Марго выбирает счастье

Рядом с платьем лежала стопка бумаг. Те самые документы, которые она успела наспех собрать, когда уходила из дома покойного мужа. Зачем? Не знала. Просто инстинкт — бумаги важны, они могут пригодиться для дела.

Она положила их на край стола, погладила ладонью.

Он сможет разобраться. Этьен все сделает правильно, если конечно поверит ей и захочет.

Марго вспомнила его лицо прошлой ночью. Холодное, замкнутое, но... не злое. Он мог бы выгнать её. Имел полное право. Не выгнал. Впустил, обогрел, накормил, оставил ночевать.

Этьен мог быть обиженным. Мог ненавидеть её. Но злым он не был никогда. И даже сейчас, глядя на неё сквозь восемь лет боли от предательства, он не стал злым.

Она видела это в его глазах. За всей холодностью, сдержанностью — там что-то было. То, что не давало ему просто захлопнуть дверь.

Марго прижала бумаги к груди и закрыла глаза.

«Спасибо, — прошептала она. — Спасибо тебе за всё».

---

Этьен вернулся к только вечеру следующего дня.

Марго слышала стук копыт во дворе, потом шаги в прихожей, и наконец его голос — он о чём-то негромко говорил с Зоей. Сердце забилось чаще, но она заставила себя остаться на месте, не выбегать навстречу, не показывать этой отчаянной надежды, которая снова затеплилась в груди.

К ужину она спустилась сама.

Этьен уже сидел за столом в гостиной — усталый, в дорожном костюме, с тенью небритости на щеках. Перед ним стояла тарелка с ужином, но он к ней почти не притронулся.

Марго вошла, остановилась у порога, сжимая в руках стопку бумаг.

— Добрый вечер, — тихо сказала она.

Он поднял на неё глаза. Взгляд скользнул по её лицу, по платью, по бумагам в руках.

— Добрый вечер, Марго.

Она подошла к столу, положила документы на самый краешек, рядом с его локтем. Села напротив, сложив руки на коленях.

Ужин проходил в тишине.

Зоя поставила перед Марго тарелку, и та заставила себя есть — через силу, маленькими кусочками, потому что надо. Потому что нельзя больше быть этой тенью прежней себя, такой развалиной. Если она хочет выжить — она должна стать сильной.

Этьен молчал. Ел быстро, почти не глядя на неё. Но она чувствовала — сейчас стоит помолчать. Пока пусть думает о чём-то своём.

Когда ужин закончился, он взял со стола бумаги.

— Я посмотрю, — сказал коротко. — Увидимся утром.

И вышел, унося с собой стопку документов, в которых, возможно, была вся её жизнь.

Марго осталась одна.

Она сидела за столом, глядя на пустую тарелку Этьена, и чувствовала, как внутри поднимается что-то новое. Не надежда — она была еще слишком хрупкой. И не страх — его больше не осталось.

Решимость.

Она сделала глубокий вдох. Выдохнула.

— Больше никаких слёз, — сказала она вслух, и голос прозвучал твёрдо, почти незнакомо. — Что бы ни случилось дальше — я не буду плакать.

За окном сгущались сумерки. В доме было тихо и тепло.

Марго поднялась и медленно пошла к себе. Завтра будет новый день. И что бы Этьен ни решил — она примет это. Потому что выбора у неё всё равно нет.

Но сдаваться она больше не собиралась.

---

Этьен не сомкнул глаз. Он сидел в кабинете, перебирая бумаги, которые она принесла, – счета, письма, старые расписки. Всё это могло подождать. Но он снова и снова возвращался к ним, лишь бы не думать о ней.

– Ты женишься на ней, – сказал он вслух, и собственный голос показался чужим. – Женишься на дочери человека, который разрушил жизнь Седрика. На женщине, которая предпочла тебе старика с кошельком.

Он закрыл глаза, и перед внутренним взором встало её лицо – бледное, испуганное, с мольбой в глазах. Она стояла на коленях у его ног и просила защиты. Не денег – защиты.

– Ты не сможешь ей отказать, – прошептал он. – Не сможешь, потому что восемь лет пытался забыть – и не смог.

За окном светало. Этьен поднялся, плеснул в лицо ледяной воды и принял решение. Не сердцем – он давно уже не доверял сердцу. Просто понял: если он скажет «нет», то потеряет её навсегда. А если скажет «да» – возможно, когда-нибудь узнает правду.

ГЛАВА 5. Жена

Утро встретило Марго серым, но сухим небом. Впервые за последние дни она проснулась без чувства липкого ужаса в груди. Просто открыла глаза и поняла, что выспалась.

Она привела себя в порядок, оделась в то же простое тёмное платье — другого всё равно не было — и спустилась в столовую.

Этьен уже сидел за столом. Перед ним стояла чашка кофе и пустая тарелка — он завтракал один, быстро и без особого аппетита, как человек, привыкший экономить время даже на еде.

Увидев Марго, он коротко кивнул на место напротив.

— Доброе утро, — тихо сказала она, садясь.

— Доброе.

Зоя тут же появилась с тарелкой каши и свежими булочками. Марго поблагодарила, взяла ложку, но есть не спешила — ждала, что он скажет.

Этьен допил кофе, промокнул губы салфеткой и поднял на неё глаза.

— Кушай и собирайся, — сказал он ровно. — Сегодня поедем в город.

Марго замерла с ложкой в руке.

— В город?

— Да. Через час выезжаем.

Он не объяснил зачем, и она не решилась спросить. Только кивнула и заставила себя есть, хотя кусок в горло не лез от волнения.

Через час она стояла у крыльца, закутанная в тот самый плащ, в котором приехала — другого не было. Этьен уже ждал в экипаже. Он помог ей забраться, коротко коснувшись локтя, и захлопнул дверцу.

Всю дорогу они молчали.

Марго смотрела в окно на проплывающие мимо поля, перелески, редкие деревеньки. Этьен сидел напротив, погружённый в свои мысли, и только изредка бросал на неё взгляды — быстрые, неуловимые, но она чувствовала их кожей.

Экипаж остановился на центральной площади.