скачать книгу бесплатно
Вера рядом садится, к себе его тянет, позволяет лицом ей куда-то в шею уткнуться, обнимает его крепко, глаза прикрывая и губами беззвучно шевеля. Саша воздух рвано и резко втягивает, отстраниться пытается, но Вера не даёт, сильнее пальцы на его спине в замок переплетая.
– Не нужно… – вяло отбрыкивается он.
– Нужно.
Саша покорно в её руках обмякает, почти безвольной куклой повисает, дыша тяжело и хрипло. Вера вдруг глаза резко распахивает – они ярко-карим огнём полыхают. Руку одну убирает, Саше в волосы пальцы запуская. Саша под её прикосновения подставляется охотно, ластится по-кошачьи.
– И всё же что это было? – повторяет Вера свой вопрос, ему в макушку подбородком упираясь.
– И всё же я не знаю.
Вера по голосу слышит, что Саша улыбается, и выдыхает едва слышно. Улыбается, значит, его уже отпустило.
– Со мной это не пройдёт, Саш. Почему ты его вытащить решил?
Саша рычит чуть недовольно, вырывается всё же, в глаза напротив заглядывает и на ноги поднимается.
– Я не знаю. Мне его… стало жалко. Он ведь ещё ребёнок совсем. Глупый, наивный и… изломанный.
– Таких много, – Вера головой качает, тоже поднимаясь. – Ты не из-за этого.
– А из-за чего, Вер? – Саша её поддерживает, упасть не дав. – Говорил же, что не стоило, – бормочет тихо.
– Стоило, – эхом откликается она и спрашивает внезапно, – А какая она у него?
– Хрустальная, – чуть помолчав, отзывается Саша, вздыхает устало и договаривает всё же, – и треснутая. По диагонали треснутая.
Вера вздрагивает, взгляд вскидывает испуганный и встревоженный. В Сашину руку вцепляется, до боли его запястье сжимая.
– Так ты… Ты… Ты из-за этого?
– Возможно. Я… Я не знаю, Вера! – у Саши в голосе отчаяние мелькает. – Я устал! Устал, устал, устал!
Она ловит его, уже подорвавшегося куда-то бежать, к себе прижимает, по крыльям лопаток, напряжённым, гладит, шепча что-то успокаивающее. Она ресницы мокрые, ей шею щекочущие, чувствует, в висок его целует, глаза прикрывая и боль пытаясь себе забрать.
– Тише. Тише, Саш. Дыши. Дыши со мной.
Она вдох нарочито громкий делает, слыша, как он повторить за ней силится, срываясь на хриплый стон. Она повторяет, пальцами чутко по позвоночнику проходится, в биение суматошное сердца чужого вслушивается. Саша вдох наконец глубокий и ровный делает, чуть расслабляясь в её руках.
– Вот так. Молодец. Дыши, Саша. Дыши.
Вера выдыхает, чувствуя, как сознание в манящую темноту соскальзывает, и как её руки сильные подхватывают, упасть не давая.
Не страшно?
Саша очередную дежурную улыбку из себя давит, руку чужую пожимая и диск в поблёскивающей новой упаковке протягивая.
– Здесь то, что вы заказывали. Всё передано в точности до пикселя.
– Я охотно верю вам, Александр, но всё же не могли бы вы подождать, пока мои сотрудники проверят, чтобы у нас после не было недоразумений?
– Конечно. А где здесь выход на крышу? – не меняя тона, интересуется Саша.
– На крышу? – удивлённо уточняет юноша. – Третий лестничный пролёт. Справа.
– Спасибо. Я там буду. Воздухом подышу.
– Хорошо.
Саша от молодого бизнесмена отворачивается чуть поспешно, хвоей яркой в полутьме сверкая, и уходит в указанном направлении.
Ветер на крыше ему волосы треплет, по лицу хлёстко ударяя. Саша к некоему бортику подходит, руками на него опирается, голову вниз склоняет. В горле рык вибрирующий стихать в этот раз не торопится, как и желание со всей силы кого-нибудь ударить исчезать не спешит.
Саша выдыхает резко, вскидывается по-звериному, взгляд вниз бросает. Этаж пятнадцатый где-то… Вот бы вниз шагнуть и все устои моральные и личные послать, просто сказка ведь, но…
– Да ты издеваешься, – Саша это скорее устало бормочет, чем со злостью, и оборачивается неохотно.
