01

Губы клона сжались, брови приподнялись, а лоб начал покрываться горизонтальными морщинами. Он явно был озадачен таким вопросов, но имя Каватина ему было знакомо.

– Съехаться не собираетесь? – продолжил Нуаду.

– Нет. Все сложно, – произнес клон.

– Насколько?

– А черт ее знает. Она трубку не берет.

Врал клон без проблем, как и покойный Агонис, у которого, как оказалось, была женщина. И тот факт, что эта Каватина могла внезапно оказаться на пороге его дома, его не утешал. Надо было больше узнать про жизнь создателя, надо было найти убийцу или убийц. Но сначала пришлось дождаться конца рабочего дня, сразу после которого клон решил посетить ресторан, в котором были съедены спагетти, что были в желудке.

Заведение ему понравилось, как только он вошел. Его нельзя было назвать дорогим и пафосным или наоборот – скромной забегаловкой. Это было нечто между двумя этими противоположными понятиями. Просто уютный зал, в котором на каждом столе лежала белая скатерть, где на окнах стояли живые растения, а на официантах были черные передники.

– Добрый день, – поздоровался клон с администратором.

Им была высокая блондинка в облегающем кружевном платье, чьи волосы были собраны в аккуратный пучок. Из-за того, что она была на каблуках, была немного выше мужчины, которому это почему-то даже нравилось.

– Добрый день, – прозвучал ее звонкий голос.

– Я у вас недавно заказывал спагетти. Скажите, их можно взять на вынос?

– Конечно, – прозвучало в ответ.

– Замечательно. Где я могу подождать?

– Можете присесть за столик у входа, – сказала блондинка. – Я вам принесу меню.

– Хорошо.

Клон разместился напротив бара, и буквально через несколько секунд в его руках оказалось меню. Блондинка даже не стала отходить от столика, за которым он сидел, она словно знала, что он быстро определиться с заказом, в чем была права. А вот готовили спагетти не так быстро, но за эти несколько минут мужчина смог изучить снимки на телефоне Агониса.

На некоторых была женщина, брюнетка с зелеными глазами. Она была красивой, у нее были тонкие черты лица, а под правым глазом расположилась небольшая родинка. Клон сразу понял, что это была та самая Каватина. И имя ей очень подходило. А последним, что было на экране перед тем, как принесли заказ, была карта с маршрутом, который мужчина собирался повторить.

Частично он его уже прошел, он начинался с университета, а после ресторана надо было посетить мебельный магазин. Огромное трехэтажное здание, где Агонис заказал какую-то полку. Чем-то оно напоминало его дом, тоже было много окон, что тянулись с пола до потолка. Из-за них во всех помещениях, заставленных мебелью, было светло. А из-за люстр, что висели под высоким потолком, хотелось даже купить солнечные очки.

Клон вошел и уставился на план, что висел у эскалатора, а потом обратил внимание на вендинговый аппарат, что стоял с другой стороны. В нем были всякие напитки, шоколадки и чипсы.

– Вот и они, – подумал мужчина, вставляя наушник в свое правое ухо.

– Долли, а в каком магазине заказана полка? – тихо произнес он.

– В Гефесте, – прозвучало в наушнике. – От магазина придет уведомление, когда она будет готова.

– Прекрасно, – подумал клон и залез в задний карман своих брюк.

Он был уверен в том, что в чипсах точно не должно было быть никакой белладонны. Просто ему надо было убедиться, что это были те самые чипсы, которые ел Агонис. Его пальцы закинули несколько монет в отверстие, потом сделали пару нажатий по экрану и достали желтую упаковку из специального окошка. Она была маленькой и отправилась в серый пакет к контейнеру со спагетти, что успели немного остыть.

– И осталось только заказать такси, – продолжилось в голове клона, который почувствовал манящий запах кофе.

Этого напитка не было в меню студенческой столовой, и студенты и преподаватели часто покупали его по пути на занятия. Клон не удержался и заказал себе американо, который был выпит, пока он ждал машину. Когда же мужчина оказался на заднем сиденье серебристого автомобиля, сразу же достал телефон из кармана, чтобы отследить маршрут, по которому его вез парень с короткими рыжими волосами.

