В Объятиях тьмы 2

– Не время сейчас, да и твоё тело ещё не полностью развито. Подождём следующего этапа взросления, хорошо?

– Нет, я сейчас хочу!

– Белла! Я что сказал!

Надув губы, отвернулась.

– Ведёшь себя как ребёнок!

– Имею право, – воспротивилась.

– Ладно, ещё кое-что. Там корзина с бутылками эфира, каждый день стакан утром, стакан вечером. Не забывай, в этом мире тебе нужно спать и кушать. – Только эфир?

– В идеале да, но по желанию можешь кушать всё, что захочешь, главное пей эфир, поняла?

– Да, любовь моя.

– А теперь…

– Нет, – рявкнула она и вцепилась в меня.

– Бель, послушай, я буду приходить так часто, как только смогу. Всё уляжется, и я заберу тебя к себе обратно. Хорошо?

– Нет, я не останусь без тебя!

– О чём мы целый час говорили, что я тебе объяснял! Что начинается опять! – Я боюсь, Конрад, пожалуйста, я боюсь, я не смогу.

– Послушай, когда я уйду, придёт Дастиан и будет рядом, пока я всё не решу. К тому же, у тебя есть ушастая блоха. Кстати, а где он? – покрутив головой, не найдя собаку на месте.

– Они поругались с Эмбер, и он куда-то ушёл.

– Понял, с этим разберусь. А теперь пойдём, отнесу тебя в кроватку.

– Мне здесь не нравится! – заявила она.

– Хорошо, хочешь спальню как в Бевейле и шкаф с новыми платьями.

– И туфли!

– Хорошо, сладкая, и туфли. Держа её одной рукой, второй принялся колдовать, то и дело меняя интерьер комнаты. В итоге любимая двухспальная кровать с резными колоннами и балдахином появилась на своём месте. Даже шёлковые белые простыни с запахом жасмина. Аккуратно положил на них Беллу.

– А моё ночное платье?

Нежно проведя кончиками пальцев по её руке, изменил наряд на ночную сорочку с лёгким разрезом на ноге. Удобно разместившись на мягких подушках, уложил её к себе на грудь, нежно поглаживая волосы.

– Я люблю тебя больше жизни, люблю.

– Засыпай, моя сладкая. Душе нужно окрепнуть в новом теле.

Через несколько минут она заснула, я же аккуратно испарился. Поиски ушастого не заняли у меня много времени, этот нытик страдал на скамейке у дома. Объяснил ему его обязанности, после чего, вытерев кровь с рукава, отправился в обитель богов.

Глава 7

Эмбер:

Я держала в руках розу и рубашку моего принца. На губах появилась глупая улыбка, сердце забилось со скоростью света. Не раздумывая, я тут же надела её на себя, на минуту мне показалось, что сейчас его сильные руки обнимают меня, а алый взгляд прожигает душу изнутри. По телу побежали мурашки, приложив розу к губам, коснулась бархатных лепестков. Ещё несколько дней назад я не могла и предположить, что разлука с тобой будет невыносимой для меня. Я всё думала о доме, о Роуэне, о маме. Совсем недавно у меня был этот самый выбор, все они были рядом, казалось бы, вот то, чего я хотела, моя прошлая жизнь, моя семья. Всё то, о чём я грезила, находясь в Бевейле, но вернувшись домой, все мои мысли, все мои чувства были только о тебе, Дастиан. Лишь о тебе, никто и ничто в этой жизни меня больше не интересовало. С каждой минутой я всё отчётливее понимаю, что на самом деле я безумно люблю тебя. Вопреки всему здравому смыслу, вопреки всему.

– Люблю, – прошептали мои губы.

– Эмбер, – позвал меня дядя.

Обернулась.

