Житие бытие бабы Яги обыкновенной

- Вот. Угощайся. – Коротко крякнула Варвара и развела руками показывая на стол.

Я была жутко голодная и не заставила себя долго уговаривать. Навалила себе целую тарелку всего подряд, и набивая рот вкусностями с благодарностью смотрела на хозяйку. Дед Матвей налегал на рыбу, довольно урча, от которой я вежливо отказалась из-за запаха, а сама хозяйка ела только ягоды, объяснив это тем, что наелась, пока готовила.

Ели мы молча, и только когда перешли к чаю, дед Матвей спросил:

- Как дом тебя встретил, все ли хорошо?

- Нормально встретил, чистотой. Это вы там убрались? – Спросила я и добавила. - Вот только дверь плохо открывается, я даже ручку дверную оторвала.

- Ну-у… Можно сказать, что мы… - как-то странно протянул Матвей, - а ручку починим, не переживай. – продолжил Матвей, переглядываясь с Варварой.

- Спасибо, а то я весь день бы провозилась с уборкой, – с благодарной интонацией в голосе произнесла я. А про себя подумала, - «Терпеть не могу, когда без проса на мое покушаются, даже пусть это и уборка, но без разрешения ни-ни. Даже мама себе такого не позволяет, пусть я грязью зарасту, ругаться на меня можно, но убираться без моего согласия в моей комнате нельзя!» и тут я, как то, неожиданно для себя поняла, что записала прабабкин дом в свою собственность. В слух я конечно же ничего не сказала, не ругаться же с соседями с первого дня, но как то, очень вежливо их надо будет на место поставить, подумаю на этим, вечером. Посидели мы душевно, болтали ни о чем и обо всем сразу, о рыбалке, о грибах, о моей родне, погоде и так далее. С Варварой разговаривать было сложно, она как азбука Морзе, отдельные реплики и все, а когда я ее конкретно не понимала, Варвара начинала крякать слова еще быстрее и размахивать руками. Матвей ее успокаивал, и переводил то, что она хочет сказать, периодически почесывая себя за ухом. Я еще тогда подумала, чего он все время чешется, может вши? И от этой мысли стало как-то не по себе. Но спрашивать я конечно же не стала, я же культурная девочка, просто отодвинулась подальше от него, как бы случайно. Когда на улице стало смеркаться, мы отправились по домам.

Глава 9

Я зашла домой, в комнате было темно, - «Забыла спросить про электричество, ладно завтра спрошу, но столбов с проводами вроде не было, или я внимания не обратила?» – Подумала я и зажгла фонарик, который всегда возила с собой в командировки. Спать не хотелось, днем на речке выспалась. Я достала спальник расстелила его на кровати, взяла из рюкзака книгу, всегда беру с собой легкие любовные романы почитать, когда совсем не чем заняться. У самой-то отношений нет, ну не смотрят на меня парни как на девушку не нравлюсь я им. И дружить не хотят, очень интересы у нас разные. Да и подруг у меня немного Ленка с работы – ярый сторонник мирового заговора и Светка – фанатка НЛО из института. В итоге, когда мы собираемся, в такие дебри фантастики лезем, что нашему журналу и не снилось, правда и репортажи оттуда же и высасываем. А другим только и хочется в компаниях с мальчиками ходить, на дискотеки всякие. А я там как слон в посудной лавке, не к месту. А в книгах я могу хоть за других попереживать, сопли, слезы, любовь и все такое… Только я села за стол и уткнулась в книгу, как попала в другой мир, полный интриг и поцелуев с незнакомцем.

Вдруг мой рюкзак медленно пополз по столу и упал на пол. Я осторожно встала, подняла его и положила на табурет, с удивлением оглядывая стол. Ничего не происходило. Я заметно напряглась, ну не ползают в моем мире рюкзаки по столам сами. И тут, ну совсем не вовремя, начал садиться фонарик. Я вспомнила, что где-то видела свечи, вроде в шкафу, и точно, подойдя к шкафу, за стеклянными створками, я нашла несколько свечей, разных по размеру и цвету. Взяла самую большую, поставила на стол и чиркнула зажигалкой, не отменный атрибут командировок неизвестно куда. По дому разлился мягкий теплый свет. Вдруг свеча погасла, как будто ее задули. – «Наверное, сквозняк…» - подумала я, и чиркнула еще раз зажигалкой. Все повторилось. Я огляделась. Возле печи на полке стояли стеклянные трехлитровые банки, я взяла одну отнесла на стол и поставила свечу внутрь. Огонек перестал прыгать, выровнялся и разгорелся ярче. За печкой, что-то громко зашуршало. – «Наверное, мышь» - подумала я, дом то старый. И тут из угла на пол с грохотом упала метла, я, подпрыгнув от неожиданности, уставилась не нее. Сердце начало колотиться сильнее. Я подошла к метле, взялась за черенок, но, увидев, как по дереву пробегает красная искра, тут же откинула ее в сторону. К моему огромному ужасу, метла медленно поднялась, перевернулась вертикально и понеслась ко мне. Я закричала от страха, рванула от метлы, прячась за стол. Она два раза больно хлестнула меня по лицу ветками, и продолжила меня преследовать. Я побежала к двери, но та не поддалась. Я пыталась выбивать ее плечом, получая при этом сильные удары метлой по телу. Ужас, застывший в моей голове, придавал мне сил, а вот слова застряли в горле, не давая даже пискнуть. С пола взлетела табуретка, и понеслась мне в голову. Я пригнулась, и табурет разбился о дверь. Из глаз хлынули слезы, я на миг осознала, что не уклонись я, табуретка разнесла бы мне голову. Собрав последние силы, я надавила на дверь, та легко открылась, и я вылетела в сени. Удирая на карачках, на ощупь, выскочила из дома. На улице было темно «хоть глаз выколи», ни звездочки, ни луны. Я по наитию доползла до калитки, и, съежившись, спряталась за гнилыми досками забора, боясь даже дышать. Через минуту дверь дома открылась, и в тусклом свете свечи, через щель в заборе я увидела, как на скошенную тропинку вылетели мои вещи, и дверь захлопнулась. Внутри дома кто-то завыл и зарыдал детским голосом, моя нервная система не выдержала, и я грохнулась в обморок.