
Полная версия:
Аргон. Дебют
Этот тип начинал его раздражать, и Виталик понял, что туманными ответами он не отделается. Нехорошо давать «Империи» от ворот поворот, проще играть в непонятно, но господин Орт действовал слишком прямолинейно.
- Простите, но я не рассматриваю на данный момент продажу клуба, лейбла или других активов. И пересматривать текущие договора о сотрудничестве я тоже не собираюсь. Если вашим ребятам удастся подсмотреть у нас что-то новенькое - на здоровье, на то она и конкуренция. Но работаем мы только на себя, извините.
- Не торопитесь с отказом.
- О нет, Юрген, я не тороплюсь, я всё делаю вовремя.
Виталик видел, как едва заметно изогнулись губы мистера Орта. Как напряглись вслед за этим его быки.
Давид, словно уловив нехороший импульс, неспешно встал с места и прогулялся до стойки, где попросил для себя ещё чашечку. Стоял он так, чтобы видеть их всех. Его вышибалы лениво бродили по залу, и тоже как бы невзначай оказались неподалёку.
- Предложение остаётся открытым, - сказал Юрген Ост, поднимаясь с места. - Но напоминаю политику лейбла: чем дольше вы думаете, тем меньше свободы у вас будет на переговорах. Пока что мы идём к вам с раскрытыми объятиями.
- Грядёт сезон простуд, - парировал Витал. - Лучше избегать непроверенных контактов.
Представитель «Империи» молча откланялся и направился к выходу под пристальными взглядами сотрудников «Юкатана». Быки вразвалочку двинулись следом, старший бросил вызывающий взгляд на Давида, но тот лишь подмигнул ему в ответ.
- А шоу, между прочим, было крайне интересное, с секретом - заметил один из быков, подходя к дверям. - В Сети шумиха. Публика подсела на ваше заведение, как по волшебству. Интересно, какие такие феи помогают вашим ребятам, и что за пыльцу они разносят?
- Вот бы узнать, да? - хмыкнул Давид.
Его не удостоили ответом.
- Бляха-муха, - Виталик устало откинулся на спинку стула. - Что они там учудили? Где Денис, где Артём?
- Дэн тут, Артём дома откисает, - ответил Давид. - Вить, не устраивай трагедию на ровном месте. Соберём ребят через пару дней и всё обсудим. А на этих педиков забей.
- Ага, у этих педиков денег на сотню «Юкатанов», - проворчал Виталик. - Если они захотят подкинуть нам проблем, мы на одном имидже не вывезем. Кстати, что с ним за типы были? Давно таких громил не видел.
Давид что-то бегло просмотрел на экране смартфона, и поднял взгляд на Виталика.
- Сканер говорит, что двое люди, а вот один модифицирован по самые яйца. Усиленный корпус, резервная система питания, система ближнего боя, скрытый пистолет. Не уверен, что в нём осталось от оригинала, возможно только эти самые яйца.
- Это который?
- Самый мелкий. Который кофе не пил. И хоть убей, у меня стойкое ощущение, что я его где-то видел.
Витал вздохнул. Да, конечно, быки не стали бы устраивать погром в его клубе. «Империя» играет по правилам, и прекрасно умеет делать больно с помощью юристов и чемоданов с наличными. И всё же... Почему с этим типом ходит такой мощный телохранитель? Что важного в нём или в этой сделке?
- Достали, блин, - сердито фыркнул Виталик. - Акулы большого бизнеса, мать их.
Дома Артём оказался только к вечеру. Сперва заехал к обеспокоенной Янке, потом вспомнил про другие дела и закрутилось. Поспать не удалось.
Впрочем, чем чаще вспоминал о лежащей в кармане Сомнии, тем меньше думал об усталости. Удивительно и странно было ощущать подобную тягу, но Тёма признал, что ему не терпится поскорее запустить устройство.