– Садись, покушай, я соберу остальных. Не став спорить, пребывая в своих мыслях, села за стол. Взяв кусочек сыра, аккуратно надкусила. Как давно я ничего не ела. Сверху слышались крики Изабеллы. Никогда бы не подумала, что спокойная, утончённая, изысканная леди Изабелла, матушка Дастиана, такая эмоциональная и капризная.

Время шло, никто не возвращался, я же трапезничала в одиночестве, греясь в тепле, что дарила мне его рубашка.

– Поскорей бы ты вернулся, любимый, – бормотала я, поставив розу в вазу. Спустя немного времени послышался хлопок двери, и в кухню вошёл дядя и слегка потрёпанный Роуэн.

– Контер случился, – констатировал дядя.

Роуэн молча сел за стол и стал кушать.

– На самом деле, ребята, я к вам не надолго. Хотел сообщить, что каждое утро по моему приказу вам будут приносить корзину с едой. В стаю в ближайшее время вам пока лучше не возвращаться. Идут волнения, небольшие стычки. Твоя мама хочет сместить меня с места вожака, собирает единомышленников, считавших меня предателем.

– Неужели до них дошло, что ты трус, продал наш мир тёмным богам? Хотя какая разница, тёмные, светлые – что для тех, что для других, мы всего лишь прислужники, шкуры, что не жалко пустить на убой, – безэмоционально и сухо произнес Роуэн, выпив стакан молока.

– Как видишь, твой план, великий лисий освободитель, тоже с треском провалился. По крайней мере, Контер не призвал ни одну лису и не заставил никому служить.

– Подожди, пройдет пара лет, все к нему на ковер пойдем.

– Не говори глупости, Роуэн – вмешалась я, – он, конечно, психопат, но опускаться до такого не будет.

– Вы только посмотрите на нее, вырядилась в рубашку своего ненаглядного убийцы и верно и преданно защищает его братца. Что сказать, верная и преданная слуга из тебя получилась, – едко усмехнулся Роу.

– Перестаньте, – вмешался дядя, – не время сейчас грызться между собой. Извинись!

– Прошу меня простить, леди, – едко произнес он и встал из-за стола. Положив на тарелку немного сыра и фруктов, пошел в сторону второго этажа, даже не обернувшись.

– Не злись на него, Эмбер, он разбит. Ты же знаешь, как он сильно любит тебя, ему нужно время, чтобы принять то, что ты выбрала другого. Понимаешь?

– Да, дядя.

– Ну, раз так, будьте осторожны, я зайду завтра, расскажу об обстановке и новостях.

– Спасибо, – погладила я его по руке, после чего он подмигнул мне и спокойно ушел через входную дверь.

Я же, знатно устав за все это время, решила пойти найти себе спальню и попробовать выспаться. Комната напротив Изабеллы была свободна, хоть она и не большая, но очень уютная. Двухспальная кровать, прикроватные тумбочки и небольшое трюмо. Все, что было здесь из мебели, но зато был красивый уютный балкончик, выходящий в хвойный лес. Открыв окно, впустив свежий воздух, я легла в мягкую кровать и обхватив себя руками, попыталась обнять. То и дело поглаживая ладонью метку прислужницы, попыталась заснуть.

Глава 8

Роуэн:

Медленно шагая по лестнице, я все больше осознавал, что вся моя жизнь катится в пропасть. Аккуратно отперев дверцу, вошёл в комнату, что раньше была нашей с Эмбер спальней. По крайней мере, Бартоломей так планировал, строя этот дом. К счастью, этот психопат полностью изменил ее, сделав, видимо, прототипом комнаты этой земной истерички. Удобно разместился на диване, поставив на прикроватный столик тарелку с едой, что принес для Изабеллы. Она мирно и тихо спала. Отклонив голову назад, посмотрел на потолок. Как моя жизнь докатилась до такого? Разве я многого хотел от нее? Жениться на любимой лисе, быть помощником вожака. Помочь уберечь лис от участи слуг избалованных божков. Сделать наш народ свободным. Разве это плохо?

Даже смешно уже: убийца получил всё – мой мир, мою лису, а его брат забрал мою силу. Я же разбитое корыто. Герой оказался не удел. Никому не нужный, слабый, ничтожный мальчишка. Вот она, справедливость. Так странно, она даже не подошла, чтобы поговорить со мной, а я до сих пор о ней думаю. Все детство, юность я был для нее лучшим. Ее любимый Роу, как же за такой короткий промежуток времени с такой легкостью она смогла вычеркнуть меня из своего сердца. Ведь я до последнего верил в то, что она одумается, она вспомнит о нас. Вот-вот это случится, мы вернулись домой. Этот божок остался там, казалось бы, я тут рядом с тобой, Эмбер, посмотри. Твоя семья, твой любимый – все здесь. Так нет, она рыдает истерично над письмом кровавого принца, ждёт его, считает минуты. Я больше так не могу, правда, не справляюсь.

– Нееет, пожалуйста не надо, отпусти, – закричала изо всех сил Изабелла, нервно дёргаясь на кровати.

Моя сила, что теплилась в ней, стала расти, как и моё желание подойти к ней. Она привстала, открыла голубые глаза, из которых водопадом потекли слезы. Сжав в кулаках несчастное одеяло, закричала:

– Конрад, где ты? Конрад, пожалуйста, где ты? Конрад, мне страшно, Конрад!

– Она крутила головой в разные стороны, явно находясь не в себе. Медленно я подошёл к кровати и присел на краешек. К моему удивлению, она смотрела сквозь меня, будто меня тут нет.

– Все хорошо, леди Изабелла, он скоро вернётся, вам нечего бояться. Никто не причинит вам вреда. К тому же он велел мне оберегать вас, отныне я всегда буду рядом с вами, – тихо и ласково прошептал.

Она бросила на меня пустой взгляд, а потом резко кинулась в мои объятия, от чего я оторопел.

– Конрад, никогда больше не оставляй меня, – плакала она, прижимаясь ко мне все крепче, пребывая в каком-то трансе. Ничего не понимая, я обнял ее в ответ и стал ласково гладить по голове и ушкам. Эмбер всегда это успокаивало. Наконец ее рыдания прекратились, руки обмякли, а голова расположилась на моих коленях. Замечательно, теперь даже встать не смогу. Хотя какая разница, мне все равно надо с ней сидеть. Аккуратно стараясь не сильно тревожить, уложил ее себе на грудь, сам же лег на кровать, продолжая гладить ее ушки. Первая мысль, которая посетила мою голову, это то, что я глажу собственный хвост. Сам не заметил, как закрыл глаза и заснул.

Глава 9

Контер:

Вернувшись домой, не обнаружил в помещении ни одного раздражителя. Чему, несказанно, был счастлив. Сев за свой стол, стал изрядно перебирать свитки в поисках какой-либо информации о смешивании материй. Наткнулся на свод законов небожителей: смешение материи карается забвением или развеиванием в прах. Интересно, отец догадывается что это мама стащила материю из мира смерти? Пусть он сейчас является верховным богом, но всё же ещё есть два совета – Тёмных и Светлых. Если их голоса объединятся, они смогут повлиять на решение верховного бога. Но к счастью, такие случаи единичны, так как эти идиоты утонули в своих спорах и распрях. Как бы это ни было, меня это тревожит, ведь следы я замести не смогу. Сколько мне удастся скрывать Изабеллу в мире лис? Мне не известно, да что там – я даже не знаю, к чему это приведёт, как изменится моя сумасшедшая девочка, когда сила начнёт расти. Проведя несколько часов в поисках полезной информации, не заметил, как сзади подкрался брат.

– Обернись, смерть стоит за твоим плечом.

Устало повернул голову в его сторону:

– Я смотрю, ты преуспел, твою ауру и не учуять.

– Это всё амулет, он не только понижает уровень моей разрушающей мощности, но и ещё скрывает ауру. Так теперь я могу?

