Замуж за монстра, или Любовь чистой воды

– Я уже в третьем классе, – буркнула Ася.

– Ты всего лишь в третьем классе! – услышал ее отец. – На эту неделю ты будешь наказана! Никаких прогулок! Только школа, уроки и дом. Дома делай что хочешь: рисуй, играй с куклами, да хоть пляши! Но из дома ни ногой! И звонить Алене тебе тоже запрещено!

– Нет! – Ася вдруг выдернула руку из отцовской. – Я тебе не маленькая девочка! Мне девять лет уже! Все гуляют, сколько хотят, а ты запрещаешь постоянно все! – Она кричала громче и громче, незаслуженно выплескивая на него свои обиды.

И от понимания, что, по сути, сама виновата, и отец имеет все права ее отчитывать и наказывать, Ася разозлилась и расстроилась еще больше. Последние слова она уже прокричала и побежала в другую сторону.

– Анастасия! Сейчас же вернись!

Но Ася не остановилась, и Анатолию пришлось быстрым шагом нагонять ее, отмечая, куда поворачивает дочь.

Ной осмотрелся. Эта местность не была похожа на большой город, замеченный им мельком в Асиной памяти. «Провинциальный город, маленький, частный сектор» – пришла грустная мысль от хозяйки памяти.

Ной обратил внимание на то, что участники воспоминания неожиданно остановились. Перед этим маленькая Ася психовала, а отец уже не зло, а устало уговаривал ее вернуться домой и прекратить капризничать. Сейчас же они оба уставились в темный угол одного из домов. Там возле покосившегося забора стоял человек.

Ной заметил, что тот стоит как-то неровно, шатается, держится за доски одной рукой.

– Ася, пойдем.

Отец Аси внешне остался спокойным, даже тон голоса ничем его не выдал, но наблюдатель Ной видел, как напряжено его тело. Это почувствовала даже Ася. Она послушно вложила свою ладошку в отцовскую руку и последовала за ним. Они отошли уже на несколько шагов, старательно не обращая на странного незнакомца внимание, когда раздался хриплый, с ноткой безумства голос.

– Эй, мужик, деньги дай! – Не просяще, не вопросительно, а поразительно нагло и уверенно.

Анатолий повернулся. Ася испуганно спряталась за него. Незнакомец оказался вдруг непозволительно близко.

– Эй, – он широко улыбнулся, – ты же хочешь со мной поделиться деньгами! Давай!

– Послушайте, – постарался спокойно ответить отец, – у меня нет сейчас денег. Я вышел за дочерью, мне нужно отвести ее домой. Идите своей дорогой, пожалуйста.

Ной видел то, что еще не успел заметить отец девочки. Блеснувший нож в руках у незнакомца. Судя по испуганным глазам Аси и ее судорожным попыткам незаметно привлечь внимание отца, она тоже увидела опасное оружие.

Сознание Аси уже самоустранилось от этих воспоминаний, но Водяному пришло понимание, что напавший скорее всего «наркоман» или «обкуренный». Однако Ной, хоть и не понимал до конца значение этих слов, наблюдал в поведении этого человека безумство и опасность.

Дальше все случилось как-то странно, слишком просто и в тоже время невероятно. Незнакомец, видимо, не принявший за правду слова Анатолия, а может быть даже не услышавший их, кинулся вперед. Анатолий загородил дочь и приготовился драться, а сама Ася застыла испуганной статуей. Она поняла, что отец увидел нож слишком поздно, что ему нечем ответить, лишь голые руки.

А потом что-то произошло. Ной видел эту метаморфозу собственными глазами в этом страшном детском воспоминании. Ася была умной девочкой и не считала своего отца каким-нибудь всесильным, что сейчас, как герой, он спасет ее. Она прекрасно понимала, что невменяемому лицу сложно противостоять, да еще и без оружия, а ее отец – просто человек. Да, навалять по морде может, но не владеет ниндзя-приемами для выхода из любой ситуации. И маленькая третьеклассница вдруг поняла: сейчас ее папа, родной и любимый несмотря ни на что, может умереть.

Это четкое осознание что-то перевернуло в ее голове. Ной увидел, как изменился взгляд Аси. Она перестала бояться и поставила себе задачу. Ася спокойно огляделась, увидела свой портфель, схватила его и вдруг кинула прямо под ноги напавшему. Незнакомец явно не ожидал, что вдруг споткнется и упадет. Впрочем, как и Анатолий.

