Ловушка шанса

К одиннадцати часам весть стол был плотно уставлен аппетитными блюдами.

Обилие угощений и полное отсутствие гостей нагоняли тоску. Анжелика с грустью думала: «Лучше бы осталась у себя и позвонила Виталику, так был бы хоть какой-то праздник для души, а не одно чревоугодие, – машинально она набрала номер Виталика, но он не ответил. – Спит, наверное, температура…»

Неожиданно кто-то затопал на крыльце и громко постучал в дверь. Варвара метнулась открывать – и в дом ввалился дед Мороз. В красной шапке, с белой бутафорской бородой, красном кафтане, отороченном белой опушкой, в больших рукавицах и с посохом.

– Тепло ли вам девицы, тепло ли, красавицы? – забасил сказочный дедушка.

– Фу ты! – кокетливо отмахнулась рукой Варвара. – Напугал! Мы-то тебя в таком образе не ждали. Знакомьтесь, Анжелочка, это мой супруг. Говорил, что «не приеду, не приеду, занят», а вот приехал. А вы говорите… Путь к сердцу мужчины я точно знаю…

Но гость не дал ей договорить.

– А я смотрю тут такой стол наготовлен! Вдвоем что ли собирались съесть все?

– Да нет, тут у Анжелочки жених должен подойти. Ну и тебя ждали, хотя ты все отнекивался. Но я-то тебя знаю… Путь к сердцу…

Но Варвара опять не смогла закончить свою мысль, потому что в дверь постучали.

– Снегурочка меня догнала, – пошутил муж Варвары.

– Вот все про снегурочку думает, – подхватила шутку Варвара, – у тебя жена Снегурочка. Это жених Анжелочки подъехал. Чуть не опоздал!

Анжелика с удивлением смотрела на Варвару и ничего не могла понять: «Что она несет? Какой жених? Виталик далеко, спит дома. Он бы без предупреждения так не приехал. Хотя хорошо бы… Но он же болеет. Это точно не он!»

А Варвара между тем открыла дверь и приветливо защебетала:

– Вот он, красавчик наш, не побоялся мороза. Молодец!

Анжелика взглянула на вошедшего молодого человека: высок, хорош собой, лет около тридцати. Откуда он тут взялся? Она никогда его не видела в деревне. Хотя, кого она вообще могла увидеть при тотальной закрытости местной публики.

– Молодой человек, спасибо, что уважили, а то бы пришлось дедушке Морозу встречать новый год в чисто женской компании. А разве это дело? И рюмку поднять было бы не с кем, – искренне обрадовался муж Варвары.

– За стол! За стол! – заторопила всех Варвара. – А то не успеем проводить старый год.

Супруг Варвары был ей под стать. Казалось, что эти два человека точно вылеплены из одного теста. Невысокий, плотный, круглолицый, румяный – добряк добряком, во всяком случае такое производил впечатление.

– Семен Петрович – мой муж! – с гордостью представила своего супруга Варвара. –Анжелочка – моя соседка и ближайшая приятельница в этой местности. А это ее жених – Юрочка!

Анжелика вытаращила глаза: вот это наглость! Первого встречного представить как ее жениха.

– Ну не совсем жених, – попробовала она возразить.

– Жених-жених! И не отрицай, пожалуйста, – неожиданно выступил молодой человек. – К чему скрывать то, что скоро станет явью?

Анжелика хотела еще больше возмутиться, но в этот момент на телефон пришло сообщение. От подруги. Анжела нажала на кружочек и обомлела: Виталик, здоровее всех здоровых, выплясывал возле городской елки. Сначала решила, что это прошлогоднее видео – они ходили тогда на елку вместе. Но, пересмотрев короткое видео еще раз, убедилась: это елка этого года – цифры выдают. Может быть, видео было снято раньше, а подруга только что его выслала?

Не извинившись, Анжелика вышла из-за стола, прошла на кухню, чтобы никто не мешал позвонить. Набрала номер Виталика – не отвечает. Вернулась за стол.

– Я предлагаю поднять бокалы, так сказать, проводить старый год. Как здорово, что все мы здесь сегодня собрались… – как опытный тамада Семен Петрович разогревал стол. – А теперь попрошу каждого сказать, что у него в этом году произошло важного. Начну с себя. У меня вот, супруга знает, вышло повышение по работе. И как результат: теперь и такой дом могу снять Варечке.

– А я начала заниматься балетом!

Анжелика чуть не поперхнулась от этих слов Варвары.

– Балетом?

– Да, балетом, – подтвердила Варвара.