Он взял себя в руки, когда уже собирался сесть за комп. Заставил себя переодеться, съесть ужин и приготовить кофе. Всё это время модуль лежал на столе, привлекая взгляд.
- Зависимость с первой дозы, - хмыкнул Тёма.
Весь день ему писали из клуба, да и на страничке «Юкатана» в соцсетях не утихали пересуды и требования повторить вчерашнее шоу. Читая их, Тёма чувствовал, как у него трясутся руки. Подойти к компу, вставить Сомнию, активировать чудо.
Боль вернула его с небес на землю. Дурацкий имплант снова пропустил отдачу по его нервным окончаниям. Однако с болью вернулся и рассудок. Тёма выдохнул и понял, что теперь он готов. И начать следует издалека, с безопасного соединения.
Он сел в кресло, подключил интерфейсные перчатки и запустил чистую операционку. Она была установлена на изолированном компе, который он иногда использовал, чтобы ковыряться с сомнительным софтом. Его основная рабочая машина послушно ждала своего часа, жужжа массивной системой охлаждения.
Прямой нейропорт от подключать не стал. Глубокого погружения в виртуальность ему не нужно, достаточно будет перчаток.
Он установил модуль в порт и запустил диспетчер процессов.
- Ого, какая активная!
Прожилки модуля светились мягким голубым светом. Диспетчер показывал, что программа на носителе активно изучает содержимое операционной системы. Других подозрительных действий Сомния не производила, а через какое-то время прекратила работу.
Просканировала систему примерно за шесть минут! Но что она искала?
Тёма хлебнул кофе и переместился к рабочему компу. Подумав немного, он скачал на флешку короткий сэмпл из своей библиотеки. Это был звук прибоя. Десять секунд на повторе. Он закинул сэмпл на изолированную систему, и диспетчер тут же зафиксировал активность. Программа что-то делала с файлом, но понять суть процесса Тёма не смог.
Он открыл код сэмпла в редакторе.
- Хм, - на этот раз глоток был внушительней.
Код менялся, новые строки добавлялись в него, трансформировались и исчезали, словно над файлом работал невидимый программист. Но для расшифровки динамического потока машинного кода у Тёмы не было средств. По крайней мере, в его домашней студии.
- Что ты с ним делаешь? - Тёма почесал подбородок жёстким пальцем интерфейсной перчатки. - Есть ведь только один способ узнать, да?
Он колебался. По рукам снова прошёл спазм, но Тёма не реагировал.
- Была не была!
Он запустил сэмпл и услышал прибой. Тот самый, которым он разбавлял некоторые эмбиенты, когда писал саундтреки для игрушек. Он любил эту маленькую халтурку в геймдеве. Да и игры любил. В конце концов, если бы не игры, особенно «Герои», он бы никогда не написал свой альбом.
Тёма облизнул губы и вздрогнул. Не веря своим ощущениям, он снова провёл языком по верхней губе. Соль. Соль и йод. Сомнений быть не могло, он знал этот вкус с детства, с тех самых пор, как родители стали возить его на море.
Звук прибоя менялся, то отдаляясь, то приближаясь. Вдалеке кричали чайки, лёгкий ветерок поднимал и закручивал песчаную пыль с характерным шорохом. Этого не было в сэмпле на десять секунд. А ещё в нём не было свежести морского побережья на закате дня, не было запаха водорослей и мягкого тепла, которым делится нагретый за день песок.
Артём моргнул, и понял, что он не у себя в кресле, а на берегу моря. Интерфейсные перчатки напоминали ему о себе лёгкими покалываниями, но в остальном он понял, что попал в другой мир. Исчезли стол, компьютер, вся его студия. Только безбрежное море. Только... боль?
Мышцы руки свела резкая судорога, иллюзия пошла рябью, будто не желала поддаваться напору неумолимой реальности. Он всё ещё ощущал близость моря, но был у себя дома, в студии, за рабочим столом. Артём поспешил выдернуть модуль из системника и стёр сэмпл.
- Либо у меня крыша едет, либо... хрен знает что, - проворчал он и поплёлся на кухню.
Ему требовалось нечто посерьёзней кружки кофе. Ром был вполне кстати. Холодный, с большими кубиками льда.
Пока боль в поражённых нервных окончаниях медленно угасала, а ром согревал нутро и разжигал пламя бесстрашия и любопытства, Тёма бродил по комнате, поглядывая то в окно, то на модуль, то на свои искусственные руки. Спросить совета была не у кого, на это требовалось время. Как и на самостоятельные исследования. А проверить всё и сразу хотелось прямо здесь и сейчас.
- Нет, безумие, это как рюмку кислоты хлопнуть, - бормотал он себе под нос, прихлёбывая ром. - Лучше тише, но основательней, да? Так ведь? И похер на Рика, и на этого блаженного самоубийцу, и на всех остальных, так? Пусть весь мир подождёт...
После первого стаканчика Тёма налил себе второй и остановился наконец возле стеллажа. Из-за стекла, помещённая среди таких сокровищ, как дискография Сэмми, пластинки старой синти-поп школы, автографы кумиров и сувениры со статусных мероприятий, на него смотрела она. Фантасмагория. Коллекционное издание. Карта памяти. Код для сервиса TuneMyFi. И компакт-диск - дань старине глубокой.
Мир фантазий напоминал о себе, он не хотел ждать.
- Пацанам надо бы написать, - сказал Тёма, глядя на свой первый и единственный альбом.
Ребята со старой хакерской сцены, опытные компьютерщики и гики, точно заинтересовались бы странной находкой старины Аргона. И пусть он давно уже сменил ту сцену на новую, музыкальную, но старая любовь, как известно, не ржавеет. Ему бы помогли разобраться. Но на всё требуется время.
Тёма открыл витрину и достал модуль памяти. Допивая второй бокал, он сел за комп, выгрузил туда альбом и запустил интро. Потянулась знакомая тягучая мелодия - он тогда процентов на семьдесят перелопатил тему из заставки «Героев Северных Королевств», но фанаты узнали и оценили по достоинству. Дань нетленке и новое свежее звучание в одном флаконе. Он написал этот трек за вечер на голом энтузиазме, а потом всю ночь то рубился в игру, то трахал свою бывшую. Идеальный творческий процесс, не так ли? А потом ту подружку сменила напористая Яна, и играть стало некогда.
Он помнил этот трек до последней ноты, каждую настройку, каждый бит. Руки в интерфейсных перчатках непроизвольно двигали пальцами, словно писали какой-то код, известный только им самим. Мелодия уносила Тёму в юность, в затерянные среди снегов и сосновых лесов тенистые долины, к высоким замкам, к холодным пещерам. К подвигам.
Лёд обжёг губы вслед за последней каплей рома. Он выдохнул, взял со стола Сомнию и вставил в системник. Синева затопила студию, оттеняя свет монитора и потолочных спотов, и даже свет огней большого города за окном. Синева стала всем, породила ветер и холод, новый мир.
Тёма вздрогнул от холода, но лишь на миг. Он почувствовал, что худи стало тяжелее, чем обычно, что интерфейсные перчатки давят сильнее, а увязшие в снегу ноги обуты не в кроссовки, а в массивные сапоги на меху. Перчатки стали рукавицами из толстой кожи. Худи стало тёплой курткой грубого кроя, поверх которой красовался примитивный доспех северных племён. Голову Тёмы венчала меховая шапка.
Он шёл по лесной тропинке сквозь буран, одной рукой прикрывая глаза, а другой держась за перевязь с коротким мечом. Музыка нарастала в такт буре, подыгрывала его тяжёлой, грузной походке, не теряя при этом своего величия. Вдали были видны очертания замка.
