Всего лишь бывшие

Поэтому я прекрасно понимаю, что она думает и чувствует, глядя на Давида, и не могу ее за это осуждать.

Присосавшись к горлышку пластиковой бутылки, Саша делает несколько больших глотков и затем подушечкой большого пальца стирает с него помаду.

– Странный это Росс. Неприятный…

– Почему?

– Я себя дрессированной мартышкой перед ним чувствовала…

Догадываюсь, что она имеет в виду. Давид умеет заставить человека вывернуться наизнанку ради его одобрительного кивка.

– Ему не понравились твои предложения?

– Я вообще не поняла, Ксюш!.. Он ничего не сказал! Сидел как на заупокойной службе!

– Что, не сказал ни слова? – уточняю, отвлекшись на уведомление от одного из соискателей.

Меня приглашают на собеседование в известный автосалон.

Ого!.. Так быстро?!

– Слушал меня пятнадцать минут, а потом сухо поблагодарил и при мне ответил на входящий звонок!

– Саша, а можно мне уйти на час? Вместо обеда!..

– Куда?

– На собеседование.

– Какое еще собеседование, Ксюх?.. Зачем?

– Я давно собиралась, – говорю полуправду.

– Давно собиралась бросить меня? – надувает губы.

– Я уйду?..

– Иди!

Причесавшись и брызнув на себя духами, я бросаю телефон в сумку и выхожу из кабинета.

Чувствую забравшийся под воротник пиджака колючий озноб, когда нажимаю кнопку вызова лифта. Он дерет кожу осколками и заставляет дрожать.

Короткий мелодичный звонок. Я ступаю внутрь и слышу, как он заходит следом.

– Здравствуй, Ксения, – раздается совсем рядом.

Глава 5

Ксения

– Я не знал, что ты здесь работаешь, – говорит Давид, едва двери лифта закрываются.

Я гляжу в глянцевое отражение самой себя. Плевать вообще.

– Если бы знал, отказался бы от контракта.

– Откажись сейчас.

Вижу боковым зрением, как пытаясь поймать мой взгляд, он склоняет голову набок.

– Сейчас уже поздно. Сейчас мне проще уволить тебя.

– Я сама уволюсь, – выдавливаю через перехвативший горло спазм.

Нажав на стоп-кнопку, он останавливает лифт и переносит вес на одну ногу. Так, чтобы видеть мое лицо. Оно горит, как от пощечин, и мне приходится мобилизовать все свои силы, чтобы не выдать своих эмоций.

Я дышу ровно и глубоко. Радуюсь, не узнав аромат его парфюма. Чем меньше точек соприкосновения с прошлым, тем лучше.

– Как много сотрудников вашей компании знают о нас?

Мои и без того пылающие щеки едва не воспламеняются.

– Никто. Никто не знает.

– Ты уверена?

Я поворачиваю голову и боковым взглядом зацепляю его.

– Уверена. Это не то, чем можно хвастаться.

Давид делает шаг назад, и кислорода сразу становится больше. Лифт дергается, и уже через пару секунд открывает двери на первом этаже.

– Надеюсь, так и останется, – говорит он прежде, чем выпустить меня.

– Разумеется.

Вцепившись пальцами в ремешок сумки, я стремительно шагаю на выход. Вылетаю на улицу и хватаю губами по-осеннему прохладный воздух.

– Придурок!..

Волны гнева все еще раскачивают тело. Я несусь вперед по тротуару, куда глаза глядят.

Циничный ублюдок!.. Испугался, что скомпрометирую его? Стану без разбора всем подряд хвалиться, что когда-то была его женой?!

Да знал бы он, как я мечтаю стереть из памяти и его, и нашу пародию на семью! Знал бы, как я ненавижу каждую проведенную с ним минуту! Как я проклинаю день, когда села в его машину!..

Задохнувшись от быстрой ходьбы, я сбрасываю скорость и вскоре совсем останавливаюсь. Туман в голове рассеивается, и я начинаю возвращаться в реальность.

Вижу огибающих меня, спешащих по своим делам, людей. Слышу звуки будничного города.

Разгоревшийся в легких пожар гаснет.

Нельзя позволять враждебности затопить меня – это одно из правил поведения при встрече с бывшим. Да, я знаю их все до единого. Я была прилежной ученицей.

Давида тоже можно понять. Он помнит меня такой, какой я была пять лет назад – навязчивой, полностью от него зависимой. Откуда ему знать, как изменили меня эти пять лет.

