Крылатый факультет

Если бы я познакомила его с мамой, она бы немедленно окрестила его "готом". А потом прочитала длинную лекцию, как опасны молодежные группировки, субкультуры с сомнительными интересами и специфическим имиджем. Мама любила читать нотации, благо ни один из ее советов мне не понадобился. В группировки я никогда не входила, неслась по жизни одиночкой, крутилась как белка в колесе, училась, подрабатывала. Ждала, что однажды отращу крылья и вылечу из гнезда.

Дождалась.

Вылетела… Как же теперь вернуться обратно?

Увидев меня, Норт оторвался от завтрака. Кивнул на пустой стул и, не говоря ни звука, зажевал свой бутерброд.

– Привет, – я посмотрела на девушек, что сидели за столом рядом с Нортом.

Обе русые, невзрачные, а глаза голубые-голубые.

– Привет! – дружелюбно улыбнулась одна. – Я Клара, а это Рита.

Они мило защебетали об уроках и домашнем задании по артефакторике, а я принялась за свой завтрак.

К косым взглядам проходящих мимо я уже привыкла. Похоже, тут вообще не любили новеньких. А Норт, наоборот, проявлял повышенный интерес и был совсем не против моей компании. Ничего, прорвемся! Где наша не пропадала. Хотя, по правде, нигде особо не пропадала. Это у меня первый раз так неудачно. Раз – и в другой мир.

– Клара, – я не знала, кого лучше об этом спросить, – почему огневики и воздушники сидят отдельно? Мне кажется, я чего-то не знаю.

Девушки мило переглянулись.

– Нас, способных к обороту, мало осталось, – пожала плечами, – мы стараемся держаться вместе, дружить с такими же или похожими видами.

– Видами?

Виды – это оно из биологии, что ли?

– Не забывай, что ты в Академии оборотней, здесь всё иначе. Пока мы учимся, взрослые закрывают глаза на разные шалости… – девушка отчего-то смутилась. – Но после академии нам предстоит выбрать супруга, завести детей, продолжить свой род. И сделать это важно с представителем того же вида. Чтобы ген оборотничества передался, понимаешь?

Я открыла рот, чтобы сказать очевидное.

– Ну, замуж я пока не собираюсь.

– Никто из нас не собирается, – еще пуще покраснела Клара, – но на будущее… Присматриваемся. И стараемся дружить по большей части со своими.

Я посмотрела за дальний столик, где рядом с другими огневиками сидела Кристина. Она развернулась, и я увидела ее побледневшее лицо. Рядом с ней громко ругался какой-то парень, такой же рыжий, как она. Высокий, с задранным до невозможности подбородком. Должно быть, это и есть ее брат-идиот.

Проследив, куда я смотрю, Клара наклонилась ко мне.

– Кстати, драконы больше всех пекутся о сохранении вида. У нас, птичек, всё проще.

– А вы…

– Да, мы с Ритой – белые голубки. Несем надежду, веру, любовь. Люди издревле причисляли белых голубей к вестникам счастья, считали символом чистоты души.

– Круто.

Я живо представила, как голубоглазки превращаются в белых голубей.

– У драконов сложнее, – серьезно продолжила она. – Оба родителя должны иметь ген дракона, тогда ребенок будет драконом. Им нельзя совершать "ошибок" и скрещиваться с другими видами. Часто родители заранее выбирают им пару, чтобы совершенно точно родился сильный дракон, и род не прервался.

– Браки по расчету? – я с жалостью посмотрела на Кристину, которую продолжал отчитывать брат.

Так вот почему он против, чтобы она ходила на свидания с кем попало. Ее судьба уже предрешена. От этого стало жутко неприятно.

Вот вам и заскоки сильных мира сего.

– Но я еще не уверена, что являюсь драконом, – произнесла больше для собственного успокоения.

Клара сочувственно улыбнулась.

– Огневик – почти всегда дракон. А у тебя, говорят, уже проявилась огненная магия.

– Это случилось внезапно. Пшик – ничего не успела понять.

Не хватало еще, чтобы такие-то левые драконы решали, за кого мне замуж выходить. Ну уж нет!