Незадачливый наркоман-грабитель выронил нож в процессе падения, а дальше вдруг произошло то, что Ной даже не предполагал увидеть. Маленькая Ася подошла к поверженному и стонущему от приземления носом телу, посмотрела на него и вдруг подобрала нож, который валялся рядом.

– Анастасия, пошли! – Анатолий понял, что драка миновала, неприятный инцидент можно забыть и уйти, наконец, домой, но дочь его как будто не слышала.

– Врагов нельзя оставлять за спиной, – странно холодным голосом произнесла маленькая Ася и с невиданной силой воткнула нож в спину нападавшему. Послышался приглушенный стон, тот дернулся и затих.

Ной в удивлении уставился на маленькую убийцу. Уж этого он точно не ожидал, а Ася вдруг подняла на него глаза и зло усмехнулась:

– Что, жертву невинную ждал, дорогой муженек?

Глава 10. Стася

– Кто ты? – Ной настороженно уставился на девочку.

Это была уже не Ася. Воспоминание не может «ожить», а он точно знал, что находится сейчас в воспоминании.

– О! – хищно улыбнулась та. – Ты можешь звать меня… хм… Стася. Да. Точно. Чтобы не путаться. Еще есть вопросы? Ах да, возможно, тебе будет удобнее разговаривать так?

Изображение вдруг поплыло, будто размазалось в пространстве. И вот, на месте маленькой девочки уже стоит взрослая Ася. Нет. Ее внешность, но взгляд другой. Улыбка другая, жесткая. Стася.

– Почему ты выбрала именно этот образ? – спросил у нее Ной.

– Не нравится? – преувеличенно удивилась она. – Ну уж прости! Другого я взять не могу. Или ты все еще думаешь, что я, такая-сякая, какая-нибудь злобная сущность, вселившаяся в женушку твою ненаглядную? – Стася перестала улыбаться и серьезно взглянула Ною в глаза. – Вижу, что думаешь.

– Тогда кто же?

– Хочешь знать, почему я убила этого человека? – спросила вдруг она. – Ведь он был уже недееспособен, валялся. Мы победили и могли бы уходить, но я вернулась и убила. Так почему же?

Ной ждал ее ответа.

– Все просто. Смотри.

Она подошла к воспоминанию – Ной обратил внимание, что декорации так и не сменились – и перевернула тело незнакомца. В его неловко подвернутой при падении руке обнаружился странный черный предмет.

– Это пистолет. Оружие, что убивает очень быстро. Я заметила его, когда он падал. Этот человек был страшно зол. Для того, чтобы убить отца, ему понадобилась бы лишь пара минут, и то только для того, чтобы очухаться после падения. Что было бы с Асей, боюсь даже представить.

– Ты хочешь сказать, что защищала ее?

– Я делаю это всю жизнь – защищаю ее, – повернулась к нему Стася. – Проблема в том, что каждое мое «пробуждение» она помнит и боится меня. Когда она проснулась следующим утром, то попыталась убить себя. И знаешь, что самое смешное? Именно я спасла ее. Снова.

– Зачем ты это делаешь?

– Ты глухой? – удивилась Стася. – Я спасаю ее. Будь то опасность извне или же она сама.

– Но зачем? – Ной испытующе смотрел ей прямо в глаза. – Назови мне причину. Почему ты просто не захватишь ее тело и не будешь жить своей жизнью? Это было бы логично со стороны существа, пытающегося выжить.

– Может быть. Но я не «существо, что пытается выжить». – Стася как-то горько усмехнулась. – Мне не нужно главенство. Я не претендую на жизнь. Мне нужно, чтобы жила она. А причина? Разве она важна? Я защищаю ее. Как умею. И она защищается тоже. Как умеет. С этого дня, – она обернулась и указала на воспоминание вокруг, – Ася попыталась сделать все, чтобы мне больше не пришлось ее спасать. Она окружила себя дисциплиной и правильностью. Каждый ее шаг был расписан. Каждый день – одинаков. Мне не нравилось, что она загоняет себя в жесткие рамки, лишаясь даже простых радостей жизни, но да, от некоторых напастей ее это уберегло. Я не вмешивалась. Однажды это должно было ее к чему-то привести. И привело.

– Ко мне.

