Изнанка психотерапии

Изнанка психотерапии

Николай Просвещенный

© Николай Просвещенный, 2026

ISBN 978-5-0071-0852-2

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Почему я решил написать эту книгу?

Если вы держите в руках эту книгу, значит, вы либо интересуетесь психологией, либо работаете в ней, либо вам её подарил кто-то с сомнительным чувством юмора. В любом случае — добро пожаловать. Я рад, что вы здесь. Хотя, возможно, к концу чтения вы будете не так рады, как в начале. Но это нормально. Психотерапия вообще часто работает именно так: сначала становится хуже, а потом — мы надеемся — лучше. С этой книгой будет примерно так же.

Меня зовут неважно как. Я работаю частным психологом больше десяти лет. За это время я провел несколько тысяч консультаций, выслушал несколько тысяч историй, выпил несколько тысяч чашек кофе в перерывах между сессиями и несколько тысяч раз задал вопрос: «Что вы сейчас чувствуете?». Я видел эту профессию с разных сторон: как студент, как практик, как супервизор, как клиент собственной терапии. Я видел её взлеты и падения, её героев и её монстров. Я видел, как психология спасает жизни, и я видел, как она их разрушает. Я видел достаточно, чтобы написать эту книгу. И я написал её не потому, что я самый умный или самый опытный. Я написал её, потому что устал молчать.

Эта книга — об изнанке психотерапии. О том, о чем не пишут в учебниках. О чем не рассказывают на конференциях. О чем молчат в профессиональных чатах. О том, что происходит в тишине частных кабинетов, за кулисами психологических институтов, в коридорах государственных учреждений и на просторах социальных сетей. Эта книга — о шарлатанстве, которое прикрывается дипломами. О бизнесе, который притворяется помощью. О сектах, которые маскируются под образовательные программы. О маркетинге, который заменил компетентность. О клиентах, которые платят деньги годами, не получая результата. О психологах, которые лечат других, но не могут вылечить себя. Обо всём том, что составляет теневую сторону нашей профессии — ту сторону, которую мы, психологи, предпочитаем не замечать или делать вид, что её не существует.

Я пишу эту книгу от первого лица и в ироничном ключе. Это не академическое исследование и не сборник научных статей. Это, скорее, долгий разговор с коллегой на кухне после тяжелого рабочего дня — когда можно снять маску «принимающего и безоценочного» специалиста и сказать то, что думаешь на самом деле. С сарказмом, с горечью, с самоиронией. Потому что я — часть этой системы. Я сам совершал ошибки, о которых пишу. Я сам участвовал в том, что критикую. Я сам платил деньги за сомнительные сертификаты, ходил к супервизорам, которые не помогали, и вел блог в Запретграмме1 с умными цитатами.

Но именно поэтому я считаю, что имею право говорить. Потому что я знаю эту кухню изнутри. Я видел, как мои коллеги, вчерашние менеджеры по продажам, после трехмесячных курсов открывают частную практику и называют себя психологами. Я видел, как мои учителя, люди с тридцатилетним стажем, создают вокруг себя культы и требуют от студентов безоговорочной лояльности. Я видел, как мои клиенты годами ходят на терапию без малейшего улучшения, потому что их психологу выгодно, чтобы они не выздоравливали. Я видел достаточно, чтобы потерять иллюзии. Но я видел и другое — и поэтому всё еще остаюсь в профессии.

Эта книга не для того, чтобы отговорить вас ходить к психологам. И не для того, чтобы убедить вас, что все психологи — мошенники. Эта книга для того, чтобы вы научились отличать зерна от плевел. Чтобы вы знали, какие вопросы задать специалисту, прежде чем доверить ему свою душу и свои деньги. Чтобы вы понимали, как устроен этот рынок, кто на нём зарабатывает и какими методами. Чтобы вы не становились жертвой — ни шарлатанов, ни сектантов, ни просто некомпетентных людей, которые искренне верят, что они помогают, хотя на самом деле калечат. Знание — это защита. И эта книга — оружие. Оружие самозащиты для клиента и оружие саморефлексии для психолога.

