Василиса. Проклятие провидицы

- Я слышала ты олицетворение матери и помогаешь роженицам? Так говорила моя бабушка, – Мой голос не похож на привычный. Он звучал мягче, ласковее, - Как же ты прекрасна, моя хорошая!

- Ты прям как с ребенком, - нервно проговаривал Ларин. Он стоял метрах в десяти от нас и говорил тихо, - Все, Вась, погладила, пойдем. Вася! Я настаиваю.

- Ладно, я сейчас, - нехотя убрав руку, я решила вернуться к встревоженному мужу, но тут лосиха повернула ко мне голову, легонько толкнув в бок, что привело Ларина в изумление. Я рассмеялась.

- Она что, подставляет тебе голову?

- Ну давай, я почешу тебе за ушком.

Невероятно, но она действительно далась на эту манипуляцию. Так делали домашние коровы или лошади, но не лоси. Я никогда не имела дел с животными леса, не знала как подходить к ним и как обращаться. Откуда взялась эта внутренняя уверенность, что все будет в порядке? Более того, на своем уровне я слышала, как зверь дает ответ. Не словами. Чувствами. Лосиха доверилась мне, как ни одному человеку ранее.

- Я понял, ты дитя леса, вроде Маугли. Дочь лосей.

- Смейся, смейся, Ларин, но в сторонке. Или, хочешь, подойди, можешь погладить ее!

Илья сделал пару шагов назад, вытянув руки, пасуя.

- Нет уж. Я доверяю тем, кто предсказуем и лучше подожду тебя здесь.

- Идем, - я поглаживала лосиху по щеке, она мотнула головой и выпрямилась, - Он хороший человек.

- Эээ, Вася, не надо…

- Ты должен познакомиться с ней!

Сохатая послушно пошла вперед, переступая длинными ногами с осторожностью, чтобы не задеть меня. Я же оставалась рядом, не убирала ладонь до последнего. Магия момента наполнилась светом лучей солнца. Они смогли пробиться через плотные кроны сосен. Лосиха наклонилась к мужчине, оцепеневшему от страха.

- Илья, выдохни, - рассмеялась я, - Лес приветлив к нам. Со мной ты в безопасности.

- Ага, - сдавленно выдохнул красавчик в черном. Он уронил рюкзак с плеча, - Мы поменялись ролями?

- Вроде того. Я могу говорить с животными.

Сохатая ткнула своим огромным носом Ларина в лоб. Тот покачнулся как пластиковый солдатик.

- А можешь попросить ее не делать так? Я чувствую себя не в безопасности.

Ларин как мальчишка. Мне захотелось его обнять и утешить.

- Он нас боится, дорогая. Не привык к высоким женщинам.

«Фррр» - прозвучало из горла сохатой. Она сделала пару шагов назад.

- Спасибо тебе за доброту и прием! Пожалуйста, передай лестным созданиям, что мы пришли с миром. Нам нужна Яга.

«Кар! Кар!» - раздалось над нашими головами. Сохатая забеспокоилась. Она резво замотала головой, переступала с ноги на ногу и подалась назад.

- Что он говорит тебе? – Животное нервничало, лосиха подалась еще назад, развернулась и побежала прочь, исчезнув среди стволов сосен, - Эй, подожди.

- Черный ворон, - ворчал Илья. Он наклонился за рюкзаком, одарив птицу недобрым взглядом, - Спугнул светлую… Теперь не отстанет, дитя тьмы!

Глава 8

Ворон птица мудрая. Он наблюдатель и вестник. А теперь и попутчик. Он последовал за нами по велению своего господина, чтобы разузнать все и доложить. Кто твой хозяин?