– Но ведь вы… –- Анжелика не знала, как бы это потактичнее выразиться. – Вы ведь совсем не подходите по конституции. И возраст? Балетом начинают заниматься в детстве.

– Это раньше так было. Сейчас за свои деньги можешь заниматься до старости, чем угодно. Хочешь – на скрипке иди учись играть, хочешь пой, хочешь танцуй! У нас в группе все вовсе не худенькие. Мы же занимаемся просто для души. У нас такая прекрасная группа. После занятия часто в кафе ходим, пьем чай с пирожными. Так что не думайте: мы не ради успеха туда ходим, а ради общения.

– Солнышко, ты краше любой балерины, – застолье слегка начинало действовать на мужа Варвары. – Я всегда и всем говорю: Варюша – лучшая награда в моей жизни. Повезло так повезло! Ну спросим дальше молодежь, не все же внимание нам, старикам. А у вас, Юра, что было в этом году?

– Я познакомился со своей невестой, – подмигнув Анжелике, четко ответил молодой человек.

«Или чокнутый, или хорошо играет эту роль», – решила Анжелика.

– Это похвально, – тоном строгого и справедливого начальника одобрил слова Юры Семен Петрович. – Ну а что у вас, красавица, в этом году было интересного?

Анжелика уже заранее придумала ответ:

– А я получила предложение по работе… Точнее, получила шанс заниматься любимой работой.

– Отлично! Просто отлично! У всех год прошел не зря. За это надо поднять бокалы!

– Кушайте, кушайте! Вы совсем не едите, – хлопотала Варвара. – Все должны съесть!

– А другие гости… не придут? – вспомнила Анжелика.

–- Как видишь! Пришел только Юрочка, хотя я звала всех. Но еще десять минут до нового года. Кто-то может и добежать!

Анжелика еще раз глянула в телефон: точно Виталик и точно это сейчас. Но как такое могло быть? Может быть, неудобно было отказать друзьям, пошел совсем больной на елку. Хоть бы хуже не стало.

– А я предлагаю поднять тост за любовь! – Семену Петровичу явно были скучны одни разговоры за столом. – Кстати, Юрик, когда свадьба?

– Через неделю! – со стопроцентной уверенностью ответил молодой человек.

«Совсем чокнутый!» – подумала про себя Анжелика.

Звякнули бокалы, застучали вилки и ножи по тарелкам. Анжелика опять незаметно для всех нажала на кружочек в экране… Уходящий год задал много загадок. Будут ли ответы в новом году?

– Семен, бокалы пустые, а до нового года минуты! Быстренько загадали все желания, – не терпящим возражения голосом скомандовала Варвара.

– Да-да, все успеваем! Молодые люди, готовы? Встречаем новый год! – и дальше Семен Петрович затянул нудный тост. – Пусть в новом году будут все здоровы. Пусть будут здоровы все близкие. Пусть каждый достигает новых вершин в образовании, если учится, в труде, если работает. Пусть время будет нашей ценностью – не будем его тратить впустую… Пусть для каждого откроется что-то новое важное. Ну и, конечно, пусть наши запросы удовлетворяются материальными возможностями…

Семен Петрович говорил бы бесконечно, если бы стрелка резко не перешагнула роковой рубеж и не раздался приятный мягкий бой часов настенных часов.

Как только часы затихли, бокалы были осушены, Семен Петрович опять вернулся к разговору.

– Так значит, Юрий, я могу у вас и на свадьбе побывать. Я как раз отпуск взял на две недели, чтобы начало года провести с Варюхой. Так давно не был на таких радостных событиях! Понимаете, мое поколение – все уже сто лет женаты. А дети моих друзей не спешат нас радовать такими мероприятиями. Они, видите ли, теперь, модное слово такое, состоят в «отношениях». Сначала в одних, потом в других… Я этого не одобряю.

– Да, мы этого не одобряем, – поддакнула Варвара.

– Это, по моему мнению, не делает чести молодым людям. Встретил свою любовь – женись! Вот я когда-то как увидел Вареньку, сразу знал, что она будет моей супругой. И зачем тянуть с предложением? Через месяц посватался. Все, как положено, просил руки ее у родителей. Да… Все было чин чином. Вот поэтому и живем мы так ладно, потому что знаете, любое мероприятие не может быть хорошо закончено, если начато бестолково. Правильно я говорю, Варенька? По зерну понятно, какие будут всходы. Вот так-то…

Супруга только закивала головой.

– А я, знаете ли, могу быть ведущим на вашей свадьбе, сэкономите на тамаде. Вы должны были уже заметить, что у меня есть опыт ведения столов.

