Наследие Судьбы. Книга третья

– Сейчас мне вас так не хватает, – прошептала я в пустоту. – Вы всегда находили нужные слова, чтобы меня успокоить. Сейчас ваш совет нужен мне как никогда в жизни.

Я обняла небольшую фотографию в рамке и легла на кровать. В памяти всплыли образы молодых Серёжи и Василисы, которые брали меня к себе в кровать, когда я только пришла в их семью.

В раннем детстве меня часто мучили кошмары, и по ночам я часто кричала и громко плакала. Успокоиться и заснуть я могла, только когда попадала в спальню своих тёти и дяди. Я ложилась между ними на кровать и чувствовала тёплые объятия Василисы.

Все эти воспоминания о прошлом помогли мне вообразить яркие картины в своём воображении. Через некоторое время я смогла крепко заснуть, прижимая к груди фотографию счастливых молодых людей с маленькой девочкой на руках.

Я не знала, сколько длился мой сон. Когда я открыла глаза, за окном была непроглядная тьма. Сон помог мне собраться с мыслями и взглянуть на ситуацию более трезво.

Я понимала, что лучше пережить разрыв со Славиком в одиночестве, чем жить иллюзиями о нашем совместном будущем. «Какой смысл в этих иллюзиях? Жить вечно, глядя друг на друга искоса и обманывая самих себя? Нет, такой сценарий не для меня. Я не хочу жить в мире лжи и иллюзий», – твёрдо сказала я себе.

Подсознание придало мне новых сил. Я встала с кровати и спокойно пошла на кухню за чаем. Впервые за долгое время моё подсознание было спокойным и молчаливым.

Спустя несколько дней я сидела перед ноутбуком и пыталась отвлечься. Всё это время я не выходила из дома и избегала любых контактов с миром. У меня не было желания что-то делать или чем-то заниматься. К счастью, ни Владимир, ни кто-либо ещё не беспокоили меня. Славик так и не приехал за своими вещами. Я подумала, что ему тоже было неловко и неприятно, как и мне.

За эти дни я заметно похудела и осунулась. Глаза стали мутными и тусклыми, кожа приобрела нездоровую бледность, а волосы спутались из-за отсутствия ухода.

Уже который день я бесцельно смотрю видеоуроки по изучению английского языка. Это было единственным занятием, которое могло хоть как-то отвлечь моё рассеянное внимание.

Когда глаза начало щипать и в них появилась сильная боль и жжение, я закрыла ноутбук.

Откинувшись на спинку мягкого кресла, я закрыла глаза и выдохнула. В комнате звучали песни одной из моих любимых групп. Это была подборка максимально грустных песен. Сейчас весь мой плейлист составляли песни, посвящённые чувствам и неразделённой любви.

«У нас были взаимные чувства. Но от этого ещё больнее. Знать, что мы любили друг друга, но расстались из-за глупой и слепой веры Славика в высшие силы», – думала я.

Мои мысли прервал ответ моего жестокого подсознания: «Ты уверена, что между вами была настоящая любовь? Что, если ваши чувства были лишь способом пробудить Славика и его силы, а ты была лишь инструментом для этого?»

Знакомый голос в голове говорил со мной безжалостным и холодным тоном, который вызывал у меня дискомфорт. Я хотела заглушить этот неприятный голос, но он всё громче и громче продолжал выдавать подобные теории.

Я схватилась за голову и громко закричала:

– Да хватит уже! Замолчи!

Мой пронзительный крик неожиданно прервал раздавшийся в доме звук дверного звонка. Я вздрогнула от испуга и неожиданности.

Попытавшись понять, кто пришёл, я сразу поняла, что за дверью стоит Влад. У меня не было никакого желания выслушивать его нотации, как и показывать своё состояние другу.

Дверной звонок продолжал настойчиво трезвонить, требуя ответа от хозяина дома. Вздохнув, я поняла, что избежать встречи с Владом мне не удастся. Собравшись с мыслями и преодолев некоторое замешательство, я направилась к входной двери.

Когда я открыла дверь, то увидела Влада. Он выглядел аккуратно и опрятно: его одежда была выглажена, волосы уложены, а борода аккуратно подстрижена и уложена в соответствии с формой его крупного лица.