В раздумьях я завернула к учебному корпусу, когда наткнулась на компанию огневиков. Их было пятеро, все парни выше меня на голову, а то и на две.

В центре возвышался тот неприятный брат Кристины. Он смотрел на меня свысока, как на букашку, которая посмела пересечь ему дорогу.

– Привет, пришлая, – насмешливо произнес он.

Я попыталась обогнуть его друзей, но те преградили путь.

– Дайте пройти.

– Тебе не объяснили, пришлая, с кем надо дружить? Мы тебе подскажем.

– Я сама решу, с кем мне дружить. Отвяжись.

Я вновь попыталась обогнуть злачную компанию, но один из парней грубо оттолкнул меня обратно.

– Не-а, – протянул рыжий. – Куратор сказал, что твоя стихия огонь, значит, ты наша.

– Я своя собственная.

– Больше нет. Ты драконица, нравится тебе это или нет. А у драконов существуют правила.

Мой взгляд забегал в поисках чего-нибудь тяжелого, чем можно пришибить наглого дракона.

– Правило первое, – он выставил палец и ткнул им в меня. – Забудь о курятнике. Будешь обедать с нами.

Я выпрямилась

– Да кто ты такой, чтобы мне указывать?

Парень недобро прищурился. Бесцеремонно схватил меня за край блузки и посмотрел в глаза.

– Я – Сандр Вермут, драконий принц, наследник престола. А ты отныне моя подданная. Послушная и преданная. Поняла?

– Ага, – сжала зубы.

Сволочь.

Я отвела взгляд, не в силах смотреть на этого напыщенного индюка. Надо же, драконий принц. Ха-ха! А я пришелец с другой планеты!

Ой…

Да даже если и принц, пусть командует кем-нибудь другим.

Рыжий расслабил пальцы, и ткань моего ворота выскользнула из рук.

Недолго думая, я подобрала сумку, нырнула под локтем и побежала к лестнице.

– Грубо ты с ней, – услышала робкий голос одно из его дружков. – Она же пришлая, не знает наших правил.

– Скоро узнает, – рыкнул дракон.

Сандр, драконий принц

Глава 8. Стихийная магия

Я забежала в аудиторию последней. Не хотела снова наткнуться на разных личностей, меня еще потряхивало после приветствия огневиков, но обсуждать это я не хотела.

Плюхнулась на первую парту у двери и только потом сообразила, что эта парта стояла в ряду, где сидели сплошь черные жилетки и ни одной красной. Да что ж так не везет!

Высокий, чуть сгорбленный преподаватель в серебряной мантии окинул меня пренебрежительным взглядом и продолжил:

– Мы продолжаем изучать стихийную магию и ее влияние на оборот. По окончании курса вы должны полюбить свою стихию, научиться доверять ей, стать с ней одним целым. Тогда оборот будет даваться легко и безболезненно. Меня зовут Гримус Тэйш, – вставил он персонально для меня, – можете обращаться ко мне профессор Тэйш. Советую отнестись к моим занятием с уважением. И напоминаю, от зачета по стихийной магии будет зависеть ваш пропуск на практические занятия!

По залу пронесся страдальческое "у-у-у".

Да уж, преподаватели любят пугать студентов недопуском к чему-то крутому. Эта академия не была исключением. К счастью, меня ему не удалось запугать. Превращаться в крылатую ящерицу я не собиралась, мне бы только узнать, как работает портал.

К удивлению, несмотря на гнусавый голос, профессор Тэйш рассказывал интересно. Уже на втором тезисе я взяла ручку и принялась конспектировать, пусть и не с начала. Между делом гадала, к какой стихии принадлежит сам Гримус Тэйш. А когда он продемонстрировал вихрь на своей ладони, стала воображать, что он за птица.

Воздушник – это же значит мифическая птица.

В кого он превращается? В ворону? В голубку?

По правде, я больше никого и не знала. Историю я в школе не любила. Никакие мифы Древней Греции и прочее не учила. О, медузу Горгону помню! Но та без крыльев, не подходит.

Мне серьезно не хватало теоретической подготовки.