– Иди уже, иди, порталами ты пользоваться научился. Кстати, я закрыл мир лис.

– В каком плане?

– Поигрался с камнем мироздания, когда было время. Никто, кроме меня и тебя, не сможет попасть в него.

– А разве это не будет подозрительным?

– Этот мир принадлежит мне, а зная мой характер, никто из богов не удивится. К тому же все подозрения о краже материи падают на мать.

– И что мы будем делать?

– Прятать Беллу, пока я не найду решения.

– Понял.

– Тогда иди в мир лис и не возвращайся, пока Вайр не сообщит тебе.

– Этот твой теневой уродец?

– Между прочим, он один из лучших экземпляров.

– Я так и понял… – усмехнулся Дастиан.

– Ладно, тогда я пошёл, до встречи, брат.

– До свидания, мой мальчик.

Глава 10

Эмбер:

Запах свежих яблок с примесью корицы лёгкими нотками донёс до меня ветер. Лёгкий шелест и звук горящего пламени раздались со стороны балкона. Вскочив с кровати, распахнув глаза, я увидела стоящего передо мной Дастиана. Хоть его внешность достаточно сильно изменилась, но глаза, глаза были те же самые. На бледном утончённом лице воссияла ухмылка, и он широко раскрыл свои объятия. Глотая слёзы, которые душили меня, не давая вздохнуть, я побежала и вцепилась в него со всей своей лисьей хваткой. Я завыла, когда он обнял меня так, будто всё это время я сгорала от дикой боли.

– Тише, тише, Кикиморка моя ненаглядная. Меня не было меньше недели, а ты уже…

– Я так боялась, что ты не вернёшься! – перебила хриплым, сбивающим голосом.

Он обхватил моё лицо ладонями, вытирая слёзы, и заставил посмотреть себе в глаза:

– Разве я мог оставить тебя, глупышка? Я же женился на тебе!

– Ну, я же не такая глупая, чтобы не знать, что земные браки для наших миров ничего не значат. Ты стал богом, а я кто, всего лишь твоя лиса на побегушках.

– А кто тебе сказал, что у нас только земной брак? – после этих слов он поцеловал моё запястье, на нём словно из неоткуда появился обручальный символ, который носят в мире лис. Моему удивлению не было предела.

– Да, да, это всё Контер, – заулыбался Дастиан, – так что жёнушка тебе от меня не скрыться, – подмигнул, – если тебе мало, то можем и божественный заключить, правда, я пока не в курсе, как там всё это делается.

– Дастиан… – прошептала я со всей нежностью, которая переполняла моё сердце.

Его холодные губы в миг прильнули к моим в жадном, изголодавшемся поцелуе. Мы задыхались, упиваясь друг другом, сгорая в сладострастии прикосновения губ. Дастиан подхватил меня на руки и аккуратно уложил в кровать, нависая сверху.

– Я говорил тебе, что зацелую каждую клеточку, ты ведь была верна мне? – с лёгким укором спросил.

Томно сгорая от нетерпения вновь слиться с ним воедино, прошептала на ушко:

– Каждую минуту нашей разлуки я жила лишь в ожидании тебя, – после этого накрыла его губы своими и резко перевернулась, оказавшись сверху. Яростно и пылко начала слегка покусывать его шею, быстро и ловко расстёгивая рубашку.

– Кикиморка моя, я прям тебя не узнаю, столько огня, страсти, – в лукавой улыбке, словно довольный кот, расплылся принц.

После чего вновь перехватил инициативу в свои руки. Завалив меня на спину, сорвал с меня платье и аккуратно и изысканно стал покрывать моё тело поцелуями. Они были холодными, но в то же время обжигающими, совсем иными, чем те в Бевейле. Он обхватил рукой мою грудь и легонько сжал, а в этот момент его прыткий язык слегка прошёлся по моим влажным складкам. Моё тело накрыла волна неистового удовольствия, из уст вырвался протяжный стон. Это лишь раззадорило его, язык словно змея стал извиваться в моей промежности, даря мне неземные ощущения, какие я никогда в жизни не испытывала.