– К тебе. Андрей мне не нравился изначально. Да и ей тоже. И когда она узнала о его предательстве, ей не было больно. Ей было страшно. Ее правильный идеальный мир вышел из колеи, и она боялась, что вмешаюсь я. Она бы никогда не бросила свою квартиру, работу, все то, чего добилась, если бы не знала, что в противном случае, я могу отомстить Андрею. Могу убить его. Потому что я не ограниченна моральными и нравственными принципами. У меня нет совести, которая будет мучить меня потом. И правда, я хотела вмешаться. Я почти это сделала, но что-то произошло – я не смогла захватить власть. А потом просто не стала этого делать. Сама же Ася вдруг решилась на безумство, чего за ней никогда не наблюдалось. Такое чувство, будто… – Стася нахмурилась.

– Будто мы начали влиять друг на друга.

Я вышла из режима стороннего наблюдателя, в котором находилась до сих пор.

– Привет, кстати. – Было слегка неловко общаться с собственным отражением. – Не скажу, что рада познакомиться, все же твои действия откровенно пугают меня.

– Что тебе не нравится? – удивилась Стася. – Нет человека – нет проблемы!

– Ты не вправе судить кому жить, а кому умереть! – воскликнула я.

Мне было страшно. Даже здесь, в моей голове, я боялась, что она что-нибудь натворит. Стася могла многое, это я уже знала.

– Я не затуманена эмоциями, – продолжила мою мысль она, все же мы в одной голове. – Меня не сдерживают рамки морали. Я могу делать все, что ты захочешь, и совесть не будет мучить.

– Тебя – да. – На языке горчило. – Совесть не будет мучить тебя, но не меня.

– Мы – одно целое!

– Нет! – Я задыхалась отрицанием и страхом. – Мы не одно целое! Никогда! Нет! Нет! Нет!

Перед глазами мутилось. Голова болела все сильнее и сильнее. Перейти в режим наблюдателя никак не получалось. Я утратила контроль над своими воспоминаниями, над своим разумом. Паника захлестывала душу, из горла рвался какой-то полузадушенный хрип-рык-скулеж.

Сквозь пелену и шум в ушах я услышала что-то, но не разобрала, что, а потом почувствовала, как меня наконец отпускает. Сон. Тьма. Как же хорошо ничего не чувствовать.

***

Сознание вернулось как-то щелчком. Раз – и я вижу над головой жемчужный балдахин. Полупрозрачный. Над кроватью такой вешают обычно. Не моей. У меня такого нет.

Вторая мысль – лежу под водой. Что ж, из моей бедовой головушки мы вернулись. Мы? Ной!

От резкого подъема закружилась голова. Я лихорадочно оглянулась и наткнулась на взгляд мужа. Он сидел рядом.

– Что… – давясь вдохом, я выдала то, что беспокоило сильнее. – Ты в порядке?

– Да. – Ной внимательно разглядывал меня. – Со мной все хорошо. Когда ты начала терять сознание, Стася вытолкнула меня из твоей памяти.

Я откинулась на подушку и крепко зажмурила глаза, пытаясь осознать последние события и не впасть в панику. Что ж, произошло то, чего я боялась – Ной познакомился с моей, наверное, будет правильно сказать «темной стороной». Стася. Та, что пугает меня. Та, что защищает меня. Горько, больно, страшно. У нее ведь на самом деле нет никаких рамок. Она неудержима в своей цели и крайне редко прислушивается ко мне. Удивительно, что Стася действительно никогда не хотела занять первое место в нашей голове. И что самое пугающее для меня – она – это я сама. Ведь не могла же она взяться из ниоткуда. А это значит, что где-то внутри меня живет эта хладнокровная жестокость.

– Она защищает тебя, – вдруг тихо произнес Ной.

– О чем ты?

– Она защищает тебя. Как может. Как понимает сама. Она не понимает, как нужно жить в реальности, поэтому никогда и не стремилась занять первое место. Это ее правда. Но ты можешь больше не бояться, мы договорились.

– Что? – В голове не укладывалось ничего из только что произнесенного. – Когда?

– За те несколько мгновений, когда ты уже не слышала нас.

Он вдруг присел поближе и провел по моим волосам рукой. Меня гладили, как маленького ребенка. Так странно. И приятно. Меня давно никто не гладил по голове. Вот просто так, утешая.

– Она больше не будет вмешиваться, – тихо произнес он. – Стася будет лишь наблюдать. Ей ведь тоже плохо. Ты боишься ее. Ты боишься себя. Больше не стоит.