Василиса пыталась разузнать у меня правду о птице. Отчего я так нервничаю. Но как сказать, правду? Что именно вызывает у меня гнев? На своем пути я имел дело с мелкой нечистью, выполнял заказы, не требовавшие серьезного погружения. Одурманил, увел, отдал. Бывало, что приводил к верной гибели. Не от моей руки, а потому казалось, что чист. С Васей ничто беды не предвещало. Он хотел, чтобы я закрыл ее от проклятья зеркалом брака, отвел к Яге, помог раскрыть таланты. Никакого преследования и тщательных проверок. А теперь сомневаюсь, что перекидыш был от «доброжелателей», скрывших провидицу от глаз нечисти. Что если сам заказчик все это время наблюдает за нами?

Не по себе от таких мыслей. И, будто назло, дар Василисы пробуждался. Сначала она видит истинное лицо нежити, потом касанием ловит провидение, а в лесу с сохатой заговорила. Что если не надо ее к Яге отводить? Само чудо чудное пробудиться! Хотелось бы не видеть старуху, но способности ее сильны. И хозяин велел – Василисе без Яги дороги нет. Пройти должна по стопам ее, обучиться.

- Илья, - я вздрогнул. Глубоко погрузился в себя. Нежный голос как свет, возвратил в теплую осень и приятный сухой лес, - Как скоро мы придем?

- Если бы я знал. Дело такое, связываться с нежитью и духами, захотят пустят и тропа выведет, не захотят, кругами ходить будешь, не увидишь.

- Получается, мы просто идем? – Светлое лицо украсила скромная улыбка. Но как же коварны эти зеленые глаза! Опасны. Очаровательная колдунья, она постоянно пытается пробиться в мое сердце. Наваждение.

- Погода хорошая, так что сколько пройдем, столько пройдем. Если не выйдем к избе, заночуем у костра. Ты как?

- Я готова к любому раскладу, если только ты знаешь обратную дорогу.

- Позовем Лешего, если заплутаем. Для нас с тобой мирские законы не указ. Будем пользоваться тем, что дает природа. Здесь целый город духов. Ты что-то чувствуешь?

Она пожала плечами и сузила глаза, как будто пыталась всмотреться в лес пристальнее. Это меня рассмешило.

- Не напрягай глазки, не поможет. Я тоже не вижу и не слышу. Оно и понятно, духи леса существа скрытные. Многие из них днем спят. Кстати, нам надо поворачивать к смешанный лес, воон туда. Я помню, проходил здесь. К ночи дойдем до следующего соснового бора. Придется там через болото пройти.

Вася притормозила. Она крепче вцепилась в лямки рюкзака и вытаращила глаза в пол. Черт побери, провидица явно видела не застрявшие в трясине ноги.

- Вась? Ты чего?

- Может не пойдем к болотам? После видения я не стала бы рисковать. Случись что…

- А что должно случиться? Ты видела что-то плохое, да?

- Нет, но приятного мало. Лучше обойти беду, чем в нее наступить.

Она солгала. Нарочно глаза прятала и ускорила шаг. Знать бы что там, в ее маленькой головушке.

- Вася! Постой!

Я схватил ее за плечо, но девушка одернула его. Успел уловить наличие слез на щеках, и она их тут же обтерла. Тогда я сделал еще шаг с силой развернув супругу к себе, так, что та уткнулась мне в грудь и сдалась. Она сомкнула руки за моей спиной, уткнувшись лицом в шею.

- Эй, тише… Я же вижу что-то не так. Ну ты чего?

- Прости, я не любитель пореветь мужчинам в жилетку, - не поднимая глаз прошептала девушка, - Но мне страшно.

- От чего?

- Страшно, что мое видение станет правдой, Илья, - зеленые глаза провидицы наконец смотрели на меня. Пелена слез все еще не отступила, пусть Вася старательно боролась с этим, - Пожалуйста, давай обойдем болота. Просто поверь мне.

- Но единственный путь…

- Найдем другой. Земля круглая.

Черт побери, наверняка дело плохо. И как крепко она прижалась, с какой заботой смотрела… Так смотрят на мужчин, уходящих на войну. С мольбой и страхом потерять. Я не мог настаивать и сдался. По крайней мере, пока она не успокоится. Вдруг посчастливится найти Ягу раньше!