Так через несколько минут маршрут был полностью повторен, и клон оказался в нескольких десятках метров от своего дома. Ближе такси не могло подъехать.

– Думаю, он надолго задержался в мебельном, – подумал клон, глядя по сторонам, и отвлекся немного.

В каком же прекрасном месте находился дом покойного Агониса, практически на берегу, с видом на море и скалы. И к тому же само здание с одной стороны было похоже на скалу. Окон не было, фасад был темно-серым, из-за чего его сложно было заметить издалека. Выдавала его только бетонная дорожка, что выделялась среди камней. По ней мужчина подошел к дому, а потом его ботинки начали проваливаться в песок, по которому он продолжил свой путь.

Клон решил отправиться на яхту, где было заморожено тело его создателя. В каком-то смысле судно тоже можно было назвать домом, только совсем небольшим, но все удобства там были. На борту находилась не только спальня, но и крошечная ванная, кухня и что-то вроде гостиной. Но больше всего мужчине понравилось в задней части, где можно было посидеть на открытом воздухе и посмотреть на волны, в которых отражались красные оттенки заката.

Спагетти, что он приобрел, сначала были проверены на наличие яда, правда, он точно знал, что в них ничего не могло быть. Просто у него началась странная мания, требующая, чтобы он убедился в этом окончательно. Ну а после теста они были немного разогреты в микроволновке и переложены в тарелку. И клон почувствовал вкус, как и его создатель, из-за чего ему стало еще тревожнее.

Ему показалось, что он не просто повторил те же действия, а в каком-то смысле оказался в шкуре Агониса. Что прожил его последний день, и приближался момент, когда должен был умереть. Это странное чувство заставило клона отплыть на яхте несколько километров от берега и поужинать в комнате, где он очнулся. И его ничуть не смущал тот факт, что в паре метров от него находился труп.

– Я не умру, как ты, – внезапно подумал он, уставившись на колпак, что закрывал тело.

Глава 3

Клон не стал ночевать дома, до самого утра он был на борту яхты, пытаясь прийти в себя. Эмоции и страх, что внезапно нахлынули, не позволили ему уснуть. Он лежал, уставившись в потолок, выходил наружу, чтобы насладиться звездным небом, что отражалось в воде, и разговаривал с трупом своего создателя.

Ему было не до поиска убийцы, ему нужно было свыкнуться с той жизнью, что дал ему Агонис. С его же жизнью. И лаборатория, где проводили экскурсию, тоже была ее частью.

Студентов туда привезли на автобусе, вместе с ними приехал Нуаду, который первым покинул душный салон. Перед пятиэтажным зданием располагалась просторная парковка, на которой он искал темно-серую машину своего друга. Вот только псевдо-Агонис не приехал, а приплыл и направлялся к лаборатории по пляжу, усеянному галькой. Встретился с Нуаду и студентами он в просторном холле на первом этаже, где были лишь склады, служебные помещения и стойка информации, за которой в полном одиночестве сидел офис-менеджер.

– Всем доброе утро, – громко произнес клон, чтобы привлечь к себе внимание.

– Доброе утро, – прозвучало в ответ.

– Добро пожаловать в «Эпсилон», – продолжил мужчина. – Прошу обратить внимание на стену, на вот этот портрет. Знакомьтесь, это мой покойный дядя, который был основателем лаборатории.

– Так он получил ее в наследство? – прошептал кто-то из студентов.

– Повезло же, – произнес еще кто-то.

Вот только у Тефа, дяди Агониса, не было другого выбора – детей он не завел, как и жену. Он жил работой, дышал исследованиями и опытами, как и его племянник, который решил пойти по его стопам. Под его крылом Агонис сначала стал младшим сотрудником, а потом начал стремительно идти по карьерной лестнице, что внезапно привела его в кресло директора.

– А мне в наследство достанется тот магазин, – произнес Боуи, рядом с которым стояла Геката.

– Серьезно? – удивилась девушка.

– Или по крайней мере то крохотное здание, – продолжил парень, снова уставившись на вытянутое лицо Тефа Августа.

