скачать книгу бесплатно
В 1855 году все начальные публичные школы на Гренаде посещали 992 мальчика и 663 девочки.
В 1857 году в ходе реформы был учрежден Совет по образованию (в составе 5 протестантов и двух католиков) под председательством губернатора, получивший право на инспекцию школ и на контроль за их программами. Совет мог распределять государственную помощь школам, которая достигла 2000 фунтов в год. В школах по-прежнему предписывалось изучать религию, хотя и оговаривалось, что не какой-то конкретной конфессии. На практике доминирование протестантов естественно сохранилось, так как их поддерживали власти. Католики практически не могли достичь высших слоев гренадского общества.
В 1866 году на Гренаде было 8 англиканских школ, семь католических и пять методистских. Все они получали помощь государства, которая достигла 1182 фунтов в 1866 году. В 1878 году начальных школ было уже 31, в том числе 16 англиканских и 10 католических. В 1882 году был принят Образовательный кодекс, призванный несколько либерализовать школы. Например, в них появилось деление на классы. Был назначен Инспектор школ, и первые результаты его инспекций были неутешительными. Ученики знали мало слов, а учителя фальсифицировали посещаемость, чтобы получить больше субсидий. Дети с трудом добирались в школы по бездорожью и пересекали речки вброд, так как мостов в глубинке не было в принципе.
В 80-е годы школы посещали (да и то нерегулярно) лишь 25 % детей школьного возраста. Согласно переписи 1891 года из 13183 детей школьного возраста, 6155 числились в школах, но присутствовали на занятиях более или менее регулярно лишь 3246[36 - Brizan G., Grenada. Island of Conflict, Zed Books, 1984, р.160].
Середина XIX века была ознаменована резкими переменами в гренадской экономке. Из «сахарного» остров стал «шоколадным». Отмена рабства, появление свекловичного сахара и падение мировых цен на сахар в результате отмены Лондоном протекционистских пошлин привели к тому, что какао заменило сахарный тростник на 12 плантациях в 1856–1866 гг. Если в 1846 году на острове было 89 плантаций сахарного тростника и 52 плантации какао-бобов, то в 1878 – 73 «сахарных» и 103 «шоколадных» хозяйства[37 - Brizan G., Grenada. Island of Conflict, Zed Books, 1984, р.142]. В 1878 году под посадками какао были заняты 6378 акров, под сахарным тростником – 4594 акра.
С 1853 по 1882 год доходы гренадских фермеров и плантаторов от экспорта какао выросли в 10 раз. В 1853–1857 гг они выручили за свою продукцию 56 тысяч фунтов, в 1878–1882 – 617 тысяч. На сахаре остров заработал в 1860 году 95 тысяч фунтов, в 1880 году – всего 25 тысяч.
В 20-е годы XIX века Вест-Индия давала до 90 % всего британского импорта сахара, в 1863 году – уже только 34 %.
Владельцы сахарных плантаций залезали в долги, и лондонские банки охотно предоставляли им ссуды под грабительские проценты. Еще в 30-е годы пошла волна неплатежей, и некоторые плантации сахарного тростника были просто заброшены и покинуты владельцами. В 1838–1856 гг пришли в запустение 47 хозяйств, в 1856–1866 гг – еще 10.
Время после отмены рабства и до первого мирового экономического кризиса 1875 года сопровождалось на Гренаде отсутствием инфляции, хотя не росла и заработная плата сельскохозяйственных рабочих.
В 1840–1876 гг рабочий обычно получал от 4 пенсов до шиллинга в день[38 - Британский фунт стерлингов тогда делился на 20 шиллингов, а каждый шиллинг – на 12 пенсов.]. На зарплату в 10 пенсов в день рабочий мог купить три фунта риса или 4–5 фунтов муки или пять фунтов сахара или фунт говядины. Цена на рис – главную пищу простого населения – не росла на протяжении 36 лет. На некоторые продукты (молоко и ягнятину) цены иногда даже падали. Фунт местной соленой рыбы стоил 2 пенса. За сливочное масло надо было выложить уже целый шиллинг, а за галлон керосина (для ламп) – целых 2.
Вообще все промышленные товары были для местных бедняков дорогими, так как все они импортировались. За непременный атрибут местного гардероба – шейный платок – приходилось платить шиллинг.