– Почему? – На душе было тошно.

– У тебя есть я.

Как просто. И как очевидно.

– Ася, – Ной посмотрел серьезно, искренне, – я твой муж и несу за тебя ответственность. Я защищу тебя. От всего. Даже от себя самой. Неужели ты еще этого не поняла?

Я улыбнулась от облегчения, затопившего все внутри, возможности отпустить ту ниточку напряжения и самоконтроля, что держала до сих пор, и внезапно пришедшей мысли, что мой муж невероятно умилительный, когда такой серьезный.

– Хорошо, – выдохнула я, слегка улыбаясь. – Защищай меня. От всего. А я буду защищать тебя. От того, от чего смогу. Поэтому давай скорее разбираться с теми проблемами, что свалились на нашу голову.

Ной лишь усмехнулся и вдруг взъерошил мне волосы! Еще не замечала за ним хулиганской нотки. Но устраивать мне «взрыв на макаронной фабрике» никто не может безнаказанно! Вот!

Я потянулась к его голове и совершила свою маленькую «отомстю»! И хоть это было непросто, но как же весело!

В сердце вернулась легкость, а в голову – рациональное мышление. Я понимала, что со Стасей нам рано или поздно придется разбираться. Мне – точно. Но разум оставался ясным, а желания кого-нибудь прибить не было, так что пока можно было успокоиться.

А проснулась я, как оказалось, в замке Посейдона. Ной, когда меня накрыло, а его Стася выпихнула в реальность – неожиданное спасибо ей за это, так как застревать в чужих воспоминаниях очень опасно, – не знал, что ему в такой ситуации делать, поэтому и рванул с моей бессознательной тушкой на руках к брату. А ведь только-только оттуда вернулись. Эх… Спасибо мужу за то, что не стал рассказывать о второй шизанутой личности. Просто и коротко – воспоминания точно есть, и действительно ужасные.

Пришли к выводу: Непомнящего я видеть вполне себе могла, и вряд ли это был какой-то глюк. Теперь оставалось только понять, что же со всем этим делать. Дебаты продолжались бы долго, но Амфитрита резко пресекла все разговоры.

– Значит так, – она негромко, но хорошо поставленным голосом, перебила своего мужа, – все, о чем вы говорите – хорошо, но только в том случае, когда противник обнаружил себя. Сейчас мы не можем сделать ничего! Мы не знаем, кто, где, когда и зачем, а значит, давайте просто подождем действий. Кто бы то ни был, чтобы не узнал, он начнет действовать. Рано или поздно. А пока мы можем лишь позаботиться о наших подданных и тех, кто зависит от нас. Защита границ и наведение порядка во владениях никогда лишним не будет. Так что хватить болтать попусту, встали и пошли! И Ной, забери жену и дай ей отдохнуть нормально! А то вы тут со своими теориями заговора уже забыли, что Ася – человек. Ей требуется отдых, как физический, так и моральный. Я все сказала. – И Морская владычица величественно села.

М-да. Даже мне не хотелось сейчас спорить с этой великолепной женщиной. Посейдон даже как будто устыдился. Хотя, неловко сейчас было именно мне. Но отдохнуть надо, а то, что в последнее время веду себя, как барышня кисейная – «кисельная!»: то в обмороки падаю, то психи с истериками накрывают? Сты-ыдно-о…

Внутри накрыло успокаивающей волной. Ной. Удобно, когда тебя чувствуют.

– Хорошо, Ами, – он поднялся и подошел ко мне, но смотрел на Амфитриту, – раз Королева говорит – надо послушаться. Все же мы на ее территории. – И обратился уже непосредственно ко мне: – Ася, пойдем домой?

– Ага.

Тихая радость неожиданно всколыхнулась в душе. Дом… Всего ничего прошло. Андрей, предательство, клуб, работа, да даже Элька – все как будто в прошлой жизни. А сейчас у меня есть теплые объятья, надежные, укрывающие от всего, дом под водой, другой мир и столько всего неизведанного, что на всю жизнь хватит. А еще – вода. Прохладная. Теплая. И такая родная. Как и ее Повелитель Водяной – мой муж. Немножко странный. Безусловно, красивый. И родной.

Может быть, я его еще и не люблю так, как должно – в конце концов, мы всего несколько дней знакомы; но уж точно уважаю и доверяю. Возможно, даже влюбляюсь. Я не знаю. Это не похоже на все то, что я чувствовала раньше. И это прекрасное чувство!