Портрет седого мужчины не украшал стены первого этажа и чем-то напоминал работу художников эпохи возрождения. С немаленького полотна смотрел суровый взгляд усталых глаз непонятного светлого цвета, нос формой напоминал клюв какой-то птицы, а тонкие губы сложно было рассмотреть, но он точно не улыбался. Он просто стоял в своем белом халате и смотрел куда-то в пустоту.

– А не было другой фотографии? – спросил Нуаду у Агониса, которого портрет немного пугал.

– Думаешь, другие были лучше? – сказал на это клон.

– А правда, что он проводил опыты на людях? – внезапно осмелилась спросить Мена.

– Если бы оно было так, часть жизни он провел бы за решеткой, – не растерялся клон.

– Гранд? – возмутился Нуаду.

– Думаю, нам всем пора подняться на второй этаж, – продолжил клон, уверенно ступая в сторону лестницы.

На втором этаже только начала кипеть работа. Молодые ученые вместе с наставниками занимались исследованиями. Кто-то знакомился с результатами анализов, кто-то вносил данные в таблицы, кто-то просто наблюдал за тем, как пробирки крутились в центрифуге.

Многие студенты сразу заметили, насколько было там чисто. Все блестело и сияло. Почти вся мебель была белой, только синие кресла выделялись немного. И еще сложно было не заметить стеклянные перегородки, из-за которых было видно все и всех. Привычных стен не было.

– Аквариум, – недовольно произнесла Мена, пытаясь найти хоть один укромный угол.

– Кстати, туалеты на первом этаже, – сообщил клон. – И там нет ничего просвечивающегося.

– Это не может не радовать, – осмелился произнести кто-то из студентов.

– Добрый день, – произнес мужчина, который покинул одно из помещений и оказался в проходе.

– Добрый день, – произнесли некоторые.

– Знакомьтесь, это глава исследовательского отдела, Эдвард Ким, – сказал клон, мельком взглянув на студентов.

Чтобы описать его внешность можно было использовать всего два слова: высокий азиат. Еще он был щуплым, из-за чего немного утопал в своем белом халате, а в его густых черных волосах только начала белеть седина.

– Он вам расскажет, чем живут эти стены. Или скорее стекла, – добавил клон.

Во взгляде Эдварда промелькнула нотка раздражение, которое некоторые студенты смогли уловить. Особенно это касалось Мены, которую Август очень раздражал.

– Думаю, стоит начать с вопросов, которые вас волнуют, – обратился Ким к студентам. – Можете спрашивать. Не стесняйтесь.

– Как часто приходится иметь дело с материей 13? Насколько удобно с ней работать? – вытянула руку Геката.

– Почти каждый день. И лично мне пришлось привыкать к этой субстанции, – признался Ким.

– Мыши были лучше? – произнес кто-то из задних рядов.

– Не совсем. И животных все-таки жалко, а это просто масса телесного цвета, которая смогла заменить мышей, – произнес Ким и задумался.

– В рамках одной из лекций я расскажу про нее, – сообщил клон.

– Это она? – нахмурилась Мена, уставившись на то, что лежало в одном из контейнеров.

Комок невзрачного оттенка был очень похож на яйцо.

– Да, – подтвердил Ким и проследовал в кабинет, куда нельзя было входить студентам.

Там он вывел показания на экран, что висел под самым потолком. Их смогли увидеть все.

– Думаю, так нагляднее, – произнес Ким, вернувшись к толпе.

– Ну не совсем, – тихо пробурчал под нос Боуи.

Эдвард его словно услышал и стал подробно объяснять каждую цифру и каждый параметр. Его голос был приятнее, чем у Нуаду и Агониса, даже повисла тишина среди толпы студентов. И Нуаду решил воспользоваться этим, чтобы немного поговорить с Агонисом.

– А тот скелет уже готов? – спросил он.

– Вот сегодня и узнаем, – ответил клон, понятия не имея, о чем шла речь.

После общения с Кимом студенты отправились на третий этаж, где занимались разработкой лекарств. Там тоже вместо стен были перегородки, они делили пространство на три сектора, на три помещения. Над входом в каждое была надпись с направлением: фармакология, биофармакология и нанофакмакология. И, если на втором был только один директор, то на третьем пришлось задержаться почти на два часа, чтобы послушать трех очаровательных женщин.