Я предупреждаю сразу: будет больно. Местами — смешно. Местами — обидно. Местами — цинично. Я не собираюсь щадить ничьи чувства — ни коллег, ни клиентов, ни свои собственные. Я буду называть вещи своими именами, даже если это кому-то не понравится. Я буду приводить реальные примеры, изменяя имена и детали, но сохраняя суть. Я буду говорить то, что обычно говорят шепотом и только в кругу самых доверенных лиц. Потому что молчание — это то, на чём держится изнанка. Пока мы молчим, ничего не меняется. Шарлатаны продолжают практиковать, секты продолжают вербовать адептов, агрегаторы продолжают собирать комиссии, а клиенты продолжают платить деньги в пустоту.

Я не претендую на истину в последней инстанции. Всё, что вы прочитаете, — это мой субъективный взгляд, основанный на моем личном опыте и опыте моих коллег. Кто-то со мной согласится. Кто-то захочет поспорить. Кто-то обвинит меня в чернухе и очернении профессии. Что ж, я готов к этому. Я не пишу эту книгу, чтобы понравиться всем. Я пишу её, потому что считаю это важным. Потому что я люблю эту профессию — несмотря ни на что. И именно потому, что я её люблю, я не могу молчать о том, что её разрушает.

Эта книга состоит из нескольких частей. Мы начнем с того, кто такой современный частный психолог и как маркетинг победил компетентность. Пройдемся по бизнес-моделям, которые держатся на зависимости клиента. Заглянем в ассоциации, институты и сертификационные центры. Разберем медийных психологов и индустрию книгоиздания. Спустимся в Запретграмм и на агрегаторы. Поговорим об этике, супервизии и личной терапии. Сравним частную практику с государственной. Коснемся культа научности, нейро-хайпа и корпоративного тренинга. И в конце, пройдя через все круги этого своеобразного ада, я попробую ответить на главный вопрос: что со всем этим делать и стоит ли вообще обращаться к психологам после всего, что вы узнали.

Я не обещаю, что ответ будет однозначным. Я вообще мало что обещаю — в этом мы с вами убедимся по ходу чтения. Единственное, что я обещаю, — это честность. Насколько это вообще возможно в книге, написанной практикующим психологом о своей собственной профессии. А дальше — решать вам. Вы можете закрыть эту книгу прямо сейчас и забыть всё, что прочитали во введении. Или можете пойти со мной дальше — в изнанку. В тень. В то, о чем молчат. Выбор за вами.

Ну что, поехали? Добро пожаловать в закулисье психотерапии.

И последнее. Если вы практикующий психолог и узнаете в ком-то из описанных персонажей себя — не спешите обижаться. Я пишу не про вас лично. Я пишу про систему, в которой мы все существуем. Про условия, которые делают шарлатанство выгодным, а честность — неконкурентоспособной. Про выборы, которые мы делаем каждый день, часто даже не замечая этого. И если вам покажется, что я сгущаю краски, — возможно, вы правы. А возможно, вам просто повезло не столкнуться с тем, с чем столкнулся я. Но поверьте: то, о чем я пишу, существует. И его гораздо больше, чем хотелось бы. Гораздо больше, чем мы готовы признать. И единственный способ с этим бороться — это перестать делать вид, что этого нет.

Глава 1. Как люди приходят в психологию

Прежде чем начинать наши далекоидующие рассуждения давайте узнаем, как вообще человек, сидящий в кабинете напротив вас и выслушивающий ваши жалобы, пришел в профессию психолога. Наверняка он имеет огромное количество официальных дипломов, постоянно проходит супервизию и личную терапию, использует научные методы и работает над своими ошибками. Или нет?..

На самом деле путь среднестатистического современного частного психолога немного разниться в зависимости от его пола.

