скачать книгу бесплатно
– Да ты что! Я совсем чурбан, что ли? Понятно, девку спасать надо было. Какие деньги?! Давай подвезу.
– Нет, благодарю, я дождусь результата обследования. Вдруг что-нибудь будет нужно.
Нетерпеливо вышагивая по коридору приемного покоя, Звягин только сейчас задумался, что ему пришлось пережить. И как ни странно, его идеально функционирующий мозг, в любую секунду готовый выдать структурированную информацию по любому вопросу, в данный момент дал конкретный сбой. Яр не мог припомнить, чтобы когда-нибудь испытывал такое состояние. Ему казалось, что если бы на пути возникла каменная стена, то он прошиб бы ее головой, кулаком, ногой – но остановить его ничто не смогло бы.
Возникал вопрос – а что за сила им двигала? И этот вопрос не имел ответа. Безусловно, он чувствовал себя виноватым, ведь девушка отвлеклась на него. И поэтому теперь он безумно переживает. Однако, какой –то внутренний голос подсказывал, что это только часть правды. Было что-то еще, не поддающееся осмыслению, оно, словно теплый пушистый котенок, мягко перебирая лапками, возилось где-то в душе, то нежно мурлыча, то непреднамеренно, но, тем не менее, больно вонзая коготки в нежную эфемерную оболочку.
Впервые в жизни он забыл про долг, про работу, и никакая сила не заставила бы его уйти отсюда, не дождавшись положительного результата.
Наконец вышел врач и успокаивающе сказал:
– Не волнуйтесь, с вашей девушкой все будет хорошо. Она пришла в сознание, сотрясение мозга и ушибы мягких тканей – можно сказать, что легко отделалась. Нужно понаблюдать, прокапать, и дня через три можете забирать на домашнее лечение.
– Доктор, скажите, что-нибудь нужно? – Яр не мог еще окончательно успокоиться.
– Не нужно, все необходимое есть, – при этом он ободряюще улыбнулся и похлопал Звягина по плечу.
Вызвав такси, Яр направился в гостиницу – нужно было переодеться…..И остыть. Интересно, а почему он не возразил, что это вовсе не его девушка, что он случайный прохожий, и забирать ее, по факту, он не должен?!
Странно, но слова доктора, словно темную кладовку лучом солнца, высветили тайники его души. Он, действительно, хотел бы, чтобы у него была такая девушка, как Анна. Чистая, открытая, озорная, какая-то невозможно, нереально настоящая. Надо же, какой оксюморон получился! Такая юная, но с какой-то взрослой женской мягкостью. Или не в этом дело?! И мозг Звягина, наконец, оправдал свое звание Супер-мозга. Он, обработав информацию, пришел к выводу, что хозяин хотел бы не такую девушку, как Анна, а именно ее. Это было открытием, заставившим Яра сильно обеспокоиться.
Он всегда, ну почти всегда, выбирал женщин рационально, по параметрам и критериям. Анна же не вписывалась ни в какие стандарты, он мало что о ней знал, но руки, запомнившие ее тело, будто диктовали свою волю, безапелляционно подчиняли себе разум. Они снова и снова возвращали его в день их первой встречи. Ведь она пробудила в нем странное, противоестественное желание, и его внутренняя система безопасности истерично сигнализировала о явных неполадках в годами отлаженной, идеально функционирующей системе мировоззрения.
Слыша фразу «носить женщину на руках», он искренне недоумевал – зачем, сама что ли ходить не может?! Женщина для него была равноправным партнером. Никакой это не слабый пол! Единственное, в чем он допускал свое преимущество – это в финансовых вопросах. Здесь он был категоричен – женщина за себя не должна платить – так положено.
Но поймав Анну в свои объятия, он чуть не задохнулся от прилива нежности. Хотелось перевернуть ее лицом к себе, почувствовать, как бьется ее сердце. Осязать ее мягкое, непоседливое, словно ртуть тело…
На работе он совершенно не мог сосредоточиться. Читая по нескольку раз одну и ту же строчку, он никак не мог понять сути. Просто наваждение какое-то!
Сейчас он вспомнил, что хотел невербально донести до его сознания пес, после того как они спасли Анну от лохматых гопников. Он говорил: «Мне просто стыдно за тебя. Не могу на это смотреть!»