Да, так и есть. Ну почему он не мог хотя бы раз ошибиться?
Воронёнок этот на другом конце крыши стоит, глазищами огромными хлопает растерянно. Саша губы кривит в усмешке горьковатой, по теням чёрным, под голубыми омутами залёгшим, взглядом пробегает, по скулам заострившимся.
– А я… – Ярик явно не представляет, что говорить.
– А ты что здесь делаешь? – подсказывает Саша. У него никак не получается от нотки грубости избавиться, слишком внутри всё клокочет.
– Я к другу пришёл. Он… помочь мне обещал.
– С крыши спрыгнуть? Что, решил больше не бороться, по прямой дорожке пойти?
Ярик вздрагивает от яда, так и сквозящего в словах Саши, и голову вскидывает в непонимании. Он его не узнаёт совсем и не понимает, чем так разозлить успел. С той их встречи месяц уже прошёл, а сейчас они ещё и не говорили даже, так почему Саша так пытается ему побольнее сделать?
– Напротив, – Яр всеми силами старается бешенство в потемневшей хвое не замечать, – у него сведения есть, которые мне помочь могут. Я, кажется, зацепку нашёл.
– Что ж, мои поздравления! Такими темпами ты к ста годам убийцу и найдёшь.
Саша жмурится, кривится болезненно. У него ладонь к виску дёргается, прохладой своей боль заглушить пытаясь. Саша рычит невольно, когда приближение Ярика чувствует – шлейф метки остался.
– Саш? Саш, что с тобой?
В его голосе беспокойства за чужого по сути человека слишком много. Саша головой мотает, когти, изнутри дерущие, усмирить пытается. Шепчет тихо:
– Уйди, Яр! Просто уйди!
Ярик замирает, шаг заветный до Саши не дойдя. Смотрит с непониманием, со страхом, в посеревшем взгляде появившемся. Он колеблется, но увидев в резко распахнувшихся глазах отблеск тёмный чересчур, отшатывается невольно.
– Жутко, да? – холодно интересуется Саши, улыбаясь криво, а скорее скалясь. – Почему же ты не уйдёшь?!
Эта фраза уже скорее воем отчаянным звучит, мольбой какой-то.
– Тебе же… плохо? – Ярик потерянным совсем кажется, и ещё больше на подростка смахивает в этот момент.
– Да почему тебя это волнует? Я же чужой тебе!
Саша со всей силы кулаком в стену ударяет, костяшки в кровь сбивая и губу закусывая. У него в голове вихрь безумный все мысли путает, в груди – будто рёбра ломают по одному. «Уйди, уйди отсюда!», – бьётся где-то на периферии сознания.
– Но ты ведь спас меня. Дважды.
Ярик инстинкт самосохранения отправляет в самые дебри своей сущности, подавляя желание реально сбежать отсюда. Он боится, ему страшно смотреть на то, как безумие человека ломает, но бросить его он не может. Был бы незнакомец – уже по лестнице давно бы унёсся, но ведь этот человек его самого вытаскивал из трясины отчаяния липкого. Только вот Ярик и представить не мог, что на душе у самого Саши похоже метания намного страшнее.
– Всё ещё пытаешься во мне что-то светлое видеть? Ангела ищешь? Защитника светлого?
Сашу трясёт всего, его судорогой выкручивает до тёмных пятен перед глазами. Он слепо за стену цепляется, но рука соскальзывает, ещё ссадин добавляя этим. Саша за эту боль ухватиться пытается, но пелена в этот раз только усмехается над ним жестоко, вырваться не давая.
– Мне и друга бы хватило, – тихо отзывается Ярик, шаг вперёд делая и на рык внимания не обращая.
Напрасно.
Ярик в себя приходит только когда, уже висящим на краю крыши, оказывается. Пальцы чужие, изящные до неправильности, держат крепко за тягучую ткань спортивной чёрной кофты. Ярик спиной холод бортика чувствует, сердца стук бешеный в ушах отдаётся, оглушая.
В глазах напротив ледяная, острая хвоя. Кажется, этим взглядом глотки резать можно. Ярик замирает, подавляя желание дёрнуться, хоть как-то вырваться попытаться – боится. Он силу, исходящую от этого человека, сейчас ощущает как нельзя чутко. Видимо страх все чувства обострил.