- Хорошо, твоя взяла. Поищем другую дорогу. Но при условии?

Вася вытерла щеки рукавом, чуть отстранилась.

- Каком?

- Если встретим волка или медведя, не пытайся с ними подружиться!

Ее личико осветила улыбка. Василиса закивала.

- Постараюсь, буду держать себя в руках!

Ходить по смешанному лесу удовольствие еще то. Одежда постоянно цепляется за мелкие кустарники, деревья то растут высоко, то слишком низко и тесно. Под ногами тропу не сыскать. Я ориентировался на ту, что называется звериной. Она протоптана кабанами. До бедра свободно, а выше ветки. Сразу понятен размер животного. Да и следов на высохшей земле полно. Вася шла позади и стойко переносила все тяготы пути. Ни разу не пожаловалась, не попросила повернуть. Сразу видно- девчонка, взращенная не в городских теплицах. Знает труд и леса.

- Ты бывала раньше в таких вылазках?

- Да, еще ребенком. Моя бабушка любила лес и активно приучала нас с сестрой к жизни в ладу с природой.

- По грибы ходили? – Проходя вперед, я придерживал ветки, чтобы не ударить случайно свою напарницу.

- Грибы, ягоды, травы. Бабушка любила делать настойки и заготовки к зиме. Когда мы возвращались с лесов, дома стоял аромат хвои и трав. Лучшее воспоминание детства!

- Так ты ведьма с детства? Варила зелья.

- Это не были зелья, но бабушка говорила, что многие снадобья лекарственные. Нам давали кровохлебку, клевер, заваривали пастушью траву.

- А что же потом?

- Потом? – Переспросила Вася.

- Ты сказала, что была в лесах только в детстве. А потом?

- Потом бабушки не стало, и мама запретила ходить в лес одной. Постепенно я стала обычной городской девушкой. Учеба, развлечения, любовь.

- Ммм, - протянул я. Не знал, что сказать. О прошлом Василисы мне известно мало. Но о бабке говорил заказчик – белая ведьма. Могущественная. Потому ее сторонники наложили на Васю проклятье. Родственников не выбирают.

- А ты? – Нарушила молчание Василиса. Мы как раз вышли из гущи смешанного леса в буковый. Здесь хоть и стало темнее, но просторнее, - Бывал в лесах, не считая прошлые визиты к Яге?

- Моя работа связана с лесами. Дом духов, сама понимаешь.

- А до? В детстве?

Детство не самая любимая тема для обсуждений. Я посмотрел на часы. Время половина пятого.

- Надо поторапливаться, - сменил тему на ходу, - Через полтора часа стемнеет.

- Почему ты уходишь от разговора?

- Я не ухожу.

- Уходишь! - Настаивала провидица, - Я спросила о чем-то травмирующем?

Она прихватила меня за руку своей нежной рукой. Тактильность Василисы отличала ее от других ведьм. Те доверяли меньше, а она вела себя так, будто мы действительно муж и жена!

- Нет, никакой травмы нет. Но детство было трудным. Если хочешь знать – причина выбора профессии зародилась там.

- Можешь довериться. Ты знаешь обо мне многое…

- Почти ничего. Ты ведь не станешь рассказывать, что именно случилось с твоими бывшими.

Зря я так. Она остолбенела, а после побрела как в воду опущенная. Не злилась, не рыдала, а просто шла вперед. Поначалу я игнорировал, но сердце сжалось, и я сдался. Ничего не могу с собой поделать, когда столь милое создание печально…

- Я дурак, извини. Выдал, сам не подумал.

- Ничего. Наверное, я тоже проявила бестактность, иначе бы ты не укусил в ответ.

- Мир?

Она подняла на меня свои зеленые глаза, трогательные и такие глубокие.

- Мир.

- А вот и сосновый бор вдалеке. Видишь? Через поле. Но там болото. Ты говорила не пойдем?