На четвертом этаже было интереснее всего, большинство студентов ждали именно ту часть экскурсии. Всем хотелось посмотреть на то, где разрабатывали протезы и другие приспособления, облегчающие жизнь инвалидов или тяжелобольных.

– Вот он! – воскликнул Нуаду, заметив нечто напоминающее позвоночник.

Клон тоже обратил внимание на то, что было похоже на нижнюю часть человеческого позвоночника, который продолжался небольшим хвостом. Там вообще было на что посмотреть, все разработки были расположены на стеллажах, которые стояли у стеклянных перегородок. Что только не было на этих белых полках: протезы пальцев, рук и ног, суставов, шунты и другие устройства, на которые лишь отдельные личности могли смотреть с особым восхищением.

– Походите и посмотрите на все это, – сказал клон студентам, которые не могли его услышать в тот момент, как и Нуаду, который продолжал изучать строение необычного хвоста.

– А когда его будут испытывать? – спросил он у Агониса.

– Сейчас обо всем расспросишь вместе со студентами, – прозвучало в ответ.

Нуаду вздохнул, он не мог дождаться этого момента, как и клон, который хотел оказаться в кабинете своего создателя. Он посмотрел на студентов, на их воодушевленные лица, которые заставили пробудиться фрагменты воспоминаний Агониса, который когда-то тоже был студентом.

Он был умным и проблемным, а еще на его голове темнела копна волнистых волос. Его уши были проколоты, как и нос, нижняя губа, левая бровь и то, что скрывалось под футболкой. Одевался он примерно, как Боуи, в котором из-за этого не увидел ничего плохого.

– Это не я, – внезапно осознал клон, уставившись на хрусталики, что плавали в специальном растворе.

Его настроение моментально испортилось, он понимал, что не прожил те моменты, через которые прошел его создатель. Он не был ни ребенком, ни подростком, он сразу оказался взрослым, а все те светлые моменты полностью принадлежали покойному Агонису.

– Привет, Агонис, – произнес высокий мужчина, который внезапно оказался рядом с ним.

– Привет, – сказал клон и перевел взгляд на студентов, что продолжали рассматривать образцы.

– Как их много, – продолжил мужчина, тоже на них уставившись.

Его худощавая и широкоплечая фигура скрывалась за белым халатом, а за стеклами очков, что держались на крючковатом носу, горели голубые глаза. На загоревшей коже давно появились морщины, напоминающие, что ему было уже за пятьдесят, но в густых волнистых волосах пшеничного цвета не было ни намека на седину.

– Тут кое-кто интересуется хвостом, – сказал клон, посмотрев в сторону Нуаду, который тут же почувствовал его взгляд.

– Здравствуйте, – произнес Нуаду.

– Здравствуйте, – сказал Винд.

– Внимание, студенты! – произнес громко клон, чтобы привлечь их внимание. – Это Маркус Винд, он вам расскажет о том, что происходит в этих стенах. И начнем мы вот с этого.

Мужчина указал на то, что так интересовало Нуаду, и уже хотел подняться на пятый этаж, но что-то заставило его задержаться. Он увидел то, как студенты образовали полумесяц рядом с Виндом, а потом почувствовал взгляд одного из сотрудников, из-за чего его сковала тревога. Ему почему-то показалось, что его разоблачили, что что-то он делал не так. И пока Винд рассказывал про необычное устройство, разработанное для парализованных ниже пояса, решил просто замереть. Постоять на месте и сделать вид, что слушал о том, как искусственные позвонки крепились в районе пояснице, и о том, какую роль играл необычный хвост.

– Как только нам удастся найти добровольцев, начнутся испытания, – произнес Винд. – В каком-то смысле сейчас у нас самый непредсказуемый этап. Нам нужны люди, которые не побоялись бы подобных экспериментов.

– Нужно определенное количество людей? – спросила Геката, которая стояла ближе всех.

– Нам нужно хотя бы сто человек, – прозвучало в ответ.

– Сто? – удивился кто-то.

– Интересно, что ему стоило клонировать себя? – задумался клон. – И пытался ли он клонировать каких-нибудь животных?

Он снова перестал слышать голос Винда и так погрузился в свои мысли, что не заметил, как экскурсия закончилась. И оставалось только показать то, что было на самом верху. Правда, смотреть там было не на что. Под самой крышей были лишь кабинеты и зона отдыха, где стояли диваны и небольшой кухонный гарнитур.