– Ну что, ангел я? А если руку разожму?
Ярик не понимает, почему его именно слова про ангела тогда так задели.
– Саш? Саш, но это же не ты. Ты не отпустишь меня.
Ярик свой голос будто со стороны слышит – испуганный, хриплый. А чего хотеть, когда тебя над пропастью только рука человека, с ума похоже сошедшего, держит?! Он вообще не понимает, как эти слова у него с губ сорвались.
Саша жмурится снова, словно свет резанул со всей силы по глазам. Моргает часто, рывком Ярика на крышу затягивает, в сторону отбрасывает. Ярик падает безвольной куклой, ладони обдирая. Взгляд настороженный вскидывает, внутренне подбирается, к прыжку готовясь.
Саша на полу корчится в судороге болезненной, в клубок сжаться будто пытается. Руку выбрасывает, отмахиваясь ей, отгоняя словно. Шепчет хрипло:
– Уйди, во имя всех сил этого мира!
Ярик подскакивает и прочь бросается в тот же момент.
Он пока вниз по лестнице бежит спотыкается несколько раз, падает, ладони в конец раздирая. Но встаёт также быстро, дальше бежит.
– Яр, ты чего?!
Игорь его почти что ловит, когда у Ярика ноги подкашиваются.
– Яр?! Ярик?!
– Вс-с-сё в по-о-о-рядке, – кое-как давит Яр, снова опору находя и удерживаясь в стоячем положении уже без чьей-либо помощи.
– В порядке?!
Друг его за руки хватает, на ладони, исполосованные, с ужасом глядя.
– Упал.
Яр плечами пожимает, голос заставляет не дрожать, но по тревожному тёмному взгляду напротив понимает, что сделать вид, будто ничего не случилось, не получится чисто физически. Нет же у него театрального.
– Пойдём в мой кабинет, нужно обработать.
– А бумаги?
– Пойдём, – с нажимом повторяет тот, тяня его за собой за хрупкое запястье.
***
– Да ты ненормальный.
Ярик с этим сейчас полностью согласен. Он на Сашу, устало привалившегося к косяку входной двери, смотрит из-под чёлки чёрной, на глаза упавшей. Во взгляде напротив лишь серость обычная, пепел словно после пожарища.
– Зачем ты пришёл?
Ярик в голосе кроме усталости безграничной ничего вычленить не может. Перед ним словно другой человек стоит. Нет. Не так. Тот человек, что был на крыше – вот он был другой. А это просто Саша. Тот самый Саша, который его с кладбища вытащил.
– Я хотел удостовериться, что с тобой всё в порядке.
И он не лжёт ни разу. У него реально кошки на душе скребли, стоило силуэт, изломанный, на крыше вспомнить и боль ту, в хвое затаившуюся.
– А тебе не страшно, нет?
У Саши в глазах ожидание какое-то появляется, болотный оттенок с собой принеся. Ярик молчит минуту, пытаясь в осторожной мимике напротив что-то отыскать.
– Страшно, – решает честно ответить он. – Но и за тебя тоже страшно было.
Саша о косяк лбом ударяется, глаза прикрывая и тихо постанывая невольно. Боль в голове всё ещё до конца не утихла, и всё, о чём он сейчас мечтает – это остаться одному.
– Но теперь-то ты убедился, что я живой, что со мной нормально всё, и пойдёшь спокойно домой? – он Ярику ответить не даёт, взгляд вскидывая и продолжая. – А ещё лучше будет, если ты и дорогу сюда забудешь и про меня вообще. Просто продолжай искать того убийцу и прости мне мои сегодняшние слова, если сможешь. Про мои действия даже не заикаюсь. Реально, уходи, Яр. Сегодняшняя встреча случайной была, она не должна была произойти.
– Но почему? – теряется он.
– Да что ж тебе не живётся спокойно? Забудь всё это просто и вали домой.
Саша пальцы к вискам прижимает, трёт ожесточённо, словно пытаясь боль унять хоть так. В глазах голубых сомнение видит и едва не подвывает от желания просто послать всех и вся. На кой он в тот день прогуляться до кладбища решил?!
Вы ознакомились с фрагментом книги.
Для бесплатного чтения открыта только часть текста.
Приобретайте полный текст книги у нашего партнера: