Всадники Шуго. Книга третья

- Я вернулся, - послышался голос Зуара, и Шуго тотчас поднялся. Зверь зафыркал носом, обнюхивая всадника, словно спрашивая - все ли с ним в порядке. - Ерунда, даже не переживай об этом. Вот, я принес тебе ужин.

Парнишка поставил котелок под лапы волка, и тот принялся есть.

- Ты кормишь своего Шуго обычной едой?! - воскликнула Лура. - Ты очень странный.

- Это мой зверь, и я делаю с ним, что захочу, - отмахнулся Зуар. - Зачем пришла?

- Хотела взглянуть на него.

- Что, впервые видишь Шуго?

- Нет. За все время жизни в Тадауре я встречала их десятки. И твой не самый впечатляющий из них всех, - с каплей пренебрежения сказала она. - Волк, как волк. Если бы не размеры, даже не обратила бы внимания.

Зуар хмыкнул под нос и, подойдя к Шуго, погладил по шее.

- В Сером лепестке мало кого удивишь таким, - продолжала Лура.

- Вот и славно, - приговаривал Зуар, забирая пустой котелок. Волк с аппетитом облизывался и причмокивал, собирая остатки бульона с губ. - Если ты утолила свое любопытство, то я, пожалуй, пойду. Время позднее, и я очень устал.

- Постой, - резко окликнула его девушка. - Уж не знаю зачем тебе нужно к Хале, но советую сто раз подумать, прежде чем просить у нее что-то.

Зуар заинтриговано обернулся к ней.

- Это еще почему?

- Ты явно не из Нозура, раз задаешь такие вопросы. Меня с детства учили не гневить эту богиню и не ждать ее помощи. Она сама вмешивается в дела людей, и не всегда ее присутствие сулит что-то хорошее. Чаще наоборот.

- Я не ищу ее помощи, мне нужны ответы. Почему ты так отговариваешь меня?

- Да ты еще совсем ребенок, - всплеснула руками Лура. - Думаешь, я поверила, что тебе двадцать? Пади сбежал из дома? Стал всадником и почувствовал себя особенным?

- Эй, полегче, - чуть отступил от нее парнишка с безнадегой переглядываясь с волком.

- Вот все вы такие мелкие поганцы, - наседала на него нозурианка. - Ты ведь не старше моего младшего брата. Уверена. Даже повадки такие же.

- Я не твой младший брат, так что не переживай за меня.

- Еще чего! Больно ты нужен мне, - ее тон подлетел от возмущения. - И без тебя забот хватает.

- Тогда зачем идешь за мной? - косился на нее Зуар, направляясь в таверну, чтобы отдать котелок.

- Хочу снять с себя ответственность, - удивила своим ответом она.

- Чего?

- Да тебе такое чувство и не знакомо! Говорю же, ребенок. Когда встречаешь вот такого юнца и видишь, что он повернул не туда, то невольно ощущаешь ответственность за него. Понял ты, всадник недоросток? Не могла я отпустить тебя просто так.

Услышав ее слова, Зуар вдруг смягчился и даже сдержано улыбнулся.

- А, вот в чем дело. Что ж, спасибо за твое беспокойство, но больше не нужно тревожиться обо мне. Сегодня я переночую здесь, а уже завтра поеду дальше.

Они остановились напротив двери в таверну. Лура чуть помолчала и серьезно заговорила:

- Советую тебе не дурить и бросить затею с Халой, понял? Если остался один без родных, то езжай в город Сонун, к Югу отсюда. Он довольно крупный, там есть работа и местные довольно славные люди. Слышала, там живет старый ведун. Он много чего знает, может подскажет тебе, что делать дальше.

- Ведун? - задумчиво нахмурился юноша и украдкой взглянул на волка. Тот только чихнул и по собачьи встряхнулся.

- Не знаю уж, слухи или нет, но говорят он обладает особой магией, даже прокаженным и проклятым помогает. А в его доме столько рукописей, что можно целую библиотеку открыть.

У Шуго дрогнули уши, и он наклонил голову, завиляв хвостом. Зуар утвердительно моргнул ему, и Лура заметила это.

- Какой ты дружелюбный с ним.

- А почему я должен поступать иначе? - бросил через плечо Зуар и потянул за ручку двери. Запах таверны и шум голосов стали сильнее.

Юноша направился к стойке, а Лура за ним.

- Ну так он животное, которое подчиняется тебе. Ты же хозяин. Я видела других всадников, так они не церемонятся со своей живностью.

- Знала бы ты, что в этой, как ты говоришь живности, человеческого больше, чем в тех же всадниках, - злобно процедил парнишка и оставил котелок для служанки.

Нозурианка потупила взгляд и хотела еще что-то сказать, когда ее знакомые окликнули и позвали обратно к ним за столик. Она зависла в сомнении и опомнилась, стоило Зуару пройти мимо в направлении покоев.

- Доброй ночи, Лура, - попрощался он, стараясь как можно быстрее и незаметнее уйти.

Юноша не дождался ответа, и нозурианка поняла, что освободилась от тревоги за него. Свое дело она сделала, а дальше пусть решает сам. Его жизнь, ему с ней и разбираться.

Дверь покоев закрылась, Зуар заперся изнутри и еще некоторое время простоял так, опустив глаза в пол. Он вслушивался в тишину, вдыхал запах старого дерева и выжидал. Набравшись решимости, парнишка подошел к окну и задернул занавески, после присел на постель, готовясь к чему-то рискованному. Убедившись в своей безопасности, под покровом темноты Зуар потянулся к волосам, и как только он коснулся их и повел рукой, они начали светлеть и менять форму. Юноша дернул за лоскут, развязывая его, и длинные вьющиеся локоны тут же упали на плечи. Затем он потер глаза, будто от усталости, и недавно синие радужки превратились в зеленые.

Зуар снял мужскую рубашку, под ней оказался туго намотанный тканевый бинт. Он плотно оплетал по кругу грудь, скрывая под собой. Всадник облегченно избавился от него, переоделся в чистую рубашку и с блаженным вздохом упал на кровать. Черты его лица изменились, вся иллюзия чужой внешности рассеялась.

Молодая мидирианка устало вглядывалась в потолок. Кисть ее правой руки неожиданно засветилась алой связующей нитью, и она ответила на зов своего Шуго.

- Все в порядке, Ди. Я одна, - ее голос вновь стал женским. - Разбуди меня на рассвете. Хочу как можно скорее убраться отсюда...

Поводок еще раз сверкнул на прощание и постепенно растаял. Эрис повернулась на бок и безучастно засверлила глазами пол. Почему-то в такие моменты всадница особенно остро ощущала тоску по прошлому, в котором она почти не оставалась одна. Эфемерный образ Рена возникал перед ней, и девушка всей душой хотела бы увидеть аииритянина воплоти. Как он сидел у камина и разводил огонь для них, как был откровенен с ней и доверял свои тайны, как тренировал ее и помогал обрести ту силу, в которой девушка нуждалась.

Она скучала по нему так отчаянно, что даже Диас уже начинал ревновать и беспокоиться.

Эрис любила Ди больше чем кого-либо. Но глупо и неправильно отрицать тот факт, что Рен перестал быть для нее просто другом - она привязалась к нему, а он прочно обосновался в кругу самых близких для нее людей. И вот прошло уже два месяца с момента их расставания, а сугор до сих пор переживала колючее одиночество, ночуя в таверне без друзей.

Большую часть времени Диас оставался в облике Шуго. Он предпочитал не растрачивать благодать, предполагая, что она может пригодиться в более важном случае. А еще он опасался, что кто-то увидит его превращение. Редкий раз мидирианец позволял себе сбросить чары и провести время с возлюбленной. Но, оказываясь в городах, где патрулировала стража и расхаживали наемники - рок мави не рисковал их безопасностью.

И от этого становилось только тяжелее.

В поисках храма богини Халы, Эрис и Диас успели изучить лишь небольшую часть земель Нозура. Дабы скрыть внешность алого рок мави и исключить вероятность разоблачения, сугор решили не использовать крылья. С помощью камня иллюзий, подаренного Лидом Вакантом, мидирианка прятала сущность огненного ящера в личине лесного волка. Самый обычный тип зверя, ничем не примечательный, он идеально подходил для Серого лепестка. Эрис выбрала волка еще потому, что он являлся воплощением самой Цитри из легенд, и сугор верила в удачу этого облика.

Сама же всадница пользовалась волшебной эссенцией. Запасы ее были ограничены, поэтому полное превращение в другого человека она не использовала. Несколько капель в день позволяли преобразить лицо и волосы. Остальное девушка оставляла без изменений. К мужскому облику она привыкала с трудом и не без смущения. Пришлось менять манеру речи и вести себя соответствующим образом.