Когнитивная иллюзия

Дамир медленно поднял свою руку, показывая открытую ладонь – универсальный знак мирных намерений. Существо посмотрело на ладонь, потом перевело взгляд на лицо капитана. И повторило жест – показало свою ладонь.

– Работает, – выдохнула Ирина. – Они понимают язык жестов.

– Или копируют, – уточнил Сергей. – Как обезьяны.

– Неважно. Главное, нет агрессии.

Дамир сделал шаг вперед. Существа напряглись, но не отступили. Еще шаг. Еще. Теперь он стоял в трех метрах от вожака, глядя ему в глаза. Вблизи существо оказалось еще более необычным. Кожа казалась бархатистой, глаза – огромными и глубокими, словно в них отражалась вечность.

– Я Дамир, – сказал он медленно, указывая на себя. – Да-мир.

Существо моргнуло. Склонило голову в другую сторону. Из его горла донесся звук – низкий, вибрирующий, похожий на гул.

– Да… мир, – повторило оно, искажая звуки, но узнаваемо.

– Оно повторяет! – ахнула Елена.

– Тихо, – шикнул Дамир. – Не спугните.

Он указал на существо и вопросительно поднял бровь. Вожак понял. Он приложил руку к груди и произнес последовательность звуков: «Кр-р-у-у-ш-ш».

– Круш, – попытался повторить Дамир.

Глаза существа расширились – кажется, от удивления. Оно повернулось к своим, издало серию щелчков, и те ответили таким же щебетанием. Похоже, они обсуждали происходящее.

– Круш, – повторил вожак, утвердительно кивая. Потом указал на Дамира: – Дамир.

– Да, – капитан кивнул. – Я Дамир.

И тут произошло нечто странное. Воздух вокруг существ начал слегка мерцать. Точно так же, как то мерцание на горизонте, только слабее, едва заметно. Разноцветные блики пробежали по их телам, исчезли, появились снова.

– Вы это видите? – спросила Ирина шепотом.

– Видим, – ответил Сергей.

Круш проследил за их взглядами, посмотрел на свои руки, на которых тоже плясали блики, и, кажется, понял. Он произнес еще что-то, и мерцание усилилось, затем резко прекратилось. Существа стали обычными – серыми, зеленоватыми, без всяких спецэффектов.

– Они управляют этим, – сделал вывод Дамир. – Это не случайность.

Контакт продолжался около получаса. Люди и круши – как окрестила их Ирина – обменивались жестами, звуками, пытались понять друг друга. Круши показывали на деревья, на небо, на землю, произносили какие-то слова. Люди повторяли, запоминали.

Но внезапно вожак насторожился. Он поднял голову, прислушался к чему-то, чего люди не слышали. Его сородичи тоже забеспокоились – задвигались, защелкали тревожно.

– Что случилось? – спросила Елена.

Круш посмотрел на Дамира. В его глазах появилось выражение, которое невозможно было перепутать: страх. Настоящий, животный страх. Он указал куда-то в сторону леса, потом на людей, потом сделал жест, который явно означал «уходите».

– Там опасность? – Дамир показал в направлении, куда указал круш.

Вожак энергично закивал. Он подошел ближе, взял Дамира за руку – прикосновение было теплым, чуть шершавым – и потянул в сторону от того места. Потом отпустил, отступил к своим, издал резкий крик, и вся группа крушей стремительно исчезла в зарослях. Быстро, бесшумно, словно их и не было.

– Ушли, – констатировал Сергей. – И нам советуют сделать то же самое.

– Значит, делаем, – решил Дамир. – Возвращаемся в лагерь. Быстро, но осторожно.

Они развернулись и зашагали обратно. По пути то и дело оглядывались, прислушивались. Лес казался спокойным, но после встречи с крушами любое движение листвы заставляло сердце биться чаще.

В лагерь вернулись за час до заката. Усталые, взволнованные, полные впечатлений. Новость о контакте разнеслась мгновенно – люди обступили разведчиков, забрасывая вопросами.

– Потом, – остановил их Дамир. – Сначала отчет для всех. Собирайтесь у костра.

Ирина уединилась в импровизированной лаборатории – палатке, где разложила свои приборы. У нее были образцы: несколько волосков, оставшихся на ветке, где стоял круш, частицы кожи, случайно попавшие на пробирку, которую Дамир держал в руке после прикосновения вожака.

Анализ занял несколько часов. Когда Ирина вышла к костру, лицо у нее было задумчивое.

– Ну что? – спросил Сергей.

– Странно все, – ответила она, усаживаясь рядом. – Биохимия крушей почти идентична человеческой. Те же аминокислоты, те же белки, те же углеводы. Отличия есть, но минимальные. Они могли бы есть нашу пищу, а мы – их. Мы совместимы на биологическом уровне.

– Насколько это вероятно? – спросила Елена.

– Нулевая вероятность, – отрезала Ирина. – Эволюция на разных планетах не может создать одинаковые формы жизни. Это исключено. Если только…

– Если только?

– Если только у них не было общего источника. Если только они не были созданы. Или мы не были созданы.

Тишина повисла над лагерем. Костер трещал, выстреливая искрами в темное небо. Люди переглядывались.

– Ты хочешь сказать, нас кто-то спроектировал? – спросил Павел с нервным смешком.

– Я хочу сказать, что совпадений слишком много, – Ирина пожала плечами. – Атмосфера, идентичная земной. Гравитация, комфортная для нас. Флора и фауна, похожие на земные. И теперь – гуманоиды с почти человеческой биохимией. Либо мы попали на планету, где эволюция пошла по тому же пути, что и на Земле, что невозможно, либо…