Когда Влад увидел меня, он снял тёмные очки и спросил недовольным тоном:

– И как это назвать?

Я была обескуражена этим неожиданным вопросом и непонимающе спросила:

– Что ты имеешь в виду?

– Я хочу, чтобы ты объяснила мне, какого хрена вы творите.

Не дожидаясь ответа, Влад толкнул дверь и вошёл в дом. Я не успела ничего сказать, как он снял обувь и прошёл в гостиную.

Я тяжело вздохнула, закрыла дверь и направилась за своим гостем.

Влад стоял посреди комнаты, ожидая моего появления. Когда я появилась в дверном проёме, его лицо стало хмурым, а взгляд холодным и требовательным. Внешний вид Влада напомнил мне о временах, когда мы только познакомились, и на каждое моё неправильное действие он реагировал точно так же.

Я посмотрела на друга, и холод в его карих глазах вызвал у меня новый приступ слёз. Я бросилась к нему с объятиями, как к единственному человеку, кто мог понять и успокоить меня.

– Эй, ты чего? – спросил Влад, не решаясь обнять меня в ответ. Но спустя минуту колебаний его руки прижали моё содрогающееся тело к себе. – Что всё это значит?

– Я так больше не могу, – промямлила я сквозь рыдания и всхлипы. – Я так виновата перед тобой.

– Что? Я-то здесь при чём? – недоумённо спросил Влад. – Я пришёл поговорить о тебе и брате.

– Я понимаю это, – очередной всхлип прервал мою речь. – Но прежде чем ты что-то спросишь, я хочу, чтобы ты знал. Влад, я сожалею обо всём этом. Но больше всего я сожалею о том, что ты пережил из-за меня и чем пожертвовал.

– О чём ты? – Влад отстранил меня от себя и посмотрел в мои полные слёз глаза. – Что с тобой такое?

– Из-за меня ты пожертвовал всем в своей жизни. Теперь оказалось, что всё это было напрасно, и мы не настолько влюблены друг в друга, чтобы преодолеть всё это, – вновь град слёз покатился по моим щекам. Я снова прижалась к груди Влада, радуясь возможности спрятаться в крепких объятиях моего лучшего друга. – По итогу всего этого ты остался ни с чем, а я осталась без тебя.

– Без меня? – Влад округлил глаза. – Разве я не стою сейчас рядом с тобой, как всегда пытаясь тебя успокоить?

– Стоишь, но я не об этом.

– А я именно об этом. – Влад тяжело вздохнул и погладил меня по голове. – То, что мы больше не работаем вместе, не значит, что я исчез из твоей жизни. Пора бы уже это понять.

– Но что нас связывает сейчас?

– Интересное прошлое и хорошие отношения в настоящем, – голос Влада вновь стал спокойным, с лёгкими нотками юмора.

– Ты снова стал самим собой, – я громко шмыгнула носом, пытаясь справиться с нахлынувшей истерикой.

– Я закончил хандрить ещё неделю назад, – с усмешкой сказал парень и отошёл от меня на пару шагов. – А теперь я жду твоих комментариев по поводу случившегося.

– Здесь и комментировать особо нечего, – я села в кресло, поджала ноги и обхватила себя руками.

– Мне кажется, есть что. Тебе всегда есть что сказать, – Влад сел напротив и наклонился в мою сторону.

– Не в этот раз, – к этому моменту слёзы перестали течь, и последняя капля медленно скатывалась по моей щеке.

– Брось. Я даже без сил чувствую эту энергию боли, страха и разочарования, а главное – ярко выраженную апатию.

– Даже если это так, я могу позволить себе немного погрустить. Я ведь считала, что он – моя единственная настоящая любовь и моя судьба. Я верила, что люблю и буду любить только его, как и он меня. Ты сам говорил, что любовь бывает раз и навсегда. Получается, свою любовь я потеряла безвозвратно и окончательно.

– Откуда такие выводы? – на лице Влада появилась усмешка, которую я уже успела забыть. – Ты снова думаешь необъективно, основываясь на эмоциях, а не на здравом смысле.

– О чём здесь думать? Мы оба изменились после его возвращения. Я понимаю, почему это произошло. Он стал другим, и мои чувства тоже изменились. Но я-то осталась прежней! Так почему он меня разлюбил?

