
Полная версия:
Права на себя. Маршрут перестроен
Через неделю Рустам Ильдарович сказал, что выписывает. Дальше — амбулаторно, реабилитация, контроль через месяц.
— Куда её везти? — спросил он, подписывая бумаги. — В Тутаев? Там частный дом?
— Частный. Удобства во дворе. Печка.
Он поднял голову.
— Туда нельзя. Минимум два-три месяца. Ей нужно ровно, тепло, туалет рядом, никаких порогов и ступенек. И кто-то рядом, кто поднимет, если упадёт. Второй раз будет хуже.
Вера кивнула. Она это знала. Знала уже неделю — с тех пор, как ночью, не в силах уснуть, сидела на кухне с ноутбуком и читала форумы, где дочери и сыновья писали: «Маму после шейки взяли к себе, она нас всех съела». И «Папа отказывается делать упражнения, что делать?». И «Посоветуйте сиделку в Ярославле, не воровку».
— Ко мне, — сказала она. — У меня комната свободная. Дочь в Петербурге учится.
— Хорошо. Порожки в ванной есть?
— Есть.
— Уберите. Поручень у унитаза. Стул в душ. Коврики все со скользкого пола — долой. Провода вдоль стен. — Он вырвал листок из блокнота, что-то быстро написал. — Вот, список. Это всё в аптеках продаётся. Удачи.
* * *
Порожек в ванной снял Гоша.
Гоша был сантехником управляющей компании «Комфорт-Дом», где Вера проработала бухгалтером двадцать лет, пока прошлой весной не ушла главбухом в сеть стоматологий. Гоша был грузный, лысоватый, вечно в чём-то перепачканный и носил футболку с надписью «Не учите меня жить, лучше помогите материально». Когда Вера рассказала ему про список, он молча приехал в субботу утром с чемоданчиком инструментов, снял порожек, привинтил два поручня — у унитаза и в ванной, — переложил провода, починил кран, который Вера просила починить ещё Олега три года назад, и отказался брать деньги.
— Вер Пална, — сказал он, вытирая руки о штаны. — Вы мне в двадцатом году переплату по профсоюзу нашли. Двенадцать тыщ. Я на них жене шубу купил. Мы с ней потом развелись, правда, но шуба-то осталась. Так что мы в расчёте.
— Гоша, при чём тут шуба?
— При том, что всё в жизни при чём, — сказал Гоша философски и ушёл.
В прихожей он столкнулся с Танькой, которая пришла с пакетом продуктов и коробкой пирожных. Они посмотрели друг на друга. Танька была в пуховике цвета фуксии и с новой стрижкой. Гоша был в куртке с оторванным карманом.
— Здрасьте, — сказал Гоша.
— Здрасьте, — сказала Танька.
Гоша ушёл. Танька прошла на кухню, поставила пакет и спросила:
— Это кто?
— Гоша. Сантехник.
— Ага, — сказала Танька. И больше ничего не спросила. Что было странно, потому что Танька Мухина спрашивала всегда и обо всём.
* * *
Маму привезли в среду, первого февраля, на скорой — Вера договорилась за деньги, потому что в «Солярис» с прямой ногой и ходунками мама не помещалась. Два санитара подняли её на носилках на четвёртый этаж — лифт в Верином доме тоже работал по настроению, видимо, это было общее свойство ярославских лифтов, — и посадили на Дашину кровать.
Барон сидел на подоконнике. Он увидел маму, медленно спустился на пол, подошёл к кровати, запрыгнул на неё — тяжело, в два приёма, как старый человек залезает в автобус, — и лёг маме на колени, на больную ногу.
— Ой! — сказала мама.
Вера кинулась снять кота. Мама остановила её рукой.
— Не трогай. Пусть лежит. Он греет.
Барон заурчал. Вера впервые за год услышала, как этот кот урчит. Звук был такой, будто где-то далеко заводили старый трактор.
* * *
Первая неделя прошла, как первый выезд в город на учебной машине. Вера потом вспоминала её урывками.
Мама в шесть утра стучит палкой в стену: «Вера! Мне надо!» Вера встаёт, ведёт маму в туалет, держит под локоть, ждёт за дверью, ведёт обратно. Мама в семь утра на кухне, на ходунках — встала сама, без спросу, — открывает шкафы и говорит: «А где у тебя нормальная сковородка? Это что, тефлон? Ты на тефлоне жаришь? Он же вредный, там рак». Мама в восемь — переставляет банки со специями в другом порядке: «Так удобнее». Мама в девять — отказывается от таблеток, потому что «от них голова чугунная». Мама в десять — звонит Клавдии Егоровне в Тутаев и сорок минут выясняет, кормит ли та кур нормально или «как попало». Мама в обед — не ест суп, потому что «на кубике». Суп был не на кубике. Суп был на говяжьей косточке, которую Вера варила три часа. Мама в три — спит. Мама в пять — снова не делает упражнения.
