело впечатление на вас.

Он ничего не ответил. Это молчание оказалось красноречивее любых слов.

Тем временем Вивиан вышла из здания Hayes Capital. Осенний ветер сразу растрепал несколько выбившихся прядей. Она остановилась на ступенях. Посмотрела вверх. Стеклянный небоскреб уходил в облака.

— Самоуверенный, упрямый... — тихо произнесла она.

Потом усмехнулась.

— ...и ужасно раздражающий.

Телефон тут же зазвонил.

Оливия.

— Ну?!

— Ты даже не поздоровалась.

— Не до приличий. Как все прошло?

Вивиан медленно пошла в сторону ближайшего парка.

— Мы спорили.

— Я даже не сомневалась.

— Почти всю встречу.

— И?

Она задумалась.

— Он...

Повисла пауза.

— Что "он"?

— Совсем не такой, каким его описывают.

Оливия рассмеялась.