Глава 11. Легенды МУХ

И вновь я на озере. Гуляю – прямо по воде: я ведь хозяйка, она меня слушается, а потому могу спокойно шагать и смотреть, как от стоп разбегаются маленькие волны. И такие же – точно круги по воде – у меня мысли. Солнце только-только встало, а дум уже так много.

Как быть со Стасей? Ведь рано или поздно нам – мне – придется что-то делать.

Непомнящий. Реальная угроза или все-таки мы все параноики?

Алена. Подругу надо вернуть домой – ей тяжело здесь. Но как это осуществить мы по-прежнему не знаем.

Я и мой муж. Сложно. Отношения? Неплохие, можно даже сказать – очень хорошие, что не умаляет того факта, что я о нем все еще очень мало знаю. Ему-то что, он в голове моей побывал. Это, конечно, так себе отмазка, надо признаться хоть перед самой собой, но шансов у него всяко больше. Я же очень мало знаю о нем, как о личности, но непременно хочу узнать!

И эта мысль подводит меня к следующей – а мне что делать-то? Не могу же я целыми днями просто слоняться по дому и всех доставать? Должны же быть у меня какие-то обязанности?

Я посмотрела на солнце, вздохнула и утекла к мужу – спрашивать. Ну, как утекла, вот – стояла, а вот – просто провалилась под водичку и приземлилась уже на теплом дереве подводной террасы.

«Ной», – попыталась настроиться на мужа по нашей связи.

Слов в ответ не получила, но его эмоции – удивение и вопрос о том, не случилось ли чего – были просты для понимания и лакончины. Эх, не то что я – сумбур.

«Ты где? К тебе можно?» – попыталась как можно понятнее сформулировать.

Вместо ответа связь потянула вперед, показывая дорогу.

Пока шла, рассматривала дом. Каждый раз – как первый. Вот вроде бы построен из деревянных панелей, тонких дощечек, но ведь ни одного гвоздя! Ни одной скобы! До сих пор пугаюсь исчезающих дверей. Нет, серьезно, тебе нужно куда-то пройти – ищи ажурную арку, всю переплетенную тонкими деревянными веточками-лианами. Подошел – раз, и стебли расплелись за считанные секунды, давая проход. Зашел – заплелись обратно. И ведь как быстро! Словно природные двери на фотоэлементах.

Опять мысли не на то отвлеклись! Сосредоточилась на Ное, но они вновь начали перескакивать с места на место. Так, ведомая ниточкой связи, пришла к мужу – на террасу с другой стороны дома.

Тоже весьма забавно смотрится. Вот вроде бы и полотно воды вокруг тебя, а вид открывается, как будто на земле. Зеленые лужайки, несколько деревьев, мощеные дорожки. Словно парк отдыха. Хотя, по сути, так оно и есть: небольшой парк для обитателей нашего Дома. С уютной планировкой и красивыми насаждениями. Кто-нибудь, объясните мне как они могут тут расти?! Ладно.

– Привет! – Я подошла к мужу со спины, легонько касаясь его рукой.

– Как ты? – Его теплый взгляд согревал душу.

– Все хорошо, не волнуйся. – Я встала рядом, любуясь игрой света в воде. – Хотела все же поговорить о том, что мне делать. В смысле, я ведь должна чем-то заниматься. Хочу быть тебе помощницей, поддержкой, не хочу целыми днями сидеть дома и бездельничать. Не привыкла. И так практически отпуск: сколько времени была занята чем угодно, но только не полезными делами. Что скажешь?

Ной не ответил сразу. Не потому, что был против, нет, просто обдумывал мои слова.

– Я хотел с тобой поговорить чуть позже, но раз этот вопрос возник сейчас, то давай обсудим. Для меня, как для Хозяина Вод, очень важно, чтобы разумные, живущие на моей территории, ни в чем не нуждались, но физически я не могу быть везде, хоть вода и приносит мне весточки. И в ближайшем времени я собирался пройти по всем землям, что под моим контролем, и проверить порядок, решить проблемы, помочь. – Он взглянул на меня. – Если хочешь, ты можешь отправиться со мной. Изначально я не думал об этом. Мало ли, вдруг тебе захотелось бы остаться дома, наслаждаться жизнью, нарядами и общением с подругами…

– Ты серьезно? – Внутри поднялось возмущение, а потом я увидела смешливые капельки, пляшущие в его глазах. – Ты смеешься, да? – улыбнулась и шутливо ткнула я его в бок, наслаждаясь искренним недоумением. – Конечно, я хочу отправиться с тобой. Познакомиться с твоей землей, людьми… то есть, разумными, что живут на ней. Но ведь это не все, да?