– Во-первых, ты хочешь сказать, что хотела бы односторонних отношений? Ты не совсем понимала свои чувства к парню, но ждала от него прежних чувств? Это как-то эгоистично, скажу я тебе. А во-вторых, ты уверена, что осталась прежней? Не думала, что ты тоже изменилась за это время, и теперь он, как и ты, не понимает, что чувствует к новой тебе?

Холодный голос Влада в сочетании с его порицательным взглядом подействовали на меня как холодный отрезвляющий душ. Разум пытался переварить услышанные слова и проанализировать мысль, высказанную Владом. «Разве я изменилась?» – задавалась я вопросом. Ответ на него прозвучал где-то глубоко в сознании: «А разве нет? Ты пережила его смерть и смерть Серёжи. Ты чуть не потеряла Василису, но несмотря на всё это взяла себя в руки и двигалась дальше. Ты стала сильным представителем своей профессии и без труда выполняешь свою работу. Всё это не могло не отразиться на тебе, так же, как и на нём».

– Ты считаешь, я изменилась? – спросила я шёпотом, не поднимая глаз на гостя.

– Изменилась, – уверенно произнёс Влад. – Я могу с лёгкостью убедить тебя в этом, приведя тысячи аргументов в свою пользу.

– Можешь не напрягаться. Я верю тебе, – тихий и еле различимый женский голос глухо разнёсся по тёмной гостиной. – Думаешь, у нас всё это произошло обоюдно и это должно было произойти?

– Не могу утверждать однозначно. Такие вещи ты должна спрашивать у своего начальства, – Влад улыбнулся и вновь изобразил своё обычное лёгкое высокомерие. – Там тебе смогут дать более развёрнутый ответ на этот вопрос.

– Знаешь, какая мысль не даёт мне покоя все эти дни?

– Удиви.

– Получается, наши чувства были ненастоящими, и всё это время мы просто играли свои роли? Я была всего лишь инструментом для восхождения всесильного Вячеслава в его роли великого посланника Судьбы. – В моём голосе прозвучала горечь, которая вызвала у Влада неприятные ощущения. Он внимательно посмотрел на мою фальшивую улыбку, но между его бровями залегла глубокая складка напряжения.

– Не будь так категорична, – строго произнёс Влад после небольшой паузы. – Ты же понимаешь, что наши пути связаны со всей Вселенной, и где-то был вариант, что ты не обратишь на него внимания, и ваша история так и не началась бы.

– Наверное, это тот мир, где все счастливы и где царит гармония, – проговорила я с болью в голосе. – Славик немного ошибся в своих прогнозах и предсказаниях.

– О чём ты?

– Знаешь, какую причину нашего расставания он назвал?

– Нет, и я не могу предположить, что это могли быть за причины.

– Этот фанатик сказал, что он пережил на том свете множество реальностей при разнообразных выборах с нашей стороны. Будущее оказалось ужасным и, видимо, максимально паршивым. По итогу Славик заявил, что во всех версиях будущего, где миру наступает конец, мы с ним вместе, и существует лишь один вариант, где всё хорошо и мир не был уничтожен. Это вариант, где мы расстаёмся и прекращаем наши отношения.

– Даже так? – Влад посмотрел на меня удивлённо. – Я думал, он просто разлюбил тебя и захотел почувствовать вкус свободной холостяцкой жизни.

– Твой брат оказался редкостным козлом. Даже большим, чем ты.

– Не будь такой же истеричкой, как все эти обиженные бывшие, – Влад закатил глаза, и на его лице впервые за весь разговор появилась знакомая ухмылка. – Тебе не идут эти обиды детства.

– Что значит «мне не идут обиды»? Мне сердце разбили и обрекли на одиночество! А ты мне говоришь про какие-то обиды детства?

– Наверное, я скоро натру мозоль на языке, но я вновь посмею тебе напомнить, что ни одна из вероятностей не может быть до конца исключена.

– И что ты хочешь этим сказать?

– Что существует вероятность того, что Славик не был твоим человеком и не был твоей истинной любовью. Ваша детская влюблённость сделала своё дело, но дальше вы должны решать, как строить свою жизнь и с кем. Возможно, ты ещё не встретила своего человека, и он где-то бродит по земле, ожидая встречи с тобой. И я ему от всей души сочувствую, раз его жизненный путь настолько тяжёл, что ему предписано стать супругом такой нестабильной личности, как ты.

– Ты… ты думаешь, что у меня ещё есть шанс обрести счастье и семью? – голос дрогнул, и я сглотнула ком в горле.

– Конечно есть. Что за глупые вопросы? – Влад яростно возмутился, ещё сильнее хмуря своё лицо. – Тебе ещё и двадцати лет нет, а ты сидишь и жалеешь себя из-за потерянной возможности заиметь семью. Как можно быть настолько глупой, чтобы списывать себя со счетов и думать, что твоя жизнь обречена на одиночество?

– А разве моя жизнь не кричит об этом на каждом шагу?

– Нет, твоя жизнь говорит тебе, что не надо делать поспешных и глупых выводов, которые по факту ни на чём не основываются.

– Ты как всегда умеешь поддержать, – обиженно процедила я и громко фыркнула, выражая своё недовольство.

– Зачем мне церемониться с тобой? Лучше я скажу тебе правду, чем своей жалостью буду загонять тебя в ещё более худшее состояние.

– Хм, интересная мысль, – пробурчала я и отвернулась. – И что мне теперь делать?

– Жить дальше и заниматься своими делами.

– Но как мне это сделать? Я боюсь любых контактов со Славиком после всего произошедшего. А когда он станет Старейшиной, я вообще не смогу нормально работать под его руководством.

– Ха-ха-ха, – Влад громко рассмеялся, но потом, взяв себя в руки, произнёс со смехом: – Этого можешь не бояться ближайшие лет двести.

– С чего такие выводы?

– С того, что я как никто другой знаю своего дядю. Он ещё всех нас переживёт, – Влад широко улыбнулся. – А что касается ваших контактов, то отпустите эту ситуацию и воспринимайте всё произошедшее как необходимость. Ваши отношения не были напрасными, и в итоге они практически спасли мир от порабощения и уничтожения одержимой злом сущностью.

– Это смотря с какой стороны посмотреть, – я продолжала недовольно бурчать, поддевая ногтем обивку своего кресла.

– Да с какой ни посмотри, итог один.

– Возможно, ты в чём-то прав.

– Я всегда прав, – Влад сверкнул глазами и откинулся на мягкую спинку дивана. – Сделай мне кофе. Я пропустил обед из-за тебя.

– Ты же не любишь пить кофе.

– А теперь люблю. Или это стало преступлением, госпожа бывший помощник следователя? – знакомая издевка прозвучала так легко и просто, что я тут же пришла в себя, поняв при этом, что мне безумно не хватает подобных моментов в жизни.

– Не запрещено. Но я могу изменить реальность и внести в уголовный кодекс подобную статью.

– И как ты будешь классифицировать данное преступление?

– Как умышленный отказ лицом от чая без сахара и переход от него к кофейным напиткам, которые данное лицо не выносило до недавнего времени.

– И где же злой умысел и общественная опасность деяния?

– А умысел заключается в желании лица сократить года своей жизни, употребляя всякую дрянь в организм.

– Так у нас все население планеты подпадает под твою статью, – Влад засмеялся. – Поэтому, изменив уголовный кодекс, ты подвергла бы всех людей опасности и могла бы подорвать устои государства, вызвав массовые беспорядки граждан. Это привело бы к краху системы и страны в целом. В итоге всё это вылилось бы в массовые смерти и подорванный мир.

– Судьба, Влад, – возмутилась я и сильно закатила глаза. – Ты снова это делаешь?

– А что я делаю?

– Говоришь так, словно ты впервые видишь меня и только знакомишь с нашими устоями и правилами.

– Если тебе нужно, чтобы я постоянно о них напоминал, что я могу сделать?

– Замолчать и перестать умничать, – я показала язык парню, но тот лишь громко рассмеялся. В комнате царила спокойная атмосфера, а остатки негативных эмоций растворялись в воздухе.

– Кстати, я приехал не только из-за ваших сложных и запутанных отношений с братцем, – голос Влада стал воодушевлённым, и я почувствовала нарастающее волнение с его стороны.

– Да? И почему ещё?

– Я договорился с Вандой о встрече. Она обещала поговорить с тобой, хотя и без особого желания.