Гренада. 1894 год
Таким образом, большинство людей питались скромно (рис и соленая рыба плюс выращиваемые на своих участках фрукты и овощи), но практически никто не голодал. Население острова росло (достигнув к началу XX века 60 тысяч) благодаря высокой рождаемости (41–43 ребенка на 1000 жителей) и снижению смертности – с 27 до 20 человек на тысячу жителей в последней четверти девятнадцатого столетия. И в тот период половина всех детей рождалось вне брака, причем этот процент со временем возрастал. В 1881 году лишь 34 % взрослых состояли в браке, в 1891 году – 36 %, в 1911 году – 42 %, в 1921 году – 38 %.
Одной из причин этого была продолжавшаяся эмиграция мужчин в поисках лучшего заработка. Например, в 1911 году с Гренады уехало 4122 человека (2388 из них – на соседний Тринидад). Приехало примерно столько же. Это было связано с сезонным характером работы на полях и плантациях. Заработав деньги на уборке сахарного тростника, например, на Гренаде, мужчина ехал собирать плоды какао на соседние острова. Конечно, постоянная миграция взрослого мужского населения никак не способствовала созданию крепких семей.
В начале двадцатого столетия на Гренаде (в основном, в столице Сент-Джорджес) уже сформировался образованный средний класс из «цветных» – торговцы, адвокаты, учителя и чиновники. Они мечтали окончательно оттеснить традиционную плантаторскую элиту от процесса принятия решений. Но для этого надо было сначала добиться возврата Гренады к самоуправлению, пусть и в рамках Британской империи.
Лидером этого движения стал родившийся в 1887 году негритянский журналист Теофил Альберт Мэрришоу. Его отец, мелкий фермер, возделывавший какао, исчез из семьи сразу же после крестин мальчика, что на Гренаде было обычным делом. Начальное образование Теофил получил в сначала в католической школе, затем – в методистской. Среднее образование большинству негров в то время еще «не полагалось». Лидер тогдашней гренадской оппозиции Донован (по кличке «Лев» за пышную рыжую шевелюру) взял способного мальчика к себе в газету, сделав из него талантливого и страстного журналиста. И Донован и его ученик выступали за объединение всех британских колоний в Вест-Индии в единую федерацию, рассчитывая получить тем самым больше прав в рамках империи. Даже газета, которую Мэрришоу возглавил в 1915 году, называлась «Вест-индиец».
Теофил Альберт Марришоу (1887–1958)
Помимо федерации газета Мэрришоу требовала возвращения выборного законодательного совета на Гренаде.
Плантаторам эта идея с федерацией была не нужна: они опасались при любом самоуправлении роста влияния «цветных разночинцев» и сельского пролетариата.
Чтобы «заслужить» у Англии желанную федерацию Мэрришоу и его сторонники пропагандировали активное участие гренадцев в Первой мировой войне на стороне Антанты. И действительно маленький остров дал Британии 4.5 тысячи бойцов[39 - Нитобург Э. Л. и др., Трагедия Гренады, М., 1984, С. 38]. Вернувшись на родину, эти люди принесли из Европы царивший там дух революций и реформ. В то время почти все колонии в мире, вдохновленные примером большевиков, требовали реформ, демократии, самоуправления и даже независимости.
В сентябре 1917 года на Гренаде собрались представители выборных местных советов и создали Гренадскую ассоциацию за репрезентативность[40 - Grenada Representative Association (GRA).]. Ассоциация в целом требовала возврата к выборному органу местной власти, но сразу же раскололась на умеренных и «радикалов». Умеренные (в основном крупные земельные собственники) были согласны на то, чтобы избиралась лишь часть совета, а другую часть назначал губернатор. «Радикалы» (Донован и его сторонники) стояли на почве полностью выборного совета. Группа Мэрришоу пыталась посредничать между этими двумя фракциями.
Президентом ассоциации не без помощи властей избрали представителя умеренных плантатора ДеФрейтаса. В 1919 году (сразу же после окончания Первой мировой войны) ассоциация стала проводить по всей Гренаде митинги, чтобы разъяснить свои требования. Главным спикером был Мэрришоу. Сама ассоциация, наконец, договорилась в своих рядах о конкретных требованиях к британской короне:
– количество избираемых и назначаемых членов законодательного совета должно быть равным
– губернатор не должен быть членом совета
– законодательный совет должен иметь право выдвигать любые законопроекты, в том числе в финансовой сфере
– избираемые члены совета должны иметь право участвовать в заседаниях Исполнительного совета (правительства)
– право избирать и быть избранным в законодательный совет должны иметь те же самые группы населения, что и в местные советы.