– Да, – улыбнулся Ной. – Мне понадобится помощь. Но, думаю, тебе понравится. Ты же – Хозяйка Вод, моя жена. Ты можешь очень многое. Я хочу научить тебя. Все же наш мир, каким бы прекрасным он тебе не казался, имеет свои опасности, в том числе и угрозы от других разумных. Тех, кто меня не любит, например. Ты можешь оказаться под ударом, а я не хочу этого.

– Думаю, ты защитишь меня. – Я обняла его руку. – Сам или же знаниями, что дашь мне. Когда отправляемся?

– Через пару дней. Только надо научить тебя кое-чему еще до путешествия.

– Да? Чему? – Люблю учиться!

– Прятаться от моего братца и его неугомонной прозорливой женушки! – рассмеялся муж.

– Чего?

***

«Когда именно появился Мир Упорядоченного Хаоса, доподлинно неизвестно. Одно лишь знают все жители его – есть Создатель. Единый для всех рас, миров и времен. Тот, что дал им возможность жить и наслаждаться жизнью. Тот, кто всегда был, есть и будет.

И МУХ должен был стать центром миров. Соединить в себе все дороги, расы, существа и разумных. Так и было – до тех пор, пока Повелевающие не возгордились. Как же! Им подчинялись стихии! И стали они притеснять других разумных, что не были так же сильны и одарены, как они.

В итоге люди и многие разумные ушли в другие миры, бежали от могущественных гордецов. Баланс Мира Упорядоченного Хаоса нарушился. Мир закрылся, и не мог больше никто выйти из него. Как и зайти. Не сразу, но Повелевающие осознали свои ошибки, вот только исправить уже ничего не могли. Лишь те, кто остался за пределами МУХ, имели возможность попытаться что-то сделать. И они сделали.

Кто первым изобрел Врата – не известно, но первый путешественник смог уйти и вернуться. Вскоре появилась делегация. Было налажено сообщение между приграничным миром, Арленом, и нашим. Как оказалось, из других миров проходы сохранились. Не все и не всюду, но были.

Мы обменивались информацией, услугами, но МУХ по-прежнему оставался закрытым. И тогда Великий Совет Разумных решил собрать абсолютно всю информацию из всех миров, куда были Врата у Арленцев, и что-то нашел. Но никто из разумных Мира этого так и не узнал, потому что Совет сгинул. Пропал. Где и когда? Это тоже не известно, а кто и должен был бы знать – ничего сказать не мог.

Читай Разумный эти строки. Читай историю Мира Упорядоченного Хаоса и постарайся его спасти. Возможно, тебе это когда-нибудь удастся.

Сказа Миркан, последний Помнящий».

Я пробежалась глазами по строчкам-подписи и закрыла книгу. По всей видимости, эта запись была сделана в спешке – сведения слишком поверхностны, обрывочны.

Наткнулась я на эту книгу случайно, и на саму библиотеку тоже. Ной никогда не говорил мне, что в Доме она есть. Я просто после разговора с ним пошла проведать Аленку. Там, с другими слугами – существование подобного статуса все еще было весьма непривычным, – подружка занималась чем-то, для меня совсем непонятным. Несколько женщин принимали и отпускали от себя струи воды, потом говорили что-то мужчинами, и те исчезали в неизвестном направлении, возвращаясь уже с продуктами, какими-то веточками, тканями и прочим.

– Аленка, – я шепотом окликнула подругу, – а что это вы такое делаете?

– Ай мама! – подскочила она вверх и обернулась, гневно нахмурив брови. – Разве ж можно так пугать?

– Да ладно тебе, – улыбнулась одна из женщин, – смешно получилось. А Хозяйка еще не знает, что когда мы сосредоточены на работе, нас даже шепот напугать может.

– Простите, неловко вышло, – пробормотала я, виновато улыбаясь. – Я не знала.

– Да ничего, бывает, Хозяйка, – добродушно улыбнулся… медведь? Нет. Или да? Большой, волосатый. Не везде, но руки уж больно смахивали на лапы, и среди густых волос выглядывало что-то уж больно похожее на уши.