скачать книгу бесплатно
Женщина была тоже в очках, но они ей шли гораздо меньше. Не участвуя в разговоре Лаймса и его молодого помощника, она с серьёзной сосредоточенной физиономией настраивала что-то в стоящем на столе портативном компьютере. Оба они были предположительно Никами первой степени. А то и вообще Нормами, хотя такое, ввиду их возраста, было маловероятно.
Наконец, в помещение вошёл последний из тех, кого все ждали. Им оказался военный, лет пятидесяти, стройный и подтянутый, с аккуратным седым «ёжиком» коротко стриженых волос. «Словно из доэволюционных фильмов», отметила про себя Оливия. Немного осоловелые глаза и пружинистая, чуть приплясывающая походка – вот и всё, что выдавало в нем Алка.
Военный кивнул Лаймсу и занял место в президиуме, если так можно было назвать стол с ноутбуком, стоявший полубоком к расставленным стульям.
– Ну вот, все в сборе, – обратился ко всем профессор, тоже усевшись. – Для начала позвольте вас друг с другом познакомить. Не волнуйтесь, я буду называть только имена, и только те, которые вам предоставили вместе с легендой и охраной от правительства.
Лаймс называл каждого, кто принимал участие в просмотре, знакомя его с остальными.
Близняшек, оказалось, зовут Анна, она была Алком, и Пэтти, Ник.
Вороватый бомж-Ник откликнулся на имя Фрэнк.
Деревенщину звали Артуром, а мачо Альфредом.
Мышь в очках звалась так же, как базу, на которой они все сейчас находились – Розой. А взбалмошная негритянка с афро оказалась Самантой.
У Духа же было скучное, полностью ему подходящее, имя – Джим.
Предтечи в основном безразлично кидали друг на друга взгляды. Рад был со всеми познакомиться, махал каждому и кричал «Привет!» только качок Альфред, да несколько раз, потея от преодолеваемой застенчивости ещё больше, улыбнулся толстяк-фермер. Дух вообще, возможно, даже спал.
– Меня зовут Бенджамин Лаймс, я профессор медицины и биологических наук, – перешёл профессор на себя. – Некоторые из вас общались только со мной. Некоторые со мной и с Джулианом, – он указал на своего молодого помощника. – Познакомьтесь, это очень талантливый химик. А кто-то только с миссис Азар, она доктор наук и специалист по генетике, и полковником Маклиннером, – представил он военного и женщину в очках. – Теперь же давайте познакомимся все вместе.
Профессор встал, опершись руками о стол.
– Вместе мы являемся руководством проекта «Адекват», реализовать который есть первейшая и наиглавнейшая задача не только для правительства Соединённых Штатов, но и для всего человечества в целом. Вы, хотя и в разной степени, уже посвящены в главную цель нашей работы: повернуть вспять те изменения, которые перенёс наш вид за последние девяносто с небольшим лет. Вы все являетесь потомками Предтеч, первых изменившихся в ходе эволюции представителей человечества. В вашем геноме есть уникальные участки, обработка информации с которых может дать человечеству шанс на надежду. Может быть самый последний шанс.
Лаймс сделал паузу, чем тут же воспользовалась Саманта.
– Ну охереть теперь, – фыркнув, прокомментировала она патетическую речь профессора. – Ради этого мы торчали тут больше часа.
Профессор растерянно замолчал. Афро пояснила свою реакцию:
– Вы всё это уже говорили и не раз. Думаете, нам интересно? Но валяйте дальше. Считайте, я просто ещё раз прониклась замыслом.
Оливии это не понравилось. Старик говорил искренне, она почему-то стала за него переживать. Краем глаза Флоренс заметила, что Роза тоже нахмурилась. Видимо и она не была в восторге от грубой выходки Саманты.
– Да… Так вот… – профессор вернул себе сосредоточенность. – Лучшей демонстрацией того, чего мы можем добиться с вашей помощью, будет видео, снятое у нас в лаборатории «Роза» и на полигоне базы. А потом я отвечу на вопросы, которые у вас наверняка возникнут.
Глава 5. «Адекват»
Джулиан погасил свет, а женщина в очках запустила с ноутбука видео. Начиналось оно с предупреждающей надписи о том, что всё, что сейчас увидит зритель, является собственностью министерства обороны США и сделано исключительно для служебного использования. За копирование и даже простое разглашение сведений из фильма, без предварительного одобрения военных, виновного ждало уголовное преследование. Далее начался сам фильм.