В 1920 году Гренаду посетил наследник престола Принц Уэльский (будущий король Эдуард VIII) и губернатор представил ему Мэрришоу следующим образом: «Это Теофил Альберт Мэрришоу, наш ведущий журналист. Он проделал прекрасную работу в Красном Кресте и оказал большую помощь в наборе в Вест-Индский полк»[41 - http://www.gov.gd/biographies/theophilus_marryshow_bio.html].
Британский Вест-Индский полк двухбатальонного состава существовал еще с 1795 года, бучи сформированным для войны против революционной Франции. В точном соответствии со своим главным правилом «разделяй и властвуй» англичане использовали его на протяжении почти всего XIX века в своих колониях в Западной Африке. Потомки негров-рабов из Вест-Индии участвовали, например, в подавлении восстания негров-ашанти в 1873–1874 гг.
С началом Первой мировой войны британцы бросили 1-й батальон полка против немецкой колонии Камерун, в 1916 году батальон вернулся на Ямайку. Его сменил прибывший оттуда же второй батальон, участвовавший во взятии столицы Камеруна Яунде в 1916 году. Затем части батальона наступали из Кении на германскую Восточную Африку (нынешняя Танзания) и принимали участие в битве за ее столицу Дар-эс-Салам. Будучи отмечен наградами, батальон был переброшен в сентябре 1918 года в Суэц, а затем в Палестину, где англичане довольно вяло противостояли туркам.
Туда же прибыли и два набранных из добровольцев свежих батальона из Вест-Индии, в формировании которых и принимал деятельное участие Мэрришоу. Эти два батальона образовали новый вест-индский полк, который во избежание путаницы со старым назвали «Британским вест-индским» (в старом полку слово «британский» не употреблялось).
Интересно, что сначала британцы не хотели формировать по сути дела еще один вест-индский полк (видимо, не очень рассчитывая на его благонадежность) и старались распределить добровольцев по разным частям. Но в 1915 году новый полк все же создали, и его четыре роты были сформированы по территориальному принципу. Рота D была набрана на Гренаде и Барбадосе.
Несмотря на то, что Первая мировая война осенью 1918 года явно клонилась к концу, Британский Вест-Индский полк успел проявить храбрость в боях против турок. Генерал Эдмунд Алленби (командующий так называемым Египетским экспедиционным корпусом в Палестине) послал губернатору Ямайки (считавшейся неформальным центром Британской Вест-Индии) следующую телеграмму: «Мне доставляет большое удовольствие проинформировать Вас о доблести пулеметного отделения 1-го Британского Вест-Индского полка во время двух успешных рейдов на турецкие траншеи. Военнослужащие всех званий вели себя храбро под тяжелым ружейным и артиллерийским огнем и в немалой степени способствовали успеху всей операции»[42 - http://en.wikipedia.org/wiki/British_West_Indies_Regiment].
Помимо Палестины полк сражался на самых напряженных участках европейского западного фронта во Фландрии в 1916–1917 гг, и в Румынии в 1918 году. В 1921 году британцы распустили полк, насчитывавший в разное время до 12 батальонов.
Всего за время войны через Британский Вест-Индский полк прошли 15 600 добровольцев, две трети из них были уроженцами Ямайки. 81 военнослужащий из Вест-Индии получил британские медали за храбрость, 49 человек были отмечены в донесениях (довольно престижная вещь по меркам британской армии). Из общего населения британских колоний в Вест-Индии (в то время в 1.7 миллиона человек), на фронтах Первой мировой войны погибло и умерло от разных причин более 1200 человек, более 2500 было ранено.
В 1920 году, опираясь на подвиги гренадцев в составе британской армии, Ассоциация за репрезентативность обратилась с официальной петицией к государственному секретарю Британской империи лорду Мильнеру. Обращение подписали 25 плантаторов, 19 торговцев, юристы, два редактора газеты, члены Совета по образованию и все депутаты местных советов, т. е. все «сливки» тогдашнего гренадского общества. В общих, довольно умеренных, выражениях гренадцы требовали выборности органов власти на острове и прекращения статуса «королевской колонии».