Собеседование проходит не так хорошо, как мне хотелось бы. Специфика должностных обязанностей совершенна не схожа с моими настоящими, но при желании я могла бы быстро научиться.

В итоге мне обещают перезвонить, а я, уходя из их офиса, мысленно прощаюсь с ним навсегда.

Перед тем, как вернуться на работу, я захожу в кафе неподалеку. Занимаю маленький круглый стол в углу и строчу Савве сообщение. Третье за сегодня.

«Ты не забыл про мой ноутбук?»

Вижу, что в сети, но не читает. Кусаю щеку изнутри, представляя, как я бешу его и что конкретно в этот момент он думает обо мне.

Через десять минут, когда приносят стакан апельсинового сока, Савва все же нисходит до ответа.

«Не беси, Ксю»

«Тогда ты про меня забудешь»

«Я тебя ща в чс кину»

Тихо посмеиваюсь, но замолкаю часов до четырех.

Никуда он меня не кинет, потому что любит. Как бывшую одноклассницу, подругу и просто девчонку из соседнего двора.

Савва пришел к нам в третьем классе. Задиристый, дерзкий, но при этом способный к учебе. Однако сдружились мы позже, когда я стала ходить на танцы, а он на каратэ. Выяснилось, что после занятий нам по пути. Савелий провожал меня до дома и отгонял бездомных собак, которых я боялась до ужаса.

В старших классах пару он раз дрался из-за меня, и всегда выходил победителем. Я называла его «мой рыцарь».

Родители были уверены, что рано или поздно мы начнем встречаться. Я не знаю, так ли это было бы на самом деле – я повстречала Росса, и общение с Саввой почти сошло на нет. Они были знакомы, но общего языка так и не нашли.

Давид не верил в дружбу между мужчиной и женщиной, а Савелий не доверял Давиду. Время показало, что в какой-то степени они оба были правы.

Друг снова появился на горизонте, когда после развода я вывалилась из жизни. Это были тяжелые времена – я совершала глупости, глуша боль всеми доступными мне средствами. Савва был рядом. Он видел, как я погружалась на дно, и не уставал вытаскивать меня на поверхность. Не знаю, как он все это вытерпел.

Вернуться в офис я себя буквально заставляю. От перспективы еще одной такой встречи начинает подташнивать.

Налив в стаканчик воды из кулера, я иду в кабинет, прокручивая в голове все телефонные контакты из тех, кто смог бы мне помочь с поиском новой работы. Сейчас я настроена так, что уйду отсюда к первому, кто меня позовет.

– Ну что?.. – спрашивает Саша, едва я открываю дверь.

– Перезвонят.

– Ясно.

– Ты почему не на обеде?

– Не до обеда, Ксюх, – говорит она, доставая с полки сразу стопку увесистых папок, – Росс отчет по договорам требует.

– Когда?

– Как можно быстрее.

Мы с ней такие отчеты раз в год делаем, и на их подготовку уходит минимум три дня.

– Черт, – не сдерживаюсь я.

Мысленно я уже здесь не работаю, но, кажется, рано расслабилась.

– Он потребовал отчеты со всех отделов, – поясняет Саша, продолжая разгружать полку.

Сдержанно вздохнув, я снимаю пиджак и вешаю его на спинку стула. А затем помогаю Александре, после чего мы обе погружаемся в работу.

– Я просрочку нашла, – вдруг произносит она, оторвав взгляд от бумаг.

– Проверь в базе, может просто не распечатали новый договор.

– Я посмотрела, его нет.

Сердце в груди тревожно сжимается. Это крупный косяк. Мое воображение быстро выстраивает цепочку событий, последующих за ним.

– Последняя поставка была уже по просроченному договору.

– Как так? Я им занималась?..

Саша хмурит брови, словно пытаясь вспомнить.

– МакМаркет…

Это ее договор. Не мой.

Испытывая постыдное облегчение, я опускаю глаза.

– Трындец просто, – бледнеет начальница, – Он меня уволит?

– Не уволит.

– Кадровые решения теперь в его компетенции!.. Так Родимцев сказал!

– Саш, успокойся!.. Росс не станет разбрасываться людьми в такой сложный период!..

Часто поверхностно дыша, она машет руками на свое лицо.

– Нужно быстро новый заключить…

– Его все равно на подпись ему нести.

– Ксюш, печатай новый договор! Быстро!..

Глава 6

Ксения

Я печатаю договор и пересылаю его Саше, а она тут же отправляет его нашим партнерам и пытается до них дозвониться.