– Дастиан, – хрипло прокричала, умирая от удовольствия. Он оторвался от моих губ, словно от греховного причастия, и сбросил с себя ненужные брюки. В следующее мгновение он ворвался в меня, разрывая тишину дома моим криком, тонущим в бездне неги и блаженства, куда он властно меня вверг. Я извивалась в его объятиях, как лоза, обвивающая крепкий дуб, позволяя ему все глубже проникать в мою суть, оставляя багровые отметины от когтей на его широкой спине. Его дыхание стало рваным, как парус в шторм. Движения – стремительные, властные, жесткие, но в этой грубости крылась дикая, необузданная страсть, пленяющая меня все больше. Чувствуя приближение пика, я встретила последний, сокрушительный толчок звериным рыком. Горячая волна разлилась внутри меня, даря умиротворение и истому. Дастиан нежно коснулся поцелуем моего лба, а после я, словно гибкая змея, скользнула к нему на грудь, хозяйски обвиваясь вокруг его сильного тела.

– Я скучал по тебе, – так искренне произнес, что, несмотря на то, что между нами было, на щеках заалел легкий румянец. Обняв крепче, прижалась к нему все сильнее.

– Дастиан…

– Да, Эмбер.

– Я хочу тебе кое в чем признаться… – слегка замялась, но, взяв себя в руки, продолжила, – все это время, находясь вдали от тебя и получив все то, о чем грезила раньше, поняла одну вещь.

– Какую же? – игриво спросил.

– Что не этот мир, не все его обитатели, не все те, кого я раньше любила, ни имеют никакого значения для меня, если рядом нет тебя.

Подняв лицо, посмотрела в его горящие алые глаза, внимательно наблюдавшие за мной:

– Я люблю тебя! Не Роуэна, а тебя, Дастиан, слышишь меня! Несмотря ни на что, вопреки всему, больше жизни люблю, – слезы сами по себе потекли из глаз, и я не знала, когда стала такой сентиментальной.

Ладонью ласково вытерев их, он ответил:

– Я рад, что ты наконец это поняла! Ну иначе бы пришлось раскроить ему череп, – зловеще улыбнулся.

Всматриваясь в его новые черты лица и такие родные и привычные мне глаза, тихо прошептала:

– А ты?

– Что я? Люблю ли я тебя, а ты что не заметила? Или ты думаешь, так поразвлекаться зашел…

– Дасти, – не успела я произнести его имя, как он поднес палец к моим губам.

– Не Дастиан, а любимый, – усмехнувшись, улыбнулся, – ну, в крайнем случае, можешь называть муж.

– Так ты не ответил, муженёк, – сощурив взгляд, резко укусила его за ухо. – Ай, Эмбер, ты что творишь! Да люблю, конечно, люблю!

– Ну раз так, тогда называй меня хозяйкой моего сердца, ну, в крайнем случае, моей богиней.

– Ах, ты, – засмеялся и резко перевернув меня под себя, прильнул губами к моей шее.

Неожиданно раздался стук в дверь.

– Матушка, мы спустимся чуть позже, подожди нас внизу, хорошо, – выкрикнул любимый.

Стук прекратился, ответа не последовало.

– Как ты узнал, что это она?

– По ауре я ее чувствую. Ладно, Кикиморка нам пора, у нас теперь будет много времени, чтобы насладиться друг другом.

– Обещаешь?

– Конечно, и да, скажу заранее, я собираюсь пока пожить тут с вами.

– Пока? – фыркнула.

– Когда придёт время вернуться в божественную обитель, ты пойдёшь со мной. Тем более я уже подготовил нам комнатку в доме Контера.