«Второй за день» – подумала вновь борющаяся со сном Оливия Флоренс.
На экране появился молодой мужчина в форме морского пехотинца, а также стоящий рядом с ним Бенджамин Лаймс. Видно было, что Лаймс волнуется, в отличие от бравого, вытянувшегося перед ним по стойке «смирно», военного.
– Ваше имя и звание, сэр? – стараясь звучать по-военному задал вопрос Лаймс.
– Сержант морской пехоты Джон Митчелл-Алк, сэр. Двенадцатая рота, сэр.
– Замечательно. Вас предупредили, что от вас потребуется?
– Так точно, сэр. Это не составит труда, сэр.
– Как ваше самочувствие, сержант?
– Отлично, сэр!
– Нужно будет показать максимум того, на что вы способны. Вы готовы?
– Так точно, сэр! Готов, сэр!
– Ок… – Лаймс на мгновение отошёл от протокола. – А никак без этих «сэров», Митчелл?
– Никак нет, сэр! Устав, сэр!
– Понял, понял, хватит, не надо. Приступим к испытаниям, полковник?
Камера повернулась, и зрители увидели полковника Маклиннера, который, оказывается, тоже был рядом. Полковник кивнул учёному, не меняя положения ни единого мускула на лице. На котором, впрочем, пусть и не так явно, как у профессора, но тоже читались волнение и положенная моменту собранность.
Лаймс заговорил, читая по бумажке, камера вернулась к нему:
– Сержант Джон Митчелл, Алк второй категории, 22 года, отличник физической и боевой подготовки пройдёт полосу препятствий повышенной сложности, стараясь показать максимально высокий результат. Фиксируются: время прохождения – общее и каждого из этапов, а также основные параметры физического состояния Джона Митчелла. Пульс, давление, частота дыхания, общие кардиопоказатели. Если все готовы, можем начинать.
Камера выхватила миссис Азар, сидящую перед компьютером, фиксирующим научные данные. Камерой, подумала Оливия, наверное, управлял Джулиан.
Далее гостям «Розы» показали прохождение сержантом Джоном Митчеллом всех участков армейской полосы препятствий. От простых, типа, передвижения по-пластунски под натянутой маскировочной сетью (сержант справился с ней с честью, всего лишь пару раз завозившись с зацепившейся за сетку автоматической винтовкой), до довольно специфических – перемахнуть через двух с половиной метровый забор у Митчелла так и не получилось. Чтобы он совсем себя не вымотал бесплодными попытками, полковник был вынужден дать сигнал оставить это препятствие позади и отправиться к следующему.
Наконец, запыхавшийся солдат достиг финиша. Лаймс щёлкнул секундомером и показал его Маклиннеру. Тот зааплодировал.
– Отличные показатели! – с искренним восхищением произнёс полковник на камеру. – Лучшие в роте! Из пятнадцати объектов не пройдено одно, семь пройдены со второй попытки, три с третьей и четыре с первого раза. Очень неплохо, сержант!
Стоявший на вытяжку Митчелл отдал честь. Маклиннер хлопнул его по плечу:
– Перейдём к стрельбе!
Далее сержант Джон Митчелл стрелял по мишеням. Полученный результат впечатлил полковника схожим образом.
– Одиннадцать из пятнадцати! Более чем неплохо. Вы знаете своё дело, сержант.
– Первая часть эксперимента закончена, – объявил с экрана Бенджамин Лаймс, – и мы переходим ко второй. Вам нужен отдых, Митчелл? – обратился он к сержанту. Сержант ответил отрицательно. – Сейчас я попрошу вас повторить всё, что вы только что делали.
– Я готов, сэр, – отрывисто ответил Митчелл. – Но прошу простить, если результаты будут несколько хуже. Две полосы препятствий за один день, это…
– Да, мы учтём, – пообещал учёный. – Подойдите, пожалуйста, ко мне и закатайте рукав.
Сержант выполнил приказание. Лаймс взял шприц, наполненный жидкостью бледно-розового цвета, и воткнул его в руку Митчеллу, между плечевым суставом и локтем. Большим пальцем профессор плавно нажал на шток, вводя препарат в организм солдата. Лаймс отложил пустой шприц и взглянул на Митчелла, стараясь уловить начало действия препарата. Сержант, согнув по просьбе Лаймса руку в локте, продолжал стоять по стойке «смирно», но на лбу его крупными каплями выступил пот.