- Нет, - она снова взяла меня за руку и крепко ее сжала. Будто я убежал, не сделай Вася этого, - Обойдем?

- Придется. Вокруг будет дольше и Яги там точно нет. Владения Кикиморы. Будем надеяться она не наведается к нам в ночи. А если так случится, ты должна быть готова. Не думаю, что она прибегнет к маскараду в лесах. Это владения духов и нежити. Церемониться не станут.

- Я готова. Ты сам сказал, ничего такого в их образах нет. Привыкнуть надо.

- Угу.

Она говорит, а я почувствовал неуверенность. Бравада, скрывающая страх. Пусть так.

- Тогда идем. Найдем места для ночлега. Построим шалаш, чтобы ты немного поспала. Ночь будет темной и долгой.

Василиса согласилась. Пошла следом и попутно стала собирать с земли сухие ветки. А когда я поинтересовался, гордо сообщила – для костра. На минуту мне стало стыдно. Позаботиться о хворосте надо бы мужчине. Но я не признался Васе в том, что в лесу я больше чужак, чем свой. Неоднократно из беды меня выручали добрые духи. Так я и с Лешим подружился. Он уберег от чертей. Эти бесы меня едва с ума не свели. А однажды Яга подмогла. Я чуть не сгинул в мороз. С девицей был, не один. Пока отыщешь кого надо, можешь на зуб волку попасть или природа шутку сыграет. Но в этот раз должно само собой все получится. Василису любит лес.

Место стоянки было выбрано под огромными размашистыми ветвями старой ели. Она, как царица, возвышалась над всеми деревьями, упираясь прямо в оранжевое небо заката.

Земля под елкой усыпала мягкими иголками, точно ковром. Есть старый поваленный ствол. Сгодится в качестве лавки. Я сразу облюбовал его. Рухнул с ходу, ерзая, в поисках более удобного положения. Вася же сбросила хворост наземь и сложила руки перед собой. В ее выражении лица читалось недовольство.

- Хорошо уселся? Давай-ка поднимайся. С тебя костер, с меня еда.

- Откуда тут еда? Грибов наготовишь? – Иронизировал я. Но этим Ваську не пронять. Она такая самоуверенная, что видать и правда есть что пожевать! Мой желудок опередил ответ языком и громко заурчал.

- Вижу ты голоден. Но кто не работает, тот не ест.

- Провокация!

- Называй как хочешь. Спички взял?

- Есть что получше!

Я скинул с себя рюкзак, нашел в кармане среди прочего мусора, зажигалку.

- Костер говоришь? Сделаем костер!

Не сказать, чтобы мне не доводилось разжигать костры, но это было не по правильному. Я взял почти весь хворост Васи, пока так создавала уют под елкой и попытался его поджечь. Но сухие палки никак не загорались, а холодный воздух, предвестник осенней ночи, только усугублял процесс. Тогда я набрал сухой листвы. Щедро посыпал ее на пирамидку из тонких прутьев и поджег. Пламя разгорелось моментом. Поднялось метра на полтора так, что искры летели танцующими мотыльками.

- Я добыл огонь!

- Ты сжег весь хворост?

И чего она недовольна? Вася выпрямилась и опустила руки в безысходности.

- Да что не так?

- Ларин, ты балбес. Хворост был для розжига. Перед тем, как развести костер, надо было наломать дров покрупнее!

- Ты просила костер, я сделал костер. Про дрова речи не было.

Она еще пуще разозлилась, а я расхохотался. Костер и правда стал быстро тухнуть, распадался на глаза в тонкие оранжевые истлевшие жгутики. Моя молодая жена ругнулась и пошла на меня, я от нее и так мы закружили вокруг углей.

- Я так старалась, а ты все испортил! Человек катастрофа! Что тебе доверить теперь?

- Да я все могу! – Она все еще пыталась нагнать меня, чтобы дать по шее, а я старался не приближаться к разъяренной, пусть и красивой, брюнетке, - Дай право на реабилитацию!