– Некоторые из вас, – профессор посмотрел на зал, – уже открыли в себе магию и знают, к какой стихии принадлежат и кем оборачиваются. Илайн, Вермут, будьте добры.

К доске вышли Норт и тот рыжий нахал, что поджидал меня с дружками. Я думала, он старше. Нет, точно. Его же не было на нашей физ-ре!

Что он забыл на уроке первокурсников? Второгодник, что ли?

Я посмотрела назад, его друзей в аудитории не было. Наверняка, этот напыщенный индюк – второгодник. А еще огрызался, пф.

Ловким пассом Норт вызвал вихрь на ладони и пустил его вперед по нашим головам, от первой парты до последней. Волосы всколыхнулись от легкого ветра. Я улыбнулась от его касания, приятная магия.

Затем рыжий вызвал в ладони огненный шар. Надеюсь, он не сделает то же самое? Не хотелось бы остаться без волос.

Прикрывшись тетрадью а-ля в домике, я украдкой рассматривала огонь в его руке. Языки пламени плясали, касались пальцев, пытались спрыгнуть на пол, но рыжий их ловил и подталкивал обратно к собратьям.

– Обратите внимание, как в данный момент Сандр контролирует пламя. Огонь – непредсказуемая стихия, сложная, овладеть ей легко, но держать в узде – та еще задача. Некоторым для этого требуется несколько лет, – он многозначительно посмотрел на рыжего.

Тот нахмурился, надулся, хлопнул руками – огонь погас.

Профессор Тэйш будто не заметил. Он обратился к залу.

– Я знаю, некоторые из вас уже практиковали оборот. Конечно, таков соблазн поддаться, когда зверь просится наружу. Однако хочу напомнить вам, что оборот без подготовки может обернуться трагедией для вас и для окружающих людей, ваших друзей и близких. Первокурсникам, которые не освоили азы контроля за стихией, запрещено оборачиваться без присмотра преподавателей.

Я с сомнением посмотрела на Норта, которого лично видела в облике ворона. На рыжего, который наверняка тоже много раз оборачивался. Они уж точно не соблюдают запрет.

Значит ли это, что преподаватели преувеличивают? Может, искать единения с огнем не обязательно? По факту, где огонь и где превращение в зверя? Разное же.

– Молодые люди, будьте добры, сядьте на свои места.

Ухмыльнувшись, рыжий вдруг остановился возле моей парты и резко сел.

– А? – вытаращилась на него.

Профессор не заметил. Или сделал вид, что не заметил, и продолжил лекцию.

Разложив руки по-хозяйски, рыжий обернулся, недовольно осмотрел ряд, в который я села, и зашипел:

– Я говорил тебе не связываться с курятником.

– С кем хочу, с тем и связываюсь, – прошептала в ответ.

– Вот, значит, как? Строптивая. Что ж, у нас других и бывает. Скоро ты обернешься драконом, малышка. И тогда почувствуешь на себе мою власть.

– Я не стану тебе подчиняться, – отодвинулась на край лавки вместе со своими вещами. – И вообще не собираюсь оборачиваться драконом.

– Дело времени. В девяноста пяти случаев из ста огневики обращаются в драконов.

– Но ведь есть еще другие пять процентов…

Я в надежде посмотрела на ребят в красных жилетках. Неужели среди них нет хоть какого-нибудь не-дракона?

– Да, есть… – нагнулся ко мне рыжий. – Когда огневикам не везет, они обращаются в огненных големов. Вон тот громила из таких. Он обращается в страшную глыбу с мелкими каменными крыльями. Отвратительно.

Он ткнул в пухлого парня в самом углу. Жилетка на нем была расстегнута, на рубашке натянулись пуговицы.

– Не повезло бедолаге, – продолжал рыжий. – Вместо крупного дракона обратился огненным големом. Уродливым булыжником.

Мое терпение лопнуло.

– Лучше я стану булыжником, чем драконом!

– Это мы еще посмотрим.

Пара длилась нестерпимо долго. А в присутствии наглого дракона я не могла сконцентрироваться.

Когда лекция закончилась, облегченно выдохнула. Посмотрела на того громилу, о котором говорил рыжий. Он сидел один, хоть и в своем ряду. Для драконов он был существом низшего сорта, с ним никто не разговаривал.