Здесь он был полностью согласен с Пудингом. Суровый сотрудник прокуратуры, Ужас, летящий на крыльях ночи, Кощей бессмертный, Тот, кого нельзя называть по имени (как его за глаза таки и называли) вел себя как мальчишка.
Давным – давно получив в паспорте отметку «Свободен и счастлив», Яр не снял обручального кольца. Сначала он …
Постучавшая в дверь Лиза не дала ему углубиться в размышления – принесенные стопки бумаг настоятельно требовали присутствия не только его физического тела за столом, но и сознания.
Однако надолго его не хватило. Мысли об этом милом сорванце снова выдернули его сознание из работы. И начали опять, как в калейдоскопе, выхватывать картинки их недолгого знакомства. Вот Пудинг протягивает Анне лапу и в глазах ее вспыхивают радостные лучики, вот его пес ухаживает за Анной и они хохочут до упаду, вот он предлагает ее проводить…
Проводить. И взгляд ее падает на кольцо. Пудинг, конечно, укоризненно посмотрел на него, но хорошо, что оно есть. Оно защитит эту девочку от него самого. Потому что сам, кажется, защититься от нее уже не в силах.
Перед самым разводом он, играя в волейбол, получил травму – трещину в кости безымянного пальца, из-за чего сустав деформировался. С точки зрения эстетики особых нарушений не было, но кольцо не снималось.
Его благоверная, вернее НЕ благоверная, нет, скорее благо НЕ верная супруга посмотрела на него своим фирменным победным взглядом, прикусив нижнюю губку и, как сытая пантера, промурлыкала:
– Ну вот! Теперь ты навеки мой! Ты мой!
На тот момент он спорить и не собирался. Однако вскоре жизнь его круто изменилась, и собственно было не до кольца. Потом подумал, что нужно распилить его как-то, но все не находилось свободного времени. А затем оно и вовсе стало для него своеобразным кольцом Соломона, глядя на которое он вспоминал, что «и это пройдет».
И оно же придавало ему в глазах противоположного пола статус некой недоступной крепости. Ему категорически не нравилось, когда на него женщины устраивали охоту, и поэтому очень не хотелось никого ставить в неловкое положение отказом, который неизбежно следовал за попыткой надавить на него. Женщин он предпочитал выбирать сам.
И кольцо в некоторой степени было сродни тому, которое носил герой пушкинской «Барышни-крестьянки». Хоть и без изображения мертвой головы, оно иногда позволяло хозяину выглядеть таким же мрачным и разочарованным, чуть ли не говоря об утраченных радостях, и об увядшей своей юности. И тут он усмехнулся – ну да, детский сад – штаны на лямках. Наверно, он пропустил какой-то этап своей жизни, что таким образом восполнял недополученную возможность поиграть.
Влюбиться Яр не мог, потому что его рациональный мозг не воспринимал информацию, не подтвержденную фактами. И всякие «Люблю-ни – магу» для него были пустым звуком. Женщину, которая может быть с ним рядом, он должен прежде всего уважать. Он ценил интересную беседу, приятно, если еще и с юмором, физическое удовольствие от близости. Но не больше.
Сейчас его стройная система мировоззрения угрожающе шаталась, грозя рассыпаться в прах. Все три дня пребывания Анны в больнице он, как Гамлет, мучился вопросом: «Быть иль не быть?», вернее, «ехать иль не ехать» за ней? С одной стороны, он ей абсолютно никто – шапочный знакомый, с другой стороны, раз он ее привез туда, логично предположить, что должен и забрать. Да ничего он не должен! Наверняка, ее есть кому забрать. К тому же, Анна взрослая девушка, может сама себе такси вызвать и доехать до дома.
Утром в день Х (икс) Яр понял, что трусливо отодвигаемое ранее решение нужно срочно принимать. И как всегда, если человеку что-то очень хочется сделать, но нельзя, его изворотливый ум находит массу неопровержимых доводов, объясняющих крайнюю необходимость сделать это. Вот и сейчас он подумал, что девушка еще слаба, и вдруг она плохо себя чувствует? Таксист не будет же ее поддерживать под локоток?! И объясняя свое решение исключительно приступом человеколюбия, он набрал номер отделения и узнал, что выписывают ее в двенадцать часов.
Войдя в приемный покой, Звягин был неприятно удивлен, увидев Колоскова. Мозг, проявив чудеса проницательности, выдал информацию, что факт присутствия этого молодого человека здесь несет в себе какой-то негатив.