– Только не это!.. – бормочет тихо, набирая по очереди все доступные номера.

– У них уже закончен рабочий день, – прикидываю разницу во времени, – Свяжешься с ними утром.

Кивнув, она бросает телефон на стол и разворачивается ко мне лицом.

– Ксюх, унесешь договор Россу?

– Нет.

– Завтра, после того, как МакМаркет подпишет. Положим его в папку с текущими договорами. Он не заметит…

– Нет, Саша!

– Да какая тебе разница? Оставишь папку в приемной на подпись и все! – говорит вкрадчиво, улыбаясь, – Ты же постоянно так делаешь!

– Я к нему не пойду!

– Да, почему?! – вдруг резонирует ее голос, – Это твоя обязанность, Ксюш!..

Я знаю, насколько Давид въедлив в детали, касаемые работы. Я помню, каким удушающе педантичным он может быть. И я не собираюсь становиться мишенью, если вдруг он решит пробить эти договоры по базе.

– Я! К нему! Не пойду!.. – выкрикиваю каждую букву, – Не надо подставлять меня, Саша!

Ее лицо покрывается бордовыми пятнами и становится некрасивым. Взгляд высекает молнии.

– Ты все равно собралась увольняться!..

– Хочешь подмочить мою репутацию напоследок?

– Кому нужна твоя репутация? – смеется истерично, – Никто не будет ее проверять!

– Я сказала, нет! Я не возьму на себя эту ошибку!

Упав на спинку кресла, прижимаю холодные ладони к горящим щекам. Дело не в Россе! Не в нежелании сознательно опустить себя в его глазах еще раз. Он тут вообще не при чем!

Я не обязана приносить себя в жертву! Ни ради Саши, ни ради кого бы то ни было еще! С какой стати?!..

Умение выстраивать собственные границы – черта зрелой личности. А я, мать его, давно зрелая личность!

Александра включает стоящий на тумбочке чайник и высыпает в чашку порцию растворимого кофе. Отвернувшись от меня, не шевелится, пока не щелкает тумблер.

Затем наливает кипятка и с напитком садится в кресло.

Я продолжаю сверять документы с данными из таблицы.

– Я ему не понравилась, – проговаривает начальница сдавленно, – Он относится ко мне предвзято.

Хочется проорать, что Росс относится предвзято абсолютно ко всем! Что Александра, черт возьми, не особенная!

Отпивая кофе, запах которого расплылся по кабинету, она горько вздыхает.

– Ладно, что-нибудь придумаю. В первый раз, что ли?

Я закрываю одну папку и открываю вторую. Пусть придумывает, что хочет. Я не хочу иметь к этому никакого отношения.

Приходится задержаться почти на час, но я все равно сворачиваю работу раньше Саши. Ей это место явно нужнее, чем мне.

– Не опаздывай завтра. Мы еще и половины не сделали, – бросает она, не поднимая головы от бумаг.

Я, намереваясь съездить к родителям, вызываю такси и собираю свои вещи.

– Не опоздаю.

– Может, отложишь поиски работы, пока отчет не сдадим?

Надеваю пиджак, вешаю сумку на плечо и привычным движением поправляю собранные в хвост волосы.

Это последнее, что меня волнует. Я даже положенные две недели отрабатывать не собираюсь. Уверена, Росс не будет этому препятствовать.

– Сдадим мы этот отчет, – обещаю, открывая дверь, – Никуда он не денется.

Своих родителей я навещаю не часто, а вот они бывают у меня едва ли не каждую неделю. Особенно младшая сестра Злата, которая открыто говорит, что надеется однажды переехать ко мне насовсем.

А я так прямо каждый раз заявляю, что этого не будет никогда.

Не потому, что я ее не люблю. Просто я научилась ценить тишину и не бояться одиночества. Когда-то они были моими самыми верными подругами.

Купив в пекарне неподалеку любимый папин пирог с брусникой, я пересекаю двор обычной хрущевки, захожу в подъезд и по лестнице поднимаюсь на пятый этаж.

– Ксюша?.. – тихо удивляется мама, – Почему не позвонила?

– Сюрприз хотела сделать. Папа дома?

– Дома, – говорит, кивая в сторону большой комнаты, – Футбол смотрит.

Я вручаю ей пирог и снимаю туфли.

– А Злата?

– У подружки.

Отлично. Я не могу делиться с ней своими переживаниями. Ее юношеский максимализм часто обесценивает мои эмоции. Она напоминает меня в возрасте двадцати лет.