«Заметили, – подумала Анжелика, – то еще занудство… Не дай бог такого ведущего на нашу свадьбу». И вдруг спохватилась: о какой свадьбе она думает? Это же этот молодой человек произнес «свадьба через неделю», а не Виталик. А Юра, будто прочитав ее мысли, вдруг взял ее за руку и обратился к Семену Петровичу:

– Нет, у нас будет скромная свадьба. Нам не нужен тамада вовсе. Правда, любимая?

От такой наглости Анжелика так растерялась, что даже забыла отдернуть руку. А потом и вовсе случилось что-то невероятное, потому что она, желая хоть немного отомстить Виталику за этот бессмысленный новый год без него, за этот странный кружочек с видео, на котором жених ее вовсе не выглядел больным, вдруг подыграла молодому человеку:

– Конечно, дорогой, все будет, как ты скажешь.

Юрий так благодарно посмотрел ей в глаза, будто они и на самом деле были женихом и невестой. «Чудак!» – пронеслось в мыслях Анжелики.

– Сема, ты даже не представляешь, какая это чудесная девушка. Анжелочка – это для меня просто подарок свыше в этой глуши. Мы с ней так подружились. И она, между прочим, опытнейший психолог, – Варвара все любила преувеличивать, это уже не удивляло Анжелику.

– А я сразу заметил, что девушка образованная. И взгляд у нее, знаешь ли, профессиональный. Так и кажется, что видит тебя насквозь. Но нам с тобой, Варюха, скрывать нечего. А вот жених должен отдавать себе отчет: с такой избранницей не слукавишь нигде. Она прямо как моя Варенька. Что греха таить, я по молодости тоже иногда хотел что-то приврать супруге, но она всегда выводила меня на чистую воду еще, так сказать, на подступах к плану, который мог бы нанести вред нашей семейной жизни.

– И как это бывало? Поделитесь, пожалуйста, опытом, – равнодушно сказал Юрий, явно только из вежливости желая поддержать Семена Петровича.

– А вот я расскажу, – встряла в разговор Варвара. – Однажды приносит Семен Петрович сумку с продуктами. Там чек. И в чеке пробит женский дезодорант. А в покупках его нет. Ну Семен Петрович сказал, что продавщица случайно пробила. Ну если пробила, должна вернуть. Я пошла в магазин. Подняли записи с камеры. Оказывается, покупал!

– Ну, Варенька, зачем ты это вспоминаешь?

– Покупал! Прихожу домой: спрашиваю – где? Тут понимаете, честность важна. Я-то понимаю, что дезодорант женский. Если бы мужской, я бы еще так внимания не обратила. А то женский… Сознался потом.

– И что же это было? – Анжелика понимала, что нужно проявить интерес к откровениям супружеской четы.

– Да, я купил дезодорант, хотел подарить коллеге на Восьмое марта. Ну так сказать просто как знак внимания.

– Знаки внимания жене оказывают, а не коллегам! – строго сказала Варвара, будто ситуация разыгрывалась не прошлом, а прямо сейчас.

– Ну извини, Варенька, ведь я потом его тебе и подарил.

«Боже! Какой подкаблучник! – подумала Анжелика. – Жена не работает, он ее содержит и не может позволить себе даже такую мелочь, как поздравить коллегу с праздником». И еще Анжелика подумала о том, что как бывает странно: на работе Семен Петрович явно начальник, а дома – чуть ли не раб.

– Это, на мой взгляд, ужасно то, что вы говорите, –- неожиданно прокомментировал Юрий. – Я бы очень обиделся, если бы моя жена проверяла чеки. И если бы я захотел поздравить коллегу с праздником – тоже не вижу здесь никакого «криминала». А если бы я на кофе с коллегой сходил? Что здесь такого? Ты согласна со мной, дорогая?

Юрий опять обратился к Анжелике и теперь уже приобнял ее.

– Полностью! – абсолютно искренне ответила Анжелика, потому что именно об этом сейчас думала.

– Вы неопытные, ничего еще не понимаете, – поучительно заметил Семен Петрович.

– Вот именно! Сначала улыбка, потом комплимент, потом подарок, а там уже и до измены недалеко! Вот так увели мужа у моей соседки, –подытожила тему Варвара.