- Хорошо! – Выдохнула Вася, - Сможешь найти воды?

- Ммм, да. Там есть озеро. Метрах в пятиста. Я тут бывал. А в чем мы…

- У меня есть пластиковая бутылка. Вскипятить не получится, будем пить так.

- Хорошо. Я быстро. А ты тут огонь разведи.

Опасаясь удара током от заряженной провидицы, я потянулся за пустой бутылкой и после попятился назад.

- Жди, я скоро!

- И не суйся в болота!

Переживает. Приятно. Скачать честно и самому не хотелось бы подходить к трясине. После таких пророчеств. Теперь главное не заплутать. Можно было бы и подождать, но Вася права – нам нужда вода. По глупости с собой я брал совсем немного. И теперь чем чаще слышал слово «пить», тем сильнее ссыхалось горло и рот.

Про озеро я слегонца приврал. Идти пришлось дальше. Но не прям далеко. В районе километра виднелась красная гладь небольшого водоема. Проточного. Скорее всего малыми ручьями он берет начало из могучих вод реки Волга. Тут тихо, спокойно. Ветра нет. Ни звука. Зеркало озера не тронет ни рыба, ни зверь. Я был единственным, кто помутил его воды. Вода с хлюпанием набиралась в бутылку, я присел на корточки стоя на песчаном берегу. От места погружения пошли круги, собираясь волнами до самого противоположного берега. Мимо проплыла маленькая рыбка, а за ней и стая мальков. Совершенно не пугливые.

- Васька, надо было тут становаться! Красотища какая!

Говорил, а у самого сердце не на месте. На том берегу будто тень мелькнула. Скорее даже не тень, а ангел в белой одежде. Солнце зашло, духи леса пробуждаются.

- Ууух, да, только не Кикимора, - а сам думал, ты чего несешь? Услышит же, - Я ведь с женой тут. Не смогу восторгаться красивыми женщинами. Ревновать будет. Пойду по добру, по здорову.

«Кар!» «Кар!»

И снова ворон. Я поднял голову, а оно надо мной. Сидит на ветке. Низко. Так, что встану и дотянусь.

Вода давно набрана, пора возвращаться, но все вокруг звенело от пронзительной тревожной тишины. Ни ветка не скрипнет, ни дерево. Один тут с этой птицей треклятой.

- Чего тебе надо?

Я поднялся, а тот остался на ветке. В глаза смотрел так по особенному, будто сказать что хотел.

- Не понимаю я по птичьи. Зачем ты мне царапин на лице оставил? Если ты поздоровался, то хреново получилось. Или ты следишь за нами?

«Кар!» «Кар!» - кричал ворон. Он наклонился к стволу и почистил свой мощный клюв.

- Слушай, друг, давай по-хорошему отвали.

«Кар!» «Кар!» - на этот раз он и крыльями размахался.

- Не отвалишь?

«Кар!» «Кар!»

- Ну и хрен с тобой. Я пойду, некогда мне тут с тобой…

И я пошел. Уже темнело. Надо бы вернуться поскорее. Васю я надолго одну оставил, а не следовало бы. Ворон за мной. Интересно. Почему за мной? Не похоже это на проверку подлинности брака. Тогда ему интереснее была бы сама Вася, а не какой-то вшивый охотник.

По возвращении в лагере под елкой горел костер, радом была организована дровница. Под ноги у поваленного ствола Василиса разбросала ковер из зеленого лапника, а за импровизированной лавкой под ветвями расстелены пара свитеров в качестве спального места.

Сама Вася тоже изменилась, стала какой-то другой. Счастливой. Она собрала свои волнистые волосы в пучок на затылке, надела круглые очки в тонкой серебряной оправе, закатала рукава кофты и обвязала себя поясом. Девушка трудилась, устраивая для нас ночной быт и ей это безумно нравилось. Провидица даже не заметила, как я подошел. Ахнула в момент, когда я был в паре метров от нее.

- Развлекаешься тут без меня?

У нее глаза блестели. Губы девушки растянулись в широкой улыбке, и она по-хозяйски развела руками.

- Нравится? Я решила навести уют, раз нам здесь ночь сидеть.

- У тебя получилось, - я растаял. Вот что значит быть с женщиной. У них есть особая способность окружать себя уютом даже там, где это трудно выполнимо. Я обошел костер и уже там у бревна заметил пенек. На нем лежали два пласта березовой коры в форме тарелок и не пустые. В каждой нарезан обычный шоколадный батончик дольками, рядом гость орехов и пара леденцов.

- Это…

- Ужин! – Вася перехватила у меня бутылку воды, - Поскребла по сусекам. На сегодня хватит. А завтра поедим ягод. Тут рядом растет голубика. Этого достаточно, чтобы набраться сил.

- Знаешь, Вась, раньше я не встречал таких девушек. Ты уникальная. Для тебя сложное в радость.

В ее лице отражалось столько тепла и доброты, что она могла незримо обнять меня этим. А когда девушка заметила вымокшие от воды ботинки и помогла их развязать, настаивая на сушке у костра, я чуть было не отпрыгнул назад. Забота пугает. Особенно от той, кого я предательски подставлю.

Не привязываться! Нельзя привязываться!

Но это невозможно.

Сидя у костра, запивая вкуснейший, какой-то нереально крутой батончик и слушая треск костра, я чувствовал разрушение внутри меня. На части рассыпалась бетонная стена. Я выстроил ее давно и не пускал к себе никого. А тут… И Вася, как же она хороша! Я любовался ею без зазрения совести. Смеялся, когда она вспомнила про очки и стыдливо спрятала их в чехол, а потом в момент тишины наклонился, нарушив границу партнерских отношений. Жажда поцелуя иссушала, а пухлые, алые уста Василисы манили к себе. Танцевала костровая моль, рассыпаясь искрами в ночном небе, цокали летучие мышки, шумела гонимая ветром сухая трава там вдалеке. Романтично и уединенно. Так спокойно, как никогда. Вася замерла, доверившись, но в сантиметре от губ провидицы меня остановил громкий противный крик ворона.

«Кар!» «Кар!»

- Черт…. Гнусная птица, - выругался я и стыдливо отстранился. Василиса часто заморгала. Она слегка отсела и обняла себя руками. Между нами, вновь выросла ледяная стена.

- Прости, я… Мне нужно пройтись. Ложись спать.

- Ты куда?

- Я скоро вернусь.

- Илья, если это из-за меня, то…

Я не обернулся. Сжал руки в кулаки и с силой зажмурился.

- Нет. Ты не причем. Дело вомне.

Я побрел в темноту, туда, где холодно, прочь от желаний и соблазнов. Нужно привести мысли в порядок. Я дал слабину и если так продолжится, то не смогу довести дело до конца. Я не смогу отдать ЕМУ Василису.

Тропа уводила меня вперед. В сине-черной мгле леса не было видно ни зверя ни духа. Пахло влагой и сыростью, ворон следом не полетел. Я остался один. Добрел до озера, хотя не желал возвращаться к воде. Но там светло. Деревьев нет и звездное небо отражалось в зеркале озеро. За пару часов оно поменяло свой облик. Теперь с противоположного берега наступал туман. Легкая дымка плыла над водой. Она танцевала клубами и растворялась в ночи. Красиво. Я нашел небольшой пенек и присел туда. Размышлял как поступить. Может оставить Василису у Яги на время обучения и приехать позже? Не надо нам так много времени проводить вместе. Второй день, а я поплыл. И вообще помимо рабочих моментов нужно помнить, что влюбляться в Васю нельзя. Это смертельно опасно!

Пока я думал о себе, совсем не заметил, как ожил лес. Кто-то поблизости хихикнул. Это была девушка. Совсем юная. Я тут же подскочил с места.

- Кто здесь?