– Мам, я решила работу поменять, – заявляю сразу.

– Как?.. – ахает она, – Почему?

Я захожу в тесную ванную и подставляю руки под струю теплой воды.

– В нашей компании кризис. Уже начались сокращения.

– Ты говорила, вам пришлют какого-то специалиста, который выведет ее из кризиса.

– Прислали, ага… – смеюсь, боясь напугать ее, – Росса. Моего бывшего.

Мама округляет глаза и прижимает ладонь ко рту.

– Да ты что?! Его?!..

– Угу…

Смываю пену, закрываю кран и вытираю руки мягким полотенцем. Они немного дрожат, зараженные маминой нервозностью.

– Господи!.. – выдыхает она, оглядываясь в сторону комнаты, из которой доносятся громкие крики футбольных фанатов, – Ты его видела? Вы говорили?

– Да, – отвечаю сразу на два вопроса.

– Он специально вернулся? Он знал, что ты там работаешь?..

– Нет, конечно!..

– Ну, странное совпадение, согласись?..

Мама, как и любая нормальная мать, на моей стороне. Ее хорошее к нему отношение сменилось на ненависть сразу, как только она узнала, что он бросил меня. Прошло пять лет, а она все еще уверена, что когда-нибудь мой бывший станет кусать локти, рыдая о том, что потерял меня.

– Просто совпадение, – говорю, выходя из ванной и направляясь к папе, – Так бывает.

– Что он тебе сказал?

– Ничего особенного, – оборачиваюсь я, – Ничего не изменилось мам. Он не хочет видеть меня. Я не хочу видеть его.

– Мерзавец, – доносится до меня тихое.

Мама видела, как мне было плохо тогда. А я видела страх в ее глазах, когда она боялась, что однажды со мной случится непоправимое.

Поэтому я оправдываю ее обиду на Росса, она имеет на нее право.

– Привет, – склоняюсь над диваном, чтобы поцеловать отца в щеку.

– Ксюшка пришла!.. – отвлекается от телевизора.

– Какой счет?

– Ай!.. – раздраженно машет рукой, – Кривоногие! Мяч как в первый раз видят!..

– Я пирог с брусникой привезла. Идем чай пить!

– Я сейчас… заварите свежего пока, – возвращает взгляд к экрану, – Десять минут, Ксю…

Я иду на кухню и помогаю маме накрыть на стол. Поглядывая на меня, она все время часто вздыхает.

– Правильно, – проговаривает наконец, – Надо менять работу.

– Я разослала свои резюме.

– Увольняйся, не жди, когда предложат что-нибудь другое…

– Нет, мам…

– Ксюша, беги от него, – давит голосом.

– Я его не боюсь.

– Тебе так кажется…

– Мама, – смотрю в глаза, – Все давно остыло. Мне плевать на него.

Глава 7

Давид

«Базик Трейд» не самый сложный наш проект. Не самый крупный и не самый выгодный. Я мог бы отказаться от него, но вышло так, что не отказался. Личное знакомство с Родимцевым сыграло не последнюю роль. Когда он был приятелем моего отца.

Фирма федерального значения застряла в развитии на уровне начала двухтысячных, когда была основана и собирала с рынка сливки. Сейчас от того гиганта остались только воспоминания, да истеричная тоска по прошлому ее хозяина.

Вывести ее на начальные показатели уже не получится, но поднять со дна и задать вектор развития – вполне. Рассчитываю уложится в срок меньше тех шести месяцев, что указаны в контракте.

– Спасибо, – благодарю секретаря за чашку черного кофе.

Валерия еще не поняла, как правильно вести себя со мной, но уже точно знает, что улыбки с подтекстом в офисе неуместны, а шуток ее я не понимаю.

– Давид Олегович, – произносит официальным тоном, – К вам Колесник из договорного отдела пришла. Принесла договоры на подпись. Пригласить?

– Пусть зайдет.

Валерия кивает и шагает на выход с напряженной прямой спиной, словно шпагу проглотила. Выходит, оставив дверь приоткрытой, а через мгновение на пороге появляется начальник договорного отдела. Одетая гораздо скромнее, чем вчера, с застывшим взглядом и приклеенной к лицу вежливой улыбкой. Смотрит прямо, но поверх моей головы.

– Добрый день, – говорит, прочистив горло, и протягивает папку, – Договоры на подпись. Подпишите?

Взглядом велю положить ее на стол и снова задаюсь вопросом – почему не Ксения? Я слишком сильно запугал ее в лифте?