– И где твой кабинет? – спросил Нуаду, глядя на одну из дверей из матового стекла.

– Вот тот, где написано просто «Директор», – сказал клон, который как раз следовал в ту сторону.

– Я, конечно, понимаю, что рано говорить про практикантов, но… – продолжил Нуаду.

– Мы с тобой это можем обсудить в любой момент, если хочешь.

– Хорошо.

Они вошли в помещение с огромными окнами, из которых было видно море.

– Какой вид, – тут же произнес Нуаду, уставившись в первую очередь на небо.

– Хотел бы такой кабинет?

– Конечно, но… – внезапно прервался Нуаду, опустив взгляд на волны.

– Но? – повторил клон, разместившись за столом.

– Я не хотел бы оказаться на твоем месте, слишком много ответственности.

– Как думаешь, сколько сотрудников мне завидуют?

– Много. И не только сотрудников, – произнес Нуаду.

Сложно было с этим поспорить, вот только Нуаду не знал, с кем на самом деле разговаривал в тот момент. А клон сомневался в его искренности и начал сомневаться не только в нем. Все его ближайшее окружение не отказалось бы от всего того, что он имел. И в первую очередь это касалось должности, которая в каком-то смысле передалась ему по наследству.

Когда клон вернулся на лодку, в первую очередь составил список всех коллег по лаборатории и университету. Получился немаленький перечень из имен, в котором был и Нуаду. Он хотел проверить алиби каждого на ту ночь, когда его убили.

– Меня убили, – вслух произнес клон, осознав, что стал считать себя Агонисом.

Ужаса он от этого не испытал, лишь странное чувство, к которому присоединилась тошнота. Потом ему стало страшно из-за того, что убийца захотел бы повторить попытку и его тоже отправить на тот свет. Чтобы успокоиться, ему пришлось снова подойти к трупу своего создателя.

– За что тебя убили? – спросил он, вздохнув.

Но что-то подсказывало, что Агонис и сам не знал, кто хотел его убить. Его труп продолжал лежать под стеклянным колпаком, рядом с которым чувствовался холод.

– А это что? – прозвучало в мыслях у мужчины.

Пока тело находилось в холоде, датчики периодически сканировали его, отслеживая изменения и добавляя новые данные. Правда, ту информацию, с которой ознакомился клон, нельзя было считать новой. В ней говорилось о татуировке, что находилось чуть ниже шеи у Агониса. И мужчина запустил небольшой анализ, чтобы узнать, что там было изображено.

– Два нуля? – удивился он, рассматривая изображение, а потом поспешил в соседнее помещение, где было зеркало.

Он подошел к шкафу и уставился на свое отражение. Вид у него был немного уставшим и озадаченным, и еще он не знал, как рассмотреть то, что было у него на спине, пока не вспомнил про свой телефон, в котором была камера.

Рубашка была расстегнута за пару секунд, она упала на кровать. Он сначала дотронулся до того места, где у Агониса была татуировка, а потом попытался сфотографировать свою шею. Первый кадр оказался неудачным, но на нем было заметно край какой-то цифры. А со второй попытки у клона получилось, и он увидел две крупные цифры: 01.

Глава 4

Клон решил называть себя не Агонисом, а 01, покойный же Агонис стал для него 00. Так было проще, и одно на двоих имя так не сводило его с ума. Оставалось только найти убийцу 00, чем 01 и занялся. Заснуть он в очередной раз не смог и рано утром отправился к месту, откуда стреляли. Поплыл к тем скалам на яхте.

Путь занял у него несколько минут, а прихватил он с собой станцию, в которую были встроены мощные камеры, и металлоискатель, который обнаружил в своей кладовой. Прибор оказался потрепанным, но продолжал исправно работать. 01 настроил его на поиск материалов, из которых делали гильзы: сталь, латунь и даже титан.

– Долли, что видишь? – спросил он у станции, когда сошел на берег.

– Прекрасный вид, – прозвучало из динамиков.

– А мне нужно то, что не может увидеть невооруженный человеческий глаз.

– А можно точнее?