Он не запаниковал, наверное, только потому, что происходящее повергло его в шок. А потом ритм подхватил его, и Артём уже на автомате шагал через бурю к цели. Когда он дошёл до ворот замка, мелодия достигла крещендо, и тут же сменилась лёгким эмбиентом. Ворота были приоткрыты, стражи не было видно. Приключение ждало.
Это место было ему знакомо, как и все фанатам классики видеоигр. Здесь брали начало тысячи дорожек, начинались тысячи удивительных историй, неповторимых приключений. Это место стало легендой, обросло отсылками и, как водится, мемами. Поэтому, сколь не велико было его удивление, Тёма смело шагнул в проход, и музыка тоже сделала шаг, сменив громкость и ритм.
Внутренний двор был пуст, высокие стены закрывали его от вьюги, и лишь снегопад напоминал о той стихии, что бушует снаружи. Тёма шёл прямиком ко входу в большой зал цитадели, не исследуя двор и не глядя по сторонам. Там, внутри, ждала загадка.
Ледяная корка, покрывавшая внутренний двор, раскрошилась во мгновение ока, стоило ему подойти к первым ступеням цитадели и ступить под сень портика. Артём обернулся на звук и тут же вцепился в рукоять меча. К нему через двор шагали обледеневшие мертвецы, их глаза горели холодным пламенем, костяные пальцы сжимали примитивное оружие.
- Бляха-муха, да вылезай ты! - Тёма отступал к двустворчатой двери, силясь справиться с непослушными ножнами. - Это же так просто было. Раз - и достал!
Меч был иного мнения, и словно прирос к ножнам. Только когда скелеты были уже на расстоянии десятка шагов, Тёма справился с этой бедой.
Блеснула сталь - и вовремя. Кривая сабля первого мертвеца обрушилась на жертву, и Тёма, взвизгнув, подставил свой клинок по удар. Раздавшийся звон придал ему уверенности, а силы удара мертвяку явно не хватало, так что Тёма просто пнул его по голени, лишая равновесия, и что было сил оттолкнул. Скелет упал на одного из своих товарищей - с большим колуном. Третий, с кривым копьём, обошёл бедолаг, и кинулся в бой.
- Ну нахер, - Артём развернулся и дал дёру в сторону дверей, а позади стучали по камням костяные ноги.
Внутри было темно, и лишь свет, пробивающийся из высоких окон, едва разгонял тьму. Тёма рванул по центральному ходу, силясь вспомнить, куда же надо идти. Преследователи нагоняли. Музыка ускорялась, начали вступление ударные, их поддержали медные трубы.
- Эпичненько, ничего не скажешь, - Тёма выбрался к широкой винтовой лестнице и, поднявшись на пару пролётов, повернулся лицом к угрозе.
Копьё выбило каменную крошку из стены прямо у его носа. Вскрикнув, Тёма неуклюже рубанул по древку, и, хотя не перерубил его, смог выбить оружие у скелета из рук. Осмелев, он пнул костяшку ногой и тот, громыхая, покатился вниз.
- Победа! - Тёма радостно воздел клинок над головой.
За грохотом костей он не заметил, как на смену мертвяку вверх устремились трое других. Просвистела сабля, и Тёма пригнулся, лишившись острого кончика меховой шапки. Потеряв равновесие, он упал на задницу, а между его ног на ступени обрушился колун.
- Бля-а-а-а!
Отползая назад, он швырнул в лицо ближайшему скелету меч, и пока костлявый доставал его из распахнутого рта, Тёма вскочил и побежал наверх. По пути он сорвал со стены железный факел. Хоть какое-то оружие. Боевая тема сбавила обороты, отошла на задний план, но не исчезла.
Минуту спустя Тёма устал считать пролёты, но топот и стук костей за спиной заставляли его, едва дыша и спотыкаясь, продолжать бег. В конечном итоге он вышиб плечом первую попавшуюся на его пути трухлявую дверь и вывалился в длинный зал с потёртыми колоннами. Глаза привыкли к темноте, и он уже без труда ориентировался в мрачных помещениях замка.
Затерявшись среди колонн, Тёма осторожно отступил к дальней стене зала, напряжённо оглядываясь. У мертвяков должны были гореть глаза - это он точно помнил. Их легко было различить во мраке. Но ни синих огоньков, ни топота ног, ни скрежета костей и древней брони он не улавливал. Стараясь не стучать зубами и не материться, Тёма медленно крался вдоль стены к выходу и крепко сжимал обеими руками факел. Если он всё правильно помнил, оттуда он попадёт в соседнюю башню, и сможет спуститься во внутренний двор с другой стороны. А по пути обычно попадалась кладовая. Или не попадалась? Давно это было.
Музыка замедлилась, стала тягучей и зловещей. Высокие резкие ноты то и дело нарушали спокойный ритм мелодии, мешая сконцентрироваться и собраться с мыслями.
До двери оставалось двадцать шагов. Тёма двигался максимально тихо, осторожно ступая по каменному полу. Мягкие сапоги играли ему на руку.
Десять шагов. Ему мерещились посторонние звуки, но ни направление, ни происхождение этих звуков он отследить не мог. Мелодия мешала. Ничего, осталось немного.
Пять шагов. Вот и дверной проём. В зале среди колонн ни души. Музыка всё тише, да и прочие звуки словно утонули в вязком холодном сумраке. Главное, смотреть под ноги.
Два шага. Напряжённо вглядываясь в дверной проём, Тёма почувствовал, как из-под его мыска вылетает маленький камешек, пролетает вперёд и с тихим перестуком скатывается вниз по лестнице.
- Сука.
Синие огоньки загорелись прямо в дверях, и Тёма, вереща, огрел тёмный силуэт массивным навершием факела. Раздался треск, вернулся скрежет костей, а вместе с ним и боевая тема.
Фигуры мертвяков выступали из-за колонн, отрезая беглеца от спасительного прохода. Снова мелькнула сабля, и на этот раз Тёма едва успел отпрыгнуть. Лезвие полоснуло по доспеху, оставив на нём длинную борозду. Колун высек искры, задев ближайшую колонну, Тёма отпрыгнул в сторону и тут же споткнулся о подставленное древко копья. На миг он подумал, что проклятые скелеты мстят за сотни своих товарищей, с которых он старательно выбивал опыт и вещи во времена бурной геймерской юности. Боевая мелодия ускорила ритм.
- Отвалите, нахер идите! - Тёма катался по полу, стараясь увернуться одновременно и от копья, и от колуна. - Не по жопе, только не по жопе!
Бросившись под ноги копейщику, Артём опрокинул его на спину, и тут же бросился в сторону. Массивный колун разнёс черепушку скелета. Тёма не дал незадачливому дровосеку снова поднять оружие - навалился на топор всем весом, отпихнул мертвяка богатырским пинком в рёбра, а потом, подхватив выпавшее из рук его товарища копьё, вслепую ткнул в неуклюже шатающуюся фигуру. Наконечник вошёл скелету между глазниц, синие огни потухли, костяк рухнул на пол.
- Двойное убийство! - выпалил Тёма, оглядываясь и поигрывая копьём. - Ну, где вы там?
Прилетевшая из темноты стрела стала для него неожиданностью. Тёма сперва даже боли не ощутил - лишь некую помеху в районе коленной чашечки. А вот попытка сделать шаг обернулась падением. Он совсем забыл, что среди врагов должен быть стрелок.
Из-за колонны вышел мертвяк с арбалетом и принялся медленно перезаряжать своё оружие. Тёма, хрипя, попытался вытянуть стрелу, но только потратил время и силы - та сидела прочно. Боевая тема двигалась к развязке.
Над ним вырос силуэт мертвяка с саблей. Тёма, отползая к колонне, пытался нащупать хоть что-то, чем можно защититься. Ничего. Инстинктивно он поднял для защиты руки. Сабля опустилась, рассекая толстые перчатки и ладони Артёма.
Боль пронзила его. Не такая, как от порезов. Старая привычная боль. Он и забыл, что нет у него рук из плоти. Его руки - металл и пластик. Сквозь пелену боли он видел,как размываются очертания мира Северных Королевств, и сквозь интерьеры древнего замка пробивается его комната, стол и компьютер. Он видел синие глаза скелета, склоняющегося к нему всё ближе, и в то же время это были огоньки Сомнии. Вот она - только руку протянуть. И он протянул. Сжал искусственные пальцы. В иной реальности окровавленная рука вцепилась в череп мертвеца. Тёма дёрнул, вынимая модуль из порта. Дёрнул, отрывая мертвяку голову.
Привычный мир обрушился на него, подобно водопаду, кружась и вздрагивая, будто реальность не могла вот так сразу перестроиться обратно. Накатила дурнота, Тёма сполз с кресла на пол и его стошнило.
Он поднял взгляд. Студия. Монитор компьютера. Плеер проигрывает трек Фантасмагории - что-то из второго десятка. На столе лежит модуль памяти. Рядом пустой бокал и смартфон.
Тёма с трудом забрался в кресло и отхлебнул из кружки остатки кофе. Остывшая бурда с гущей показалась ему напитком богов. Он всё ещё ощущал холод и боль, страх и адреналиновую горячку схватки. Сердце колотилось в рёбра, как после хорошего забега, по всему телу саднили несуществующие ссадины и шрамы. Он выключил интерфейсные перчатки и медленно стянул их с рук.
Что это было? Галлюцинация? Изменённое состояние сознания? Или его и впрямь забросило в другой мир? Нет, последнего быть не могло, ведь мир этот придуман группой разработчиков много лет назад, а самим Тёмой исследован вдоль и поперёк. Его нет в реальности. Но что это тогда?
На столе ожил смарт. Сообщение. Тёма перевернул телефон экраном вверх и бегло посмотрел на уведомление. Писала Янка.
«Привет, Ар-Ти. Как насчёт потрахаться?»
Тёма аккуратно отложил смартфон в сторону и перевернул экраном вниз.
- Нет, дорогая, спасибо, - выдохнул он, глядя в потолок. - Меня сегодня уже оттрахали.
3.
Утро вторника. Дэн обожал это время. Лихорадка бурных выходных позади, а релакс-программа по понедельникам позволяла расслабиться не только посетителям, но и работникам «Юкатана». Работы было немного, и Дэн слегка завидовал Алику, который всегда находил себе занятие: что-то спаять, где-то перепрограммировать, настроить и так далее. Голопроекторы прошлой ночью особо не нагружали, и Дэн лишь следил, чтобы аппаратура не дала сбой.
В шесть утра он сбегал за кофе и пончиками. По пути прихватил в ретро-автомате ежедневную газету - любил он это дело. В его родном городке печатная пресса изжила себя ещё до рождения Дэна, но дед и отец ещё помнили, что такое утренняя газета или глянцевый журнал. Хотя и они в то время уже считались ретроградами.
От этих двоих Дэн пристрастился к миру маленьких материальных радостей Даже его голопроекции, казалось, перенимали эту самую материальность и создавали эффект присутствия в реальном пространстве, а не цифровой сказке. Ценители ретровейва и прочих направлений электронной музыки в последнее время ценили такие эффекты, вайбы былых времён, так что Виталик на причуды Дэна денег не жалел.
- Ал, тебе с шоколадом или джемом? - спросил Дэн, растягиваясь в рабочем кресле.
- А ты всего два что ли купил?
- Не, двенадцать, но там половина с джемом, а половина с шоколадом. Тебе какую?
Вздох Алика был похож на завывание ветра в безлюдной степи.
- Оставь мне два разных.