– Правда? – мои глаза широко открылись, и от былой истерики не осталось и следа. – Когда планируется эта встреча?

– Завтра вечером. В обед я отвезу Лену в аэропорт в очередную командировку, и дом будет полностью в нашем распоряжении.

– Звучит так, словно ты собрался изменять Лене со мной, – я наигранно возмутилась, одарив Влада хмурым и презрительным взглядом.

– Если только в твоих фантазиях, – Влад усмехнулся, после чего в него полетела небольшая декоративная подушка.

– Да пошёл ты! – вскрикнула я. – Как ты вообще мог такое подумать?

– Я как раз и не думал ни о чём подобном. Ты первая об этом заговорила, – с весельем в голосе рассуждал Влад, кидая в мою сторону издевательский взгляд.

– Я высказала своё недовольство по поводу твоей фразы, которая вызвала у меня жуткую неловкость и отвращение.

– А я высказал свою точку зрения относительно твоего недовольства. Думаю, мы квиты.

Влад провёл у меня много времени, а затем стал собираться домой. Перед уходом он ещё раз напомнил мне о необходимости преодолеть обиды и попытаться наладить дружеские отношения с его братом. Обещав подумать над этим, я закрыла за ним дверь и решила вернуться к онлайн-курсам. Однако мои мысли были далеки от урока, и всё внимание было сосредоточено на предстоящей встрече.

С каждым часом волнение в моей душе нарастало. Меня мучил только один вопрос: «Что я смогу узнать от Ванды и как эта информация поможет разгадать тайну смерти отца? Смогу ли я наконец узнать правду и раскрыть это загадочное убийство?»

Глава 7

Из открытого окна подул освежающий осенний ветер. За окном фонари один за другим зажигали свои тусклые огни. Для конца сентября температура была непривычно высокой, но после захода солнца резко похолодало, и наступила осенняя прохлада.

Я стояла в своей прихожей и не могла решить, какую обувь надеть в этот вечер. В итоге я выбрала белоснежные кроссовки на скрытой платформе, которые делали меня выше.

Телефон, лежавший на комоде, завибрировал, сигнализируя о пришедшем сообщении. На экране высветилось короткое: «Я на месте». Я взяла связку ключей с комода, закрыла входную дверь и поспешила выйти на улицу.

Возле дома стоял знакомый автомобиль, который стал мне намного роднее, чем собственный. С этим автомобилем и его владельцем у меня было связано много тёплых и дорогих сердцу воспоминаний.

– Привет, – начала я разговор как можно более бодрым голосом, усаживаясь на пассажирское сиденье. – Ты успел проводить Лену?

– Конечно, успел. Она улетела час назад. – Влад посмотрел на приборную панель с часами, а затем повернулся ко мне лицом. – Можем ехать?

– Это я должна у тебя спросить. Ведь ты являешься организатором нашей сегодняшней встречи. Тебе и карты в руки.

– Раз так, то поехали.

Влад вывернул руль и направился по знакомому маршруту в сторону своего дома. Спустя десять минут мы прибыли на место. Я обратила внимание на то, что во дворе дома был лёгкий беспорядок, а от былого порядка не осталось ни следа.

Зайдя в дом, Влад сразу же направился на кухню, и я поспешила за ним. В отличие от двора, в доме было чисто и опрятно, что говорило о присутствии в доме женской руки.

– Надолго уехала Лена? – спросила я как можно более непринуждённо и безразлично.

– Лена никогда не знает, насколько затянется та или иная командировка. Я не давлю на неё с этим вопросом. – Влад отвечал с непроницаемым лицом, без единой эмоции. – Она может вернуться через неделю, а может и через месяц.

– Ты скучаешь по ней в такие моменты?

– Скучаю, но без фанатизма, – всё тем же голосом отвечал Влад. – Но не буду отрицать того факта, что пустота и тишина в доме немного угнетают.

– А с Леной здесь разве шумно?

– От неё исходит энергия живого человека, которая наполняет всё окружающее пространство, и мне становится не так паршиво находиться в доме.

– Как ты можешь чувствовать её энергию, будучи обычным человеком?

– Я не знаю, в чём дело, но я чувствую дискомфорт в некоторых ситуациях и при общении с определёнными людьми.