– Да… Всякое бывает… – задумчиво произнес Степан Петрович, будто вспоминая опасности, которые уже встречал на жизненном пути, и явно чтобы сменить тему обратился к Юрию: – А вы чем занимаетесь, молодой человек? Жена ваша будет психологом, это мы уже знаем. Хотя, вам мой совет: вытягивайте ее из этой профессии. Карьера женщину до добра не доводит – она должна принадлежать только вам, детям, семье, дому. Мое такое мнение. Так какая ваша профессия?

– Я музыкант…

– О! Музыкант! Это творческая профессия. И перед кем же вы выступаете в этом богом забытом уголке? Надеюсь, вы не из тех молодых людей, которые называют себя музыкантами только ради того, чтобы не идти работать?

– Я музыкант, –-твердо заявил гость. – И я очень много работаю. Я пишу музыку. И поэтому я здесь, в этом лесу. Мне нужна тишина. Никаких звуков технического прогресса, только пение птиц, шелест листьев, шум ветра.

Анжелика первый раз за вечер взглянула на молодого человека с интересом. А он очень недурен собой. Такие тонкие, правильные черты лица и печать одухотворенности. «Жених-то в целом и ничего», – усмехнулась она про себя.

– Понимаете, я живу здесь уже второй год и такого творческого подъема у меня еще не было никогда, – оживился молодой человек, явно разговор вышел на ту тему, на которую ему бы как раз хотелось поговорить. – В творчестве разные бываю периоды. Иногда стоишь на месте и ничего, буквально ничего не приходит в голову. А иногда занимаешься чем-то совсем посторонним, например, просто гуляешь или сидишь за чашкой кофе и вдруг слышишь мелодию – ту мелодию, что днями искал и не мог найти. Это необыкновенное ощущение. А иногда чудесный сон приснится… И ты будто во сне услышал важный мотив… Когда я приехал сюда в гости к другу художнику на пару дней, я был поражен этим фоном! Вот тогда я понял, что такое «болдинская осень». Вы, конечно, знаете про этот период в жизни Пушкина.

– Конечно, – буркнул Семен Петрович, – у каждого в жизни своя осень. Но мы еще с Варенькой молодые, нам до осени далеко, а вам и подавно рано думать об этом.

– Болдинская осень, – корректно заметила Анжелика, – это период активного творческого подъема в жизни Александра Сергеевича.

Сама порадовалась, что хоть что-то еще помнит из уроков русской литературы.

Юрий благодарно взглянул на Анжелику: хоть кто-то его понял.

– Все мы все знаем про осень, – затараторила Варвара, – но сейчас новый год, давайте не будем вспоминать осень. Вы еще не все попробовали. Пока все съедим, никто из-за стола не встает.

Все были уже так сыты, что никто даже вилку в руки не взял.

– Вернемся к Пушкину, – пошутил Юрий, – «Еще бокалов жажда просит залить горячий жир котлет…»

– Пушкин, «Евгений Онегин», – подхватила Анжелика, – так хорошо помню это произведение из школьной программы.

– Пушкин всегда прав! Кто с ним может спорить? – Семен Петрович явно был очень доволен своей шуткой и отличным поводом наполнить бокалы.

– Нет, почему никто не пробует мое печенье?! – возмутилась Варвара.

– Варечка, еще не вечер, все впереди, – замурлыкал Семен Петрович так ласково, будто речь шла вовсе не о печенье, а о чем-то более радостном и более значимом. – Ты же знаешь, как я люблю твое печенье! Ради него, можно сказать, и с работы сорвался.

Варвара таяла на глазах, слушая мужа. Анжелике даже показалось, что супругам уже и гости не нужны и они были бы рады, если бы они откланялись.

– А я вот хочу поднять тост в новом году за мою жену – лучшую жену во всем мире! Пусть это звучит пафосно, – строго заметил Семен Петрович, – но это так и есть, так и есть…

«Какая прикольная пара, – подумала Анжелика, – они так друг другу подходят: оба кругленькие, веселые, сентиментальные…»

Хрустальный звон нежной мелодией прозвучал несколько секунд и растворился в тишине.

– Мы подвели итоги уходящего года, а теперь, пожалуйста, озвучим планы на этот новый год, - предложение Семена Петровича прозвучало как повестка какого-то нудного совещания. – Кто первый начнет? Так, тишина, все, как всегда, прикрываются за главным. Тогда я начну. Я планирую достроить дом. Да-да, я строю дом. Процесс еще в процессе, но все идет по плану. Теперь слушаю вас.

Пожалуй, не хватало только запротоколировать речь Семена Петровича, чтобы его план имел уже совершенно официальный статус.