Путь женщины в психологию особенно тернист в этом смысле. Обычно у нас имеется некоторая домохозяйка, которая томится дома одна в ожидании зарплаты своего мужа. Она готовит, убирает, просматривает социальные сети, где ей рассказывают о раскрытии своего потенциала и о женской независимости, и неожиданно к ней приходит ее подруга. Подруга Галина жалуется на своего мужа, на то, как он в очередной раз остался на ночь не с ней, а со своей Светкой с работы, и теперь она не знает, что ей делать и как сохранить брак. Наша героиня, назовем ее Маргарита, «глубоко вникает» в проблему и говорит: «А ты поставь ему ультиматум! Либо он остается с тобой и с детьми, либо развод!». Галина так и делает, заставляя мужа притвориться, что он больше не пойдет налево, а затем приходит с благодарностью к Маргарите за такой дельный совет. И тут Маргариту осеняет «Я же понимаю людей!», тем более что все ее подруги в восторге от нее. В то же время ей не сидится на месте, ведь просто готовить для мужа скучно, и вот она открывает свою практику. Практика эта выглядит примерно, как приглашение на сессию всех своих подруг, а также случайных встречных с ноготочек на сеансы за 1000—2000 рублей.

Сама практика такой психологини мало чем отличается от того, что она делает со своими подругами. По сути, разница лишь в том, что раньше она общалась с подругами бесплатно, а теперь с теми же людьми и с подругами подруг за деньги. В целом на этом карьерный путь может и закончиться. Однако, те женщины, которые берут на себя чуть больше ответственности, все же начинают развиваться в профессии и ходить на различные психологические курсы (куда-то же надо тратить деньги мужа). И это хорошо… Проблема лишь в том, что это всегда курсы на пару недель или месяцев с непонятным содержанием, так как у самой героини нет базового образования и для нее курсы по КПТ или гештальту стоят примерно на том же уровне, что и курсы по семейным расстановкам, тета-хиллингу и картам Таро. Но в целом, все хорошо, наш психолог честно развивается в профессии.

А теперь давайте посмотрим на эту прекрасную картину с другой стороны. С точки зрения клиента. Клиентка Маргариты — реальный человек с реальной проблемой. Она пришла не за тем, чтобы попить чай на чужой кухне и получить порцию эмпатии. У неё, возможно, клиническая тревога, или депрессия, или созависимость, или что-то еще, что требует не просто «поговорить», а серьезной работы, иногда медикаментозной поддержки. Но Маргарита не знает этого. Её не учили клинической диагностике. Её не учили отличать невроз от психоза, реактивную депрессию от эндогенной, бытовую тревогу от генерализованного тревожного расстройства. На её трехмесячных курсах была одна лекция о психических расстройствах, которую вел приглашенный психиатр, но Маргарита плохо её помнит, потому что это было скучно и неинтересно — всё эти диагнозы, классификации, МКБ-10. Ей гораздо ближе были темы про «самооценку», «границы» и «внутреннего ребенка». Поэтому она не видит красных флагов. Она слышит, что клиентка жалуется на отношения с мужем, и работает с отношениями. Но клиентка пришла с отношениями, а на самом деле у неё — клиническая депрессия, и каждый разговор о муже — это лишь симптом, а не причина. Но Маргарита этого не знает. Она продолжает проводить сессии, клиентка продолжает плакать, становится все хуже и хуже, а Маргарита списывает это на «сопротивление» или на «глубину процесса». Клиентка не получает адекватной помощи, её состояние ухудшается, и однажды она может дойти до точки, когда помощь уже не потребуется, потому что она просто перестанет пытаться.

Но Маргарита об этом не узнает. Клиентка просто перестанет ходить. Найдет себе другого такого же любителя. Или вообще разочаруется в психологии. А Маргарита будет продолжать свою подработку, уверенная, что она — хороший специалист. Потому что у неё есть сертификат. Потому что клиенты приходят и платят. Потому что она «помогает» — по крайней мере, ей так кажется. И она ни разу в жизни не задумалась о том, что помощь — это не только чувство облегчения после разговора. Помощь — это еще и ответственность. Ответственность за то, чтобы не навредить. Ответственность за то, чтобы вовремя сказать: «Я не знаю, что с вами происходит, вам нужно к врачу». Ответственность, о которой Маргарита понятия не имеет, потому что на её курсах про ответственность не говорили. Говорили про «право на ошибку» и про «гуманистический подход». А про то, что за ошибку можно заплатить чужой жизнью, — не говорили. И Маргарита продолжает работать.