– Три из них на продление, – поясняет Александра, избегая смотреть в глаза, – Один новый.

– Я посмотрю их в течение дня.

– Хорошо, да… – разворачивается, чтобы уйти, но на мгновение замирает – Те, что на продление, лучше подписать сегодня.

Едва за ней закрывается дверь, я быстро допиваю кофе и решаю набрать Родимцева, поскольку ни с кем, кроме него не могу поговорить на интересующую меня тему, опасаясь, что этот разговор дойдет до бывшей жены и спровоцирует ее на глупости.

– Здравствуй, Давид, – раздается в трубке его голос, – Чем порадуешь?

Его невмешательство в дела компании является одной из наших с ним негласных договоренностей на период действия контракта. Поэтому у меня право подписи и карт-бланш на все операции, включая кадровые.

– Рано радоваться, Роман Валентинович. Мы еще завалы разгребать не начали.

– Завалы? – уточняет со смехом, скрывая за ним свое уязвленное самолюбие.

Родимцев мужик старой закалки, максимально негибкий и не приспособленный к молниеносно меняющимся реалиям. Главная причина кризиса, в которой оказалась его фирма в том, что он еще и не доверяет управление ею никому, кроме себя. Решение обратиться к нам стоило ему больших моральных ресурсов.

– Будем отсеивать ваших поставщиков. Некоторые из них держаться на плаву только благодарая вам. Вы занимаетесь благотворительностью?..

– Все так плохо?

– Мы соберемся для обсуждения промежуточных результатов в следующем месяце, Роман Валентинович.

– Договорились, – отвечает спустя пару секунд.

– Я кое-что спросить хотел, – перехожу к делу.

– Давай.

– Коммерческий отдел…

– Что с ним?

– Вы знаете его сотрудников?

– Эмм… – подвисает Родимцев.

– Конкретно тех, кто отвечает за договоры, – даю наводку.

– Да. Колесник Александра. И ее помощник… Ксения… Климова, кажется.

Поменяла фамилию. На момент развода она не хотела этого делать и потом, позже, я оформлял купленную для нее квартиру на фамилию Росс. Если это что-то и значит, то я только рад.

– Что можете сказать о ней?

– О Колесник?

– О Климовой.

– А что случилось, Давид?.. – настораживается Роман Валентинович.

Оттолкнувшись ногой от пола, я разворачиваюсь в кресле к окну и пальцами раздвигаю жалюзи.

Я крайне редко попадаю в ситуации, когда мне нечего ответить. В таких случаях единственный выход – говорить правду.

– Ничего не случилось. Климова моя бывшая жена. Хотел услышать ваше мнение о ней, как о работнике.

– Климова? Ксения?.. – не скрывает удивления Родимцев, – Она же совсем девчонка.

– И тем не менее…

Слышу его покряхтывание в динамике. Старику не терпится узнать подробности, но их не будет. Все, что я посчитал нужным, я уже сказал.

– Ну, что сказать?.. – вздыхает он, не дождавшись от меня ничего внятного, – Нарушений и выговоров за ней не помню. К работе относится серьезно. Способная…

– Увольняться собиралась?

– Ксюша?.. Впервые слышу, а что?

– Ничего.

– Так, – снова кряхтит Родимцев, – Я надеюсь, ты не собираешься злоупотреблять своими полномочиями?

– Не собираюсь.

Мы прощаемся и разъединяемся. Это правда. Я не собираюсь на нее давить, но и отговаривать от увольнения тоже. Она – сильно отвлекающий от работы фактор. Я не соврал, когда сказал, что отказался бы от контракта, знай что буду видеть ее здесь ежедневно.

Ксения – прошлое. Только идиоты живут прошлым.

Задерживаемся с ребятами почти до восьми. В договорах, которые принесла на подпись Колесник, всплывает косяк. Последний квартал компания работала с одной из фирм по просроченному договору. Платеж прошел по старым ценам.

Вот тебе и ответственные работники.

Направляю письмо Колесник по служебной почте с требованием предоставить объяснительную не позднее завтрашнего дня.

– Давид, – догоняет на парковке Костя, один из членов моей команды, – «Фрозен» ответили. Завтра пришлют предложение.

– Отлично.

Я собираюсь сделать «Базик Трейд» дилером шведского производителя современных отделочных материалов в России. Если выстрелит, это уже половина успеха.

Пожав ему на прощание руку, сажусь в машину, запускаю двигатель и вдруг вижу Ксению.

