Сборник эмоциональных рассказов

Он не слушал,вместо этого Дэни надавил коленом, разводя мои бедра. Его рука скользнула подмои шортики, прикасаясь к сокровенным складочкам.

— Нет,прекрати! — я стала биться в его руках, но это было бесполезно, Даниэль былслишком массивным для меня.

Его губыпродолжали терзать мою грудь, а пальцы ласкали клитор, вызывая в теленевероятные горячие волны. Внутри меня что-то натягивалось и вибрировало.Голова стала кружиться, а губы с хрипом хватали воздух.

Моя поясницавыгнулась, а его пальцы сместились и немного проникли внутрь.

— Ты же хочешьменя, Лорен, я чувствую твою влагу… — Даниэль приблизился к моему уху, обдаваягорячим дыханием.

Мне сталожутко стыдно и от его ладони у меня между ног, и от «влаги».

— Нет, нехочу… — я мотнула головой.

— Лжешь…высокомерная маленькая принцесса… — он снова прикусил кожу на моей шее, а егорука стала двигаться активнее, заставляя меня выгибаться.

— Даниэль… —прохныкала я.

— Да, Лорен… —с придыханием ответил он.

— Хватит. Ненадо…

— Нет, Лулу.Сегодня я оттрахаю тебя так, что завтра ты ходить не сможешь…

В ответ ятолько всхлипнула. Он продолжал двигать рукой, задевая клитор, ласкаяскладочки, дразня у входа, его губы и язык ласкали мою шею. Я чувствовала, какмой разум покидает меня, оставляя место горячему будоражащему желанию. Яникогда не испытывала ничего подобного, это было восхитительно, но ровно дотого момента, как его член ворвался внутрь. Он вошел резко и стремительно,заполняя до самого края. Скорее всего он даже не заметил тонкого препятствия насвоем пути. Я выгнулась, запрокидывая голову, раскрывая губы в немом крике.Волна боли прошла по моему телу. И только мне стало легче дышать, как он сновасделал это пронзающее меня движение. Ядро боли пульсировало внутри меня, а онвновь и вновь таранил мое лоно. Я попыталась вырваться, но Дэни крепко держалменя в своих объятьях, вдавливая в кровать своим весом. Я всхлипывала, срываясьна крик, и вонзала ногти в его спину, но все было бесполезно. Одурманенный похотьюи алкоголем, Даниэль не понимал, что делал со мной.

— Черт возьми,какая ты тесная и узкая, Лулу… — хрипло выдохнул он, кончая и содрогаясь всемсвоим телом.

Расслабленнорухнув сверху, он выдавил остатки воздуха из моих легких, от отчаянья я укусилаего в плечо. Полусонно ругнувшись, Дэни скатился с меня. Дрожа всем телом, ядобрела до ванны, встала под обжигающе горячий душ, смывая кровь и его семя.

Я понимала,что Дэни не намеренно причинил мне боль, ему, видимо просто не пришло в голову,что я все еще девственница. Красивый и статный, уверенный в себе, он уже давножил полноценной интимной жизнью. И все же мне было больно и горько. Придянемного в себя, я отдышалась, вытерла слезы обиды.

Возвращаться в собственную спальню я не стала,вместо этого прилегла на диване в гостиной, а рано утром уехала в институт.Обещание Даниэля сбылось, мне и правда было неприятно ходить, ведь внутри всесаднило…

В тот день мыбольше не встретились, да и на следующий тоже. Между нами возникла стенаотчуждения. Это стал единственный мой интимный опыт, потому что повторятьподобное мне не хотелось. За все прошедшие годы я никого не подпускала к себе.Даже подобного желания у меня не возникало.

Глава 6

Утром япришла, как и требовал Даниэль, в юбке. Форма-карандаш обтягивала мою фигуру,подчеркивая стройную изящную хрупкость. Я не любила так одеваться, ведь тогдако мне начинали притягиваться мужские взгляды, а мне это было ни к чему. Но офисДаниэля был солидным местом, и я уже поняла, как здесь принято одеваться, мненужно было соответствовать, особенно учитывая тот факт, что я сижу в приемнойгенерального директора. После того как я получу зарплату и оплачу аренду, мнепридется потратить часть денег на гардероб — с этим нужно просто смириться.

Хотяиспуганный голосок внутри меня нашептывал, что лучше было бы уволиться.Близость Даниэля пробуждала мою память, вскрывала раны, которые, как оказалось,все еще не зажили до конца, а только покрылись корочкой, которую легкоповредить.

Утро в офисеничем не отличалось от предыдущего, с той лишь разницей, что Даниэль сразувыпил свой кофе, не дожидаясь, когда он остынет. Ближе к обеду мой босс ушел иотсутствовал несколько часов. Я уже думала, что он не придет, но без пятнадцатишесть он вернулся и выгрузил на мой стол целую стопку бумаг.

— Разберись сэтим, Лорен. Сегодня. — коротко бросил и ушел в свой кабинет.

Я вздохнула,попрощавшись с мыслью вовремя вернуться домой, и принялась за бумаги. Приведядокументы в надлежащий вид, проклеив стикеры в тех местах, где нужно поставитьподпись, я взяла их и постучала в кабинет.

— Войди, —раздался усталый голос.

Я прошла вкабинет, замерев около стола. Даниэль стоял у окна, сжимая в руке тяжелыйстакан с холодным виски. Я нахмурилась.

— Тыподпишешь?

Мужчинакивнул. Не торопясь, подошел ко мне и левой рукой поставил стакан на стол, егофигура нависла надо мной, а рука прошла в нескольких сантиметрах от моей талии.Я невольно отклонилась, уперевшись бедром в стол. Лицо Даниэля оказалось такблизко, что я задержала дыхание. Его глаза смотрели пристально, выискиваячто-то в моих.

— Где ты была?— он выпрямился и забрал у меня бумаги.

— Я весь деньпровела в приемной… — ответила растеряно.

— Не сегодня.Эти годы? — Даниэль все еще стоял слишком близко и не смотрел на документы.

— Много где. —Я опустила взгляд, говорить о моих скитаниях было неприятно.

— Почему невышла замуж?

— Ты решилустроить мне допрос?

— Ты моясотрудница, я имею право знать.

— Мне хватилоодного замужества.

— И все же. Тымогла бы стать чьей-то любовницей, содержанкой… Так было бы проще.

— Если тыбеспокоишься о репутации своей фирмы, то напрасно. Я никогда не была девушкойлегкого поведения.

Даниэльпротянул руку и коснулся моего подбородка, чуть поднимая мое лицо на себя,заставляя смотреть ему в лицо.

— Моя фирмаздесь ни при чем. Я хочу узнать, как ты жила все это время.

— Зачем? Недумаю, что у тебя накопились поздравительные открытки для меня.

Даниэльхмыкнул.

— Ты все такаяже, Лорен…

— Ты тоже неизменился, — я отвела рукой его ладонь от своего лица.

— Думаешь?Значит, ты по-прежнему не можешь меня терпеть? — почти шепотом произнес он,снова подавшись вперед, его ладонь оперлась на стол в миллиметре от моегобедра.

Я чутьоткинула голову, чтобы избежать контакта с его лицом.

— С чего тыэто взял? — мой голос прозвучал предательски взволнованно.

— Ммм… Тыносишь все тот же запах — роза, бергамот и сандал. Какая… верность одномуаромату. — его дыхание коснулось моей шеи.

— Зачем менятьто, что нравится?

Его пальцынашли на столе ручку, и Даниэль медленно, не спеша, выпрямился.

— Такаяпростая истина, но сколько людей не могут осознать ее. — взгляд мужчиныскользнул по моим губам, шее, остановился на взволнованно поднимающейся груди.

На губахмужчины появилась легкая улыбка, после этого он, наконец, обратил свое вниманиена документы. Проставив везде свою подпись, Даниэль вернул мне бумаги.

— Ты хорошосправляешься. Уже поздно. Возьми Келла.

Я кивнула и,обогнув застывшего Даниэля, выскочила из его кабинета. А затем, подхвативсумочку, поспешила прочь из офиса. Келла брать я не стала. Снова подъезжать кдому на дорогой машине мне показалось плохой идеей. В моем районе это могло быпривлечь нежелательное внимание.

Проведя сорокминут в метро, я вышла на темную улицу. Перешагивая через мусор и летающиегазеты, поспешила прочь от устроившихся у входа в метро бомжей. Мимо проехаламашина, оглушая басами, из ее открытых окон раздался свист в мою сторону. Янырнула в переулок, не желая нарываться на неприятности.

До подъездаоставалось уже немного, когда передо мной появилась компашка подростков,пинающая перед собой пустую жестяную банку.

— Эй, дамочка,десятки не найдется? — они окружили меня быстрее, чем я успела хоть что-топредпринять.

— Я… посмотрю…— я потянулась в сумку, хотя прекрасно знала, что десятки у меня нет.

— Дай-ка, мысами глянем!