– Очень маленькие предметы. Ты можешь найти гильзу? – спросил клон.

– Я попытаюсь, – сказала Долли.

– Я тоже, – вздохнул мужчина, поставил колонку на один из огромных валунов и включил металлоискатель.

Но Долли оказалась быстрее.

– Везде одни камни, но у берега справа лежит бутылка, – прозвучало из динамиков.

– Бутылка, – повторил 01, уставившись в нужную сторону.

Он сразу заметил ее и подошел ближе, чтобы рассмотреть, потом вздохнул и включил металлоискатель. Прибор издал тихий сигнал, похожий на помехи, и должен был издать несколько гудков, если бы уловил присутствие металла. Но прошел один час, потом второй, ничего, в наушниках была сплошная тишина. 01 начал предполагать, что просто терял время, но внезапно наткнулся на кусочек голубой ткани в цветочек. 01 уставился на белые лилии, и его рука сама потянулась к этому клочку.

– И как оно здесь оказалось? – подумал он и уставился на горизонт, на котором начал краснеть закат.

Потом обернулся и уставился на свой дом, чьи окна блестели вдалеке.

– Долли, сможешь отсюда увидеть дыру в стекле? – спросил клон.

– Да, я ее вижу.

– Сможешь рассчитать, откуда стреляли, сверившись с данными, что у нас есть?

– Попытаюсь, но погрешность не исключена.

– Тогда включи в эту погрешность погодные условия, что были той ночью, – добавил клон.

– Хорошо, – сказала Долли и тут же выдала. – Примерные координаты отправила вам на телефон.

– Спасибо, – произнес 01 и полез за телефоном.

– Всегда рада стараться.

На экране высветилась карта, на которой была выделена область, которая была примерно тридцать квадратных метров по площади. 01 включил навигатор, чтобы найти его по точным координатам, и сделал несколько шагов к обрыву.

– Где-то тут, – подумал он, уставившись на камни.

И до него дошло, что гильза могла упасть в воду. Нужно было нырнуть, чтобы найти ее. И еще нельзя было исключать, что стрелок мог забрать ее с собой.

– У меня садится батарея, – прервала его размышления Долли.

01 ее словно не услышал, ему было не до нее. Он снова погрузился в свои мысли, прервавшиеся лишь на мгновение. Но того короткого мига хватило, чтобы посмотреть на ситуацию с другой стороны, и клон продолжил изучать обстановку.

– У меня садится батарея, – повторила Долли.

– Потерпишь, – сказал 01 и побрел куда-то.

Он хотел понять, каким образом стрелок добрался до скал. Было всего два варианта, и первым оставалась трасса. До нее можно было дойти пешком, что 01 и сделал, а когда под его ногами оказался асфальт, продолжил идти, пока ему на глаза не попался фонарь, на котором висела камера. Клон попытался понять, куда она была направлена и понял, что оказался в зоне ее видимости.

Вторым вариантом стала вода, стрелок мог еще доплыть, как и 01, и в таком случае ему была нужна лодка. Надо было искать лодку, а еще надо было наконец-то как-то структурировать всю ту информацию, что накопилась всего за пару дней. И клон занялся этим, как только вернулся домой.

Он заперся в спальне, чтобы окружить себя стенами. Станция оказалась на зарядке, правда, в доме это приспособление ей было не нужно. Она была почти в каждом приборе.

– Долли, а в доме есть фломастеры и бумага? – спросил 01, подойдя к перегородке, к чьей поверхности был приклеен список потенциальных завистников.

– Есть только бумага.

– И где она?

– На нижней полке рядом с принтером, – ответила Долли.

– Замечательно, – произнес клон, уставившись на прибор, который не заметил. – Подключись к нему, надо кое-то распечатать.

И на первом листе, что вылез из принтера, оказались лишь цифры – время смерти Агониса. На втором, что повис рядом, была карта, на которой было отмечено место, где находился стрелок. На еще одной карте был отмечен фонарь, на котором висела камера, а с другой стороны повисло изображение лодки, которую Долли нашла в интернете. Рисунок сложно было воспринимать в серьез – он был ярким, его словно нарисовал ребенок. Как и рисунок, на котором была бутылка с ядом, больше напоминающая зелье.