Да, и о какой ответственности здесь может идти речь, если от потери профессии ничего не зависит. Всегда есть муж, который в случае чего обеспечит всем необходимым, а две тысячи плюс или минус, не имеет особого значения. Да, и какая ответственность, может быть перед подругой, которая всегда оценит твою помощь, никогда не пожалуется и всегда оплатит твои услугу. Ведь ты для нее становишься не только подругой, но и значимым авторитетом с сертификатом!

А, что с мужчинами, как они приходят в бизнес? Давайте, пока остановимся на женщинах, ведь именно они в первую очередь будут возмущаться и обвинять меня в дискриминации. Как так, я рассматриваю всех женщин как домохозяек, сидящих на шее у мужей и обесцениваю их труд психолога!!!

Несмотря на то, что я не писал ничего подобного, женщины прочтут это именно так и именно так чаще всего и выглядит женская терапия. Такая психологиня чаще всего просто делает наиболее доступный ей вывод, обусловленный ее опытом и предубеждениями. Зачем разбираться в сказанном, если можно просто заявит, что автор сексист, а муж подруги — абъюзер, ведь в этой ситуации все понятно, и зачем тратить силы на дополнительные размышления. А еще лучше, если она где-то в книжке прочитала про архетипы и теперь втирает всем своим клиентам идеи нереализованного анимуса и пути героя. Ведь подумать своей головой бывает сложно.

Так вот. Я не собираюсь здесь принижать кого-либо по полу. Я допускаю, что многие женщины по-другому выстраивают свою жизни. И что даже если мы говорим о домохозяйке, то вполне может быть так, что эта домохозяйка станет через какое-то время выдающимся психотерапевтом, если действительно направит свою энергию в нужное русло. Просто в большинстве своем все происходит по-другому…

Теперь к мужчинам. У мужчин модель немного другая. Обычно это уже либо состоявшийся бизнесмен, либо фанат тренингов успешного успеха, который хочет «срубить побольше бабок». Вот живет такой мужчина, наблюдает за модными трендами, а может и сам встречается с какой-то проблемой и идет к психологу. За сеанс психолога он платит пять-десять тысяч рублей, и оказывается, что этот сеанс состоит в том, что ты просто приходишь к специалисту, а он тебя сидит и слушает, и периодически задает вопросы. Нашему мужчине, назовем его Николай, даже необязательно самому обращаться к психологу, он может просто оценить сколько денег он дает на психолога своей жене, и что происходит во время сеансов по ее рассказам. И теперь, осеняет уже нашего мужчину «А я что лох какой-то, на заводе горбатиться, когда тут можно бабки грести, просто сидя в кресле?». Вот так и начинается путь мужчины в психологии. Причем мужчина часто может подойти чуть-чуть более ответственно ко всему этому делу, потому что если женщина может просто заявить «Я хорошо понимаю людей, и мне не нужны никакие курсы», то мужчина скорее всего на курсы все-таки пойдет. Опять же я говорю про среднюю статистику, так как полно людей, считающих себя «непризнанными гениями» (хотя слово «гений» здесь лишнее), и создающих свои методы, собирающих паству вокруг себя, не имея к психологии отношения вообще. Но сейчас не об этом.

В общем дальше наблюдается вполне понятная развилка. Если мы говорим о бизнесмене, то психотерапия превращается для него в некоторое хобби, когда он принимает клиентов раз в полгода, оставляя основной фокус внимания на основной работе. Опять же, будет ли у человека хоть какая-то ответственность, если заработок от терапии составляет для него один процент от дохода? Очевидно, что нет. Поэтому деятельность такого человека выглядит примерно так: сходил на тренинг по гипнозу; возомнил себя хитрым и великим гипнотизером с тайным знанием; решил, что применять гипноз — это весело и раз в годик можно на ком-нибудь отрепетировать свои навыки; если клиент недоволен, то он будет послан куда-подальше, потому что не понимает величия мастера.