– Привет! – я попыталась быть дружелюбной.

Но была встречена угрюмым, злым, презрительным взглядом. Громила накинул рюкзак и, не замечая меня, пошел к выходу, случайно или нарочно боднув плечом.

Похоже, у местных огневиков грубость в крови.

Глава 9. Кристина

Мозг потихоньку переваривал информацию, которую мне пришлось впитать в первый день.

Не все преподаватели делали скидку, что я здесь новенькая. Тот неприятный картавый, который поймал нас с Нортом у алтаря, и вовсе демонстративно меня проигнорировал и заставил писать проверочную вместе со всеми. Политология и философия – в этом он был спец. А вот я – полный профан. В этом мире никто не знал Сократа и Аристотеля, зато была сотня других имен. Одногруппники имели хотя бы рваные знания, когда я не имела никаких.

Сразу после пар я пошла в библиотеку. Набрала стопку книг для саморазвития и потащила их в общежитие.

"Бамс", – плюхнулась моя ноша на хлипкий рабочий стол возле кровати.

Краем глаза заметила красную жилетку на покрывале. Наверное, Хлоя оставила. Только трогать ее не хотелось, а надевать – тем более. Не хочу иметь никаких дел с этими огневиками! Ни одного нормального человека!

Разве что, Кристина.

Последняя спустя полчаса вошла в комнату с ноги. Захлопнула дверь, хищно осмотрела помещение, остановила взгляд на мне и нахмурилась.

– Почему ты не села со мной, а села с птичками?!

– А? – о чем она говорит?

Я за сегодня столько раз сделала неправильный выбор, что устала считать свои неудачи.

– В столовой, Яра. Почему не пошла к нам? Мы же свои! А тот черный вороненок – абсолютно чужой.

Знала бы она, с каким радушием меня встретили "свои".

– Я не привыкла делить людей на своих и не своих. Для меня вы все чужие. Норт помог мне в первый день.

– Но я тоже тебе помогла! Могла бы проявить благодарность.

Кристина надулась. Каблучки застучали по деревянному полу туда-сюда. Я вспомнила, какой бледной она была утром, и какой красной была сейчас.

– Тот рыжий, который ругался на тебя, твой брат?

– Видела, да? – Кристина с мученическим вздохом рухнула на кровать. – Этот козел решил, что я недостаточно тебе помогла и вообще всю вину свалил на меня. Всех собак спустил.

– Из-за того, что я села с Нортом?

– Сандр не любит, когда его не слушаются.

– Я заметила.

– Вы что, уже говорили? – заподозрила неладное соседка.

– Угу…

В тишине раздалось женское рычание.

– Вот же, козлина рогатая!

– Еще и лгун к тому же, – припомнила его сказки. – Сказал, что он какой-то там принц, и по вашим правилам я должна ему подчиняться.

Кристина резко села, стыдливо закусила нижнюю губу.

– Блин, серьезно? – я не нашлась, что сказать.

Тот напыщенный индюк, и правда, принц? Теперь понятно, что за шайка его окружала. Свита, чтоб их всех!

– Подожди-подожди. А ты, получается, настоящая принцесса?

Кристина хохотнула.

– Не-е-ет! Не совсем так. Династии важен только мальчик.

– А ты?

– А мне папенька уже выбирает мужа, у которого будет са-а-амый большой.. дворец. А еще земли, сила, влияние. Мое мнение его интересует в последнюю очередь.

– В моем мире такого нет. Наверное… Я никогда не интересовалась проблемами богачей.

– Так я богатенькая принцесса, по-твоему? – Кристина игриво поставила руки в боки. – А вот и нет! Я еще та оторва! И я это докажу! Вот, кстати. Помнишь, ты рассказывала о гонках, ралли на сложных дистанциях. Я придумала, как организовать такое у нас.

– Не уверена, что это хорошая идея.

– Брось! Будет весело. Если уж они хотят заставить меня быть послушной после академии и выйти замуж за того, кого следует, то пусть терпят мои последние попытки оторваться внутри этих стен.