– А вдруг сила всё ещё с тобой? – в моём голосе проскользнула слабая надежда.

– Это невозможно. Я отдал её окончательно и бесповоротно. Мы оба знаем, что это значит, и что обратного пути у меня нет.

– Но ведь из всех правил есть исключения. Разве не ты говорил мне это последние два года?

– Не я, – строго ответил Влад и посмотрел на меня напряжённо. – Возникает логичный вопрос: кто же это был?

– Точно. Это был не ты, а твой брат, – вспомнив, кому принадлежали эти слова, я сразу напряглась.

– Я уже говорил тебе: относись проще ко всему. Да, вы расстались, и у вас не сложилось. Что с того? Умей сохранять хладнокровие и собственное достоинство.

– С чего ты решил, что у меня нет собственного достоинства?

– Оно где-то есть, но очень глубоко, – Влад усмехнулся. – Будь оно снаружи, ты бы так не рассуждала и относилась более-менее нормально как к брату, так и ко всей сложившейся ситуации в целом.

– Извини, но это мой первый разрыв в жизни, – проворчала я с яростной обидой в голосе. – У меня, в отличие от некоторых, нет тысячелетнего опыта преодоления разрывов.

– А чтобы его не было, никогда не стоит спешить заводить отношения и строить себе иллюзии по поводу того, что это раз и навсегда.

Слова Влада, словно эхо, повторяли мои собственные мысли. Мне было трудно принять правду, которая причиняла боль и вызывала отторжение. Но, слушая себя и Влада, я задумалась о возможности того, что мы были правы. Может быть, я ещё не встретила своего человека? А это значит, что всё ещё впереди, и где-то обязательно найдётся тот, с кем я смогу создать настоящую и счастливую семью.

Эта мысль помогла мне взять себя в руки и немного воодушевиться. В это время Влад достал три бокала для вина и начал нервными движениями открывать кухонные шкафчики. Он судорожно пытался найти что-то из кухонной утвари, ругаясь грубыми и матерными словами. Я наблюдала за каждым его движением, испытывая беспокойство за его состояние.

– Что ты ищешь? – спросила я, уже пару минут наблюдая за мучениями Влада. – Может, тебе нужна моя помощь?

– Я ищу нож, – прорычал Влад. – И я сам хочу его найти. Уж в собственном доме точно.

Я не стала отвечать на грубость Влада, боясь попасть под горячую руку и вызвать лишний повод для ссоры. Ярость и злость, исходившие от Влада, были настолько ощутимы, что создавали сильный дискомфорт. Вскоре Влад всё-таки нашёл нож и, подойдя к холодильнику, стал хмуро осматривать его содержимое.

– Влад, я всё же настаиваю на том, чтобы помочь тебе. Я вижу, что ты на грани того, чтобы выйти из себя, – произнесла я как можно мягче, стараясь хоть как-то помочь ему справиться с агрессией. – Я прожила семнадцать лет без этих сил и до сих пор редко пользуюсь ими в обычной жизни. Позволь более опытному человеку справиться с этой задачей.

– Я даже не могу быть нормальным человеком, как и представителем, – прошептал Влад со злостью. Он резко кинул нож на столешницу. – Что я вообще теперь могу?

– Ты можешь быть помощником и учителем для таких, как я, – мягко и с заботой произнесла я, взяв его за руку. – Твоих знаний хватит на ещё несколько поколений.

– Ты мне предлагаешь быть преподавателем-теоретиком?

– Что-то вроде того, – усмехнулась я, а затем более серьёзно произнесла: – Ты никогда не будешь бесполезным. Твоя значимость для этого мира и для меня неоценима.

– Хотелось бы в это верить, – Влад тяжело вздохнул, а затем виновато добавил: – Поможешь мне оформить небольшой фуршет для нашей встречи с Вандой? Я даже сыр ровно резать не умею, не говоря уже о большем.

– Как же ты готовил блинчики у меня дома? Мне казалось, ты умеешь готовить простые блюда.

– Признаюсь, я каждый раз прибегал к помощи своих сил, чтобы приготовить еду, – Влад сказал это с трудом, словно ему было нелегко признать свою беспомощность. – Я не хотел, чтобы ты считала меня слабее в таких простых вещах, как кулинария.