Второй путь мы наблюдаем, если мужчина не имеет основного источника дохода и надеется сделать психологию таковой. В итоге он достаточно быстро обламывается. Ведь оказывается, что обещания в рекламе очередных курсах, о том, что вы уже через месяц будете получать по триста тысяч, отучившись у них авторскому методу, обычный развод, а чтобы стать успешным надо вкладывать неимоверные усилия и деньги.

И я хотел бы сфокусировать на этом особое внимание, ведь для современного скептического обывателя, психолог — это миллионер-бездельник, который делает деньги из воздуха. Но спешу вас разочаровать, возможность стать успешным психологом и делать деньги из воздуха, никак не связана с самим образованием психолога и профессией как такой. Стать успешным психологом и зарабатывать триста тысяч в месяц за счет того, что ты обучился психологии, это как стать голливудской звездой, за счет того, что ты отучился на актера или писателем уровня Джоан Роулинг, за счет такого, что ты написал книгу. Как вы понимаете, это все вещи никак не связанные между собой, а успех психолога зависит в первую очередь от маркетинга и обычной удачи, а не его навыков и качества оказываемых им услуг.

Теперь о бизнес-модели этого явления. Психолог-любитель — это идеальный сотрудник для многих платформ и агрегаторов. Он дешевый, он не требует высокой квалификации, он не задает неудобных вопросов, он не требует супервизии за счет платформы, он готов работать за процент, потому что для него это не основной доход, а приятное дополнение. Агрегаторы обожают таких специалистов. Они заполняют базу, создают видимость большого выбора, и клиент, ищущий недорогого специалиста, попадает именно к ним. Дешево — значит доступно, значит, и клиентов больше, значит, и комиссий больше. Качество помощи в этой бизнес-модели не просто не важно, оно даже вредно. Потому что хороший специалист стоит дорого, он не будет работать за копейки, он будет задавать вопросы платформе, он будет требовать условий. А любитель — он удобен. Он послушен. Он не знает своих прав. Он счастлив уже тому, что у него есть клиенты. И платформа счастлива. И клиент, который не знает разницы, счастлив первое время. А потом — нет. Но это уже не проблема платформы. Платформа получила свою комиссию. Платформа довольна. Платформа ищет следующего любителя.

Особенно остро эта проблема стоит в небольших городах, где профессиональных психологов практически нет. Там психолог-любитель — это часто единственная доступная «помощь». И люди идут к ней. Потому что больше некуда. Потому что в соседнем городе специалист, но туда ехать три часа и сессия стоит в три раза дороже. А тут — своя, местная, доступная. И она слушает, и она сочувствует, и она даже что-то советует. И люди верят. Они не знают, что их лечит не психолог, а человек, который просто хочет заработать на хобби и чувствовать себя нужным. Они доверяют. И часто платят за это доверие самой высокой ценой — своим психическим здоровьем.

Еще один важный аспект — это полное отсутствие экстренной проработки у таких специалистов. Что делает квалифицированный психолог, если клиент приходит в тяжелом кризисном состоянии, с суицидальными мыслями, с психотическим срывом? Он оказывает первую поддержку, оценивает риски и, если понимает, что ситуация выходит за рамки его компетенции, немедленно направляет к психиатру или в кризисный центр. Иногда он сам звонит в скорую, если клиент не может это сделать. Это называется профессиональной ответственностью. Что делает психолог-любитель, столкнувшись с тем же самым? Он пугается. Он не знает, что делать. Он либо делает вид, что ничего страшного не происходит, и продолжает «терапию», либо, еще хуже, начинает давать советы из серии «подумайте о хорошем» или «вам нужно больше позитива», что в случае клинической ситуации — это смертельно опасно. Он не знает, что такое суицидальный риск, как его оценить и как с ним работать. Он не знает, что его слова могут подтолкнуть клиента к действию. Он не знает, что его некомпетентность может стоить жизни. Но он продолжает. Потому что это его хобби. И хобби, как известно, не требует ответственности. За хобби не наказывают. За хобби не лишают лицензии — потому что лицензии у него нет. За хобби просто платят деньги. И всё.