С большой долей вероятности можно было предположить, что такая же мысль пронеслась и в голове Антона. Их взгляды скрестились, как две сверкающие шпаги. Еще не озвучив друг другу вызов, они схлестнулись в ментальной дуэли.
«Вы что здесь делаете, Ярослав Платоныч?»
«Это же я хотел спросить у вас»
«У меня здесь могут быть родственники, знакомые. А вот вам здесь делать нечего – родни и друзей у вас нет!»
«Родни нет, это точно, но дело есть. И если мы здесь за одним и тем же, рекомендую вам сделать вид, что вы заблудились».
«Не дождетесь!»
* * *
В двенадцать часов появилась Анна. Она была бледна. Темные круги под глазами, конечно, не красили ее, но мужчины в запале соперничества этого даже не заметили. Зато она просто онемела от потрясения. Что они здесь делают вдвоем? Зная, что у Антона сложная обстановка на работе, она сказала, что вызовет такси. И поэтому никак не ожидала его тут увидеть. Собственно, его одного она бы и не против была видеть, но … тут был Ярослав Платоныч. Он что здесь делает? И мысль о том, что он приехал за ней, вспыхнула неконтролируемым лучом радости в ее глазах.
– Вы что здесь делаете? – вопрос, адресованный обоим мужчинам, прозвучал очень растерянно, и, получив ответы, она поняла, в какую ловушку угодила.
– Я приехал за тобой!
– Я вас должен забрать!
Ответы прозвучали одновременно, окончательно сформировав неприязненную позицию мужчин по отношению друг к другу.
Анна растерянно посмотрела на них. Что делать?!
Выбрав Антона, она оскорбит и оттолкнет Ярослава Платоныча. Несмотря на то, что им не суждено быть вместе, в душе все равно тлел огонек. Это был огонек какого-то неизъяснимого влечения. И ей было важно, чтобы именно этот мужчина тоже в своей душе находил место для нее. Она мечтала о том, что, живя своей жизнью, Яр Платоныч иногда будет думать о ней.
Выбрав Звягина, она обидит и унизит верного Тотошку, единственного друга. Ведь она ему всегда твердила, что не создана для любви, что мужчины ее не интересуют и замуж она не хочет. И вдруг явно предпочтет другого. Он этого не заслуживает!
Глаза ее готовы были наполниться слезами. Колосков и Звягин, как два лося, готовых схлестнуться в смертельной схватке из-за самки, с наливающимися кровью глазами, напряженно ждали ее ответа. Казалось еще секунда и раздастся глухой стук рогов. И медлить с ответом было нельзя.
Анна никогда в жизни не чувствовала себя так некомфортно. Она в нерешительности переводила взгляд с одного мужчины на другого, губы начали предательски подрагивать. Однако болезнь ее выручила из щекотливой ситуации. От нервного напряжения в голове у нее зашумело, и она упала бы на пол, если бы Звягин не подхватил ее на руки. Ноги, только что готовые бежать из больницы, стали холодеть, грудь сдавила какая-то леденящая сила, руки онемели. И если бы волосы не были бы заплетены в тугую косу, то точно стали бы дыбом. От ужаса глаза распахнулись, и ее дикий крик переполошил чуть ли не всю больницу.
Рядом с Антоном ей привиделась Наташа Сидоркина, их одноклассница, которая покончила жизнь самоубийством. Она медленно подняла руку и поманила Анну к себе.
Девушка почувствовала себя словно в ожившем кошмаре, холод мертвецким саваном окутывал все ее тело, и она, с предельной ясностью осознала, что если ничего не предпримет, покойница заберет ее с собой. Сознание путалось. Совершенно не отдавая себе отчета в том, что делает, она бросилась к Звягину и вцепилась в него мертвой хваткой.
– Ярослав Платоныч, миленький! Не отдавайте меня ей!!! – кричала она, трясясь от страха, как осиновый лист.
Яр испугался не меньше нее. Обхватив одной рукой ее за талию, другой он прижал голову Анны к своей груди, легонько поглаживая по волосам и шепча:
– Тише, тише. Я вас никому не отдам! – и еле слышно добавил, сам удивившись своим словам: – Бедная моя девочка!
Однако Анна не могла никак успокоиться. Ее била нервная дрожь, она заходилась в истерике.