Подняв одну бровь, хотела возразить его идее, но решила оставить это на потом. Все-таки мало ли какие у них правила, может, и правда все в одном доме вместе живут, а я тут свои капризы демонстрировать буду.

Муж аккуратно отпустил меня, и мы принялись приводить себя в порядок. Одевшись, взяла его ладонь в свою и крепко сжала.

– Идём?

– И что ты даже не боишься расстроить ушастого моим возвращением?

– Нет, не боюсь, ему пора привыкнуть, что я теперь твоя, – улыбнулась.

– Ты всегда была моей, – поцеловав в лоб, нагло заявил он.

Возможно, ты и прав, подумала я, но вслух так ничего и не ответила.

Глава 11

Роуэн:

Сквозь сон я чувствовал знакомые нотки, что несёт за собой смерть. Услышав лисий вой, резко распахнул глаза. Мне не привиделось, он правда вернулся. Этот мерзкий недобожок. Я так надеялся, что он предпочтёт лисе какую-нибудь богиню, забудет о её существовании. Но нет же. Я был так уверен в том, что Эмбер для него лишь игрушка, неужели я ошибся? Или же это очередной ненормальный план Контера, а он лишь играет свою роль. За стеной раздались крики, те самые, которые я так и не услышал из её уст. Она вновь подарила ему себя, отдаваясь каждой клеточкой. От злости стиснул клыки. К моему несчастью, проснулась Изабелла. Резко вскочив, отползла от меня на другую часть кровати.

– Что ты тут делаешь?

– Ты кричала, звала Контера. Я подошёл, а ты меня к себе затащила, – немного слукавил.

– Вот как, он не пришёл?

– Нет. Прислушалась.

– Дастиан?

– Да.

Она молча встала с кровати и подошла к шкафу, взяв одно из платьев, которое, как я понял, соткал ей этот психопат.

– Поможешь? – протянула мне его она.

Я в недоумении хлопал глазами.

– Раньше меня всегда одевали горничные, но сейчас их нет, поэтому…

– Я не твоя прислуга, а всего лишь пёс, которому велено охранять хозяйку и ходить за ней хвостом.

Мгновенно поменявшись в лице, она прокричала:

– Ты не пёс, а мерзкий убийца! Тот из-за которого я умерла и переживаю весь этот сумасшедший дом!

– По идее, ты вообще должна меня благодарить. Если бы ты осталась человеком, он бы просто стёр тебе память и ушёл. Выкинул бы тебя за ненадобностью.

– Он бы так не сделал, Конрад не такой.

– Серьёзно! Во-первых, Контер, а во-вторых, много ли ты о нём правды знала?

– Достаточно! – рявкнула в ответ.

– Ах так, а знала ли ты, что пока ты правила Бевейлом, он развлекался с Вики, да-да, той самой подружкой Дастиана. А ещё с богиней похоти и разврата, я могу долго перечислять, сколько женщин видел с ним, пока был его псом.

Взяв с полки вазу, кинула в меня с криком:

– Это всё не правда! Ложь! У него никого не было кроме меня!

– Не веришь – иди у сыночка с невестушкой спроси, они это тоже видели и даже участвовали.

Взглянув на меня словно злобная фурия, она вылетела из комнаты прямо в пижаме и направилась к двери соседней спальни, постучала, но ей не ответили. Нервно выдохнув, последовал за ней. Оградив меня очередным презрительным взглядом, прямо в пижаме пошла вниз по лестнице.

– Зачем ты идёшь за мной? – недовольно рявкнула.

– У тебя мой хвост и моя сила.

– Ах да, забыла, тогда забери своё барахло обратно и отвяжись от меня, сгинь, испарись! – явно впадая в очередную истерику, она пыталась вырвать с головы лисьи уши.

Медленно спускаясь по ступеням вниз, я наблюдал довольно странную картину. Ей было явно больно, одно ухо она даже оцарапала в кровь. Но упорно и безжалостно продолжала пытаться их оторвать.