Упражнения были в распечатке на трёх листах, которую дал Рустам Ильдарович. Поднимать ногу лёжа, двадцать раз. Сгибать-разгибать стопу. Сжимать подушку коленями. Ходить с ходунками по квартире — утром десять минут, вечером десять минут, каждый день прибавлять.
Мама делала первое упражнение три раза и говорила: «Хватит. Больно».
— Мам, врач сказал — через боль.
— Врачу легко говорить. У него не болит.
Вера составила таблицу. В «Экселе», с колонками: время, таблетки, упражнения, ходьба в минутах, давление, примечания. Распечатала, повесила на холодильник на магнитах, рядом с Дашиным расписанием занятий в университете. Мама посмотрела на таблицу, потом на Веру.
— Это что?
— График, мам. Чтобы следить за прогрессом.
— Ты меня как бухгалтерию ведёшь, — сказала мама. — Дебет-кредит.
— Тебе так проще будет. Видно, что ты делаешь лучше с каждым днём.
— Мне проще будет, если ты от меня отстанешь.
Вера сняла таблицу с холодильника и унесла к себе. Вечером повесила снова, на дверцу своего шкафа, и заполняла сама, когда мама не видела.
* * *
Андрей пришёл в субботу.
Вера предупредила маму заранее. Сказала просто: «Ко мне придёт Андрей. Мой… друг. Мы с ним встречаемся». Мама ответила: «Шофёр этот твой?» Вера сказала: «Он инструктор». Мама сказала: «Ну я и говорю — шофёр». И больше ничего не сказала.
Андрей пришёл с цветами для мамы — не хризантемами, не розами, а с маленьким горшком, в котором цвела розовая герань. Потом Вера узнала, что он полдня объезжал цветочные, потому что Танька по секрету сказала ему, что в Тутаеве у мамы на всех подоконниках стояла герань.
Мама сидела в кресле, в своём выходном халате с лиловыми цветами, с причёсанными волосами — когда успела? — и с Бароном на коленях. Она посмотрела на Андрея снизу вверх. Долго. Так же, как, наверное, смотрела на новые партии шин на складе, прежде чем подписать накладную.
— Здравствуйте, Антонина Сергеевна, — сказал Андрей. — Это вам.
Мама взяла горшок, понюхала герань, поставила на подоконник.
— Курите? — спросила она.
— Курю.
— Бросайте. Мой муж курил. От лёгких и умер. В шестьдесят два.
— Я пытаюсь.
— Плохо пытаетесь. От вас за версту. Сколько вам лет?
— Пятьдесят четыре.
— Разведённый?
— Мама! — сказала Вера.
— Что «мама»? Я спрашиваю. Имею право. Разведённый?
— Разведённый, — спокойно сказал Андрей. — Шестнадцать лет как. Жена ушла. Дочь взрослая, в Москве. Внучке шесть лет. Квартира однокомнатная, своя, и дом в Норском, от родителей, деревянный, я его чиню. Пенсия по выслуге будет через год. Зарплата у меня меньше, чем у Веры. Алиментов не плачу, долгов нет, судимостей нет. Пью по праздникам. Собака есть, старая, Штурманом зовут.
Мама молчала. Барон на её коленях открыл один жёлтый глаз и посмотрел на Андрея.
— На скорой работали, Вера говорила? — спросила мама.
— Двадцать лет. Водителем.
— Вот, значит, — сказала мама. — Шофёр.
— Шофёр, — согласился Андрей.
Мама вдруг усмехнулась — коротко, одним уголком рта, как будто что-то в ней, против её воли, одобрило этот ответ.
— Ладно, — сказала она. — Садитесь. Вера, чайник поставь. И варенье достань, вишнёвое, я привезла. Оно в сумке, в банке под крышкой. Только не из этой твоей магазинной вазочки, а в блюдце.
За чаем мама разговаривала с Андреем двадцать минут. О шинах, о скорой, о том, как в восьмидесятых на шинном заводе давали премии мешками сахара, о том, что раньше дороги были хуже, а водители лучше. Андрей слушал, кивал, иногда что-то говорил коротко. Вера сидела между ними, пила остывший чай и не верила своим ушам.
Потом мама сказала:
— Вы мне вот что скажите. Вы её возите?
Андрей поставил чашку.
— Нет, — сказал он. — Она сама ездит.
— А если гололёд?
— Тоже сама. В январе к вам в Тутаев сама ехала. Я по телефону был.
Мама перевела взгляд на Веру.
— Это правда? Ты в тот день сама? По льду?
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
Вы ознакомились с фрагментом книги.
Для бесплатного чтения открыта только часть текста.
Приобретайте полный текст книги у нашего партнера:
Полная версия книги
Всего 10 форматов