Один из парнейс силой дернул за сумку. Я вцепилась в нее скорее из страха, чем из желанияудержать, ценного у меня почти ничего не было. Кто-то другой из их компаниитолкнул меня. Я не удержалась на каблуках и упала, неудачно ударившись коленямии саданувшись щекой о стену, тихонько охнула от боли. Тем временем подросткивытряхивали содержимое моей сумки на асфальт.

— У нее ничегонет… Только мелочь.

— А мобила?

— Да этоотстой полный…

— Вот облом…

— Да уж,пошли, чего время терять…

Швырнув сумку,компашка удалилась, а я облегченно выдохнула. Поспешно собрала дрожащими рукамивещи. Мой простенький телефон, разумеется, треснул от удара о землю. Но сейчасмне показалось это ерундой. Главное — я цела и почти невредима. Отделаласьлегким испугом, можно сказать.

Глава 7

Утром я долгостояла перед дилеммой: нарушить правило дресс-кода и прийти в брюках, или женадеть юбку, демонстрируя ссадины на ногах? Разумнее показалось все же надетьбрюки. Ссадину на скуле я припудрила и снова направилась в офис, про себяподсчитывая, смогу ли я с новой зарплатой снять себе жилье в другом районе?Пока прогноз выходил не обнадеживающий.

В приемной ясразу же занялась делами, отвлекаясь от своих тягот. Но когда я подала Даниэлюего привычный утренний кофе, он недовольно произнес:

— Опять брюки,Лорен?

— Прости. Япомню про дресс-код. Но я вчера неудачно упала и не хочу демонстрировать всемссадину на коленке.

— Упала? —босс поднял на меня внимательный синий взгляд. — Подойди сюда…

Встав, оннаправился к окну. Я несмело приблизилась. Взяв меня за подбородок, онразвернул мое лицо к свету, а затем стер пальцем пудру, которая и так неслишком хорошо скрывала ссадину. Я поморщилась от боли.

— Кто. Это.Сделал? — глаза Даниэля потемнели.

— Никто, — ядернула головой, высвобождаясь из его пальцев. — Я же сказала, что упала.

— Если яприкажу тебе снять блузку, на твоем теле будут синяки?

Я растеряннозамерла, не понимая смысл его слов.

— Лорен, тебякто-то избивает?

— Нет, что зачушь ты выдумываешь?

— Сядь ипокажи мне свои колени.

— Даниэль, тынапрасно переживаешь.

— Лорен. Ясказал — сядь.

Прикусив губуот досады, я отошла к кожаному дивану и села. Не подымая взгляда, закаталабрюки, показывая еще свежие ссадины на ногах.

Даниэльподошел и сел в кресло рядом.

— Снимиблузку.

В моей грудитут же разлился холод, пальцы сжались, а к горлу подступила тошнота. Я вскинулаиспуганный взгляд, а затем произнесла севшим голосом.

— Я не стануэто делать.

— Ты думаешь,я причиню тебе вред? Или наброшусь на тебя прямо на этом диване? — в голосеДаниэля звучало раздражение, — Нет, Лорен. Я пытаюсь понять, что с тобойпроисходит.

— Я простоупала. Это не преступление и не причина для расследования!

— Собирайся,мы поедем к тебе, — устало произнес мужчина, — Если ты живешь с кем-то, ктоиздевается над тобой, клянусь, ему не поздоровится…

— Я живу одна!

— Вот я ипроверю…

Даниэль встали быстрым шагом направился к двери.

Я наспехоправила брюки и поспешила следом.

— Даниэль,прошу, не нужно!

— Ты что-тоскрываешь от меня? Врешь мне? — он остановился, уже приоткрыв дверь.

— Нет! Простоне хочу, чтобы ты впустую тратил время.

Нетерпеливомотнув головой, мужчина вышел из кабинета и подошел к моему столу, взял моюсумку и окинул стол в поисках телефона. Обнаружив разбитый гаджет, он снованахмурился, но больше не стал задавать вопросов, просто молча кинул его всумку. После чего отправился прочь. Мне ничего не оставалось, как следовать заним.

Внизу нас ужеждал Келл. В машине мы не разговаривали, а водитель и так знал адрес, где яживу. Когда мы оказались в нужном районе и остановились у моего дома, Даниэльвыглядел грозовой тучей, но все еще не сказал мне ни слова. Он вышел из машины,ожидая, когда я проведу его в квартиру. Мы так же молча поднимались по грязнойлестнице. Кажется, в темноте она выглядела куда сноснее, чем при дневном свете.Остановившись у двери, я открыла. Даниэль вошел первым.