Ее серая юбка и распущенные темные волосы мелькают между плотно припаркованными седанами, а затем исчезают за синей дверью одного из них.

Мой взгляд невольно прикипает к спортивке с низкой посадкой, но лишь на мгновение. Ослепивший свет фар лишает возможности что-либо разглядеть. Однако я почти уверен, что за рулем ее друг Савелий Шалимов.

Я какого-то черта все еще помню его имя.

Тронувшись с места, автомобиль поворачивает направо и медленно катится мимо меня.

Вижу обоих. Это он.

Ксения, смеясь, тянет руку к ремню безопасности и вдруг замечает меня. Столкнувшиеся на одной прямой наши взгляды заставляют ее вздрогнуть, но и мне приходит обратка.

Пригвождая к спинке сидения, пробивает грудь.

Глава 8

Ксения

Снова выстрел в грудь. Не такой сильный, как в прошлый раз, когда я увидела его впервые, но вышибающий дух по потемнения в глазах и острой, молниеносно разлетевшейся по всему телу, боли.

Отвратительные ощущения, учитывая, что наш зрительный контакт длился всего секунду.

Дождавшись, когда машина Росса исчезнет из поля моего зрения, медленно втягиваю воздух носом и облизываю сухие губы. Озноб покалывает кожу под одеждой.

– Вы поговорили? – спрашивает Савва, и я с досадой понимаю, что он его тоже видел.

– Да… – отвечаю тихо, – Вернее, нет… Вряд ли этом можно назвать разговором.

– И?.. – пристально смотрит на меня.

– Ничего особенного, Сав… Спросил, знает ли кто-нибудь в офисе, что мы были женаты.

– Боится сплетен?

– Не знаю… плевать…

Замолкаем. Савелий, ведя машину, успевает с кем-то переписываться. Я пытаюсь не зацикливаться на остром взгляде Давида. Но он как два лазерных луча – оставил ожоги, которые даже сейчас продолжают разъедать плоть.

Завтра у меня два собеседования. Чем больше собеседований, тем лучше. Тем больше шансов изолировать себя от этих контактов.

Удивительно, как после той больной зависимости и неконтролируемой тяги моя одержимость поменяла полюса. Теперь я одержима идеей бежать от Росса на ту часть земного шара, где мы точно никогда не встретимся.

– Сав, ты установил программное обеспечение? – поворачиваю к нему голову, силой воли выдергивая себя из неприятных размышлений, – Уже пора благодарить тебя?

Я видела, что мой ноутбук, упакованный в заводскую коробку, лежит на заднем сидении. Не верю, что он просто катался там несколько дней.

– Установил, – говорит он, – Даже обои выбрал.

– Какие? Свое фото?..

– А как же!..

Я смеюсь, Савелий сдержанно усмехается.

– Спасибо!.. Что бы я без тебя делала?

– Новая версия немного отличается от предыдущей, – предупреждает он, – Но я думаю, ты разберешься.

– Если нет, то спрошу у тебя.

Двор моего дома, как это стабильно случается каждый вечер, забит под завязку, но Савва все равно находит место и выполняет идеальную параллельную парковку всего в паре десятков метров от нужного подъезда.

– Зайдешь? – спрашиваю, желая отблагодарить его хотя бы сытным ужином.

– Накормишь?

– Обижаешь, – дергаю за рычажок дверцы и не слишком элегантно выхожу из машины.

Савелий забирает мой ноутбук, и мы вместе заходим в подъезд.

– Здрасте, – сталкиваюсь с соседкой этажом ниже.

Она смотрит на Савелия с улыбкой. Кивает обоим. Наверняка, уверена, что он мой любовник. Появляется здесь не так часто, как мог бы приходить мой парень, но все же регулярно на протяжении уже пяти лет.

Пока он запускает ноут, чтобы показать все обновления, я готовлю ужин на скорую руку – натираю специями мясо курицы и отправляю его с овощами в аэрогриль.

– Давай старый, – предлагает Савва, – перекину сюда приложения.

Я притаскиваю его из комнаты и сажусь рядом с другом.

– Госсуслуги?.. – ржет, листая вкладки, – Даже ни одного сайта знакомств?.. Ни одной порнушки?

– Отстань.

– Не, Ксюх, серьезно, – не унимается Шалимов, – Это же ноут моей бабули!

– Блин, Сав!.. – толкаю его в плечо, – Ноутбук мне для работы, вообще-то… Ну и киношку посмотреть.