Губернатор Гренады поддержал позицию умеренных членов ассоциации в том плане, что законодательный совет должен быть частично выборным, а частично назначаемым им самим. Мильнер согласился и милостиво предложил гренадцам, чтобы в законодательный совет вошли губернатор, 6 назначаемых им чиновников, три назначаемых члена не из состава органов госвласти (т. н. «неофициальные члены») и лишь четыре выборных депутата. Радикальное крыло ассоциации (к нему теперь присоединился и Мэрришоу) с негодованием отвергло подобный «компромисс», который фактически ничего не менял.
Как всегда в таких случаях, Лондон решил передать дело некой независимой комиссии или экспертам, чтобы создать видимость беспристрастного разбирательства в сложном деле. В Вест-Индию (где повсюду звучали такие же требования, как и на Гренаде) в качестве эксперта отправили полковника Вуда, который работал в регионе с декабря 1921 по февраль 1922 года. 22 января 1922 года гренадская Ассоциация за репрезентативность встретилась с Вудом и выдвинула ему свои (довольно компромиссные) требования:
– неофициальная часть законодательного совета должна быть полностью выборной
– если все же члены неофициальной части совета будут назначаться губернатором, то выдвигать их должны выборные депутаты местных советов
– ни один из неофициальных членов законодательного совета не должен быть одновременно членом исполнительного совета
– Лондон должен согласиться на создание Вест-Индской федерации.
Вуд решил по-своему и предложил, чтобы в составе законодательного совета были губернатор, семь официальных назначаемых членов (т. е. представителей чиновничества), три назначаемых «неофициальных» члена и лишь пять избираемых лиц. В 1924 году неторопливый Лондон согласился с рекомендациями Вуда и они были введены в действие начиная с 1925 года.
Таким образом, пролитая гренадцами за Англию кровь оказалась напрасной. Англичане лишь согласились в 1925 году немного, что называется косметически, подправить конституцию Гренады, разрешив избрание меньшинства членов Законодательного совета. Большинство по-прежнему назначалось губернатором. В выборах имело право принять участие лишь 3.25 % гренадского населения[43 - Agee Ph., Fuchs R., und andere, Generalprobe Grenada, Hamburg, 1984, S. 59]. Избиратель должен был быть мужчиной старше 21 года (или женщиной старше 30 лет), англичанином (или британским подданным), иметь доход не менее 30 фунтов в год или владеть имуществом на сумму более 150 фунтов. Кандидат в члены совета должен был быть исключительно мужчиной с доходом не менее 200 фунтов в год или владеть собственностью на сумму более 500 фунтов.
Таким образом, все рабочие и крестьяне опять оказывались за бортом избирательного процесса. Светлым пятном в этой «конституции 1925 года» было предоставление избирательного права женщинам, но имущественный ценз фактически сводил это на нет.
К тому же губернатор получил право вето на все решения Законодательного совета, так что власть представителя Великобритании на острове даже возросла.
Ассоциация за репрезентативность сочла свою «историческую» миссию выполненной. Хотя правильнее было бы говорить о той самой горе, которая родила мышь.
В 20-е годы лидером негритянского протеста в Вест-Индии стал уроженец Ямайки Маркус Гарви. Он родился в многодетной семье[44 - Из 11 детей в семье выжили только сам Маркус и его сестра Индиана.] в 1887 году и с ранней юности трудился: то в типографии, то на банановых плантациях Коста-Рики. У отца была неплохая библиотека, и Маркус увлекся чтением самых разных книг. В 1912–1914 годах Гарви жил в Лондоне, где посещал колледж по специальностям философии и юриспруденции, а также сотрудничал в местной печати и выступал на разные темы в Гайд-парке.
Маркус Гарви (1887–1940)
Целью Гарви была борьба за права негров не только в Вест-Индии, но и во всем мире. Вернувшись в 1914 году на Ямайку, он организовал там политическую общественную организацию – Универсальную ассоциацию за улучшение положения негров (английская аббревиатура UNIA)[45 - Universal Negro Improvement Association.]. В 1921 году организация провела международную конференцию в самом престижном месте Нью-Йорка – Мэдисон Сквер Гарден. В мероприятии участвовали более 50 тысяч человек, а в самой UNIA насчитывалось 65 тысяч членов, регулярно плативших взносы.