- Э-э, ну ладно.
Дэн откатился к окну и поднял жалюзи. Если вид из кабинета Витала открывался на перекрёсток посреди шумного проспекта Инноваций, то его техники из своей мастерской могли любоваться такой редкой вещью, как тихий сквер в сердце мегаполиса. Каким образом этот островок зелени и тишины выжил в каменных джунглях, для работников клуба было загадкой. Зато все любили там отдыхать.
Жуя пончик, Дэн любовался пасторалью. В правом ухе бормотал какой-то подкаст из списка отложенных, где-то за пределами видимости шумел город, упрямо напоминая о себе сонным людишкам. В сквере тем временем собрались люди. Человек восемь или десять.
- Алик, а кто там тусуется с утра пораньше? Курить без нас пошли?
Вопрос повис в воздухе, и пока Дэн возился со смартфоном, переключая подкасты, и тормошил клубный чат расспросами, его коллега тоже подошёл к окну.
- Левые ребята какие-то. Наши в обед собираются, забыл что ли?
- Да я за вами не слежу. Позовут курить - иду. Не позовут - не иду.
Алик нахмурился. Постучал по виску, и его глаз загорелся мягким оранжевым светом - имплант менял режим работы. Теперь даже не приближаясь к Алику можно было заметить, что в его правой глазнице размещено довольно высокотехнологичное устройство. Он вёл с его помощью видеозапись, работал с мелкими деталями без цифрового микроскопа, и даже подглядывал кое за кем с помощью мощного зума.
- Стрёмные какие-то, - сказал он, разглядывая людей в сквере. - Давиду надо сказать.
- Так он отчалил к своей подружке, - хмыкнул Дэн. - На «перерыв». Внизу его зам, который сутулый.
- Олли, знаю. Только какой толк от него? Он как пугало - детей отгонять. К какой подружке пошёл Давидыч?
Дэн пожал плечами. Выбор был достаточно велик, но подружек Давида в клубе никто не знал. Здоровяку были по вкусу дамы, максимально далёкие от тусовок и мест, вроде «Юкатана».
Алик всё же скинул сообщение на мобильник Давиду, и заодно предупредил охрану, чтобы держали ухо в остро. Дэн после его действий подумал, что странные типчики пугают и его тоже.
- Вот же нагнал жути, - ворчал он на Алика, искоса поглядывая в окно и заедая тревогу выпечкой. - Ну собрались пацаны покурить.
- Ага, а вот и зажигалка, - хмыкнул Алик, посылая Дэну фото с импланта.
- Бля! Ствол что ли? Ты как заметил?
- Софт от ментовских камер поставил, - похвастался Алик. - Теперь в любой толпе вижу всякие ножи, пугачи, кастеты и прочую хрень.
Тем временем группа подозрительных лиц как-то разом подобралась, повскакивала со скамеек и дружно двинулась к задворкам клуба. Подходя к зданию, несколько человек подняли головы и встретились взглядами с Дэном и Аликом. Техники поспешно отвалили от окна.
- Они нас видели? - спросил Дэн.
- Нет конечно, они же слепые, а мы как ниндзя.
- Пойду до подсобки, у меня там воздушка была.
- Твою репу она не пробьёт, так что не надейся застрелиться, - хихикнул Алик, подкатываясь к рабочему месту. - Я пока гляну через мониторы охраны.
- Тебя к ним подключили?
- Нет, я сам. Давиду не говори только, иначе нам кранты.
Дэн вскинулся.
- В смысле нам?! Это же ты подрубился к его аппаратуре!
- Ну мы же тут вдвоём сидим. К тому же ты техник более выского класса.
- Иди ты, Ал!
До подсобки Дэн всё же сбегал и принёс в комнату пневматическую винтовку. Даже обойму зарядил. И когда они с Аликом, переглянувшись, решили, что вроде обошлось, внизу послышались звуки борьбы.