Прибежавшие медики пытались оторвать ее от Яра, чтобы уколоть успокоительное. Но она еще сильней завизжала и подняла безумный взгляд на мужчину. В нем смешались боль, страх, отчаяние и мольба.
– Не отдавайте меня!!!! Она хочет меня забрать!
Яр еще сильней прижал ее к себе.
– Все хорошо! Вас никто не посмеет тронуть.
– Ярослав Платоныч, ей нужно успокоительное. Если она у вас ищет защиты, скажите ей об этом, и ее нужно в палату доставить, – знакомый уже Звягину врач был сильно обеспокоен.
Яр подхватил девушку на руки и пошел вслед за доктором. В палате он хотел положить ее на кровать, но Анна снова зашлась в неконтролируемом плаче, цепляясь за него.
– Не-е-т!!! Не оставляйте меня, прошу вас, Ярослав Платоныч. Не оставляйте, – всхлипывала она.
– Я вас не оставлю. Я буду с вами.
Тогда он со своей драгоценной ношей сел на стул, бережно прижимая ее к себе.
– Доктор, что с ней? – от волнения голос Звягина стал хриплым, будто жестокая ангина сдавила горло.
– К сожалению, я поторопился с выпиской. Обычно сотрясение мозга не несет каких-то страшных последствий. Но вот очень редко наблюдаются осложнения в виде психозов, когда у человека появляются галлюцинации, бред, искажение восприятия реальности. Что и случилось с Анной.
У Яра снова заныло сердце, он не мог понять, что с ним произошло. Но он чувствовал, что не волновался бы так за себя, как сейчас переживает за Аню. Мысленно произнеся ее имя в таком мягком варианте, он понял, что его стройной системе взглядов на жизнь пришел конец.
– Ярослав Платоныч! Придержите ее, нужно сделать укол, – доктор отвлек его от размышлений.
Постепенно всхлипывания Анны стали тише. Она начала успокаиваться, но руки, судорожно обхватившие шею Яра, разжать она не могла.
А мужчина, кажущийся незыблемой скалой, всегда спокойный и уверенный, сейчас пытался собрать воедино все мысли, которые, как наглядная иллюстрация Броуновского движения, хаотично и неконтролируемо носились в голове.
Первое. Он никогда не носил женщин на руках. Ну вот не понимал он этого. Зато сейчас, даже глубоко переживая за Анну, он тонул в невероятной нежности. Это ощущение ни с чем нельзя сравнить – ни с жаркими объятиями, ни с самой близостью. Нести женщину на руках – это так здорово! Она тебе доверилась, она покорена тобой, она беззащитна! Вот чего не хватало в его понимании женско-мужских – отношений! Женщина – не равноправный партнер, она не соратник, не Клара Цеткин и Роза Люксембург. Женщина – это хрупкий цветок, который нужно защищать, оберегать. И, думая, что Анна находится под действием лекарства и не заметит его вольности, неслышно поцеловал ее шелковистые волосы, на мгновение захватив губами выбившуюся тонкую прядь. Волосинки, скользнувшие по его коже, отдались чуть ли не электрическим разрядом – настолько оголенными казались сейчас его нервы.
Пытаясь придать своим мыслям хоть какую –нибудь стройность, он вспомнил, что за цифрой один идет два. И второй вопрос, который и вселял какую-то щемящую радость и отчаянную боль от невозможности воспользоваться радостью. Анна, в полубезумном состоянии бросилась на шею к нему, а не к Колоскову. То есть, неосознанно она стремилась к нему. Анечка, девочка моя милая!
– Ярослав Платоныч! Переложите ее на кровать. Она должна отдохнуть, а она в вас вцепилась, как бультерьер.
С глубоким сожалением Яр осторожно разжал руки девушки, задерживая их в своих ладонях и отчаянно борясь с искушением зацеловать ее тонкие пальчики.
Анна встревоженно посмотрела на него, и душу Яра снова будто окатило теплой бархатной волной.
– Все хорошо. Вам нужно отдохнуть. Но я буду здесь. Я никуда не уйду.
Не в силах вымолвить ни слова, девушка разрешила уложить себя в кровать, но руку Яра не отпускала до тех пор, пока не забылась тревожным сном.