Полковник следил за всем, что происходит, с большим интересом.
– Как ваше самочувствие? – спросил профессор сержанта. – Чувствуете, что что-нибудь изменилось?
– Абсолютно нормально, сэр, – ответил Джон Митчелл спустя небольшую паузу. – Немножко жарко и… щекочет в висках. Как будто… Не знаю, с чем сравнить, сэр!
– Это ничего, – сказал Лаймс. – Думаю, так и должно быть. Ещё какие-то ощущения?
– Что-то с глазами, – произнёс сержант, слегка покачнувшись.
– Что именно? Помутнение, дымка? Двоится изображение?
– Нет, сэр. Наоборот. Я не очень понимаю, как сказать… Всё стало как-то… чётче?
Лаймс резко развернулся к камере:
– Вы всё фиксируете, Джулиан?
– Конечно! – ответил из-за кадра голос, вероятно принадлежащий молодому помощнику учёного.
– Предлагаю продолжить эксперимент. Вы не против? – спросил учёный у полковника.
– Продолжайте, профессор, – ответил тот.
– Сержант, ждите сигнала.
Бенджамин Лаймс подошёл к камере и заговорил возбуждённым тоном близкого к открытию исследователя:
– Только что сержанту Джону Митчеллу, Алку второй категории, введена вакцина «Адекват», версия девятнадцать дробь шесть. Сейчас он попробует пройти ту же полосу препятствий повышенной сложности, стараясь, как и прежде, показать максимально высокий результат. Фиксируются те же данные: время прохождения, пульс, кровяное давление, параметры мозговой и сердечной активности. Митчелл, если вы готовы, пройдите на старт.
Далее все увидели невообразимое.
Полосу препятствий словно проходил другой человек – значительно превосходящий предыдущего по подготовке. Во-первых, все участки он преодолел с первой попытки. Во-вторых, скорость и координация его действий возросли поразительно.
Лаймс показал Маклиннеру секундомер. Тот отказывался поверить глазам.
– Это невероятно! – произнёс он в камеру. – Время прохождения улучшено вдвое. Более чем вдвое! Это почти… это почти доэволюционные показатели! Бегом, на стрельбу, Митчелл!
С мишенями Джон Митчелл разобрался также убедительно. Он уложил их все и тоже в рекордное время.
– Рукопашный бой! – объявил Маклиннер, ярко переживающий за каждый успех сержанта, как за свой собственный.
Против Митчелла вышел огромный солдат-детина. Военные двинулись друг на друга. И тут Лаймс остановил видео.
– Учитывая, что среди нас дамы, вам не нужно видеть того, что было дальше. Я только скажу, что первым же приёмом Митчелл сломал своему инструктору руку, а дальше начался вообще кровавый кошмар. В общем, поверьте мне на слово.
Предтечи не стали настаивать. Подали голос только качок Альфред, которого увлекла спортивность видео, он заявил, что с удовольствием досмотрел бы до конца, и поддержавший его Ник-Фрэнк. Когда Митчелл проходил препятствия, они оба болели за него, выкрикивая подбадривающие (и раздражающие других) реплики, как будто они могли хоть как-то повлиять на то, что происходило и в другом месте, и в другое время.
В комнате включили свет. Заморгали успевшие привыкнуть к темноте глаза.
К Лаймсу вышли Маклиннер и миссис Азар. Молодой человек по имени Джулиан скромно остался на месте.
– Вот, – с улыбкой произнёс Лаймс, смотря на аудиторию поверх спущенных на нос очков. – Теперь вы знаете, на что способен «Адекват». Согласитесь, это впечатляет. Как я неоднократно говорил ранее, это действительно шанс для всего человечества. Мы можем стать такими, как прежде!
Оливия окинула взглядом других Предтеч – можно было сказать, что фильм не оставил равнодушным большинство из них. Альфред, Фрэнк и, примкнувший к ним, наверное, чтобы выглядеть более компанейским, фермер Артур даже поаплодировали учёным. Роза протирала очки, Оливии показалось, что «серая мышка», проникнувшись достижениями науки, успела растрогаться и даже всплакнуть.
– Рада за всё человечество! Прямо слов нет, профессор, – прокомментировала Саманта, и опять с вызовом. – Одно непонятно, причём тут лично я, и как это лично меня касается?
– Об этом сейчас и пойдёт разговор, – произнёс профессор и взглянул на Маклиннера. Как будто разрешая учёному вести разговор дальше, полковник коротко кивнул. – Позвольте, от имени правительства Соединённых Штатов Америки сделать вам предложение. Выгодное, я это обещаю, всем сторонам процесса!