Я не хочу сказать, что каждый психолог-любитель — это злодей. Нет. Большинство из них — хорошие, добрые, искренние люди. Они действительно хотят помогать. Они действительно верят, что делают доброе дело. Они читают книги, смотрят вебинары, стараются. Но старания не заменяют системного образования. Добрые намерения не заменяют клинических знаний. Искренность не заменяет супервизии. И все вместе они не делают человека психологом. Они делают его опасным дилетантом. Дилетантом, который не знает границ своей некомпетентности. Дилетантом, который лечит там, где нужно направлять. Дилетантом, который берет деньги за то, что не умеет делать. И это — главная трагедия всей этой истории.

Глава 2. Бизнесмен в кресле психолога

Сейчас мы подходим к очень скользкому, но важному вопросу: а кого вообще мы имеем в виду, когда говорим «современный частный психолог»? Давайте нарисуем коллективный портрет, не стесняясь в деталях, потому что именно из этих деталей и складывается та самая изнанка профессии, ради которой мы здесь собрались. Современный частный психолог — это, как правило, человек, пришедший в профессию не из большой любви к науке о душе, а из желания решить собственные проблемы и заодно заработать денег способом, который кажется ему необременительным. Сидеть в мягком кресле, кивать головой и изредка задавать вопросы — что может быть проще? В его представлении психотерапия — это такая дружеская беседа, только платная. Он не знает, что терапия — это тяжелый, изнурительный труд, требующий колоссальной эмоциональной выносливости. Он этого не знает, потому что его образование об этом умалчивает.

Образование — это отдельная песня. Типичный современный психолог получил свою квалификацию на курсах, которые длятся от двух недель до трех месяцев. Двухнедельный интенсив, на котором ему рассказали про Фрейда, показали колесо эмоций и дали пару техник активного слушания, считается достаточным основанием для того, чтобы начать работать с живыми людьми. Его научили правильно кивать, держать паузу и задавать открытые вопросы — и всё, он специалист. Диплом государственного образца? Нет, не слышал. Медицинское образование? Зачем, мы же не врачи, мы «про душу». Клиническая психология? Слишком сложно и долго, лучше я запишусь на вебинар по метафорическим картам, там хотя бы весело. И вот с этим багажом — вебинары, два-три сертификата сомнительного происхождения и глубокая убежденность в собственной гениальности — человек выходит на рынок и начинает лечить людей.

Но самое завораживающее в этом портрете — даже не отсутствие нормального образования, а полное отсутствие рефлексии по этому поводу. Современный частный психолог искренне считает себя профессионалом. Он даже не догадывается о масштабах собственного невежества — это классический эффект Даннинга-Крюгера в действии. Он никогда не читал научных статей, он не в курсе последних исследований в области нейробиологии, он не знает критериев диагностики психических расстройств, но зато он прошел «посвящение» у какого-нибудь модного коуча и теперь сам преподает. Да-да, вы не ослышались: психолог, который практикует без году неделя, уже запускает собственные курсы для таких же новичков, как он сам. Пирамида раскручивается стремительно: сегодня ты платишь сто тысяч за обучение, а завтра ты берешь двести тысяч с тех, кто пришел учиться у тебя. Качество этих курсов оставляет желать лучшего, но кого это волнует, если деньги текут рекой?

Отдельного упоминания заслуживает отношение нашего героя к личной терапии. В профессиональном сообществе есть золотое правило: психолог обязан проходить собственную терапию. Не потому что это модно, а потому что непроработанный специалист — это ходячая бомба замедленного действия, готовая рвануть в самый неподходящий момент и задеть осколками клиента. Но частный психолог, портрет которого мы рисуем, с этим правилом знаком шапочно. В лучшем случае он один раз сходил к коллеге — не потому что чувствовал такую необходимость, а потому что «так положено», чтобы поставить галочку. Отсидел пять сессий, поговорил о погоде, получил негласное благословение и с чистой совестью вернулся к практике. Свои собственные травмы, защиты, проекции и слепые зоны остались при нем, но теперь они приправлены уверенностью, что «я проработан».