- Это я, добрый путник, - ответила дева. Она стояла в камышах, по пояс в воде. Голая и невероятно красивая. Ее кожа белее снега, глаза голубые и ясные, а волосы чернее ночного неба, - Меня Мария зовут. Поможешь? Я совсем замерзла.

- Так чем я тебе помогу, Ма.. Мария? - Ноги меня слушаться перестали. Сердце забилось быстрее, а в голове появлялись мысли, которых у здравомыслящего человека быть не должно. Это все красота девы сводила с ума.

- Судорога ногу свела, не выйти мне. Поможешь? Я так замерзла…

- Ой, ну я…

- А я тебя отблагодарю. Ты очень красивый мужчина и сильный. Помоги мне, прошу, не оставь в беде.

- Погубишь ведь.

- Помоги, Ильюша, я совсем озябла, милый…

Ну вот, я наживка! Понимал это, но ничего поделать не смог. Потянуло, да так, будто я напился в хлам. Пошел вперед, как завороженный, сбросив с себя обувь и свитер с футболкой. По колено в ледяную воду, затем по пояс, а Маша отступала назад, она затягивала меня все глубже и глубже. Нагое тело, грудь девушки отключили голову. Я подхватил ее за талию, привлек к себе, а потом резкая боль. Ледяная вода по самую макушку, дыхание перехватило и как бы я не пытался вырываться, ничего не получалось. Прекрасная дева обратилась монстром в мутной воде. Она злобно улыбалась, утягивая меня камнем ко дну.

Жизнь моя так и закончится. В объятиях уродливой твари, подкупившей меня фальшивой красотой. Так оборвется путь охотника. В водах озера. А ведь Вася видела болото… Василиса предупреждала… Все, не могу сдерживать дыхание, боль пустила корни по всему телу, я трепыхался, дергался, но толку никакого. А затем неосознанно открыл рот и стал давиться. Горло обожгло, вода попала в трахеи, кашель и снова вода еще больше. А дальше холодная темнота сковала тело. Наступил покой… «- Илья, ты помнишь, что сегодня едешь к папе?

Я не хотел возвращаться в квартиру отца. Но мама радела за наше общение. Она отправляла меня к нему каждую субботу.

- Можно мне остаться дома? Я хочу рисовать.

- Порисуешь с папой. Он уже ждет тебя. Собирайся!

Мама пахла сладкими духами и надела свое красное платье. По большому количеству времени, потраченному на макияж, я понимал - она хотела понравится папе. Жаль, что он никогда не обращал внимания на ее старания.

- Может я все-таки останусь? Мне не здоровится?

- Заболел воспалением хитрости? Нет уж, сынок, не придумывай отговорки. Папа по тебе соскучился.

Ну да, конечно. Ему никто не нужен. Поэтому в мои восемь родители развелись.

- Илья! Ларин! Давай вставай. Живо!

- Я не хочу, мне плохо…

И правда не подняться. Ноги к полу приросли. И руки слушаться перестали. Мама прошла мимо. Не услышала тихой мольбы помочь мне.

- Мам… Не могу сам…

- Ларин, - громче повторила мама.

Теперь и губы онемели. Стало страшно.

- ЛАРИН! – Грубый мужской бар ударил прямо в ухо. Перед глазами возник отец. Он был в своей старой пограничной куртке, - ВСТАВАЙ! ЧЕГО РАССЕЛСЯ? ЛАРИН!»

- ЛАРИН!!!

Голос изменился. Я почувствовал дикую боль в горле, а потом кашель настиг так, что харкался с кровью. Тело онемело, звук плюхающей воды перебивали твердые шаги спасителя. Кто-то огромный держал меня со спины под мышки.

- Дурак, повелся на русалку! Вот дурак, Ларин!

- Агхр… Что происходит?

- Это я, Ильюх, - Мужчина опустил меня на землю, сам склонился, грубо надавил на грудь и шлепнул по щеке, -Ау, полегче!