Глава 6. Предложение
Оливия не знала, как относиться к увиденному. С одной стороны то, что рассказал ей перед прибытием на «Розу» профессор, подтвердилось. Препарат, названный «Адекватом», работал и возвращал человеческому организму способность быть таким же, как прежде, до Большого изменения. С другой, она совершенно не была поклонницей людей в военной и медицинской формах, тративших огромные ресурсы на придумывание новых способов убивать себе подобных. Как будто их мало было придумано до этого? Столкнувшись с насилием в глубоком детстве, она испытывала к нему только отвращение, презрение и страх. Разделить милитаристские восторги полковника Маклиннера Оливия не была готова точно.
Что думали по этому поводу остальные, пока было неясно. Вслух, по крайней мере, никто сразу не высказался, предпочтя выслушать сначала, что за предложение приготовил для них Бенджамин Лаймс.
Но начал учёный свою речь не с этого.
– Для начала я бы хотел поблагодарить Фрэнка и Джима. Та версия «Адеквата», которую вы только что видели, произведена из клеток их крови. Они живут на «Розе» и работают в проекте уже несколько месяцев и все наши сегодняшние достижения не могли бы быть получены без их участия.
Профессор захлопал, его с энтузиазмом поддержал Джулиан, Азар и полковник. Оливия, как и остальные Предтечи, тоже сделала несколько хлопков ладонями. В принципе, воздержалась только Саманта, её руки так и продолжили висеть на спинках стульев, на которые она облокачивалась. По едкой ухмылке на её лице было видно, что она всё ещё не воспринимает происходящее всерьёз.
– Эта розовая хрень, тот самый «Адекват», верно? – спросил Альфред. – Очень круто! А на себе самом её можно будет попробовать?
– Нет, у вас будет другая роль, – ответил Лаймс, – такая же, как и у остальных.
– Какая? – Саманта нагнетала. – Вы же уже получили, что хотели.
– Не совсем. Позвольте мне рассказать. Я надеюсь, из фильма вы поняли главное, что мы хотели вам показать, – произнёс профессор. – Это возможно! Возможно, вернуть человека на ту высоту, которая когда-то была ему привычна! И именно вы способны в этом помочь. Ваш генетический материал.
– А Фрэнка с Джимом куда? В отпуск? – вновь встряла Саманта. – Почему бы вам не продолжить работу с ними, раз они такие замечательные?
– Нет, они останутся в проекте тоже, – ответил за профессора Маклиннер.
– Нам нужно намного больше данных, чем способны дать два человека. По большому счёту мы только начали исследования. К сожалению, у этого «Адеквата» есть несколько минусов, – объяснил Лаймс, подчеркнув интонацией «этого». – И весьма значительных. Его действие краткосрочно – это раз. Он нестабилен и может привести к побочным эффектам – это два. А по деньгам… ох… – профессор приложил ко лбу ладонь, – он стоит как вся наша лаборатория, помноженная на три! Это три.
– Ну, понятно. На таком материале… – хмыкнула Саманта, резанув глазами по Фрэнку. – У него какая категория? Пятая или шестая?
– Эй! Тебе какое дело? – глаза Фрэнка стали злыми и жестокими, именно такими, какими их было легко представить.
– Да никакого, чего ты? – Саманта вскинула руки. – Просто у тебя на лбу написано, что к паре категорий, что тебе дала мамаша, ещё три-четыре ты добавил сам. Я пожила на улице, знаю, вашего брата как никто.
Оливия поняла, что имеет в виду Саманта. Да и все остальные тоже. Так она намекнула на то, что Фрэнк был не просто Ником, но Ником- наркоманом. Хоть наркотики и не приносили им того удовольствия, что Нормам, но повышая дозу и интенсивность, определенного кайфа можно было добиться даже рождённому Ником. Гробили они при этом своё здоровье, правда, безнадёжно.
Что ж, тут Оливия с Самантой спорить бы не стала, Фрэнк действительно походил на такого Ника. Но вот самого Фрэнка это задело, да ещё как. Он в бешенстве вскочил. Саманта тоже поднялась. Но без суеты, медленно и уверенно. Она была крепкого телосложения, довольно высокая.
– Что-то хочешь сказать, торчок? – спросила она, глядя Фрэнку прямо в глаза.
Он молчал, сжимая кулаки.