Глава 5
Осознавая, что нужно все-таки вернуться к работе, Ярослав медлил с уходом. А вдруг, когда Аня проснется, у нее опять приключится истерика?! И если галлюцинации повторятся, не дай Бог (Яр опять непроизвольно упомянул Бога) ей какие-нибудь психотропные препараты начнут колоть. Неизвестно, что у кого на уме. Им главное, чтоб пациент не бушевал, а то, что могут произойти необратимые изменения – это их не интересует. Сколько таких случаев!
Он снова сел на стул и взял аккуратную ладошку Анны в свою. Он нежно гладил ее, проводя по линиям судьбы, с сожалением понимая, что эти линии с его собственными никогда не пересекутся. Затем трепетно поднес к губам, покрывая легкими, как касание крыльев бабочки, поцелуями.
Что же это с ним творится? Звягин, невозмутимый, предсказуемый, до мозга костей логичный, сейчас совершенно нелогично вместо скрупулезного изучения документов сидит у постели больной девушки, с которой едва знаком.
Но бросать в беде было не в правилах Звягина. Из-за него она оказалась здесь, значит, он и должен позаботиться.
Как всегда, он нашел рациональное объяснение своему порыву.
То, что Анна здорова психически, он не сомневался. Она воплощение жизни, энергии, задора. И ни грамма какой –нибудь экзальтированности или «чудаковатости». Но последствия сотрясения оказались более серьезными, чем обычно бывают. И нужно, чтобы ее посмотрел ас в своем деле. До того момента к ней нельзя никого подпускать.
Он достал телефон, искренне веря в то, что абонент сможет бросить все дела и «прилететь» в Задонск.
– Варенька, душа, моя! Звягину ты позарез нужна!
– Ну, наконец-то я услышала эти слова! Свадебное платье заказывать? – собеседница Яра искренне рада была его звонку.
– Ты как всегда впереди паровоза! Помнишь, когда Саня учил с тобой времена глагола и попросил тебя образовать будущее время глагола любить?»
Варвара захохотала:
– Конечно, помню, я ответила: «выйти замуж»! Я ж тогда была уверена, что выйду замуж только за тебя.
– Ну, тогда не получилось, сейчас – тем более. Я старый, замученный жизнью холостяк, которому категорически противопоказано жениться на молодой и здоровой девушке, – отшутился Яр и, посерьезнев, добавил: – Сможешь приехать ко мне? Только очень срочно.
– Конечно, приеду, – Варвара Александровна Рогозина, родная сестра друга Яра и по счастливому стечению обстоятельств – уже известный врач-невролог, хорошо знала: если Ярослав Платоныч о чем-то попросил, значит, событие из разряда Мега.
– Давай изложи вкратце, что случилось, – скомандовала она и, выслушав ответ, спросила: – А сколько к вам ехать?
– Варя, я не знаю, моя машина в ремонте, поэтому я на поезде приехал. На твоем мустанге часа четыре, я думаю. Только, пожалуйста, не медли.
* * *
Антон, в бессильной ярости сжав кулаки, выскочил из приемного покоя, как только закрылась дверь за Звягиным, который, как настоящий Кощей Бессмертный, уносил Анну в свои чертоги.
Два чувства, будто два столкнувшихся циклона, грозили разорвать в клочья его душу. Страх за любимую девушку, будто железными кольцами, как у сказочного Железного Генриха, сжимал его сердце.
Что с ней случилось и почему она, уставившись именно на него, впала в такое состояние? Кто-кто, но он точно не мог ее испугать! Но, тем не менее, она от него шарахнулась и кинулась искать защиты у этого мерзавца.
Обида захлестывала, не позволяя ровно дышать. «Как он смеет! Хлыщ столичный! Старый сластолюбец, пора о вечном покое думать, а он девчонок соблазняет! Тем более – он женат. Каков подлец! И когда он только успел опутать своими паучьими сетями Анну?!»
В душе молодого человека уже бушевала настоящая буря, и ей нужен был выход. Антон кинулся к своей «лошадке», трясущимися руками не сразу попал в замок зажигания. Остервенело нажал на газ, будто вгоняя шпоры в бока преданного скакуна. Рванул с места и в воротах чуть не врезался в машину скорой помощи. За доли секунды он успел предотвратить аварию, резко крутанув руль влево и буквально взлетев на альпийскую горку. Днище машины испуганно заскрежетало, проехавшись по камням.
Водителю скорой некогда было устраивать разборки, он лишь гневно посигналил ненормальному шумахеру.