– У нас с тобой общие желания всегда. Поэтому мое желание – это желание моего мужа. Я тоже мечтаю, чтобы он закончил дом, и мы могли бы новый год в то же компании встретить уже в нашем собственном доме. Это было бы так прекрасно!

– Ну а вы, Анжелочка, – покровительственно обратился Семен Петрович к гостье.

– Она замуж должна выйти, что тут непонятного, – ответила за Анжелику Варвара, – это ведь ваше желание? Я угадала?

Поскольку это действительно было главное желание Анжелики, отрицать его она не стала.

– Все верно. Я планирую выйти замуж.

– А у меня желание, как у моей невесты, – зеркально отразил ответ супругов Юрий, – вступить в брак.

Молодой человек не переставал удивлять Анжелику: он то ли странный, то ли хитрый, то ли умный, то ли дурак – не поймешь!

– Ты ведь со мной согласна, любимая? – Юрий теперь не просто взял Анжелику за руку, не просто приобнял, а ласково поцеловал в щечку.

Играть так играть:

– Конечно, любимый!

Все, что происходило, для Анжелики начинало напоминать какой-то фарс – разыгрываемую комедию, в которой два участника – она и этот молодой человек актеры, а Семен Петрович и Варвара ничего не подозревающие зрители.

– Я вижу, что никто еще ни куска не взял мясного рулетика, – Варвара уникально умела вернуть возвышенные разговоры в земное русло.

– А я хочу вернуться к вопросу семейных, так сказать, обязательств, раз мы уже о них заговорили. Музыка – это хорошо, но приносит ли она доход? – Семену Петровичу явно хотелось блистать за этим столом своим опытом и фундаментальностью в вопросах института семьи. – Вот Варенька не работала ни одного дня с момента, когда приняла мое предложение руки и сердца. Спросите ее, если не верите. Как только мы подали заявление в ЗАГС, она сразу уволилась с работы. Зачем? Зачем скажите ей работать, если у нее есть муж, есть тыл.

– Но женщина должна быть подстрахована, она должна быть независима, – не удержалась от полемики Анжелика.

Она столько слышала, столько читала и столько мечтала о женской независимости, что не могла промолчать.

– Ведь все знают, что женщина может остаться одна, и у нее должна быть профессия.

– Позвольте, вы думаете, что я какой-то легкомысленный болван? Я женился тогда, когда знал, что могу обеспечить свою жену и при жизни и, извините, после смерти. Варенька знает. На нее оформлена квартира, где мы живем, и еще одна, которую сдаем. В случае, если даже со мной что-то произойдет, она обеспечена хлебом насущным. И дом, и все что еще сделаю – все будет ей. Этого мало? Но ее вклад, скажу вам, тоже существенный. Она мое спокойствие, она мой тыл. Я знаю, что меня всегда ждут, меня всегда понимают, поддерживают. А то знаете, как бывает. Вот знакомый один ездил-ездил в командировки, все зарабатывал деньги, а в один момент приезжает, а жена ему выдает, что устала от его командировок и уходит к другому. У меня такого быть не может. Потому что я женился не только по любви, а по уму! – Семен Петрович многозначительно поднял правую руку вверх, будто указывая в небо. – А то некоторые в мечтах встречаются, в мечтах женятся, в мечтах живут, в мечтах разводятся… Мечта – это хорошо, но прежде всего должен быть разум, дело! И вот, боюсь даже спросить Юрика, готов ли он так, как я, обеспечивать свою жену?

– Ну что ты спрашиваешь? – вступилась за молодого человека Варвара. – Конечно, готов. Он пока просто молодой, учится. Всему можно научиться. Вот я обещала Анжелочку научить печь печенье. Семья начинается с малого… Кто-то печенье научится хорошо печь, кто-то деньги зарабатывать. Любая река начинается с ручейка, а ты сразу такие претензии предъявляешь.

Вдруг молодой человек так резко отодвинул от себя приборы, что только отличная реакция Семена Петровича, успевшего подхватить падающий бокал, спасла порядок на столе.

– Извините, мне пора! Новый год мы уже встретили. Спасибо вам за приглашение. Было очень вкусно и очень душевно, но мне пора! – все это было сказано с таким раздражением, что даже Варенька на минуту потеряла дар речи, но потом быстро спохватилась.

– Но мы еще не все съели, не пили чай с печеньем! Пожалуйста, посидите еще.

– Нет, спасибо, – гость громыхнул стулом. – Все было прекрасно, но мне надо идти.

Он ушел так же неожиданно, как появился.

– А как же ваша невеста? – попытался крикнуть вдогонку Семен Петрович.

Но никто ему не ответил…