Бездна под асфальтом

Он пытался сосчитать вдохи. Шестьдесят секунд на выдох, сорок — на задержку. Старый приём линейных обходчиков, чтобы сбить паническую атаку после внезапного отключения вентиляции в секторе. Не помогало. Воздух в квартире казался слишком густым, пахнущим машинным маслом, озоном и жжёной проводкой. Будто кто-то закачал в спальню выхлоп буровой машины.

Перед глазами стояла белая, слепящая вспышка сектора номер восемь. И безликая фигура. Она не двигалась, но Алекс точно знал, что она смотрит. На сетчатке глаза, прямо под правым веком, застрял этот остаточный образ — серый силуэт без рта и глаз, проступающий сквозь темноту всякий раз, когда он моргал.

Он резко поднял голову. Зеркало над раковиной было покрыто вековой сеткой микротрещин, сквозь которые его собственное лицо дробилось на дюжину осколков. Под левым глазом залегла глубокая, свинцовая тень — не от недосыпа, а такая, какую оставляет въевшаяся в поры угольная пыль.